Глава 17. Благодарность

      Время отправления «на бал» было назначено на 15:00. Опаздывать, нервируя тренера, не хотелось, поэтому Кира пригласила на помощь Дзинь Ян пораньше. Накануне Рей отказалась от салона, решив, что им двоим хватит и времени, и умений подготовить ее к мероприятию. В эту самую подготовку она включила и ценную информацию. Подружка не подвела, и все утро из комнаты запасной слышался смех. Вперемешку с веселой болтовней Чен наставляла Измайлову: рассказывала про родственников Мина, про правила приличия и другие нюансы поведения.       А в воцарявшиеся редкие минуты тишины, Кира возвращалась мыслями к тренеру, размышляя, почему вчера он так разозлился. Пытаясь разобраться, она предположила не лучшие отношения с именинником и, пока они поднимались в магазин, поинтересовалась у парня, любит ли он дедушку. На что получила ответ, что он не любит некоторых родственников, и уверен, что его присутствие лишь испортит праздник. Но раз приглашение получено, деваться некуда, придется ехать, ведь отказаться было бы … неправильно. Сам он планировал поздравить деда, когда никого не будет. Оставалось надеяться, что единственной причиной такого положения был киберспорт – камень преткновения всех семей геймеров.        - Кстати, Дзинь, хотела у тебя спросить, - вспомнила Измайлова одну особенность. – Почему у Мина та же фамилия, что и у его матери? Разве он не должен был взять фамилию отца?       - Госпожа Ю умная женщина, - ответила Чен. - Мне мама рассказывала, что она еще перед замужеством хотела сохранить фамилию и по женской линии. Видимо, догадывалась, что основной бизнес перейдет ей. Поэтому и нашла мужа с такой же фамилией.       - Вот это расчёт. А как же чувства? – ошарашенно выдохнула Кира. Конечно, Мэй сразу создавала впечатление сильной и деловой женщины, но то, как она отреагировала на взгляд мужа в больнице, говорило и об эмоционально-чувственной связи.       - Стерпится – слюбится, - пожала плечами брюнетка. – Раньше с этим вообще строго было. Всегда родители супруга выбирали. Это в наше время стало проще, да и то не всегда и не везде. Вспомни, и Чена и Мина вынуждали ходить на свидания «вслепую».       После тренировки к ним присоединилась и Яо.       - Ух ты, какая красота! – восхитилась Тун, рассматривая сапфировые сережки и заколку для волос в платиновой оправе.       - Дааа, - Рей любовно огладила драгоценности, - от мамы достались. А ей – от бабушки, а той – от прабабушки. Семейная реликвия!       - Ну ты красотка! – восхитилась Дзинь, когда все приготовления были завершены. – Но колечко советую снять. Тебя могут неправильно понять.       Элегантное темно-синее платье с белой полосой идеально гармонировало с длинными серьгами и заколкой в волосах, которые снова были собраны на затылке. Холодный цвет добавлял коже белизны, а оттенок волос, наоборот, казался теплее. Изящную шею подчеркивал вырез лодочкой, тонкие руки – разрезы на длинных рукавах. Лицо обрамляли две пряди – платиновая и светло-золотая. А в качестве обуви Кира выудила из чемодана белые классические туфли на шпильке. Клатч она одолжила у Ян.       - Раз готова, пора идти, - Рей глянула на часы, до выезда оставалось пять минут.       Прихватив подарочный пакетик, Измайлова поспешила на первый этаж. В качестве презента она выбрала пару фотоальбомов. Упаковав их в коробочку, она добавила открытку с подписью: «Со временем ценным становятся лишь отношения с близкими и воспоминания, что греют душу. Но, к сожалению, память может иногда подводить. Я надеюсь, эти альбомы помогут сохранить самое ценное в этом году, и станут не последними!».       Ее появление оборвало все разговоры в игровой. Подружки довольно улыбались произведенным эффектом, по праву гордясь своей работой.        - Ну, повеселись там на славу, - Дзинь подтолкнула ее к Мину, все еще стоящему с приоткрытым ртом. На парне был классический черный костюм с белой рубашкой.       - Надеюсь, ты вызвал такси, - проходя мимо него, она поправила ему челюсть. Раздались смешки, разряжая обстановку.       