Вернутся к фанфику
27. Ворох мыслей
23 июня 2024, 23:09 Девана вышла из душа и устало упала лицом в свою кровать, пытаясь ни о чем не думать. Её голова всё ещё болела от тех взрывов, хотя прошло уже три дня с того вечера. Девушка перевернулась на спину и посмотрела в потолок. Она находилась в своей комнате. Солнце медленно уходило за горизонт, освещая дубовые полы последними, алыми лучиками. Кустистые деревья за окном разрезали лучи солнца на маленькие сверкающие кристаллы. Один из них попал Деване на лицо и девушка зажмурилась.
Вилла Варии находилась в Палермо на острове Сицилии. Это был старый бастион с большой казармой и подземными путями. Древний, средневековый замок с более новыми пристройками стоял в стороне от города, он терялся в лесистых зарослях и только приближённые знали дорогу, по которой можно было проехать к замку на машине. Это место спроектировал и построил Второй Вонгола, он хотел, чтобы у его семьи были защитники, которые в критической ситуации могли бы спасти Вонголу от полного разрушения. Так и появилась Вария. Лига лучших убийц, невероятно хорошие исполнители, которые бы не боялись тяжёлых заданий, от которых отказывалась главная семья.
Сама по себе вилла была похожа на бастион, которые строили в Средневековой Европе, только более укреплённый и с казармами по обе стороны от здания, которые напоминали братчи собора Святого Петра в Ватикане. Руки богоматери, обнимающие верующих. Если верить истории, то казармы приказал пристроить Четвёртый Вонгола в семнадцатом веке, когда Вария так разрослась, что места в замке уже не хватало. И, если так же верить истории, то эти казармы спроектировал и построил сам Бернини!
Над входом в замок, римскими буквами был выбит девиз дома:
«Invictus maneo»
Что переводилось, как «остаюсь непобежденным». И это было про Варию. Каждый член их дома лучше бы умер, чем проиграл. В этой семье всё ещё царил тот дух, который вселил в неё Второй Вонгола. И во многом это было благодаря Занзасу. Девана не могла этого не признавать.
Конечно, первый год девушка ненавидела своего босса, буквально терпеть не могла. Ведь его даже никак не наказали за конфликт колец, но, в конце концов, Девана увидела в Скайрини то, что видели его хранители. Занзас был грубым, жестоким, никто не спорит с этим, но в это же время Скайрини был справедливым и честным. Более того, Занзас проявлял беспокойство по отношению к своим людям особенным, своим фирменным способом. В первый раз Девана это увидела, когда она вернулась с парной миссии почти что с полумертвым Скуало на руках. Это был декабрь и они угодили в засаду. Супербиа не углядел и получил меч прямо в живот. В конце концов, они сумели зачистить территорию, но Супербиа отказался идти к врачу, в первую очередь он хотел отчитаться Занзасу. Деване пришлось крепко перевязать Скуало, чтобы остановить кровотечение, но и это не помогло. Когда они прибыли в кабинет Занзаса, Скуало уже висел на её плечах, истекая кровью, а сама Девана была близка к панике.
Скайрини оторвался от бумаг в своих руках и замер, удивлённо глядя на Скуало. Но удивление быстро сменилось яростью.
— Ты…ты идиот?! — прорычал мужчина, вскакивая со своего места так стремительно, что кресло за его спиной упало на пол. — Нахера ты пришёл сюда, если даже стоять не можешь, кусок мусора?!
Мужчина стремительно подошёл к ним и Девана испуганно зажмурилась, думая, что сейчас он их ударит, в её глазах скопились слезы, она была на грани от того, что истерично разрыдаться, как девчонка. Но вместо удара груз с её плеч исчез. Когда она открыла глаза, то не поверила им. Занзас заставил Скуало опереться на себя и подошёл к дивану, который стоял около камина. Положив Супербиа на софу, Скайрини быстро расстегнул форму своего подчинённого и хрипло произнёс:
— Эй, соплячка, — Девана дёрнулась от его голоса, непроизвольно хлюпнув носом. — В моём шкафу аптечка, притащи её сюда и вали за Луссурией. Быстро!
В тот момент Девана поразилась тому, насколько собранным был мужчина и как быстро он привёл в чувство и её. Одной фразой он прогнал тревогу и дал ей чёткие указания. Вместо криков и ярости Занзас проявил удивительную сосредоточенность и поразительные лидерские качества.
В конце концов, её учитель отделался очередным шрамом. Когда он более или менее пришёл в себя, то Занзас вызвал Скуало на ковёр и орал больше двух часов. И ведь ни разу не повторился в своих оскорблениях!
