Сжигание мостов, часть первая

Никогда не считал себя великим сноходцем, способным сохранять самообладание даже в самом забористом бреде — уж больно редко мне удавалось попасть в осознанное сновидение, а потому на звонок будильника, мелодией которого был шум стройки, помноженный на оркестр скотобойни, я отреагировал весьма резко: — Да кому там поорать захотелось?! Резко вскочив с кровати, тут же падаю обратно, совершенно отвыкнув от человеческого тела, но зато мне хоть удалось снести будильник с тумбочки, уронив его на пол, и уже там, кое-как заставив непослушые пальцы шевелиться в нужном направлении, выключить дьявольский прибор. «Какого хрена происходит?» — произнёс я, выкашляв на простыню немного крови. Уткнувшись взглядом в потолок, сразу понимаю, что занесло меня не в абы куда, а в святая святых моей прошлой жизни — домой. Правда, всё выглядело подозрительно чистым, и повернув голову в направлении компьютерного стола, я не обнаружил горы мусора, которые должны были быть там, однако сомнений в том, чья именно это квартира, у меня не возникало. — Если бы «проснулся» в больнице, меня бы наверняка начал терзать вопрос: «а не приснилось ли мне перерождение?», но раз уж это не лечебница… — хочу крылом прикрыть глаза от мелькнувшего сквозь окно солнечного зайчика, но вспомнив, что сейчас у меня крыльев нет, кое-как успел спасти своё колено от встречи с железным каркасом кровати. Возможно, мне всё же следовало её заменить, ибо делалась она ещё в веке двадцатом, судя по состоянию, но в принципе, корить себя за лень экономию уже нет смысла. Я ведь умер, и не сказать, чтобы сильно грустил по этому поводу. На то, чтобы восстановить хотя-бы подобие нормальной подвижности, у меня ушло минут сорок. Повезло, что само тело было абсолютно целым, пусть и выглядело слегка… странно: Когда-то мои волосы были полностью белыми, ныне же, на челке проступали чёрные пряди, кажущиеся чуть более короткими чем остальные. Мускулатура, на которую и раньше не было особых намёков, пропала окончательно, сделав меня натуральным дистрофиком, хотя на воображаемом самочувствии это никак не сказалось. Но удивительнее всего было заглянуть в зеркало на противоположной стене, где слегка подсвечиваясь, на меня уставились гетерохромные глаза. Правый был нормального, по меркам альбиносов, красного цвета, в то время как левый, вопреки моим ожиданиям, переливался с кислотно-зеленого до светло-голубого, отчего-то вызывая у меня лёгкое чувство паники, которое однако, быстро удалось подавить. Это сон, и удивляться всему подряд довольно глупо. Поднявшись на ноги, постоянно следя за положением ступней, кое-как подхожу к рабочему столу, и хмыкнув на отсутствие мусора, который должен был быть там, сажусь на стул, запуская компьютер. По квартире сразу раздаётся шум двигателя от самолёта, из системного блока на высокой скорости вылетает пыль, мгновенно портя ощущение неправильной чистоты, а на экране кубического монитора загорается заставка старой, но отнюдь не доброй по отношению к документам, виндоус. Эх, сразу накатывают «весёлые» воспоминания о том, как тридцать с лишним листов текста, расчётов и схем просто исчезают, и даже в резервных файлах нихрена не остаётся. Ммм… вот оно, счастье… — Ну, что и требовалось доказать, — откидываюсь я на спинку после загрузки компа, — реально сон. Вместо букв, все подписи ярлыков и файлов были какой-то тарабарщиной из непонятных символов. Да что уж там, у меня даже не получилась открыть большую часть папок, банально потому, что я уже и не помнил, что находится внутри. — Тэкс… — забытым когда-то движением, щёлкаю я пальцами, — раз уж выдалась такая возможность, то почему бы ей и не воспользоваться? Тем более, что у меня уже давненько в голове свербел один вопросик, ответ на который получить в каком-то другом месте было бы просто невозможно, отчего я и забросил его в долгий ящик. Обведя спальню взглядом в последний раз, подхожу к двери, секунду разглядывая стандартную фанеру, после чего наконец жму на ручку, заходя внутрь с закрытыми глазами.