По дороге Ю был молчалив. Рей чувствовала его напряжение, тяжелые мысли вновь залегли морщинкой между бровей. Он уже не злился, но и радоваться не спешил.       - Прости, что втянула тебя в это, - она заглянула ему в лицо. Ей стоило взять в расчёт, что Мэй окажется хваткой женщиной и не упустит возможность повлиять на сына. – За меня не переживай, проблем тебе я не доставлю.       - Мне не стоило на тебя злиться, - вздохнул он. - Мои отношения с родителями – это сложная и болезненная тема, как и для большинства в нашей сфере. В Китае киберспорт поддерживает только государство, но не родственники. Я не хотел, чтобы ты с этим столкнулась. Но, раз мы все равно едем, готовься, будет тяжело.       - Мин, - после некоторого раздумья вновь нарушила она тишину, - ты с мамой хочешь помириться?       - Кто ж не хочет, - горько усмехнулся парень.       - Принято.       - Кира! –воскликнул он, жалея о своем ответе.       Но такси уже доставило их к особняку.       - Дверь откроешь? – игнорируя его угрожающий взгляд, улыбнулась девушка.              На входе их встретили родители Ю. Госпожа Мэй выглядела идеально в серебристом платье, изящно оттеняющим ее смоляные волосы с серебристым отливом. Поздоровавшись, Рей понемногу пошла по коридору, пока Мин разговаривал с родителями. Убранство восхищало: продуманный дизайн, связанные элементы, китайский колорит. Она даже не заметила, как подошла к выходу в сад, где были расставлены столы. Гостей было много – они болтали и смеялись; сновали официанты, фоном играла музыка. За спиной послышался стук каблуков. Измайлова хотела повернуть назад, чтобы дождаться тренера, как оказалась замеченной.       - О, а с кем пришла эта прекрасная дама? – молодой человек поднялся из-за стола разглядывая ее. Разглядывая неприятно, оценивающим взглядом. Внешне он не был похож на Мина – ниже ростом, тоньше, с лоснящимися волосами, зачесанными набок. Но некие общие черты выдавали в них родство. Впрочем, после описания Дзинь, узнать его было просто – двоюродный брат Мина, Ю Ксин. Как отозвалась о нем Ян, противненький человечек.       - С Ю Мином, - Кира поклонилась.       - С братишкой? – засмеялся парень. – Интересно, откуда у него столько денег. Не у тетушки ли он их одолжил? Скажите, чем же он с Вами расплатился? – разговоры тут же стали значительно тише, добавляя ей косых взглядов.       - О! Это очень редкая в наше время валюта. Боюсь, Вы о такой не слышали, - не замечая низких намеков, ответила Измайлова.       - И какая же? – самоуверенная улыбка расползлась по его лицу.       - Дружба, - пожала она плечами и заметила победный взгляд проходящей мимо Мэй, направленный на брата. Мин был прав, женщина решила втянуть ее в семейные разборки. Что ж, Кира втянется, но ровно до того момента, пока это выгодно Мину.       В зале стало тихо. Подобный ответ можно было вполне расценить как оскорбление. Неожиданно тишину прорезал хриплый смех, и все удивленно обернулись к виновнику торжества.       - Хех… Получил, негодник? – добродушно посмеивался дедушка Ю. Ярость, отразившуюся на лице, Ксин поспешил сменить на виноватое выражение. – Смотри, как легко тебя уделала! Даже глазом не моргнула!       - Что случилось? – тихо спросил Мин, появляясь рядом.       - Знакомлюсь понемногу, - также тихо отозвалась девушка, продолжая мило улыбаться.       - О, внучек, познакомь-ка меня со своей смелой красавицей, - попросил дед. И тренер подвел ее к столу.       - Измайлова Кира, можно Рей, - вежливо поклонилась девушка.       - Кира, значит, - дед довольно окинул ее подслеповатым взглядом. – Откуда ты?       - Из России.       - М! У нас говорят «русский с китайцем – братья на век», слышала? Да? Мне приятно видеть у себя в гостях русского человека. Садись за мой стол, угощайся и не стесняйся!       - Медвежье воспитание, - презрительно буркнул мужчина. Это был брат Мэй Бо, отец Ксина. Жена пихнула его в бок, указывая на деда и призывая быть аккуратнее. Кира проигнорировала укол, одаривая снисходительным взглядом и сохраняя достоинство.       