Так девушка узнала, что у Занзаса всё же было сердце, а так же самоконтроль, когда он необходим. Она прониклась к нему уважением, сама не заметив, когда это произошло. Занзас всё ещё был грубым и заносчивым, вспыльчивым, но когда он был нужен своим людям, то Занзас сразу менялся, словно по щелчку пальцев. Девушка так же узнала, что когда Дино вытаскивал Скуало из воды, ему помогал сам Скайрини. Ну, как помогал, послал Луссурию помочь, но это уже многое значило, ведь Луссурия был одним из лучших врачей Альянса, не считая Шамала.
В целом, жизнь в кругу семьи Варии отличалась от всего, к чему Девана привыкла. Каждый день был заполнен бесконечными тренировками, обучением и опять тренировками. Скуало не щадил девушку, как и обещал.
Однако было одно, что роднило её сегодняшнюю жизнь с ее прошлой жизнью. Общий ужин. Всегда, ровно в восемь, офицерский состав вместе с боссом собирались в столовой и вместе ужинали. И, надо заметить, это было даже чем-то похоже на семью. Леви, на проверку, оказался не таким чокнутым фанатиком. Бельфегор, в целом, был приятным собеседником, если не начинал говорить про свою исключительную кровь. А с Луссурией было о чем поговорить мужчина увлекался Лавркрафтом и остальной мистикой, поэтому его всегда было интересно слушать. Да и Скуало, оказывается, умел говорить тихо и даже смеяться не во время боя. Занзас чаще молчал, но, что удивительно, всё же вступал в разговоры время от времени, особенно если разговоры касались мяса или его любимой выпивки. Так девушка узнала, что, оказывается, Скайрини превосходно готовил стейки и, в целом, был хорошим поваром. Вот уж чего Девана точно не ожидала. Занзас мог рассуждать о приготовлении блюд больше часа, причём говорил он об этом с видимым удовольствием. И слушать его тоже было приятно. А уж его препирательства со Скуало любила вся семья, более смешных и остроумных разговоров Девана ещё никогда не слышала.
Её жизнь вошла в русло этой бурной, сложной реки, но девушка смогла остаться на плаву. Она стала сильнее, её тело перестало быть хрупким, а в силе своего пламени Девана теперь не сомневалась. Скажи ей сегодня, что завтра опять состоится бой с Маммоном, и Девана ни на секунду не испугается (конечно, в этом был виноват ещё и Скуало, который привил ей мысль, что любой поединок благо). Она стремительно шла к своей цели, не оборачиваясь на прошлое. Девана хотела стать сильнее. Она хотела, чтобы её иллюзии перестали быть только вспомогательным оборудованием, ей хотелось научиться обманывать ими самого Дьявола. Вендиче отлично подходили под это описание.
Девушка тяжело вздохнула, её пальцы нашли мальву и подснежник на шее. Она аккуратно погладила пальцами кулон и прикрыла глаза. После той ночи Вольто являлся ей только во снах. Однако, их связь стала крепче, поэтому она почти в любой момент могла коснуться его разума своим, в любой момент она могла оказаться в той жёлтой воде с привкусом лекарств, но Мукуро не пускал её надолго в тот ад. Он мягко ограждал её, наверное Вольто понимал, что Девана собирает информацию. В каждый такой переход хранительница тумана пыталась выцепить любые детали, которые могла бы использовать в будущем. Так она узнала, что чаще всего в то место спускалась одна женщина, она проверяла показания и уходила, так же Девана узнала по звуку лифта, что, скорее всего, это место находилось глубоко под землёй. Возможно, минус пятый этаж или больше. А ещё она смогла увидеть на выходе, в тонкой светящейся полосе света, две мужские спины. Охранники? Скорее всего.
И всё равно этого было катастрофически мало.
Этого было мало, чтобы ворваться в замок Вендиче и штормом пройтись по их дому. Ураганом разнести каждый уголок их особняка, чтобы, наконец, убаюкать в своих руках предназначенного. Но, боги, как же хотелось.
После провала с Иемитсу, Девана понимала, что никто не захочет ей в этом помогать. Она понимала, что осталась в этом омуте совершенно одна. Прошло два года, а девушка так и не поговорила с Базиликом после той встречи. Не объяснилась с Дино. Она лишь отправила Базилику смс-ку с извинениями и просьбами понять её мотивы, она написала, что не хочет быть врагом Альянса, а так же написала, что всё ещё любит Базилика,ведь он её единственный брат. Но Базиль так и не ответил.
Деване так же не хватило сил в тот момент, чтобы поговоритьс ребятами из Вонголы, чтобы взглянуть им в лица и всё поведать. Она знала, что, возможно, обидела Тсуну и ребят своим уходом, но иначе девушка поступить не могла в тот момент.