***

— И почему мне не полагается вторая личность в голове? — задаю я, в общем-то, риторический вопрос, — я ж откинусь, пока найду тут нужное! Как и планировалось, фальшивая дверь перенесла меня в глубины подсознания, однако чего я точно не планировал, так это оказаться посреди огромной свалки, весь мусор, которой, правда, представлял собой книжки различной толщины и потёртости. Открыв первую попавшуюся книгу в грязном и изорванном коричневом переплёте, мне в глаза ударило небольшим лучиком света, и внезапно я вспомнил, как когда-то в детстве нагло спёр у соседа на даче яблоки. Мде… Не самая полезная информация, особенно когда у меня нет времени на подобную хрень. Бросив ненужную книженцию в ближайшую кучу, решаю ориентироваться по состоянию обложек. Было конечно выражение, что судить по ним книгу — это плохое решение, но мне, если быть откровенным, насрать. — Хм… Больница, первый выбитый случайно открытой дверью молочный зуб, выговор от завуча, больница, названия таблеток, больница, подработка в летнем лагере, больница… это всё не то… стоп, а если?.. Спрыгнув с книжкой кучи, медленно поворачиваюсь, выискивая глазами ориентир. Наконец, когда от обилия деталей у меня начала кружится голова, я наконец обнаружил крохотную, но очень яркую стопку книг, запрятавшуюся от моего взора за унылой массой из куда как более тёмных обложек. Едва не сломав себе ноги, сквозь гнев, злость и обилие мата, моя взмыленная тушка всё же сумела пройти через минное книжное поле, попутно вспомнив кучу совершенно бесполезной информации. Чего только стоил тонкий журнальчик, повествующий мне о случайном визите в магазин женского белья. Эх, а ведь изначально в тот день я пытался найти чёртов ксерокс… ну да ладно. Не глядя, плюхаюсь задницей на, судя по толщине, воспоминания времён моей задротской жизни, кладя тошнотворно белую брошюру себе на колени. — Ну-с, поехали… — произнёс я, переворачивая страницу.

Воспоминания

Боль. Боль растекалась по каждой клеточке моего тела, однако на тот момент я ещё не осознавал, что это такое, и действовал на голых инстинктах. — У-а-а-а-а-а-а!!!.. Я заплакал, начал вопить, даже немного подергал короткими ручками и ножками. — Тише, тише, не надо плакать. Ничего не видя сквозь слёзы и кровь, мои уши уловили мужской голос, а вскоре я и вовсе почувствовал, что всё это время меня держали на руках. — Так, где же наше полотенчико, м? Вот же оно! А сейчас надо чуточку потерпеть… Прикосновение мягкой ткани больше напоминало наждачную бумагу. Чувствительную кожу мгновенно покрыли мурашки, а очередная вспышка болезненных ощущений привела к новой порции слёз и криков. — Ничего-ничего, скоро привыкнешь. Так, а как там наша молодая мама? — весело обратился мужчина к кому-то, находящемуся позади меня. — Всё… фух… в порядке… — послышался слабый голос какой-то женщины, отдающий огромным облегчением и счастьем, — как там…мой малыш?.. — Ну, мальчик уже превзошёл отца. Кстати, народ, посадите бедолагу на стул. Никогда не перестану удивляться, как немного крови при родах вырубают даже самых стойких богатырей… кхм, о чем это я? В общем, нам очень повезло, ребёнок дышит, кричит и плачет — всё как обычно. К сожалению, не обошлось и без проблем. В подробностях расскажу чуть позже, но просто держите в голове, что ваш сын весит очень мало, и судя по цвету глаз, у него могут быть проблемы со зрением. Впрочем, сейчас для вас, милая моя, есть задача поважнее… Меня осторожно, словно величайшее сокровище, завернули в то самое полотенце, что к текущему моменту уже не воспринималось как что-то уж очень плохое, пусть и все ещё неприятно царапающее кожу, после чего медленно, в гробово тишине, передали из рук в руки. — У-а-а! Мой возмущенный писк оказался прерван тёплым прикосновением ко лбу. Отчего-то все плохие мысли улетучились, оставив вместо себя только чёткое ощущение любви, исходящее от державшей меня женщины. — Привет милый, я твоя мама — с нежностью прошептала она — добро пожаловать в наш мир, $9*R%…

