Вернутся к фанфику
I. Наоки Сандзюго
10 августа 2023, 17:15Наоки налил виски в два стакана. Для себя и для Акутагавы.
— Попробуй. Я думаю, этот хороший.
Рюноскэ сделал пару глотков.
— Да, действительно. Впервые я попробовал его месяц назад, когда у Кумэ собирались.
— А-а, да, весело посидели тогда! Но, ладно, рассказывай, как ты? Какие новости?
Наоки облокотился на спинку стула, и, немного отпив виски, посмотрел на Рю, ожидая истории.
Акутагава обычно выглядел скромным и чаще всего был сдержан, но с близкими друзьями мог говорить несколько часов, и только периодически спрашивать: «Извини, я не слишком много говорю?»
— Какие новости… В целом, они не то, что бы есть. Разве что, несколько дней назад я начал писать ещё один рассказ. Задумываю его достаточно длинным.
— Неплохо!
На душе у Рюноскэ помутилось, как и в глазах. Он предпочёл не говорить, что хотел начать работу над этим рассказом уже около трёх лет, и не начал бы ещё долго, если бы ему не казалось, что через месяц он умрёт. Об этом предположении не знали даже настолько близкие ему люди, как Кикути Кан или Дадзай Осаму. С последним Рю невероятно сдружился в последнее время. Осаму казался ему милым, забавным и интересным человеком.
Рю глотал таблетки каждый день. Одну утром, после еды, чтобы успокоить нервы, и галлюцинации хотя бы некоторое время не мучили его. А вечером, прежде чем лечь в кровать — снотворное. Без него спалось совсем плохо. Что бы кто ни говорил, но лекарства помогали ему чувствовать силы, в том числе творческие. Силы, чтобы писать новые книги. …Вот только закончить их — сил уже не хватало. И Рюноскэ пил ещё одну, перед этим заставляя себя поесть.
Помимо этого, из-за таблеток он первое время был немного веселее обычного, что вызывало у Кана радость, и в то же время страх. Что там, в этих таблетках? Не привыкнет ли Рю к ним излишне сильно? Вдруг, когда лекарство кончится, Акутагаве станет хуже?
Сейчас Рю шутил и смеялся. Он знал: ему осталось чуть меньше месяца. Это время стоит провести как можно лучше. Лучше настолько, насколько его хватит.
***
Вечером Наоки лежал на футоне, раздумывая о потраченных за неделю деньгах. Акутагава уехал домой около пяти часов назад, Сандзюго больше никого не ждал и мог позволить себе отдать этот вечер размышлениям. Комната была освещена электричеством. Лампа немного потрескивала. Неожиданно, на тумбочке зазвонил телефон. Это заставило Наоки с недовольством подняться и взять трубку. — Я слушаю. — Это я, Акутагава. Рю? Зачем это Рю может звонить спустя пять часов после встречи? Он что-то забыл?.. Кажется, нет… Но что тогда заставило его сделать этот звонок? — О! Рю, что случилось? — Ничего особенного… Я говорил, что пишу несколько рассказов одновременно, и… Мне хотелось бы спросить у тебя… Наоки заметил, что голос Рюноскэ дрожал. Не так, как у человека, который плачет. Скорее так, как дрожит голос от страха или безысходности. Это точно связано с рассказами? — …Что делают люди, когда узнают, что им осталось жить две недели? Наоки сначала задумался. Неужели правда — нужно для книги? Звучит убедительно. — Пишут завещание. Прощаются. А кто-то — живёт на полную катушку. — А как это — жить на полную катушку? Наоки опешил и замолчал. Глаза увеличились. Он не детектив, но если из всех вариантов Рюноскэ заинтересовал именно последний — это или не он, или это нужно ему не для книги. — Рю, что случилось? — Нет-нет, я в порядке! Я же говорю, книгу пишу. — Рю, расскажи! Кан знает?! Какие две недели?! Что будет через две недели? Обычно Наоки называют эгоистом, а хорошим другом его зовут очень редко. Но это заявление Акутагавы на самом деле заставило его испугаться. — Наоки, всё хорошо. Правда. — Я надеюсь, ты не собираешься ничего с собой делать? — Нет. Это мне будет не нужно. На обоих концах провода повисла тишина. Рю думал, что ему теперь говорить, Наоки — что ему теперь думать. — …Рю, что будет через две недели? В трубке что-то зашипело, и дальше Акутагаву было не слышно. Вернее, он говорил, но разобрать мало что получалось. Наоки понял только одно: Рю не рассказывал, что будет. Он пытался успокоить. Звонок прервался и Сандзюго положил трубку, чувствуя опустошение и озадаченность. Он упал обратно на футон. Оставалась только надежда, что Кан знает о происходящем с Акутагавой и понимает, как помочь.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!