Помимо дедушки за столом также расположились бабушка, их дети с супругами, двое внуков, она и несколько пар – то ли близкие друзья, то ли партнёры. Дзинь говорила еще про сестру Мина, но та подалась в творчество и, из-за проходящей выставки, не смогла присутствовать на празднике.       Дружескую беседу то и дело пересекали темы, поднимаемые дядей Ю, которого поддерживали жена и сын. Любая из них неминуемо касалась киберспорта, так или иначе, подчеркивая никчемность данного увлечения. Мужчина старательно давил отсутствием наследника на своего отца, принявшего решение отдать основной бизнес дочери. Воцаряющаяся в эти минуты атмосфера претила знаменитому китайскому гостеприимству, заставляя чувствовать себя неуютно.       - Послушай, Бо, - устало обратился к нему дед, - Мэй - женщина, поэтому я и принял такое решение. Ты – мужчина. Вникни в свой бизнес! Пусть Ксан тебе поможет. Что мешает вам вывести его на международный уровень? Мэй, как женщине, сделать это гораздо сложнее.       - Отец! Мне нужна поддержка! – воскликнул дядя. – А Мэй все мои идеи на корню зарубает!       - Хватит, - хлопнул ладонью по столу именинник, - можно хоть сегодня обойтись без этих разговоров?!       За столом повисло гнетущее молчание.       - Я отойду ненадолго, - Кира поклонилась и, получив кивок, ушла в дом, чтобы хоть чуть-чуть расслабиться от скапливающегося между лопаток напряжения. Семейные разборки заставляли чувствовать себя лишней, а негативное отношение к киберспорту – ничтожной. Не смотря на попытки Мэй разговорить ее, она держалась «в стороне» от главных обсуждений, не подтверждая и не опровергая звучавшие убеждения, отвечала обтекаемо, что не давало возможности зацепиться или как-то повлиять на Мина. Впрочем, стремление мамы Ю заставить ее высказаться было понятным – ей самой было тяжело. Женщина страдала – желание защитить сына и обеспечить ему светлое будущее вынуждало ее вести войну на два фронта – с братом и сыном.       Поправив в уборной макияж, Измайлова решила еще немного прогуляться по дому. Может, придет в голову какая-нибудь здравая мысль или найдутся силы и дальше мириться с положением. Бредя по коридору, ее внимание привлекла приоткрытая дверь. Кажется, это был кабинет – кожаный диван с креслами, стол, стеллажи книг. Заглянув внутрь, на столе она увидела раскрытый фотоальбом и, не удержавшись, подошла к нему. «Первый раз» … Так назывался альбом, содержащий любовно собранные и оформленные моменты первых достижений маленького Мина. Первый шаг, первый аттракцион, первое падение, первое мороженное… Трогательные снимки были заботливо подписаны женской рукой – дата, возраст, место и событие. Такую ценность могла создать только любовь, что лишь подтверждало мысли девушки.       - Какая удача, - нежеланный голос Ксина оторвал от созерцания, сметая сантименты из размышлений. Вернув альбом на стол, Кира подняла на него взгляд.       - Не соглашусь, - заигрывать с ним она не собиралась, впрочем, как и скрывать свое отношение.       - Что ты ломаешься? – похотливый взгляд, который он частенько бросал на нее за столом, противно заскользил по коже. Его даже не останавливало закрытое платье девушки. – Называй любую цену. Чего ты хочешь? Колье с бриллиантами? Или дом на берегу моря?       - Мозгов тебе, да побольше, - Кира попыталась пройти мимо, но он преградил ей путь.       - Дерзкая, - выдохнул он, окунув девушку в резкий аромат своего одеколона. – Мне такие нравятся. Тебя так и хочется сломать, чтоб стонала мое имя, моля о пощаде.       Измайлова искренне рассмеялась – сколько же их таких, идиотов, уверенных, что одного их желания будет достаточно, чтобы сломить ее! Даже ее папа бы сейчас рассмеялся, понимая, что любой опасный жест в ее сторону будет немедленно остановлен. Не зря же он согласился на ее уроки самообороны! Ничего особенного, просто знание пары десятков приемов для разных ситуаций, что некогда добавили девушке уверенности в себе. Раскидать группу нападающих она бы, конечно, не смогла, но отбиться и сбежать от маньяка, зажавшего ее в темном переулке – вполне. А уж от того, кто слишком самоуверен, и подавно.       - Расслабься уже. Я тебе не по зубам.       