Часть 57

Май выдался слишком напряжённым, а всё благодаря Такемичи, который настоял на дальнейшем обучении. Родители были счастливы, они наверно считали, что Тетта совсем пропащий ребенок, раз связался с бандами. Но изменили своё мнение после ежегодного семейного ужина. Сам же Тетта не испытывал особых восторгов от учебы, сколько можно? Он всю свою жизнь учился, в табеле были только сто бальные отметки. Иногда маленький Кисаки Тетта чувствовал себя выставочной куклой, которой гордятся только за достижения. Но просьба Такемичи отличалась от требований родителей, ведь он доходчиво объяснял, почему важно образование, да и высоких результатов от него не требовал, от этого становилось спокойнее. Сегодня они наконец-то встретятся и возможно Кисаки уговорит Такемичи на третье свидание. Он скучал по теплым объятиям, по их молчаливым вечерам, ещё не было человека, который бы так подходил ему. В глубине души жалея, что он так не обдуманно поступил, позволив Майки увидеть его. Последствия, это то с чем приходиться сталкиваться за совершенные поступки, поэтому он сейчас едет в квартиру его любви одержимости, не один а с целой толпой.

***

Утро выдалось полным дерьмом, его разбудил до боли противный голос Коко. - Я разрешил приходить ко мне, но не вламываться в комнату с утра. - Какое утро глава? Уже десять часов, считай уже обед. Такемичи лежал с закрытыми глазами. - Коко ответь, отчего ты ненавидишь меня? Может я наступил на твою любимую мозоль? - Ничего подобного. - ну так вали из моей комнаты. - открыв глаза прорычал Такемичи. Он впервые так поздно проснулся и это немного тревожило, любой человек после сна будет уязвим, а у него болело всё тело. Воспоминания о вчерашнем жгли разум, во рту собралась горечь. И вместо того, что бы мыться под горячим душем, пытаясь содрать с себя кожу, он вынужден лицезреть Хаджиме Коконоя. - Нам нужно рассмотреть бюджет, - сделав вид что не слышал последнее предложение, продолжил Коко. - поскольку ты был в больнице, у Дракена, заместителя главы был день рождение, естественно празднование отложили, вскоре будет ещё один день рождения, у капитана второго отряда. Ты понимаешь, размах праздника. - Блять! Коко! - нервы сдавали. - Иди и обсуди это с Инуи! - Майки хочет, что бы ты занялся этим! Тем более Инуи следит за обстановкой в отряде. - Кто из нас финансовый гений?! - Такемичи сел на кровати, от чего большая футболка сползла с плеча, открывая вид на бордовые укусы. Хаджиме приблизился, глаза его опасно сузились. - Что это? -надавливая на укус пальцем, от чего Такемичи зашипел. - А ты не видишь? И почему я должен отчитываться перед тобой? Ты мне кто? Любовник? Супруг? Партнер? - Ты мой глава!

***

Хажиме Коконой сам не понимал своих чувств. Когда он первый раз увидел Такемичи Ханагаки, тот был в не самом лучшем виде. Его привлекла свобода, решимость, глаза, что буквально источали жизненную силу. Сила, которая сквозила буквально в каждом движении. Информация, не только деньги, но и информация источник доходов. Он узнал о нём всё и ничего. Досада, вот что он испытывал. Как можно быть таким ярким и одновременно серым? Ещё его душила обида и мимолетный страх, который он испытал, когда Ханагаки приставил нож к бедренной артерии Инуи. Это всколыхнуло в нём старые воспоминания. Захотелось отомстить, посмотреть как в синих глазах разгорается огонь безнадежности и отчаянья. Подобраться к Ханагаки оказалось слишком сложно, он никогда не был один. Его всегда сопровождали люди, даже дома. Но Коко не был бы собой, если бы не добивался желаемого, пускай и таким нечестным способом. Да именно он подтолкнул Тайджу Шиба, что бы тот оказался в больнице одновременно с Манжиро Сано, а дальше события развивались в нужном ему русле. Тогда почему он так разозлился увидев чужие следы страсти на теле его главы? От чего хотелось схватить и трясти синеглазого, пока не получит ответов?! Кто? Кто такой бессмертный, что бы прикасаться к Ханагаки?! Нагло оставляя свои отметины на хрупком теле. Злость. Он не смог совладать со злостью, страстью, ревностью. Поэтому он повалил Такемичи на кровать и стал целовать, покрывая тело свежими укусами и засосами. Тело под ним извивалось. - Не шевелись. - тяжело дыша шептал Коко, - просто не шевелись. Он уткнулся ему в плечо, слезы катились из его глаз. Запах. Так пахла Акане. Только сейчас он вспомнил, что именно так же пахла Акане. Хаджиме Коконой вздрогнул, когда его погладили по голове. Касания были осторожными и легкими, а голос что звучал, был тихим и нежным. - Тшшш, всё хорошо, я всё понимаю. Ты не виноват Хаджиме. - именно так называла его Акане в детстве. Незаметно для себя он уснул. Во сне ему снилось что-то светлое, он испытывал истинное счастье.

