измена,1 часть.предательство,измена,стекло.

Шура заходит в квартиру после недельной командировки, тихо закрывает дверь и смотрит на часы:06:40. Самое время лечь в постель под бок любимому и сделать сюрприз, не правда ли? Ведь любимый-то думает, что тот вернется только к вечеру, и ничего не подозревает. Александр стягивает с себя обувь, аккуратно стаскивает мокрую куртку и толстовку, оставаясь только в джинсах и футболке. Одежда немного влажная, поскольку на улице парня застал дождь, поэтому он скидывает вещи в ванной. В квартире тихо и спокойно, убрано, по привычке любимого. В горле от предвкушения пересыхает, Саша идет на кухню, залитую лучами холодного света. На кухне его ожидает чужак. -Эй.- Рыжая растрепанная макушка, видимо, только оторвалась от подушки. Глаза сонные, взгляд удивленно-похуистичный.- Ты кто? -Похожий вопрос..- На нем футболка Шуриного возлюбленного, а под ней.. а под ней ничего. Легкая ткань при малейшем движении поднимается, оголяя его бедра. Рыжий стоит, допивая воду из чашки Воскресенского. У Саши дыхание прерывается от недовольства, неожиданности и злости. -Второй хозяин квартиры.- На Александре одни боксеры, открывающие вид на чуть загорелое тело. Синие волосы падают на лицо, руки складываются на груди, взгляд становится злым. Парень упирается плечом в дверной косяк, продолжая.- И, кстати, парень Олега. Если ты не в курсе. Теперь представься сам.- Незнакомец допивает воду и ставит кружку на стол с оглушительным звуком. Из спальни слышится какая-то возня. Не успевает тот начать говорить, из нее выплетается никто иной, как Олег. Он покачивается и зевает, трет закрытые глаза и еще не видит, что произошло на кухне: -Серый, ты опять устроил происшествие? Что уже?- Опять зевая,он заходит на кухню и видит эту картину. Саша, который должен был вернуться к вечеру и полуголый Сережа. -Доброе утро, любимый. Что уже произошло? Да так, ничего, просто я вернулся домой и застал это на нашей кухне. Не хочешь объяснить?- Шурик начинает злиться, и, между прочим, не беспочвенно. -Шур? Ты как здесь?- Сонный с открытыми глазами-орбитами, он тянется поцеловать Воскресенского, но тот резко отходит в сторону, не желая ласки.- Ну твою же мать.. -Мне кто-нибудь объяснит, что за херня происходит? Что он тут делает? Почему он в твоей футболке? Какого лешего он пьет из моей чашки?!- Саша срывается на крик. Рыжий отходит от него и прячется за спину Волкова, не желая учавствовать в разборках.- Волков, блять! -Шур, спокойно.. Пожалуйста.- Синеволосый поднимает взгляд стеклянных васильковых глаз на любимого, пытаясь найти ответ в его лице. Повторяет уже спокойно, и почти по слогам, как маленькому нашкодившему ребенку: -Что здесь происходит, и что он здесь делает? -Шур, это Сережа. Он- мой.. -Я его парень. Бывший, правда, но мы встречались пять лет до тебя.- Выдает-таки Сергей из-за спины Олега. -Вот как. И какого хрена ты, бывший парень, здесь забыл? -Мы соскучились друг по другу. И решили, что не можем быть по отдельности.- Волков тяжело выдыхает и садится на стул, пряча лицо за ладонью. -А ты, Олеж, ничего не хочешь добавить? Вы, получается, здесь сексом занимались? На нашей кровати?- Тот молчит, но рыжий отвечает за него: -Да. Занимались на кровати.- Его тонкий и язвительный голосок в край доводит Александра: -Так, рыжая падаль, вали нахуй с кухни. Я не с тобой говорю. -Не называй его так, Шур.- Встревает Олег. -Это все, что ты хочешь мне сказать?- Молчание. Гнетущая тишина.- Хорошо, тогда я уйду.- В голосе у Воскресенского сталь и холод, хотя в душе сейчас творится черт знает, что. Сердце стучит, как бешеное, к глазам подступают слезы, в горле встревает ком. Синеволосый идет в спальню и начинает собирать свои вещи в небольшую сумку. По комнате разбросана одежда; одежда Олега и Сережи. На столике стоят подсвечники, бокалы и бутылка шампанского, увидев это, парень криво усмехается, ускоряясь. В дверях стоит Волков, он смотрит за действиями возлюбленного. Уже бывшего возлюбленного. Трясущимися руками сложно быстро собрать все необходимые вещи, которых за два года в этой комнате не мало, последней в сумку летит общая фотография из фотобудки, сделанная в Москве полгода назад. Саша начинает одеваться, натягивает на себя через силу свитшот и джинсы. Смотрит на Олега. -Скажи честно, почему?- Без уточнения вопрос может показаться странным, но тот все понимает. -Шур, все сложнее, чем кажется. Если я сейчас начну тебе объяснять, ты психанешь, тебе нужно остыть. Поговорим позже?