Trick or treat?

Эта странная история, можно сказать, невообразимая и запутанная, произошла в ночь с тридцать первого октября, на первое ноября. Однако незадолго до этого, происходили странные вещи… Это долгая история, но я вам ее поведаю. Сентфор, 1985 год, 28 октября. — Эй! Сара, ну постой же! — Стефани гналась за своей подругой. — Стой же! Блондинка остановилась, всем своим видом показывая, что внимательно слушала, однако было очевидно, что все же останется при своем мнении. Воцарилась тишина, где-то отдаленно был слышен звук капающей трубы. Атмосфера напрягала, однако солнце светило ярко, согревая душу. — Ну, я тебя слушаю. Или ты меня остановила для того, чтобы просто помолчать? — Упрямая. Я тебе говорю, хватит гнаться за этим Ви! Ты знаешь, что он просто бабник, тем более он нравится Мелоди… — Я что, виновата, что этой стерве нравится каждый второй? Да и вообще, с чего ты взяла, что этот полудурок нравится мне? Стефани с сочувствием смотрела на Сару и в какой-то степени даже понимала ее, хотя часто это давалось ей сложно. — Эта прилипала ни на секунду не отходит от него, а я так и не могу разобраться, что это все вообще значит! Кретин! Он обещал мне, обещал, что не выдаст меня родителям, и более того, обещал, что мы еще поговорим! Мне родители такую взбучку устроили, я в жизни такого не слыхала и не видела! Казалось, что солнце уже не просто греет, а нагревает воздух до такой степени, что Сара сейчас лопнет от жары, или все же от злости… — Забыли. От меня-то ты чего бежишь? Куда направляется самая прекрасная девушка Сентфора? — с улыбкой спросила Стеф. Непроизвольно Сара улыбнулась, все же дружба их была крепкой. Я бы хотела уделить этому больше времени, однако это уже совсем другая история… Или все же? Сентфор, 1983. Небольшая компания друзей стояла на крыльце школы. Возглавляла ее светловолосая девушка с чистыми голубыми глазами. Она лишь иногда вкидывала в разговор колкие шутки, а после могла долго молчать. Их смех был настолько звонким, что казалось, его можно было услышать аж на соседней улице. Их прервал звонок. С оглушительным звуком он известил учеников о начале уроков. — Вы идите. Я докурю и приду, все равно у большинства разные уроки сейчас, на втором пересечемся. Ребята кивнули и разбрелись по кабинетам. Не прошло и десяти минут, как Сара О’Нил, уже известная нам как главная в компании подростков, упомянутых ранее, шагала по лестнице. — Извините за опоздание, была очень занята, больше не повторится. — О’Нил, ты долго еще так оправдываться будешь? Сядь. Девушка прошла вдоль кабинета к самой последней парте. Усевшись на место, она достала скетчбук и стала что-то медленно вырисовывать. — Внимание, О’Нил, тебя тоже касается. Я заберу у тебя твои «помазилки» и наушники, отдам только родителям, поэтому немедленно убери. Закатив глаза, она лишь вздохнула и сделала пару аккуратных движений. На ее парте уже ничего не было. Подняв глаза, она обнаружила, что перед классом стоит девчонка, очевидно, новенькая. — Это Стефани, новая ученица нашего класса, прошу любить и уважать. О’Нил и твоя компашка, вы меня слышали? Блондинка едко улыбнулась, а после опустила взгляд вниз. — Вот и славно. Стефани ведь? Кудрявая кивнула. — Так вот, Стефани, выбирай себе любое свободное место. Как видишь остались только последние парты, надеюсь, что со зрением у тебя все нормально, я не хочу возиться с тобой. — Нет-нет, что вы, все нормально. — Надеюсь. Мне нужно уйти, разберетесь сами. Учитель покинул класс, и Стефани направилась к последним