Вернутся к фанфику
Часть 2
11 августа 2023, 21:23 Изуку морщится во сне, когда чувствует, как теплое одеяло сползает с его тела. Прохладный ночной воздух касается его кожи, и покрытые шрамами ладони шарят по простыням, словно пытаясь вновь укутаться в тепло. Когда этого не происходит, Изуку недовольно ворчит сквозь сон… пока что-то большое и пышущее жаром прижимается к нему сверху.
Что-то… или скорее кто-то, если принять во внимание ладони, которые начинают медленно путешествовать по его телу. Изуку снятся пронзительно красные глаза его кота. Знакомые, расчетливые, слишком проницательные…
Он давно заметил это: у его кота самые удивительно пронзительные и умные глаза, которые ему только доводилось встречать у животного. Порой в них мелькает столько интеллекта и осознанности, что Изуку становится даже немного не по себе.
Так или иначе, но на этот раз Изуку чувствует, как Каччан пристально разглядывает его даже сквозь свой сон, и этот взгляд не дает ему покоя. Изуку морщится, ворчит и пытается перевернуться со спины на живот, чтобы спрятаться, но что-то удерживает его, не позволяя двигаться.
Со стоном Изуку наконец-то открывает глаза и действительно встречается взглядом с глазами Каччана. Проблема только в том, что эти самые глаза смотрят на него не с острой морды его любимого питомца, а с лица какого-то незнакомого светловолосого и очень-очень голого парня.
Так что Изуку делает самую очевидную вещь, которую только может сделать человек в его положении.
Он вопит.
Пронзительный крик, к сожалению, тут же захлебывается, когда широкая ладонь накрывает его рот, а изо рта мужчины вырывается низкое недовольное ворчание, в котором, Изуку готов поклясться, почти слышится самое настоящее шипение.
— Заткнись, глупый Деку, всех соседей перебудишь!
«Прошу прощения, — успевает подумать Изуку, — но если меня прямо сейчас собираются убивать, я полностью готов смириться с тем, чтобы перебудить всех соседей!».
Он не слишком задерживается на этой мысли, потому что уже делает следующую наиболее очевидную вещь для человека, в его положении: он начинает извиваться и пытаться вырваться.
С этим тоже возникают проблемы, потому что выясняются несколько не слишком радующих его фактов.
Во-первых, разбудивший его незнакомец явно крупнее и сильнее Изуку, так что бороться с ним — всё равно, что сражаться с кирпичной стеной.
Во-вторых, кроме таких же пронзительно красных глаз, как у его Каччана, у незнакомца имеется пара очень даже кошачьих ушей, где-то за его спиной — явно недовольный — качается из стороны в сторону очень даже кошачий хвост, а ногти на его руках настолько длинные и острые, что их правильнее было бы называть когтями.
Осознание этого постепенно высасывает всю борьбу из Изуку, так что он просто замирает и смотрит на склонившегося над ним (не) человека.
— Ты закончил? — не особо впечатленным голосом уточняет блондин, осторожно убирая руку.
— Я всё еще сплю? — почему-то шепотом спрашивает Изуку после небольшой паузы, приходя к наиболее логичному выводу.
Потому что как бы нелепо это ни звучало, он уверен, что этот парень и его Каччан — одно и то же лицо… морда… существо.
— Нет, — закатывает глаза мужчина, и зачем-то легонько бодает его головой — точно так же, как любит делать это его Каччан. Абсурдно, но Изуку едва сдерживается, чтобы не погладить его, однако вовремя берет себя в руки.
— Тогда какого лешего у тебя есть уши и хвост?! — возмущается он, потому что точно знает, что иметь эти атрибуты где-то еще, кроме снов и фантазий — это вот вообще против всех правил реальности!
По крайней мере, в том виде, в котором Изуку её, эту реальность, знает.
Из горла блондина раздается недовольное ворчание.
— Потому что полная трансформация занимает слишком много времени, дубина! — ворчит Кацуки. — Мне и так пришлось подождать несколько дней, чтобы я смог сделать всё правильно!
Изуку смотрит на него во все глаза. Нехорошие подозрения клубятся в нем, и он боится задать очевидный вопрос, но знает, что должен сделать это.
