Глава 2

В кабинете судмедэксперта

Родиона Романовича Карпенко

      — Родион Романович, здравствуйте! Как вы?       — Кого я слышу, любезная Анастасия Андреевна! Безумно рад вас видеть, хоть и при подобных обстоятельствах, у меня все хорошо, работаю. А вы?       — Все чудесно, вчера приехала из Парижа. Кстати, о Европе, я привезла вам книгу и уже лично её специально для вас перевела, так что я еще загляну к вам.       — Кхм-кхм, я вам не мешаю, — пристав облокотился на проем двери       — Да, мы пришли узнать побольше об убийстве пары       — Все-то вы знаете, Анастасия Андреевна. Ну что я могу сказать, девушка была связана жгутом, после чего была подвергнута пыткам: ее били джутовым канатом диаметром 8 мм, хочу отметить, что после нанесенных ударов на груди леди кровью был нарисован какой-то символ — галочка и снизу подчеркивающая палочка,        — Так-так-так, а было что-то с молодым человеком?       — Его ударили сапогом 47 размера, подошва оставила явный отпечаток на груди, взгляните, — Родион Романович подошел ближе к столу, на котором лежало тело, и снял ткань, скрывающую убитого.       — Удар был сильным, значит есть вероятность, что подошва служащего…Тарас Петрович, а у ваших сапог она тяжелая?       — Я надеюсь, Анастасия Андреевна, вы меня не подозреваете. Да и, к тому же, всем служащим выдают эту обувь: и военным силам, и полицейским без исключений, и прочим, и у всех подошва значительно тяжелая. Это связано с тем, что материал износостойкий и имеет амортизирующие свойства, снимающие нагрузку с ног и позвоночника.       — Получается круг сужается до служащих, у которых 47 размер ноги или 31,9 сантиметр; а когда было совершенно убийство?       — 11 декабря       — Нужно выяснить, кто подходит под эти пункты и был свободен от поста 11 декабря. Благодарю Родион Романович, ждите на днях меня с книгой, до свидания!       — До свидания, любезная Анастасия Андреевна!       Ардашникова уже скрылась за дверьми, так что слышать, о чем общались пристав и эксперт никак не могла.       — Тарас Петрович, ну что? Как ваши отношения продвигаются?       — Я не знаю, как перейти на какой-то другой уровень наших взаимоотношений. Мы с ней часто гуляем, общаемся, пока она была в своей Франции, часто отправляли друг другу письма, но создается ощущение, что я не являюсь значимой фигурой в её жизни. Так, просто пристав Смолокуров.       — А говорить ты пробовал?       — Родя, если бы она меня любила, это было бы понятно, а мне ничего не понятно. Ладно, я пошел за моей «мон амур».       — „Mon“ и есть „моей“, Тарас Петрович,       — Не придирайся, — и пристав Васильевского острова принялся догонять барышню.

***

В это же время

      — Милая, милая Мари, как жаль, что тебе никто не поможет: твой благоверный уже мертв, — неизвестный прошелся рядом с еще теплившимся телом, подойдя к лицу убитого, он носком ботинка развернул голову. У мужчины был выстрел в голову…       — Прошу Вас…, — девушка сказала это шепотом, почти беззвучно;       — Пора заканчивать, прощай, Мари…       Раздалось два выстрела.       Спустя несколько минут на месте, где совсем недавно возлюбленные играли в снежки, лежало два трупа.