Глава 15. Признание

      Киру разбудил взволнованный голос Мина, говорившего по телефону.       - Что случилось? – сонно пробормотала она, когда он положил трубку.       - Литературными словами не скажешь, - нахмурившись, Ю нашел сообщение от Жуя. – Давай посмотрим.       Видео стрима девушки-организатора и комментарии вышибли из головы все цензурные слова.       - Что с Яо? – пытаясь осмыслить произошедшее, спросила Измайлова.       - Оштрафовали и отстранили, - отозвался Мин, - компания хочет тебя на замену.       - Плохая идея. Запасной мидер у вас есть, вот пусть Лу Юэ и играет. У меня в контракте даже пункт прописан – «только в случае крайней необходимости».       - А тут не крайняя? – грустно усмехнулся тренер. – Почему играть не хочешь?       - Не слишком ли много новостей обо мне будет в последнее время?       - Тебя с Романом сняли? – ужаснулся Мин.       - Не думаю, да это и не важно, - пожала она плечами. – Мы иностранцы, и это нормальное для нас поведение. К тому же мне скорее позавидуют, чем будут осуждать, – тренер фыркнул, но вслух возражать не стал. - Я к тому, что Лу Юэ для вас свой, и заменить мидера – это единственное, что он может. Фанаты возмутятся, если и эту роль отдадут мне. Простой вопрос, зачем тогда Лу Юэ?       - Логично, - Ю потер переносицу. – Вот и приехали, сейчас выясним подробности.       Измайлова грустно посмотрела в окно – и правда, они уже заезжали на лагерную территорию. В машине поговорить не удалось.       - Мин, можем поговорить? – спросила она, когда господин Ли (водитель) поехал отдыхать, оставив их с чемоданами у входа на базу.       - Да, конечно, - обернулся к ней парень.       - Мин, ну наконец-то, - выскочили из дверей ребята. – Жуй повез Яо к госпоже Ван. Чен за ними уехал. Мин, нам страшно, что делать?       - Привет! – поздоровались только что прибывшие.       - Для начала, без паники, - подбодрил Ю, - Тун Яо не выгнали, всего лишь отстранили на одну игру. Я недавно разговаривал с Сяо, они уже едут сюда.       - О, это хорошо, - порадовались ребята.       - Кира, что ты хотела сказать? – повернулся к ней Ю.       - Давай поговорим, как у тебя время будет, - предложила она, рассудив, что объяснения вести лучше без зрителей.       - Хорошо, - кивнул Мин.       Но с возвращением менеджера на тренера обрушилась лавина проблем и погребла его с головой. Помимо выполнения основных обязанностей, он оказался вынужден помогать с урегулированием конфликта.       На место мидера назначили Юэ, из-за чего пришлось пересматривать стратегию и увеличивать количество тренировок, чтобы ребята успели сыграться.       Во время первой дружеской игры Лао Мао взвыл от боли в руке и оказался вынужден признаться, что кисть заболела после АнимеКона.       -Что ты молчал-то? – отвесив подзатыльник, Мин отправил Кэта с менеджером в больницу. Неутешительный результат – неделя покоя – посадили на позицию топера Рей. Официальное заявление о замене Кэта и причинах усугубления профессиональной болезни помогли отбелить репутацию Смайлин, но не вернули ее в основной состав.       Просевшие за время бездействия навыки LK и ерничающая Яо, непонимающая сути недовольства капитана, выносили мозг своей безответственностью. Вообще замена игрока, а еще хуже двух, ставили под угрозу возможность победы в предстоящей игре, хотя Обсидиан для ZGDX сильными соперниками не считались.       Переживания за команду вынуждали тренера работать на износ, чтобы максимально подготовить игроков к следующей игре. Несмотря на то, что времени было достаточно, с каждым днем он выглядел все хуже, словно тревоги пожирали его изнутри – краснели глаза, все чаще мучали головные боли, повышалась раздражительность. Он старательно скрывал симптомы, но самые наблюдательные все равно их замечали.       Кира помогала ему всеми силам – изучала соперников, работала над стратегиями, помогала Юэ оттачивать навыки. А по вечерам из последних сил добиралась до кровати, желала приятных снов фотографии в телефоне и проваливалась в живительную темноту, чтобы утром снова приняться за работу.       