***

Такемичи сам не понял таких резких изменений настроения Хаджиме Коконоя, в принципе они тут все с травмами. Просто он опять зациклился на спасении жизни Манжиро Сано, забывая, что другие тоже люди, у которых уже случились тяжелые потери, которые сложно пережить. Дверь в комнату отворилась, на пороге в нерешительности мялся Какосик. Его толкнули сзади, от чего он неловко переступил с одной ноги на другую. - Да пройди ты уже в перед. - послышался недовольный голос Изаны. - Привет Ханагаки, рад видеть тебя. - Не могу сказать того же, будь тише. - Ты изменяешь братцу? - нагло усевшись в кресло, ухмыльнулся филиппинец. - Тебе не всё равно? Зачем пришел? - У нас сегодня собрание, а я как никак соглава. - Поздравляю. - холодно произнес Такемичи. - чего еще от меня надо? - Хотел сказать спасибо, наверно и... - Заткнулся, я сделал это не для тебя и не для Майки. Я просто пожалел Шиничиро и Эмму. Не обольщайся. Вы для меня никто, помнишь наш разговор в больнице? - Когда тебя пырнули? - Да, я тогда сказал, что наши встречи с тобой не несут для меня ничего хорошего. Лицо у Изаны посмурнело, сейчас он просто хотел сказать спасибо, ведь никто больше не пытался его спасти, пока слуга был без сознания. Даже в больницу его доставили раньше, из-за Ханагаки. Изана выбил из своих подчиненных всю хронологию событий. Удивляясь, как такой хлюпик пошел против его брата. Было больно слышать сейчас то, что это было сделано только ради Шиничиро. - Неужели Шин так много значит для тебя? - Не лезь не в своё дело. - А ты знаешь, что он сейчас с Вакасой? - подскочив закричал Изана. - И? Я очень рад за него и Ваку, тем более он хороший парень. - Вот так просто? Ты отпустил такого парня как Шиничиро?! - Шин отличный парень и волен выбирать того, кто ему нравиться. - ТЫ! - не совладав с эмоциями, Изана выбежал из комнаты. - Тебя это не касается Какосик, тебя я рад видеть всегда. Какучо было жаль своего друга и короля. Они были оба дороги ему, но к Такемичи он стал испытывать и другие чувства, которые сам не мог себе объяснить. Поэтому он застыл на пороге комнаты, когда увидел его не одного в постели. Что-то темное стало подниматься из глубин его души, а жестокие слова, ранили его сердце. Словно в трансе, Хитто стал поворачиваться к выходу, как его ушей достигли слова. - Я рад видеть тебя. -эта фраза заставила внутри расцвести цветам подснежника.

***

Ран и Риндо сидели в гостиной наблюдая, как в комнату Ханагаки заходят люди и остаются там. Крики, достигли их. Изана весь красный и злой выбежал из комнаты, а за ним вышел его вечный союзник и слуга, Хитто, только на его лице играла улыбка, а его красный глаз казалось, стал еще ярче. Так что же такого случилось в комнате Ханагаки, что двое вышли с такими разными эмоциями. Ран поднялся со своего места и подошел к двери, открыв её, застал занимательную картину. - Тебе не хватило вчера нас? - в фиолетовых глазах отражалась злость. - Это ты о том, что трахнули меня без моего желания? - Признай, тебе же было хорошо! - Тешь себя этим. Подойдя близко, Ран всматривался в синие глаза, пытаясь найти что-то в них, разочарованно выпрямившись, он произнес: - Настанет момент, когда ты будешь любить нас с братом, больше всех. - Мечтай. - Ты жесток, сейчас до крайности. Твои слова, они разъедают изнутри. - Хочешь, что бы я строил из себя милашку? - Нет, хочу увидеть тебя, как в тот вечер. Свободного, сексуального и испытывающего эмоции. Сказав это Ран вышел из комнаты, он был разочарован.

***

Хаджиме Коконой уже давно проснулся, ещё от крика Изаны, но никак не ожидал стать свидетелем такого оживленного и эмоционального диалога. Значит Ханагаки подавляет эмоции? Тогда откуда были эти нежные нотки, когда он гладил его по голове. Нет, не подавляет он их, просто не всем показывает? Отлично. Хаджиме решил, что будет действовать постепенно, больше никак не давить на Такемичи, пускай он сам откроется и тогда, только он сможет завоевать его любовь. Дела сегодня подождут, до начала собрания еще осталось пару часов, поэтому Коко обнял покрепче теплое тело и засопел.