партам. — Я сяду здесь?.. — Конечно нет, тут занято, слепая, что ли? Девчонка покраснела. Заметив это, Сара стала прислушиваться к тому, что они говорят. — Прости, тут просто… — Просто что? Просто ты идиотка? — Просто я не знала. — Она сказала это четче, резче и грубее. Сара, посмотрев на это боковым зрением, не смогла сдержать улыбки. Ей нравился напор девушки. В это время брюнетка уже развернулась и хотела было идти, однако ее остановила чья-то ладонь: — Уже уходишь, милая? — Майкл, руки. Тебе что не понятно в словах маразматички? Сказали же любить и уважать, идиот. — Сара перевела взгляд на Стефани и глазами указала ей садиться рядом. — Я курить. — Угостишь? С того момента и началась дружба двух девушек. Сентфор, 1985. — Ну так куда, вспыльчивая ты моя? — Я иду в лавку к бабушке Хилла. Я обещала покормить ее злую кошку, потому что ее внук-ублюдок не может этого сделать. А самое главное, знаешь, почему? — Ух, какая злая, почему же? — Да потому, что они все идут на вечеринку к Мелоди! Они зашагали в лавку к Хиллам. Встретила их черная кошка. Ее янтарные глаза выглядели так, будто она готова была растерзать девчонок. — Твою мать, да что с ней? Кошка зашипела. — Сара, мне кажется, что ты ей не нравишься, а когда ругаешься, тем более. Они все еще стояли на пороге лавки, наблюдая за движениями черной кошки. Хозяйка бродила из стороны в сторону и изредка поглядывала на них. Когда светловолосая вновь попыталась подойти к корму, кошка резко обернулась и стала шипеть. — Попробуй ты, она меня заебала. Стефани двинулась в направлении корма и миски, шаг за шагом, и она была уже у тарелок. — То есть, это я какая-то не такая? Супер! Девушки засмеялись, а после, когда сердитая была отвлечена едой, те отправились поливать цветы. Справились они быстро. — Ну вот и все, пошли! Вот все ближе и ближе к двери подходили школьницы, как вдруг, Стефани споткнулась. — Эй, ты чего, у тебя все хорошо? — А? Да. Как я упала? Черная кошка пробежала и скрылась в другой комнате. — Спрашиваешь еще… — Ухмыльнулась Сара. — Вон, проказница пробежала. Встав с пола, девушки наконец-то добрались до выхода без происшествий. По крайней мере, им так казалось. — А это что еще такое? Сара глядела под ноги, смотря на маленькую страшную куклу. — Не знаю, но и знать не особо хочу. Давай кинем ее куда-нибудь в любом направлении, пусть кошка сгрызет. Так они и поступили. Наконец, их обвевал легкий ветерок, грело золотое солнце и отдаленный смех детей радовал слух. — Увидимся в ночь тридцать первого! — Увидимся. Попрощавшись, каждая из них последовала домой. Однако никто не смог избавиться от странных ощущений. Сентфор, в ночь с 31-го октября по 1-е ноября, 1985. — Что ж это платье так тупо надевается! Уже достало! — Сара старательно натягивала на себя белое одеяние. Раздался звонок в дверь. — Сара! Спускайся, это к тебе! — Прокричала мама снизу. Сара поспешно бежала по лестнице, порой пропуская пару, а то и несколько ступенек. Распахнув дверь, она увидела Стефани в образе вампира. — Ну что, кошелек или жизнь? Или вы можете мне что-нибудь еще предложить? — Брюнетка ехидно улыбалась. — Вау! Основательно подготовилась, хоть к чему-то! Настало время выходить. Захватив с собой фонарь и корзину для конфет, они отправились в путь. Ночь Хэллоуина, время, когда завеса между живым и сверхъестественным, как говорят, становится самой тонкой, — это увлекательный и чарующий вечер. С заходом солнца мир превращается в загадочное царство, наполненное ожиданием и волнением. Воздух свеж, несет в себе нотки