Кира снова попыталась пройти, но он схватил ее за запястье, дергая обратно:       - Уйдешь, когда я разрешу.       Использование физического приема остановил голос Мина:       - Отпусти ее.       - Ааа, братишка, - не отрывая взгляда от ее карих глаз, еще шире заулыбался кузен. – Не мешай! Она ж не твоя девушка. Какая тебе разница? Что там для геймеров главное? Руки? Обещаю, руки не пострадают.       - Ксин, я повторять не намерен, - спокойный голос тренера был полон металла.       На лице парня отразились сомнения. Страх потерпеть поражение на глазах девчонки оказался сильнее, и он отпустил ее руку.       - Я этого так не оставлю, - прошипел он, вылетая из кабинета.       - Теперь ты понимаешь, почему я не хотел сюда приходить? – тяжело вздохнул Мин.       - Знаешь, - задумчиво отозвалась она, - люди везде одинаковые. Может, тебе будет это неприятно слышать, но китайцы, по моим скромным наблюдениями, ничем не отличаются. Механизмы самореализации, желание власти и денег, гордость и честь, подлость и предательство…. В любой стране, где бы я ни была, я вижу одно и тоже.       - Теперь понятно, почему ты так хорошо держишься, - усмехнулся Ю. – Я боялся, что ты через пять минут сбежишь.       - Обижаешь, тренер, - рассмеялась Рей. – Или уже забыл, что в моем резюме указано? А, может, думаешь, психологию и ораторское искусство я изучала, чтобы просто покрасоваться на собеседовании красивыми словами?       - Да ты, госпожа Измайлова, полна загадок, - напряжение ушло, расслабляя его плечи и спину. Он снова позволил себе легкую улыбку, добавляя немного восхищения.       - Странно, мне казалось, что со мной все очевидно. Все важные решения в моей жизни были тщательно обдуманы, - в голосе Рей промелькнула грусть. Хотелось бы ей спонтанности, безбашенных поступков, свободы, что дает импульсивность, но… Некогда принятое за нее решение лишило ее всего этого. Ее научили мыслить, глубоко, глобально, что отразилось на всей последующей жизни. «Эта свобода – еще бОльшая свобода, чем жизнь по наитию», - говорили ей. И в это оставалось только верить, другого-то пути все равно уже не было.       - Эй, - заметив резкое изменение в настроении девушки, взволновался Мин, подходя к ней и обхватывая ладонями плечи, - я сказал что-то не то?       - Нет, всего лишь воспоминания, - вытряхивая из головы неуместное сожаление, вернула она улыбку. – Ну так что, разрешишь мне немного своеволия? – парень удивленно приподнял бровь. – А ты что думал? До этого я сдерживалась исключительно из-за тебя!       Неожиданное признание заставило его подавиться воздухом, а ее рассмеяться:       - Да, Мин! Я прекрасно понимаю, что это именно я эгоистично влезла в твою жизнь и нарушила твои планы, даже не поинтересовавшись, нужна ли тебе моя помощь! Поэтому сейчас полностью вверяю себя тебе. Решай сам, кого ты хочешь видеть: скромную спутницу, молчаливо принимающую все тычки и уколы, либо настоящую Измайлову, со всем ее расчётом и непробиваемой логикой. Но лично я голосую за настоящую – только в этом случае ты ничего не теряешь. Нас либо выгонят и перестанут со мной общаться, а приезжать сюда ты сам не хотел, а меня везти и подавно; либо примут и, возможно, попробуют изменить мнение о киберспорте, что может улучшить твое отношение с мамой.       - С чего такая щедрость? – взгляд Ю потемнел, а тон голоса понизился. – Настоящая Измайлова не стала бы спрашивать разрешения. И никто бы не смог ее остановить.       - Считай это благодарностью за твое отношение ко мне, - скромно улыбнулась Рей. – Поверь, об этом многие мечтают.       - Не сомневаюсь.              - Намиловались, любовнички? – с отвращением на лице, тихо, чтобы не услышал дед, выплюнул Бо, когда пара вернулась за стол.       - Не судите по себе, дядя. Заветы деда я помню.       Мэй удивленно посмотрела на сына, а Бо поперхнулся напитком. Кажется, Мин впервые ответил прямо.       - Хм, госпожа Кира, - поспешил сменить тему дядя Ю, - расскажите нам о себе.       