Конец воспоминаний

С резкой вспышкой головной боли, меня буквально вырвало из воспоминания. Тело сотрясли судороги, во рту появился такой родной и знакомый железный привкус, а спустя несколько секунд меня стошнило кровью, бесповоротно испортив некогда белую брошюру. — Вот уж не думал, что моя память настолько против подобных изысканий, — невесело усмехнулся я, в попытке оттереть кровь на губах, лишь размазывая её по всему лицу, — тц, и на что я вообще надеялся? Несмотря на потерю некоторого количества красной жидкости, я не чувствовал себя плохо. Наоборот, лёгкие впервые, за все моё тут нахождение, смогли целиком наполнится воздухом, а глубокий выдох не сопровождался противным хрипом. — Ну, хоть что-то мне по настоящему приятно вспоминать, — сплюнул я густую слюну, — если нихрена не вышло тут, то остальное и вовсе смотреть нет смысла. Эх… кажется, пора на выход. Потерпев неудачу, у меня больше не было причин оставаться в библиотеке собственных воспоминаний, так что отряхнувшись от пыли, налипшей на мокрую от крови одежду, я двинулся в сторону двери, всё так-же стоящей на своём месте. Перед тем, как надавить на ручку, меня вдруг прошибает очередная глупая идея, но не видя ничего плохого в том, чтобы проверить, я вновь зажмурил глаза…

***

— …да вашу ж ма-а-а-ать!.. — громко крикнул я в небо, падая с огромной высоты. Перевернувшись на живот, быстро осматриваю место, куда меня занесло, и не успев толком прийти в себя, захожусь в новом приступе кровавого кашля. «Кричать — плохая идея», — приходит запоздалая мысть, — «моему прошлому телу это никогда не давалось без последствий». Подо мной, простираясь до самого горизонта, находился огромный хвойный лес, совмещённый с чёрными скалами, пробивающимися тут и там. «Что-то это вообще не похоже на момент моей смерти… хотя, если меня сейчас размажет в лепёшку, то всё сходится.» — хмыкнул я, пытаясь понять, где же будет моё примерное место приземления — …а это ещё что? Среди высоких деревьев, подобно белому ковру, растянулась чудовищных размеров паутина. Более того, с содроганием, до меня внезапно дошло, что падаю я именно туда. — Бля-я-ять… — повернувшись лицом к небу, только и успел протянуть я, прежде чем на полной скорости влететь в липкую сеть. Удар оказался полностью погашен паутиной, что от подобного улова задрожала. Отойдя от приземления, я сразу же попытался оторвать конечности от толстых белых канатов, однако не добился ничего, кроме как потянул кожу. Впрочем, удивляться следовало бы именно успеху, потому что я не был уверен в том, что даже в моём драконьем теле сумел бы вырваться из подобной ловушки. — Прекрасный сон, был вчера, а это мракобесие мне нравится всё меньше, — вздыхаю, глядя на плывущие по небу облака, — и как моя психика вообще догадалась отправить меня сюда? *ТЦ-ТЦ-ТЦ-ТЦ-ТЦ-ТЦ-ТЦ-ТЦ* Внезапно паутина вновь начала дрожать. Несколько капель воды упало с верхних слоев, заставив меня зажмуриться. Это было ошибкой… Открыв глаза, я встретился со своим персональным кошмаром. Восемь алых глаз, в которых не было ничего, кроме голода, заинтересованно смотрели прямо на меня. Огромные хелицеры уже готовились к работе, то приближаясь, то отдаляясь от моего живота, хотя куда сильнее меня напрягали лапы, покрытые плотным мехом. Куда там Хору с его сорока метрами в длину. Блядский паук, расставив все свои конечности, был минимум в полтора раза больше, и я на его фоне выглядел не как достойная добыча, а скорее как мелкий комарик, которого ему хватит всего на несколько минут. «Для питания, пауки сперва растворяют внутренности жертвы», — дало о себе знать нежелательное воспоминание, когда хозяин паутины наконец начал действовать. На вонзившиеся в меня крючковидные челюсти, из-за разницы в размерах проникшие почти до самой спины, я уже не реагировал. Всё моё естество оказалось просто парализовано страхом. Ведь именно этих любителей вить паутины я боялся всю жизнь, и именно паук был главной причиной моего сердечного приступа… а сейчас тварь из их рода решила меня съесть. «ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ, ПРОСНУТЬСЯ!!!..» — панически билось моё сознание о стенки разума, пока тело с ужасающей скоростью высыхало. Внутри всё полыхало, внутренние органы превращались в жидкую кашицу, жадно впитываемую моим убийцей. Последнее, что я увидел перед пробуждением, это поднятую над головой лапу, секунду спустя размозжившую мне череп.