осеннего аромата, а улицы оживают в мерцающем свете фонарей из тыквы. Дома украшены паутиной, скелетами и жуткими украшениями, создавая атмосферу для ночи острых ощущений и мурашек. Уже как несколько часов девчонки бродили по районам, обзванивая каждый дом. Вскоре послышалось громкое рычание байка. — Твою мать! В кусты! — Эй, объясни! Сара потащила свою подругу в кусты и повалила так, чтобы их не было видно. — Слушай, я может тебя тоже очень хочу, но не в кустах же! — Дура! Тут Ви виляет! Девушки рассмеялись в очередной раз, хотя и смешного было не так уж и много. — Я вам не мешаю в кустах валяться? Ну так, чисто случайно. — Мешаешь, предатель несчастный! Тебя кто просил говорить о сигаретах и пунше? Меня еле отпустили сегодня, придурок, кретин! — Стоп. При всем уважении, я конечно мразь, но не скатился еще до того, чтобы чьим-то родителям жаловаться. Хотя твоей маме не только жаловаться можно. — Он ехидно заулыбался. — Про маму понятно, а кто тогда… — Какая уже разница? Пиздюлей ты за это получила? Значит проехали. И кстати, вставайте уже с кустов. Все помяли, как вам вообще конфетки дают, портите только все. Уже втроем ребята шагали по улице и заливались смехом. — Шикарная у тебя подружка, О’Нил, в моем вкусе. — Я лесбиянка. — Да блять. Сара громко смеялась, как, казалось, не смеялась года два. — Вы поглядите, расстроился, у тебя каждая вторая в твоем вкусе. Громкий крик прервал смех. Он исходил из леса. — Мне же не послышалось? — Ты о чем? — Да ну вас, не говорите, что не слышали крика. — Сара сложила руки на груди и ухмыльнулась, думая, что друзья ее разыгрывают. — Крик? Сара, а ты когда последний раз была у врача? — Во-первых, я не сумасшедшая, во-вторых, это уже не смешно, явно кто-то кричал. Не хотите идти — так и скажите. Блондинка направлялась в сторону леса, и все дальше отдалялась от друзей. Они непонимающе переглянулись, пожали плечами и молча последовали за ней. В какой-то момент Сара пропала из виду, и они поняли, что ее нужно догнать. Тем временем Сара уже брела по опушке леса. Сзади что-то хрустнуло, а после раздался звук падения. — Тут кто-то есть? О’Нил медленно повернулась, однако на горизонте никого не было видно. Она вздохнула с облегчением, и решила идти назад, как вдруг, поняла, что на что-то наступила. Это была кукла. Та самая, страшная, уродливая кукла из лавки Хилл. — Блять. Тем временем друзья отчаянно звали Сару: — Сара! Отзовись! — Вот идиотка, нисколько меня не бережет, я же волнуюсь! — Я не ослышалась? Сам Вишня, член банды «Черные драконы», главный бабник и любимчик Мелоди волнуется за Сару? — Она тебе, что, ничего не говорила? — Не говорила что? — В общем во вторник, когда Мелоди не было, я схватил ее за руку. Она, правда, смотрела на меня как на идиота, отказывалась идти со мной, ну и короче пришлось взять ее на руки. — Что?! А мне она не рассказала! — Да дослушай. Я притащил ее за школу, она правда меня еще долго мутузила, в конце смирилась. Мы молча лежали и курили. Это занятие как будто объединяет нас, понимаешь… Спустя какое-то время она перестала сердиться и попросила зажигалку. Мы закурили. Я был готов смотреть на нее так долго, она просто идеальна. — Ви, так ты не бабник и вовсе с Мелоди просто так? — Просто так-это слишком грубо сказано. Я должен ее отцу. В общем, не суть. Мы… Мы поцеловались тогда, но почему-то она усердно делает вид, что это не было. — У нее бывает такое. Я с ней поговорю! В лесу раздался крик. — Сара! Они еще долго блуждали по лесу, в попытках найти свою подругу и