Не было и дня, чтобы Девана не думала об этом и не корила себя за такое поспешное отбытие.
Она посмотрела в сторону прикроватной тумбочки. На ней стоял портрет знатной леди, который она нашла вместе с Базилем очень много лет назад, статуэтка от взрослого Ламбо в виде золотого унитаза (он всегда поднимал ей настроение) , письмо Вольто, её портрет на мраморе, подаренный Дино и фотографии её родителей в рамках. Сердце болезненно заныло. Этот период её жизни, проведённый в Японии, был наполнен событиями. Страшными и счастливыми. Девана скучала по друзьям, скучала по Намимори, да даже по Червелло иногда умудрялась скучать!
В первый год Девана приехала в Японию на фестиваль зимний фестиваль в честь Нового года, чтобы, как и обещала Харе и Киоко, пройтись вместе с ними под красочными огнями фейерверков, поесть местных блюд и посмотреть на огромные, украшенные платформы, которые катили по улицам Намимори. Там была даже платформа от Воонголы, но заметить это могли лишь приближённые к миру мафии.
Девана была в сшитом для неё кимоно, и она действительно наслаждалась праздником и отведенными ей днями в Японии, ведь в Италии её опять ждали тяжёлые тренировки и сложные задания. Тогда же она и объяснилась с Тсуной и друзьями. Она рассказала им всё. От и до. Не смогла соврать, ведь и без того чувствовала себя виноватой перед ними. Рассказала про Мукуро, рассказала про цветок на её запястье. Рассказала, что не могла смириться с мыслью, что он всё ещё там, заперт в темноте, навсегда. Она попросила у ребят прощение за своё отбытие и за то, что стала частью Варии.
Удивительно, но друзья приняли это спокойно.
— Главное, что ты в порядке! — твёрдо тогда произнёс Тсуна.
Это поразило Девану. Она думала, что ребята обидятся на неё, но в их поведение не было и намёка на подобное. Вонгола веселилась вместе с ней и шутила вместе с ней. Праздник прошёл невероятно хорошо и по-семейному тепло.
Это были очень хорошие дни, она даже сумела вновь встретиться с Хибари, а так же помочь Кусакабэ с бланками для заполнения запросов на целый месяц вперёд. Хибари она так же рассказала абсолютно всё, и тот поведал ей так же всё, без утайки. Рассказал, что сделал Мукуро с ним, что попытался сделать с Тсуной и это поразило девушку. Она ощутила, что находясь далеко от Вольто, может испытывать страх и непринятие по отношению к его действиям. Девана перестала тешить себя надеждами в этот самый миг и решила сама разобраться в том, что действительно произошло и почему её предназначенный так поступил.
Она хотела услышать от него. Услышать, почему он сделал то, что сделал. Девана не знала, какое примет решение, услышав неправильный ответ.
- Принимай решение сама, - сказал ей Хибари, заметив замешательство, отразившееся на лице Деваны. Они сидели в его доме и играли в сёги, Девана безбожно проигрывала. - Я рассказал это тебе не для того, чтобы надавить на тебя. Я просто хочу, чтобы ты знала.
Девушка не сдержала улыбки. Взглянув в серьёзное лицо Хибари, она вдруг поняла, что он действительно за неё беспокоится. Это приятно её удивило и хранительница тумана поблагодарила друга.
Так же она встретилась с Эмой, своей одноклассницей. Эме она сказала, что уехала, потому что её родители уехали и девочка приняла это спокойно. Они действительно весело провели целый день вместе, уехав в Токио, чтобы погулять в большом городе. Под конец дня у обеих болели ноги от ходьбы и щеки от постоянного смеха. Эма была удивительно весёлой и хорошей подругой, с которой Деване действительно было очень легко забыться.
Единственное, что омрачало её «выходные» — это то, что Базилик и Дино были в Италии. Девана жалела, что так и не смогла поговорить с Дино с глазу на глаз, жалела, что ей не выпал второй шанс встретиться с Базилем. Ей не хотелось писать письма Каваллоне, девушке казалось, что этого было бы мало, чтобы объяснить то, что действительно произошло, поэтому он просто отправила им подарки с открытками и пожеланиями всего наилучшего. Дино ответил ответным подарком (он подарил ей очень красивые ножны ручной работы для её чинкуэды) и целым письмом с благодарностью, а вот Базилик промолчал.
Деване бы очень хотелось встретиться с ними прямо сейчас. Её глаза вновь опустились на портрет Знатной дамы и подарок Дино с ее собственным портретом на мраморе.