Несколько часов спустя

Летя над морем, я раз за разом прокручивал в голове увиденное, и с каждым разом понимал всё меньше. Почему моё тело во сне отличалось от того, что было на самом деле перед перерождением? Из-за чего я не смог услышать свое прошлое имя? Отчего моё подсознание послало мне этот странный финал с падением и пауком? Вопросов было полно, а вот ответы на них отчего-то не торопились появляться, и с учётом того, что проспал я всего несколько часов, крайне раздражало. Не помогала моему настроению и погода. Мокрый снег бил мне прямо в морду, ухудшая видимость до пары десятков метров, а холодный ветер был настолько мощным, что даже создавал трудности при полёте. Если бы не адреналин, которого во мне после сна было навалом, то я может и переждал бы непогоду на всё том же полуострове, но думаю, физическая нагрузка сейчас — лучший способ привести мысли в порядок. Где-то внизу плескались морские драконы, изредка высовывающие морды из воды, глядя мне вслед, и, дождавшись очередного любопытного ящера, я опустился почти к самой поверхности. — Извините, вы часом не знаете стаю пеплохвоста по имени Хор? — обратился я к кипятильнику, — а-то с этой чёртовой погодой не мудрено потеряться. — Если хочешь встретиться с Хором, то послушай мой совет: лети обратно к своим, — слегка беспокойным голосом ответил дракон. — Что-то случилось? — Нет, просто как вожак он… не очень. Хор захватил уже несколько островов, включая один неподалёку, вот только сам понимаешь, быть на всех одновременно он не может, отчего любой из них сейчас могут посетить юные вожаки, а ему этого не нужно. Вроде как, он даже отдал приказ более не впускать на территорию своей стаи новых самцов, но тут уже не могу сказать наверняка. Возможно — это просто слухи. — И чего спрашивается захватывал другие стаи, если не может уследить за всеми? — раздраженно прошипел я про себя. — Амбиции, судя по всему, — согласно кивнул на мою реакцию кипятильник, — в общем, дело то конечно твоё, но я тебя предупредил. Если всё ещё хочешь встретиться с Хором — лучше дождись его рядом с ближайшим из островов, он посещает их по одному. Вплавь это примерно в сутках отсюда, двигаясь строго на запад. — Большое спасибо, так пожалуй и поступлю. Остров, о котором говорил морской дракон, от остальных отличить было не сложно. Он буквально кишил крылатыми ящерицами разных видов, что беспорядочно летали над ним и прибрежными водами. Понимая, что сейчас мне нет особого смысла приближаться ещё сильнее, так как Хора там всё равно ещё нет, я быстро отыскал поблизости участок мелководья, на котором свой последний приют нашёл старый, полусгнивший корабль, и решив, что это не самый плохой вариант, укрылся там, дожидаясь гостей. Всё же, нет ни малейшего шанса, что патрульные могли проглядеть такую лампочку, как я, а уж проигнорировать потенциальную угрозу, когда ваш вожак является тем ещё ублюдком… ну, ждать мне пришлось недолго. Осторожно приземлив лапы на поросшие мхом доски, тёмно серый тайфумеранг придирчиво фыркнул, уставившись на меня с плохо скрываемым опасением. — Чужак, эта территория принадлежит стае Хора. Если ты не желаешь бросить ему вызов, то проваливай отсюда. — Насколько мне известно, Хора сейчас здесь нет, — не впечатлившись габаритами собеседника, усмехнулся я, — в любом случае, мне нет дела до становления новым вожаком. Я просто хочу кое о чём поговорить с Хором, и независимо от вашего на то желания, без разговора я отсюда не уйду. Несколько секунд мы играли в молчаливые гляделки. Тайфумеранг пытался приподнять крылья, чтобы казаться больше, но хрустнувшие от таких движений доски быстро охладили его пыл. Я же был полностью спокоен, зная, что в случае опасности мне не составит труда убить такую крупную цель. Наконец, разведчик сдался, отведя взгляд, и буркнув что-то вроде: «Делай что хочешь, вожак должен прилететь к следующему утру», улетел к своим, напоследок, якобы случайно задев одну из подгнивших балок судна когтями, отчего вся конструкция начала опасно провисать. — Вот же… — залпом разнес я потолок в щепки, спасая себя от приближающегося обвала, — каков вожак — такова и стая, да? Поджав крылья поближе к туловищу, спокойно дожидаясь, пока корабль развалится на части, разбросав вокруг меня гнилые обломки, и расчистив небольшой круг, укладываюсь спать. Во внезапное нападение мне верилось слабо — разрешение дождаться Хора я уже получил, и никакого резона от меня избавляться теперь больше нет. К тому же, откуда драконам знать, вдруг у меня для их вожака есть важная информация?