Измайлова посмотрела на тренера, спрашивая разрешение. Едва заметный кивок-ответ заставил Ксина завистливо скривиться. «Да начнется игра!», мысленно возликовала Рей. Как ни крути, иногда, под настроение, ей нравилось играть словами, выводя из себя собеседников и подобно фокуснику меняя одну точку зрения на другую.       Провожать их вышел сам дедушка Ю, не смотря на хлопоты супруги о его здоровье.       - Внучек, привози-ка свою милую даму почаще! – сердечно попросил он на прощание. Вопреки тому, что китайцы не любят терять лицо, они еще больше не любят, когда обижают гостей в их доме. Проявив терпение и несвойственное возрасту понимание, Рей заслужила уважение старика, а острый ум и умение вести беседу сделали ее интересной собеседницей. И пусть ее взгляды отличались от мнения старшего поколения – это нормально! Молодежь всегда стремится ввысь, являясь основным двигателем развития человечества. Но проявленное ею уважение сглаживало острые углы, вынуждая присматриваться и к ее мнению. А после того, как неловкие разговоры стихли, им, по старой китайской традиции, удалось хорошенько пошуметь, отгоняя от деда всех злых духов, которые могли возжелать его душу.       За окном плыл ночной город. Яркие огни фонарей, неоновые вывески магазинов, вспышки мелькающей рекламы. Жизнь продолжалась. Царящая в салоне тишина позволяла неспешно обдумывать свои действия и сказанные слова.       Возникшая в кабинете идея разговора была простой – продемонстрировать Мэй разницу человека, идущего за мечтой, и этой мечты не имеющего, а также рассказать о силах, которые появляются по пути к своей мечте. Для этого прекрасно подходили Мин и Ксин. Конечно, реализация требовала навыков, и, к счастью, они у нее были. Получив от тренера разрешение, Кира воплотила задуманное. Разговор с Ксином, являющимся финансовым директором в компании отца, оказался скучным. Не потому, что речь шла о каких-то непонятных экономических схемах, а потому, что самому человеку она была не интересна. Для своей должности Ксин мало в ней разбирался, очевидным это делали его ответы – поверхностные, нелогичные, с явным нежеланием обсуждать подробности. Он не желал учиться дальше, углубляться в знакомое, искать новое. Измайловой приходилось, как говорится, вытягивать из него ответы клещами. Другое дело, разговор с Мином.       - Мин, никогда у тебя об этом не спрашивала, - завершив разговор с кузеном Ю, повернулась она к тренеру, - а что ты чувствуешь на рабочем месте?       - Я? – удивился парень и, неуверенно оглянувшись на гостей, почти прошептал, - ответственность. Очень большую ответственность.       Повисшую паузу нарушил отец Ю, чем сумел удивить Измайлову:       - И все?       Мин удивленно посмотрел на родителя, словно не веря, что тому действительно интересно узнать полный ответ. Но теплота во взгляде мужчины, разгадавшего намерения Рей, не дали ему усомниться, прибавляя недостающей храбрости для ответа. И он рассказал … про огромный спектр эмоций, начиная от чувства горькой безысходности, возникающего при поражениях его команды, заканчивая истинным счастьем, если команде удавалось победить сильного соперника. Своими словами, неловко, захватывая соседние темы, но искренне. И самое главное в его рассказе были не слова, а горящие воодушевлением глаза и эмоции. Расходящаяся волна вдохновения захватывала всех, находящихся за столом. Так рассказывать о своей деятельности мог только по-настоящему увлеченный человек.       В довершение темы и самой Измайловой пришлось поделиться мыслями на тему киберспорта, увлеченности и жизни. Она рассказала про свою мечту, выходящую за пределы киберспорта, - открыть школу для геймеров в России, где будут тренировать для игры на мировой арене. И собственно игра, хоть и была неотъемлемым элементом, являлась не единственным пунктом в списке того, что необходимо освоить. Но именно игра, как стартовая позиция, давала больше всех сил и энергии, часть из которой девушка уже потратила на изучение особенностей экономики и бизнеса. И сейчас, анализируя прошедший вечер, она надеялась, что Мэй сможет изменить свою точку зрения и найти силы смягчить свою категоричность.       