Расставание с каждым из них рвало ее сердце в клочья каждую свободную секунду. Базилик с Дино занимали очень важную часть её жизни, но никого из них рядом не было. Единственное, что спасало её из тёмной пучины абсолютного отчаяния — это тренировки со Скуало, общие ужины Варии и, что удивительно, письма Кеи.
Они начали переписываться сразу же после нового года, когда Девана отослала Кеи целый набор дорого итальянского чая (Хибари обожал чай и очень хотел попробовать именно итальянские сорта. Девана пообещала ему их отправить, поэтому тот дал ей адрес своего дома) с шутливым письмом, который начинался примерно так:
"Его Величество Хибари Кеи. Да пускай Ваше правление будет лёгким, а имя прославится в веках..."
Хибари не заставил себя ждать и уже через неделю отослал ей ответное письмо с книгой "Как научиться готовить онигири для чайников". Так они и начала переписываться.
Хранитель облака писал ей достаточно часто, Девана отвечала тем же. Они писали друг другу обо всём, о своих днях, об интересных ситуациях, иногда просто о погоде. Хибари однажды прислал ей фотографию Хиберда, а после начал слать их с каждым письмом, эти фотографии сейчас висели над её кроватью и их было штук пятнадцать точно. Удивительно, как уютно и спокойно им было общаться именно так. Без постоянного контакта, они всё равно оставались близки.
Впрочем, чего ещё можно было ожидать от независимого хранителя Облака?
— Вроой! — прервал её размышления громкий голос за дверью. — Скоро ужин! Так что поднимай задницу и иди в столовую!
Девана раздражённо вздохнула и приподнялась на локте, недовольно глядя на дверь. Короткие светлые волосы упали ей на щеки, вода с них закапала на её ключицы. Девана постригла их, когда поняла, что кончики были сожжены на той злополучной миссии. Так ей нравилось даже больше.
— Вроой! Я не ясно выражаюсь?!
— Да поняла я! — крикнула в ответ Девана.
— Не говори со мной так, соплячка! Не доросла ещё! — недовольно крикнул Супербиа и девушка услышала, как он уверенно пошёл дальше.
Застонав, Девана упала лицо в подушку. Всё таки иногда здесь было слишком шумно. Она вновь коснулась мальвы и подснежника на груди. Конечно, больше всего на свете она скучала по Мукуро. Девана почти каждый день проводила с мыслями либо о нём, либо о Вендиче. Девушка честно не знала, как она сможет вырвать предназначенного из лап тюремщиков, а так же ей было грустно осознавать, что прошло уже два года, а он всё ещё там. Погребён заживо в воде с медицинским привкусом. Но ещё больше её страшила мысль на краю сознания, что лучше Мукуро оставаться под стражей. Эта мысль пугала её, эта мысль делала всю её жизнь обречённой на страдания.
Девана тяжело вздохнула. Она села на кровати и вновь обратила свой взгляд на тумбочку. Её глаза зацепились за фотографию улыбающихся родителей. Мягко отодвинув рамку, девушка поджала губы. В самой дальней части тумбочки, ближе к стене, стояла фотография её и ребят из CEDEF. Это было в Риме, пять лет назад, когда они поехали отдохнуть. Орегано, Лар Милч, Турмерик, Базилик, Девана и Иемитсу. Всё они счастливо улыбаются, стоя на фоне вечерного Колизея, стены которого почти горели от лучей закатного солнца. Девана взяла фотографию в руки, большим пальцем стирая пыль с лица Иемитсу. Орегано стабильно звонила ей раз в месяц, иногда трубку перехватывали Лар Милч и Турмерик. Они разговаривали с ней, спрашивали как дела, всё ли в порядке и рассказывали о том, что происходило с ними. Ребята общались с ней так, словно Девана не покинула CEDEF ради собственных планов. Нет, её семья всё ещё оставалась её семьёй. И каждый их звонок безумно радовал Девану. Все из CEDEF общались с ней, но никогда к трубке не подходил Иемитсу или Базилик. И Девана понимала почему. Это разбивало ей сердце, но ничего поделать с этим хранительница тумана не могла. Но хотела. Хотела вернуться в Венецию, в свою комнату, хотела вновь поговорить с Базиликом обо всём и ни о чем сразу до самого утра, хотела оказаться в медвежьих объятиях Савады и услышать в который раз, что она умный ребёнок. Но нет.
В глазах Деваны собрались слезы и девушка поспешно убрала фотографию обратно. Нет, она обещала Скуало никакого нытья. Поэтому фотография ребят из CEDEF стояла так далеко. Каждый раз, беря её в руки, Девана погружалась в уныние.
— Девана, милая, почти восемь, — раздался ласковый голос Луссурии за дверью.
— Да…да, я сейчас!
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!