Остров Олух

Прошло три дня с того момента, как наездники вернулись домой. Иккинг почти сразу оказался утянут на создание его со Стоиком портрета, а вскоре прошел и официальный показ. К глубокому сожалению подростка, на щите, который должны были повесить как важный элемент истории на стену в Большом зале, вместо реальной картины была нарисована сильно идеализированная, по его мнению, фальшивка. Иккинг, в реальной жизни являющийся тощим и костлявым, был показан как образцовый викинг, чьи мышцы едва не рвали одежду, а на его плече лежала рука гордого отца. И пусть друзья тут же попытались подбодрить своего лидера, осадок всё равно оставался. И пока Иккинг предавался размышлениям, Забияка и Задирака слегка подшутили над Сморкалой, случайно обнаружив под одним из щитов непонятный лист. — О? А это ещё что? — поднял шатен предмет с пола — выглядит как… карта? — Сокровища?! — сделал сестре подножку Задирака, — это я их нашёл, это мои сокровища! — Судя по щиту, сокровища принадлежат роду Хеймишей, — поправила подругу Астрид, — хотя, если учесть, что они давно вымерли… — Вы только гляньте, — вдруг объявился за его спиной Плевака, случайно подслушавший их короткий разговор, — а я всё думал, куда она подевалась. — Плевака, ты знаешь, что это? — обратился к кузнецу Иккинг. — Ещё как знаю. Это карта Хеймиша, который жил на Олухе ещё до нас. Мы с твоим отцом когда-то даже пытались разгадать эти загадки, потратили кучу времени, а по итогу чуть не померли. Просто положите, где лежала, все равно толку от неё никакого. — …разумеется, — с лёгкой задержкой поспешил заверить мужчину шатен, — ладно ребят, пойдём отсюда…