Она разрывалась между подготовкой, поддержкой Яо и попытками поговорить с Мином. А сколько было этих попыток – она уже сбилась со счета. То раздражение или усталость в его глазах заставляли ее отступить, то что-нибудь мешало – чей-то звонок, чья-то срочная проблема, то банальная усталость валила с ног и закрывала глаза. И каждый вечер она обещала себе, что завтра обязательно получится. И каждое день это «завтра» отодвигалось на завтра.       - Мин, можем поговорить? – последний вечер перед игрой оказался щедр на крохи энергии в конце рабочего дня.       - Да, заходи, - пригласил парень. Он снова просматривал навыки геймеров Обсидиан, переживая за LK – мидер противников был хорош, как ни крути.       - Я бы хотела … - занимая место напротив него, начала она.       - Мин, - перебил Панг, заглядывая в переговорку, - там доставщик еды приехал. И … заказ перепутали.       - А я тут причем? – парень недовольно скрестил руки на груди.       - Ну, Жуй по телефону разговаривает, а я не знаю, что делать. Кушать хочется. Разберись, а? – умолял саппорт.       Бросив на Рей взгляд под названием «видишь, с кем мне приходится работать?», тренер пошел решать очередную «глобальную» проблему, прикрывая за собой дверь.       Ругнувшись, Кира устало опустила голову на стол. Горькие слезы потекли из глаз, хоть немного снимая внутреннее напряжение. Предстоящий разговор, прокрученный в голове за это время пару миллиардов раз, постоянно держал в напряжении. Безумно хотелось все прояснить. И не будь у нее опыта Валгаллы, это уже давно отразилось бы на игре.       Она невесело усмехнулась – возможно, еще недавно на ее месте был Мин, думающий о разговоре, но не имеющий для него подходящей минутки.       - Эй, подружка, - заглянул к ней Толстяк, - Жуй всех ужином угощает, идешь?       - Нет, я спать.              Первая игра с Обсидиан выдалась напряженная. Даже Лу Юэ почувствовал, на время забыв про веселье. Ни единой шутки во время игры. Перерыв пришлось провести в коридоре – Мин все-таки уговорил Чена объясниться с Яо. Поэтому ребята расселись в туннеле, решив даже не ходить к комнате игроков. К ним присоединились Мао и Сяо.       - А где Мин? – спросила Кира. На ее весьма предвзятый взгляд сегодня тренер выглядел просто ужасно. От любопытных взглядов его спас Кей, уговоривший на естественный макияж.       - В уборную уходил, - отозвался парень.       - Хреново он выглядит. Пригляди за ним, а? – попросила она.       - Ладно, пойдете играть, я его проверю, - улыбнулся Жуй.       Во втором раунде победа досталась не легче, но все же досталась. И ребята, уставшие и довольные, поспешили в комнату отдыха. Кира отстала от своих длинноногих тиммейтов. И когда команда скрылась в проеме, она обернулась на звук и увидела Ю. Он шел, пошатываясь, придерживаясь за стенку, то и дело касаясь головы рукой.       - Мин! – качнувшись чуть сильнее, он потерял сознание и полетел вниз. Она едва успела подбежать к нему и подставиться, позволяя телу парня навалиться на нее. И медленно осела с ним на пол, не давая ему удариться головой. – Чен!!!       Капитан тут же выскочил на ее крик, и поспешил поднять друга.       - Жуй, звони в скорую! – командовала Измайлова. Она успела прикоснуться ко лбу тренера, и он был очень горячим.              Каталка с Ю, находящемся в бредовом состоянии, лязгала по больничным порогам. Быстрый топот ног отдавался в ушах в унисон биению сердца.       - Дальше проход только для близких родственников, - замедлил процессию врач. Кира даже не притормозила, держась за холодный металл поручня и следуя за табличку «Посторонним не входить». Окольцованная рука и непоколебимая уверенность не оставили врачу и толики сомнения, что ее можно не пускать.       - Я позвоню, - бросила она встревоженной команде, скрываясь за маятниковыми дверями.       Их провели в палату. Во время осмотра Измайлова вышла в коридор, чтобы заполнить медицинские бланки – рядом с тренером было достаточно людей, и она пока была там лишняя. Жуй помог с необходимыми данными, и когда вышел врач, она протянула ему бумаги.       - Госпожа Ю, - обратился он к ней, глянув бланки. – Не переживайте, с Вашим мужем все в порядке. Простыми словами, у него сильное переутомление. Я дал ему снотворное, и сейчас он спит. Ему необходим отдых. Понаблюдаем его несколько дней, покапаем капельницы, и отпустим домой.       - Спасибо, - кивнула девушка, принимая из рук мужчины заключение. И когда все помощники вышли из палаты, зашла внутрь. Комната была небольшая, разделенная на две части – справа от двери, у окна стояли диван, два кресла и стол между ними. Напротив двери шкаф для вещей и одежды. Слева – широкая койка. Отправив фото заключения менеджеру, она повернулась к пациенту.       Мин спал. Дыхание у него выровнялось и, прикоснувшись ко лбу, она поняла, что температура падала. На руке осталась тоналка.       - Давай смоем с тебя макияж, - прошептала Рей.       Достав салфетки и очищающее средство, она, нежно обрисовывая черты лица, удалила косметику. Когда дело было завершено, в ее кармане дзынькнул телефон Ю.       - Жуй что ли подсунул? – она выудила гаджет, и успела прочитать сообщение, перед тем как экран погас:       «Привет, любимый! На выходных встретимся?»       Сердце пропустило удар. Любимый. ТсинАй-де. В этой стране так называют своего парня.       Мир вокруг снова вздрогнул. Мысли в голове мешали нормально дышать. Покрутив в руке телефон, она переставила его в беззвучный режим и положила на прикроватную тумбочку. Правильно будет написать этой девушке, сообщить о состоянии Ю. Но, немного поразмыслив, Кира успокоилась, эгоистично решив оставить это парню – пусть напишет сам, когда проснется.       Но в этом мире был один человек, не сообщить которому она не могла.       Найти личный номер госпожи Ю было невозможно, но номер личного секретаря оказался в открытом доступе. Несколько противных гудков сменились приятным голосом, на фоне которого слышался ритмичный стук каблуков:       - Добрый день! Меня зовут Чень Ан. Вы позвонили личному секретарю Ю Мэй. Чем могу помочь?       - Добрый день. Меня зовут Кира. Сообщите, пожалуйста, госпоже Ю, что ее сын в больнице.       Повисла пауза, после чего в трубке зашуршало – девушка закрыла ее рукой, видимо, передавая информацию, но быстрый стук просочился и через эту преграду.       - Я Ю Мэй, - голос был полон холода и презрения. Не удивительно, наверно, подобную фразу она услышала не один десяток раз. Вполне возможно, что популярность Мина и состоятельность семьи притягивали разных вымогал. – Что Вам надо?       - Ничего, - спокойно отозвалась Измайлова. – Сегодня Вашему сыну стало плохо, и его доставили в Народный госпиталь Шэньчжэня. Сейчас он спит, но должен скоро проснуться. Врач заверил, что угрозы здоровью нет. Это переутомление. Через несколько дней его должны выписать.       Последние фразы Кира произнесла под стук удаляющихся каблуков. Сбросив звонок, она наконец-то позволила себе расслабится.              - Какая еще жена?! – различила Рей возмущение госпожи Ю в приближающемся шуме. Судя по топоту и голосам ее как минимум сопровождали двое, и один из них – подобострастная медсестра, что-то елейно отвечающая женщине.       - Как быстро, - выдохнула Кира и покосилась на койку. Мин еще спал. После чего поднялась, и когда дверь распахнулась, склонилась в вежливом поклоне, отдавая свою дальнейшую участь маме Мина. Стук каблуков оборвался.       - Что значит, "какая жена"? – зло шипел врач, вошедший вслед за женщиной. – А это тогда кто?       Повисла пауза. Кира не поднимала головы, все еще находясь в поклоне. Она чувствовала на себе взгляды, но вмешиваться не хотела.       - Это? – женщина сделала несколько шагов к ней. – Ах, эта… К сожалению, мой сын слишком своенравен и может поменять решение без моего ведома. Спасибо, можете оставить нас.       Чертыхаясь себе под нос, мужчина вышел, вслед за ним выскользнула и медсестра, аккуратно прикрывая дверь. Кира выпрямилась, смело поднимая глаза на женщину. Она была красива – четкие черты лица, длинные блестящие волосы, стройная фигура, и все это подчеркнуто идеальным макияжем, прической и одеждой. За ней стоял мужчина приятной внешности, форма носа позволила идентифицировать в нем отца парня. Его взгляд был ощутимо теплее взгляда его жены, на тонких губах наметилась улыбка.       - Здравствуйте, господин Ю, госпожа Ю. Это я Вам звонила. Прошу простить, что ввела персонал в заблуждение. Я решила, что Мину будет лучше, если заботиться о нем будет человек, которого знает он и который хоть немного знает его.       Женщина скользнула взглядом по кольцу.       - Оно не имеет к Вашему сыну никакого отношения, - тут же пояснила Измайлова.       - Ты – Рей, - утвердила женщина. Кира кивнула. – Та самая девчонка в команде Мина, что наделала много шума. Не думаешь, что это нервы ему потрепало?       Измайлова промолчала – виноватой она себя не считала, и оправдываться не собиралась.       - Что ты тут делаешь? – прозвучавший хриплый голос Ю заставил их вздрогнуть. Мэй, коротко глянув на сына тут же отвернулась:       - Будь повежливее, как-никак я твоя мать.       Рей покосилась на тренера и очень обрадовалась, что у него нет сверхспособности убивать взглядом, иначе бы от нее уже живого места не осталось.       - Я чай принесу, - придумав повод, она поспешила скрыться за дверью, оставляя семью наедине. Вдруг им удастся поговорить.       Выловив в коридоре медсестру, Кира выяснила, где можно раздобыть не только чай, но и еду для пациента. Приготовления заняли около получаса. Подхватив тяжеленький поднос с чаем на три персоны и порцией супа, девушка поспешила обратно.       В палате звенела тишина. Мать и сын смотрели в разные стороны: Мэй, сев в кресло, - в окно, Мин, невольно прикованный к койке, - в стену. Отец устроился в кресле напротив жены и листал новостную сводку.       Разлив родителям Ю чай, девушка подхватила тарелку с супом и подошла к тренеру.       - Я не голоден, - выразил он свое недовольство происходящим.       - Врач прописал, значит, надо съесть, - обманчиво мило улыбнулась она. Мин окинул ее оценивающим взглядом, прикидывая, хватит ли ему сил с ней справиться. Но слабость играла против него, и он, смирившись, взял тарелку, принимаясь за еду.       Кира вернулась за стол.       - Вот заключение, - вытащила она листок из стопки.       - Мы привыкли доверять врачам, - госпожа Ю даже не удостоила его взглядом.       - А я привыкла отслеживать реакцию на препараты, - ничуть не смутившись, ответила Рей. – Каждый человек индивидуален. Одно и то же лекарство одному подойдет, а другому – нет.       Отец улыбнулся, но от экрана глаз не отвел.       Кира заметила, что внешне Мин очень походил на свою маму: разрез и цвет глаз, форма губ, брови, скулы. А вот характер… Она покосилась на отца – спокойного, невозмутимого и выдержанного, потом на мать – властную, упрямую, сильную. Кажется, Мин соединил в себе обоих.       Зазвонил телефон, и господин Ю взял трубку. Выслушав сообщение, он обратился к жене:       - Нам пора, дорогая, - после чего обернулся к парню. - Сын, надеюсь, после выписки ты заедешь на ужин домой.       Мин сдержанно кивнул. А Мэй, обмякнув от взгляда мужа, протянула Рей свою визитку:       - Напиши мне, как Мина выпишут. От него не дождешься.       - Хорошо. Всего доброго, - Кира поклонилась напоследок.       - Зачем ты ее позвала? – стоило двери закрыться за родителями, как Мин решил обрушить на нее свое негодование. – Ты не знаешь моих с ними отношений! Зачем лезешь?       - Может, твоя мама и не принимает твоих ценностей на данный момент, - спокойно повернулась она к нему. – Но это она тебя родила, воспитала и, скорей всего, постаралась дать лучшее, что могла. Думаю, за такое она имеет право знать состояние сына, если он попал в больницу.       Парень опустил взгляд, нехотя соглашаясь с ее словами.       - Вот и славненько. Держи, - она протянула ему ноутбук.       - Это запрещено, - удивился он.       - Ну я ж знаю, что ты без него зачахнешь, - усмехнулась Рей. – Позвони ребятам, они волнуются. У тебя сорок минут, потом я все конфискую, чтобы медсестра ничего не заметила.       Дождавшись, когда медсестра уйдет, Кира подошла к Ю.       - Поговорим? – уж теперь-то ничего не должно помешать.       До этого парень, смотревший ей в глаза, внезапно отвернулся. Его взгляд заскользил по палате. И Кира поняла, что зря грешила на Судьбу, - Мин и сам не особо хотел этого разговора.       - Инцидент с Энси …       - Думаю, лучшее, что мы можем дать друг другу, - это дружба, - перебил ее он. От услышанных слов в груди вспыхнуло жгучее пламя, заставляя внутренне содрогнуться.       - Мин, я должна…       Раздался звонок. На экране высветилось фото той самой девушки, сообщение от которой она случайно увидела. Ю потянулся к телефону, глаза защипало.       - Чай принесу, - она поспешила выйти из палаты.       Первым делом добравшись до туалета, Рей позволила себе несколько минут слабости, со стоном сползая по кафельной стенке на пол.       Опоздала. Как же больно было услышать это чертовое «друг»!       Не больнее, чем Мину, напомнила она себе. И тут же горько усмехнулась, восхищаясь его стойкостью – боль отразилась лишь во взгляде, что способен прочесть не каждый. Он сделал свой выбор, и теперь даже слышать не хочет об отношениях. Настолько, что девушку себе нашел.       Его слова подожгли душу. Пришлось собраться с силами, чтобы сдержать распространение огня. Она сгорит, но позже. Сейчас же она медленно поднялась с пола и умылась ледяной водой.       Значит, на данный момент ей остается только смириться. Что ж … друг – это тоже хорошо. Она даже порадовалась, что не успела признаться в чувствах, - будет меньше неловкости и будет проще вернуться к прежним отношениям. Ради него она научится с ним дружить. А дальше – посмотрим.       Кира заставила губы растянуться в привычной улыбке и отправилась за чаем, чтобы потом вернуться в палату. К нему.              Мина выписали на следующий день, и, доставив его на базу, Измайлова отправилась к Дзинь Ян под предлогом моральной разгрузки. Яо уехала на свидание с Ченом (рыбку они поехали покупать) и портить ей настроение своими проблемами Рей не захотела.       Она едва успела добраться до номера подруги, как пламя в душе вырвалось из-под контроля, прорываясь горячими слезами.       - Кира! Что случилось? – Дзинь затащила подругу в комнату, тут же крепко обнимая ее.       - Я влюбилась…. Дзинь, мне больно!       Встреча затянулась до вечера. Эмоции, слезы, разговор. Пересказывая последние события, Измайлова заново переживала произошедшее, перемалывала, переосмысливала. Распалившийся огонь сжигал недоступные более желания и мечты, обжигал, заставляя отступить. И из праха рождалось новое чувство.       - Жалеешь, что друзья открыли тебе глаза? – Дзинь задумчиво сделала глоток RIO. Рассказ Киры осмыслить было непросто. Много взаимосвязей, выводов, заключений.       - Нет. Лучше так, чем в мире иллюзий, - уверенно качнула головой Рей. Буря осталась позади, и душу наполняло опустошение. Это временно, скоро пройдет.       - Что собираешься делать?       - Стать другом, если получится… - губ коснулась горькая улыбка.       - Сдаешься? – не поверила Ян.       - Он принял решение, и я обязана его уважать. Ведь причины могут быть самые разные. Может, он не хочет иметь отношений с кем-то из другой страны. Согласись, это несет в себе кучу дополнительных проблем. Может, статус не позволяет. Или та девушка – это условие его родителей, на которые он согласился.       - Тц, это вряд ли. Будь это так, я бы знала, - уверила Ян.       - Ну, может ведь такое быть? – мягко улыбнулась Рей. Поразмыслив, Чен кивнула, все может быть.       - А, может, причина в каком-нибудь завещании прабабушки, ненавидящей русоволосых, - последний аргумент из разряда фантастики заставил подруг тихонько рассмеяться.       - Поняла, - Дзинь обняла Киру за плечи. – Ты не сдашься.       - Понаблюдаю пока со стороны. Может, смогу понять причину.       - Я бы так не смогла, - содрогнулась Ян.       - Да и я не уверена, что получится, - грустно отозвалась она. – У меня такого опыта еще не было. Главное, держать в голове мысль, что самое важное – его счастье, а кто им является – меня не касается, - Кира глубоко вздохнула, выпрямилась, словно стряхивая с себя печаль, и протянула баночку подруге, предлагая чокнуться. - Давай, за сожаления и дружбу!       По дороге от Дзинь Ян на базу Измайлова успела окончательно успокоиться, принимая новое положение. В конце концов, конец света, кажется, не произошел, а, значит, шанс завоевать личное счастье еще будет.