— Ч-что именно сделать правильно?
Кацуки смотрит на него, как на идиота.
— Любить тебя, как мартовский кот, конечно!
И вот тогда Изуку понимает, что ему точно надо бежать.
***
Утром обиженный Кацуки с упрямым видом сидит за столом, скрестив руки на груди. Весь его вид источает недовольство и обиду, но чертов Деку отказывается даже смотреть в его сторону, как будто он тут жертва, и продолжает одержимо печь блинчики — ни попыток погладить его, ни потискать, ни даже задобрить рыбкой. Возмутительно! Вчера ночью глупый хозяин пинком отбросил его от себя, а потом шустро юркнул в шкаф и просидел там до самого утра. Кацуки ломился внутрь, пинался, кричал, даже мяукал, когда у него стали заканчиваться варианты, а под конец просто сел у дверцы и попытался поскрестись о дерево, пока Деку строгим голосом не приказал ему перестать драть мебель, и смертельно обиженный Кацуки из чистой вредности пошел спать в его кровать один. На утро подлый человек слинял из их комнаты раньше, чем Кацуки успел поймать его, а когда недовольный Кацуки выполз из спальни на запах чего-то сладкого и печеного, Деку устроил настоящий скандал и вынудил его натянуть на себя человеческие шмотки, даже не потратив время на то, чтобы оценить насколько хорош был его кот в своей человеческой форме. Так что какое-то время Кацуки просто следит за его действиями, пытаясь исподтишка стащить несколько блинчиков, но это быстро ему надоедает: во-первых, они горячие и обжигают его чувствительный язык, а во-вторых воровать блинчики не так весело, когда Деку не пытается его остановить. Поэтому, в конце концов, Кацуки решает заняться чем-то поинтереснее. Тихо, стараясь не привлекать внимания, он соскальзывает со своего места, осторожно ступая босыми ногами по полу, подкрадывается к Изуку, опрометчиво стоящему к нему спиной, а потом обнимает его за талию, прижимаясь всем телом. — Каччан! — возмущается Изуку, но Кацуки только прижимается к нему, кладя голову на плечо и громко успокаивающе мурлыкая — он знает, что у человека есть к этому слабость. И правда, скоро Деку совершенно расслабляется в его руках, и Кацуки тянет его за собой, попутно выключая горящую конфорку, а потом сажает за ближайший стул и наклоняется, чтобы у него не было выбора, кроме как смотреть на Кацуки. — Ладно, Деку, колись: в чем дело? — Кроме того, что мой кот теперь ходит по моему дому в виде горячего блондина с ушками и хвостом?! — отвечает Изуку почти возмущенно, а потом вдруг смущается, хватает ближайший блинчик из тарелки и запихивает его себе в рот. Кацуки ухмыляется ему, его хвост слегка загибается за спиной от удовольствия. Приятно знать, что Изуку всё-таки находит его красивым в этой форме тоже. — Я могу вернуться обратно в кота, знаешь? — пожимает он плечами, хотя и не находит теперь эту мысль такой уж привлекательной. — Нет! — резко отвечает Изуку. — Какой теперь в этом смысл! Я-то теперь в любом случае буду знать, что ты человек! И что ты можешь оборачиваться! И… о боже, я ведь обращался с тобой, как с котом. Ты видел меня без одежды! Ты… Слова Изуку переходят в паническое бормотание, так что Кацуки просто тянется и обхватывает его лицо руками, вновь мягко бодая головой. Изуку моргает, морщится, потирая лоб, затем сглатывает и кладет руки поверх лап Кацуки. — Я просто не понимаю, — тихо признается он. — Если ты всегда был человеком, то почему превратился только сейчас? Почему? Что ты хочешь от меня?! Я не знаю, что делать… Кацуки качает головой, прежде чем игриво прикусить его нос, а потом лизнуть место укуса шершавым языком, заставляя Изуку невольно хихикать от щекотки. Ему нравятся эти звуки. Но он знает, что Деку действительно заслуживает объяснений, поэтому пытается рассказать обо всём так, как может. — Эта способность передается в моём роду. Я помню, что родился человеком, и у меня была семья, но я не помню, что с ними стало и почему я не с ними — только помню, что