На следующее утро

— Народ, а никто Бессмертного не видел? Его нет уже несколько дней, а ведь обычно он присутствует на большинстве наших сборов. Вопрос Иккинга повис в воздухе, оставшись без ответа. Собравшись в Академии Драконов у камеры, в которой ядовитый дракон предпочитал спать, в ней, ребята нашли лишь небольшое количество мха в качестве подстилки и лежащий в углу металлический предмет, который Иккинг после недолгих размышлений положил в карман. — И всё-таки странно это всё, — подала голос Астрид, — с чего бы ему улетать именно сейчас? — До конца зимы осталось недолго, может, он отправился к своим? Хотя вряд-ли Бессмертный живёт поблизости, иначе в книге Драконов обязательно остались бы упоминания, — осматривая подпалины на камнях, рассуждал Рыбьеног, — Сморкала, эти следы очень похожи на те, что после залпа оставляют ужасные чудовища. — И что с того? Думаешь, эта ящерица сбежала, поджав хвост, когда поссорилась с Кривоклыком? — Не думаю, что они могли поссориться. Мы ведь не видели его с момента возвращения на Олух, да и навряд-ли Бессмертный бы испугался Кривоклыка, когда ему доводилось сражаться с той громадиной на Острове Драконов. — Ладно, давайте пока не будет делать поспешных выводов. Может он ещё вернётся, и надо просто подождать — похлопав себя по карману, произнёс Иккинг, — кстати, а где близнецы? Это ведь они нас всех сюда созвали… — Вы просто очумеете/Мы тако-о-ое достали! — донеслось со стороны входа. — Помяни чертей — фыркнула Астрид — и что вы уже успели натворить? — Там, в Большом зале… — Ну, где эти, как их там… — Которые висят на стене… — Во, точно, щиты! Поочерёдно стуча друг другу по голове, Забияка и Задирака бежали наперегонки в сторону остальных наездников. Когда до Иккинга и остальных оставалось всего несколько метров, Забияка, помня о прошлом, сделала брату подножку, и пока тот катился по земле, успела вытащить у него из-за пазухи небольшой листок. — Гляньте чего достала! — передала она предмет в руки шатена. — Это же карта Хеймиша, — развернул он лист, — как вы вообще её достали? — Украла — глупо моргнула Забияка. — Точнее? — Украла из Большого зала. — *Вздох* …зачем? — Ну так…сокровища! — Если взрослые узнают, что карта пропала, нам всем влетит, — выступила голосом разума Астрид, — да и разве вы забыли? Загадку этого древнего викинга не смогли разгадать даже Стоик Обширный и Плевака, а у них времени на поиски было явно не мало. — Ну и что с того? — возмутился Сморкала, — назад её что-ли тащить? Нет уж, я хочу найти сокровища! — Мы могли бы узнать больше о наших предках, — подхватил идею Рыбьеног. — Вы шутите? Иккинг, ну ты-то им хоть скажи! — удивилась их самонадеянности блондинка. -… — Иккинг? — Знаешь Астрид, — неуверенно смотрел на карту шатён, — мне кажется, отцу картина нравится больше меня, но если бы я смог доказать, что чего-то стою… — Тебя так сильно это задело? Иккинг, твой отец чуть не погиб! — Но их было только двое. И к тому же… — подняв руку, парень положил её на морду Беззубика, — у них не было драконов. — Он прав, — повторил его жест Рыбьеног, — если что, нам будет куда проще вернуться домой, да и времени мы потратим куда меньше. — О́дин, забери этих придурков к себе — еле слышно ругнулась Астрид, — ладно, но когда мы во что-то влипнем — виноваты будут все, понятно?.. Вопрос девушки потонул в радостном кличе. — Так… ты точно уверен, что это правильное место? Зависнув над ледником, команда рассеянно переводила взгляд со льда на Иккинга, внимательно смотрящего на карту. — Уверен. На карте все загадки написаны последовательно, и было бы логично начинать неподалёку от Олуха. Первая привела нас на пляж, а вторая загадка гласит: «отсюда виден источник, прозрачный насквозь, отыщите воду словно кость» — думаю, речь шла про ледник. Но… — Но ледник разрушен, — закончила за него Астрид, — кстати, а ведь не так давно, он был ещё целым. — Может лёд просто растаял? — спросил Задирака. — Глупости. Сейчас ещё зима, и даже так, на Олухе ледники никогда не таят. — Значит случилось что-то ещё… — Эй, народ, спускайтесь сюда! — Что такое, Рыбьеног? Снизившись до уровня моря, подростки спрыгнули на землю, подходя поближе к сидящему на коленях пухляшу. — Посмотрите, вам это ничего не напоминает? — показал он им кусочек чёрной чешуи, аккуратно зажатой между пальцами. — Это же чешуйка Бессмертного, — быстро определил владельца Иккинг. — Так он что, тут помер? Льдом завалило? — Хм…странно… — В чем дело? — Цвет чешуек, — указал на причину своих сомнений шатен — после линьки, чешуя Бессмертного стала темнее, а эта больше похожа на ту, которую я с него снял. — Значит он был здесь, но спокойно улетел, — констатировал Рыбьеног — ну… почти спокойно. — Думаешь обвал — его лап дело? — А почему нет? Мы все знаем, на что способны его молнии. Ледник старый, в нем наверняка было полно трещин, и если сильно ударить, то он вполне мог рухнуть. — Имеет смысл. Правда это все ещё не отвечает на вопрос, что нам делать дальше. Если мы должны были тут что-то найти, то теперь — это невозможно. — А почему бы тогда не двинуться дальше? — подойдя к Иккингу, Астрид указала на карту — тут ведь и другие загадки есть, так может, займёмся пока ими? — Во всяком случае, это лучше, чем возвращаться сейчас, — кивнул парень — слушайте третью загадку: «Магни к смерти приведёт мгновенной, Фрейя путь укажет верный». — Звучит как продолжение предыдущей… — задумчиво произнёс Рыбьеног, — Магни олицетворяет силу, и вы только гляньте на ледник, он весь разрушен. Возможно, Бессмертный сделал что-то не так? — Дальше, дальше, — прыгая на одной ноге, кричали близнецы, — где там уже сокровища?! — Что-то у нас всё не очень хорошо идёт… следующая: «Откроешь дверь, коль звёзды в ряд, а если нет, тебя ждёт ад». Пока летим по указанному маршруту, а там поглядим…

