Глава 2. Красивый мужчина в красивых штанах

Внутри элитная школа тоже оказалась элитной. Вместо жестких скамеек в коридоре стояли диваны, а на стенах, выкрашеных в золотой, в таких же золотых рамках висели фотографии, видимо, преподавателей. На самом видном месте в самой большой и самой золотой раме, украшенной какими-то драгоценными камнями, было фото мужчины с пятном кетчупа на лбу. Он держал на руках черно-белого кота. Вэй Усянь подошел ближе и посмотрел на подпись. «Директор Цзинь и его кот». Цзян Чэн, до этого жмурившийся от блеска всего этого золота, тоже подошел, но, не найдя ничего интересного, потянул Вэй Усяня дальше. — Если ты, дебил, не забыл, мы все еще опаздываем. В расписании, которое Цзян Чэну вечером дала его мать, было сказано, что первым уроком шел русский язык. — А кабинет где? — спросил Вэй Усянь, поняв, что не знает, куда идти. — Я ебу? Они остановились посреди пустого коридора и замолчали. Но вдруг... Из-за угла вышел он. Он увидел их и подошел ближе. — Привет, чего стоите? Все вопросы о том, во всех ли французских школах учат русский, вылетели из головы. Вэй Усянь залип на красиво переливающиеся в утреннем свете блестки на его ярко-розовых штанах и не сразу понял, что спрашивают их. — Пошел нахуй, — сказал Цзян Чэн и хотел потащить Вэй Усяня дальше, но тот остался стоять на месте. — У нас русский, но мы не знаем, куда идти. Я, кстати, Вэй Усянь. А ты? — А я Виктор Никифоров. Приятно познакомиться, — у него было очень красивое имя, и Вэй Усянь, кажется, начал влюбляться. — У меня тоже русский. Вы новенькие? — Да... Мы из 11 «А»... — Круто, значит, мы одноклассники. Давайте я провожу вас, — он развернулся и пошел к лестнице. Цзян Чэн пнул Вэй Усяня и пошел за Виктором. Вэй Усянь понял, что влюбился.