Глаза предательски увлажнились, напоминая о сделанном выборе. Даже при текущих отношениях с родителями, для Мина, как и для всех китайцев, одобрение матери будет играть огромную роль при выборе супруги. Что уж говорить о том, когда им удастся наладить отношения. Кира часто слышала, что возлюбленным приходилось расстаться, если один из них не понравился родителям другого. А сегодня … она сама наглядно продемонстрировала преданность парню, вопреки желанию угодить Мэй, не дав ни единого повода использовать свои слова для давления на сына. Неуправляемая невестка такой женщине вряд ли нужна. И сейчас любая китаянка покрутила бы пальцем у виска, наглядно демонстрируя мнение о сделанном выборе. С другой стороны, попытки понравиться подобным способом претили принципам Измайловой, и, выбрав поддержку друга, она сохранила верность не только тренеру, но и себе.       С болью в сердце девушка подвела итог - хоть она и помогла сблизить Мина с матерью, но возвела огромную стену между ними. Что ж … на пути к мечте иногда приходится и отступать.       - Опять грустишь? – нарушил молчание Мин. – Мне кажется, сегодняшняя встреча прошла очень … хорошо. Сказать по правде, я не ожидал, что мы сможем говорить о киберспорте. Даже не знаю, как тебя отблагодарить!       - Если захочешь повторить, не забудь подготовить почву, - наставительно заметила Рей. – Ошибка большинства молодежи - игнорировать этот прием. Они часто забывают, что сносить закостеневшие возрастом догматы не разумно и чересчур затратно, ибо на них зиждется мир. Но это не значит, что этот мир идеальный и в него нельзя вносить изменения. Стоит лишь помнить, что у молодежи нет опыта, а у стариков – энергии. Пресловутая проблема отцов и детей, которую можно решить, научившись договариваться. Что, на самом деле, не так уж и просто.       Мин загадочно улыбнулся и посмотрел на нее:       - Я тебе сегодня так и не сказал.... Ты ... великолепна!       - Приятно, - Кира почувствовала, как щеки зажгло румянцем. Оставалось надеяться, что темнота салона скроет ее смущение и мурашки от взгляда темных глаз.       Отпустив такси, парочка оглянулась на лагерь. Судя по темным окнам, их никто не ждал.       - Пойдем, провожу в дом, - позвал Мин.       Их встретил темный коридор, куда не поступал лунный свет. Зайдя вслед за парнем, Измайлова закрыла за собой дверь, погружая их в кромешную тьму. Сделав шаг по направлению к игровой, Рей запнулась за небрежно брошенные кем-то ботинки и, ойкнув, полетела на пол. Мин постарался ее удержать, но, тоже споткнувшись, потянул ее на себя, разворачиваясь. Неминуемое падение остановила стена.       И Кира осознала себя прижатой его телом. Кромешная темнота и неожиданное положение в разы усилили чувствительность. Сердце пропустило удар, некстати концентрируя внимание на внутреннем состоянии, позволяя в полном объеме погрузиться в ощущения. И она чуть не застонала…       Взрывы осознания пробивали душу, сотрясая разум. Раз. Терпкий дурманящий аромат, мгновенно потекший в каждую клеточку. Два. Горячая рука на спине чуть ниже талии крепко прижимающая к чужому бедру, не менее горячему и желанному. Отчего кровь, казалось, неумолимо нагревалась. Три. Тяжелое дыхание на плече, точно в вырезе платья, ритмично медленно запускающее ряды обжигающих мурашек.       Вспыхнувшее желание не было мимолетным. Оно копилось долгое время и сейчас, спровоцированное прогремевшими взрывами, умноженное на многократно усилившуюся чувствительность и приправленное выпитым на празднике алкоголем, бурлящей цунами поднималось из глубинных желаний, щедро разливалось жаром вспыхнувшей внутри борьбы и обрушивалось на сознание, словно на маяк во время шторма, оседая тяжестью внизу живота. Ее тело желало этого человека каждой своей клеточкой.       И телу вторила душа, так непрошено напоминая о своей любви.       - Цела? – хрипло спросил Ю, отчего-то не спеша отстраняться.       Оставался разум. Но … она чувствовала, как сходит с ума, плавясь подобно воску просто от его близости. «Нет… Я не могу… - тягуче тянулись в голове мысли, - не могу быть тебе … другом».