- Александр смеется. Конечно, поговорят они. Как только он покинет квартиру, должен будет забыть Волкова и все, что их когда-то связывало. Воскресенский плетется к входной двери, не спеша обувается. -У меня в ванной еще кое-какие вещи сохнут, ну да похер, можешь выкинуть.- Шурик проверяет телефон, паспорт, кошелек и натыкается на цепочку в своем кармане. Через пару секунд размышлений, он отдает ее парню,- Купил тебе в Уфе. Подвеска из челюсти куницы, символа Уфы.- Белая челюсть на цепочке выглядит, как кулон Волкова, доставшийся ему от отца. Что-то внутри Олега перегорает, когда он сравнивает эти две цепочки. -Спасибо..- Чуть медля, хриплым голосом отвечает он, сжимая подарок в руке.- Я надеюсь, мы еще сможем поговорить об этом?- Васильковые стеклянные глаза смотрят прямо в душу, пронизывая насквозь и позволяя понять- это его наказание. Наказание за стоящего неподалеку за спиной Сережу, который встревает в разговор, не позволяя Александру ответить: -Олег, у тебя есть шампунь? Мне уже пора собираться в офис. -Сейчас.- Шепотом говорит Волков Шурику, надеясь, что тот дождется. Но тот на прощание смотрит холодным взглядом на усмехающегося рыжего и покидает квартиру, оставляя свои ключи на тумбочке. Это не позволит ему больше вернуться сюда, не позволит воссоединить только что оборванную связь с тем, кто казался самым-самым. -Прощай, Олеж. Я буду скучать.- Бубнит еле слышно, почти про себя Воскресенский в закрытую дверь, зная, что его уже никто не услышит, кроме железа, скрывающего в последний раз стены когда-то их укромного уголка, их дома, места, где они вдвоем скрыты от всего мира. А сейчас.. сейчас для Саши это-лишь бывшее место жительства, хранящее в себе больные ныне воспоминания. -Вот, Сереж, шампунь для волос.- Волков сует рыжему в руки бутылку Шуриного шампуня для окрашенных волос и выскакивает в коридор, но синей макушки там уже нет. И уже не будет. Бежать за ним смысла нет, если он не хочет разговаривать, значит, сейчас он не готов. Олег обязательно поговорит с ним, но позже. А сейчас свежей ране нужно дать немного зажить, а не давить на нее сильнее. -Спасибо, Олеж. Я в душ.- Сергей тянет голову брюнета к себе и невесомо целует в щеку, тут же отпуская. А после улыбается. Совсем, как Шурик. Он всегда целовал Олега, притягивая пониже к себе, из-за разницы в росте.. Отмахиваясь от мыслей о Саше, Олег кивает и идет заваривать себе чай, в качестве завтрака, который обычно в будни готовил Александр, поскольку времени перед работой у него было больше. ———————————— Уже плетясь по улицам, Александр достает смартфон и набирает смс своему другу, глядя на свой ник, придуманный случайно. За синий цвет волос Олег ласково называл его Мальвиной. Или Мальвиночкой. В общем, ник, как и вообще все, тоже был связан с этим человеком. Мальвина: -Слав, я могу у тебя пожить немного? Слава: -Шур, все хорошо? Мальвина: -Да. Так я могу? Слава: -Вот тут небольшая проблема.. У меня сейчас теща до нового года дома будет. Мальвина: -Нового года?. Слава: -Шур, сегодня двадцать шестое декабря. •Твою же дивизию.. Действительно, скоро новый год.. Саша совсем забылся. Отлично, новый год в промахе из-за рыжего.. Воскресенский удерживается от мата в его адрес, понимая, что перед ним у того вины, как таковой и нет.• Слава: -Кстати, почему ты собрался к нам-то на нг? Или вы с Олегом вместе приедете? Мальвина: -Нет, я один. Так что? Слава: -На эти дни приютить не смогу, только на новогодних. Но тут рядом есть гостиница, ты можешь в ней пожить. Буквально в паре улиц от нашего дома. Что произошло с Олегом? Мальвина: -Приеду расскажу. Беру билет на поезд через два часа. Слава: -Хорошо, сообщишь, как нужно будет встретить. прочитано. Саша сует телефон в карман, направляясь в сторону Ладожского вокзала. Сейчас ему здесь делать нечего, Волков прав- тому надо остыть и обдумать всю эту ересь ситуацию, как следует. Сейчас внутри предательски пусто, и даже холодно, словно в нем сквозная дыра. Предательство делает больно физически и морально, парень старается не давать горячим слезам потечь из глаз, хлюпая носом при каждом движении. Кроссовки все еще мокрые почти насквозь, из-за прошедшего дождя по пути домой. ———————————— Спустя полтора часа парень устраивается на своей верхней полке, скидывая рядом сумку. Единственный пока что попутчик- спящий мужчина пятидесяти лет снизу от него. Храп не сильный, Воскресенского не тревожит. Его тревожит только это утро. Только то, что ему изменили, что его предали. ————————————