это было чертовски больно и страшно. Должно быть, поэтому я и сбежал и превратился в кота. Когда ты живешь, как животное, то начинаешь думать так же — и бродячая жизнь кажется в разы веселее, чем человеческая, — говорит он, задумчиво потирая веснушки Изуку подушечками пальцев, стараясь не задеть когтями. — Так проще, так меньше боли, меньше воспоминаний: кошачьи заботы куда проще — было бы, где пережить непогоду и отыскать еду. Меня всё равно никто не ждал и мне не для кого было обращаться, пока ты не нашел мою задницу на улице и не притащил в свой дом, и сделал так, чтобы я не захотел больше уходить. — И что, свежее телячье мясо и мягкая лежанка заставили тебя влюбиться в меня? — спрашивает Изуку со скепсисом, и Кацуки делает вид, что задумался. — Может быть, — отвечает он, прежде чем вновь стать серьезным. — Но скорее дело в том, насколько ты заботишься обо мне, терпишь мои капризы и всё равно относишься так, будто я самое драгоценное существо на свете. А еще — потому что я знаю, что нужен тебе точно также, как и ты мне. Он осторожно касается мягких кудрей Изуку, медленно проводя по ним ладонью и пальцами. Человеческие руки куда чувствительнее, и Кацуки наслаждается этим ощущением в полной мере. — Признайся, никто в мире не успокоит тебя так же быстро и легко, как я, никто не прогонит твои заботы так же надежно. Никто не будет также предан и верен. И уж поверь, никто не полюбит так же сильно, потому что, может быть, я и не знаю, как это делают люди, но мне не составит труда научиться. В конце концов, я выбрал тебя не потому, что ты кот или человек, а потому что ты — это ты, Изуку, — говорит он искренне, глядя во влажные большие зеленые глаза. Спустя мгновение задрот всхлипывает и бросается к нему, и Кацуки удовлетворенно прижимает его к себе. Монома может катиться лесом, этот человек окончательно и бесповоротно принадлежит Кацуки!***
Изуку не удается запереть Кацуки в спальне, когда он расстается с Мономой, как он собирался. Счастье, что ему вообще удалось отговорить его от того, чтобы «хорошенько пометить обувь ублюдка» (кошачьи инстинкты всё еще сильны, хотя ушки и хвостик в конце концов пропали, и Изуку убеждает себя в том, что это его радует). На протяжении всей их последней встречи с уже бывшим парнем Изуку, Кацуки просто угрожающе парит над, возле и вокруг Изуку, и Монома, храни бог его проницательность, ограничивается несколькими мелкими обзывательствами, не скатываясь до грубых оскорблений и почти не комментируя то, как у Изуку уже появился кто-то новый на его замену, явно осознавая связанную с этим угрозу. Или, если всё, что рассказал ему Кацуки правда, то скорее всего просто потому что у парня собственное рыльце в пушку, но Изуку не хочет задумываться об этом слишком долго. Расставание проходит практически безболезненно, и Кацуки гордо расхаживает по дому, словно победитель. Изуку не мешает, хотя и посмеивается про себя. Превращение Кацуки в человека и его решение остаться в этой форме сопровождаются целой кучей проблем и задач, с которыми нужно разобраться — вроде необходимости оформить бывшему коту документы, как-то объяснив их отсутствие, поисков для него работы и прочих особенностей адаптации к новому образу жизни, однако Изуку не собирается жаловаться. Рядом с Каччаном он чувствует себя счастливее, чем когда бы то ни было, потому что Кацуки говорил чистую правду. Рядом с ним тревоги и страхи Изуку кажутся не такими уж и серьезными, рядом с ним Изуку чувствует себя так, будто он может свернуть горы, но, главное: рядом с ним Изуку чувствует себя любимым. Верный своему слову, Кацуки действительно быстро учится показывать это так, как привыкли обычные люди. …хотя, он бы соврал, что не остается довольным, когда они со временем наконец-то добираются до спальни и Каччан показывает ему, что именно значит любить, как мартовский кот.1300
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!