возлюбленную. Спустя несколько часов, в укромном уголке леса они заметили свечение. — Постой, это Сары? — Да, ее фонарь… Они шли глубже, пока не наткнулись на костер и пляшущие от него тени. — Посмотрите кто пришел. — Из темноты вышел человек в маске. — Добыча сегодня так и прет, не думал, что таким жалким способом удастся поймать целых трое школьников. Рядом в своем аккуратном, белом платьишке лежала, казалось бы, обессиленная Сара. — Ты — ублюдок, что с ней? — Ну что же вы так грубы, хотя, да, вам это свойственно. Чего я еще ожидал. Свяжите их, будем разговаривать на моих условиях. — На его лице мелькнула едва заметная улыбка. Он блуждал меж ребят и рассуждал: — Эх, с кого бы мне начать. Думаю, стоит с Сары, а то кажется, что она скоро сдохнет! Ха-ха, впрочем, неважно. Человек в маске встал напротив блондинки: — Ну что же, Сара О’Нил, начнем… Ужасная натура, грязная как никогда, как только живет твоя душа, в столь прекрасном мире? От одного твоего появления хочу блевать, однако у тебя есть шанс, есть шанс выжить и исправиться. Вставай на мою сторону, милая Сара, мы свернем с тобой горы, даже больше. Чего же ты молчишь, моя милая, грязная Сара? Подумай. — Грешные души будут отправлены в мир иной, и уж точно не в рай. Я убью каждого из вас, кто посмеет мне противостоять. Сара, ну что ты, надумала? Молчишь… Сара, а скажи мне, почему ты пыталась покончить с собой на днях? Вижу пару удивленных лиц, интересно. Ой! А вы что, не знали? Сара, я случайно раскрыл твой секрет, прости. Так почему же? — Ты можешь быть со мной, а можешь быть против, как говорится, кошелек, или жизнь? Жуткий смех отдавался эхом в темном лесу, ужасной темной ночью. Сара закашлялась и пара друзей обратили на это внимание, взгляд ее указывал на странного человека, она пыталась им что-то сказать. — Ты слишком много о себе возомнил! — Да? — Человек наклонился к Стефани. — Да! — Та харкнула ему в лицо и подмигнула Саре. К этому моменту Вишня понял, что происходит, они пытались отвлечь его. — Жалкая, дрянная грешница, сейчас я научу тебя настоящей мужской любви! — Он потащил Стефани за волосы ближе к костру. — Сейчас ты у меня отхватишь! Я научу тебя любить, ты ощутишь мою любовь по-полной! Аккуратно высвободившись, Ви подполз к Саре, стал освобождать ее и спросил: — Ты правда пыталась убить себя? — Сейчас не до этого. Быстрее! Девушка как можно быстрее вскочила на ноги и толкнула Человека в маске. Тот споткнулся обо что-что и упал прямиком в горящий костер. Быстро его одежда загоралась. — Ахуеть, я ее люблю! — Приятно слышать конечно, но я сейчас человека в огонь толкнула. — Вы думаете, что все настолько просто? Вы никогда, слышите, никогда, никогда не избавитесь от меня, идиоты. Я заберу тебя с собой Сара, заберу! — Он исчез… Он не сгорел! Он просто исчез! А вдруг он вернется… Пытаясь переварить всю информацию, все, что случилось с ними сегодня, в ночь тридцать первого октября, они сошлись на том, что уже завтра они придут на это место с полицией. Однако, когда туда пришел наряд, следа от жертвоприношений, от костра, от крестов, стоящих всюду, даже не осталось. Ночь Хэллоуина, время, когда реальность и фантазия переплетаются, оставляет неизгладимое впечатление на всех, кто принимает участие в ее праздновании. Это ночь чудес, когда обычное становится необычным, а сверхъестественное кажется вполне достижимым. Эта ночь напоминает нам о силе воображения, радости общения и волнении постижения неизведанного. Нащупав что-то в кармане, Сара высунула оттуда бумажку: Это еще не конец.