От лица Нокса

Стоя на берегу острова, захваченного Хором, я смотрел в глаза пеплохвоста, однажды убившего Вира. Позади него, как верная охрана, находились два пристеголова, что после небольшого взмаха лапой от вожака сделали пару шагов назад. — Мальчишка, какого хрена тебе опять от меня надо? — нависнув надо мной, пророкотал Хор. — А тебя не хило потрепало, — вырвалось у меня. — Издеваться решил?! На левой передней лапе узурпатора не хватало двух когтей, вдоль всей груди тянулись три параллельно идущих шрама, а на одном из крыльев не хватало кусочка мембраны. Дыхание Хора тоже было не совсем спокойным, и иногда, во время особо глубоких вздохов, мне слышался лёгких хрип. — Хотел бы поиздеваться, отрубив тебе крылья, — хищно ухмыляюсь, чуть приподнимая лапу с выпущенными когтями. Хор, надо отдать ему должное, на неприкрытую угрозу отреагировал спокойно, и лишь по напряжению его тела я понял, что слухи о моих жестоких убийствах дошли и до него. — Чего тебе надо? — вновь спросил пеплохвост, — хочешь стать новым вожаком? — Нет, и это единственная причина, по которой ты все ещё жив. — не моргнув и глазом, соврал я, — Я тебя ненавижу, но без вожака все эти драконы могут погибнуть, а самому занимать это место у меня нет ни малейшего желания. Мне нужно кое что другое… — Хватит тянуть. Просто скажи, чего ты хочешь, и проваливай с МОЕГО острова. — Мои друзья. Я хочу их увидеть. — И как я связан с твоими дружками? — Вообще-то, они сейчас в твоей стае. Я говорю про… — Мне плевать, как их зовут! Что ты хочешь, чтобы я сделал?! Бросил всё, облетел каждый остров, и позвал их сюда?! Сопляк, у меня нет времени разбираться с твоими проблемами, мне и дел стаи достаточно! — рявкнул Хор, привлекая внимание стоящих позади него пристеголовов. — Зачем тебе вообще столько драконов, если ты не можешь быть в нескольких местах одновременно? Взгляд, которым меня наградили, напоминал преподавателя, смотрящего на ничего не учащего студента, в конце семестра попросившего поставить ему проходной балл. — Ты идиот? — Не больше, чем остальные. — Если ты задаёшь такие глупые вопросы, то ты ничем не отличаешься от тупого детёныша! Зачем ещё захватывать стаи, как не для того, чтобы править ими?! — У тебя явно получается не очень. — Не трусу, вроде тебя, мне об этом говорить. Или я должен напомнить, кто бросил своих «друзей», сбежав жить самостоятельно? — У меня нет никакого желания жить под гнетом тирана, вроде тебя. Не ради твоих тупых амбиций мы убивали бывшую Королеву. — Ха! Убить Красную Смерть и не воспользоваться заслуженной славой — глупейшая ошибка. — Зато ты этим воспользовался, ага. Так и вижу, как все вокруг тебя слушаются, и не должен летать туда сюда просто для того, чтобы удержать свою власть. Да ещё и запретил впускать новых драконов… Хор, неужели ты боишься, что твои территории захватят?… От огненного шара я уклонился только чудом, вовремя наклонив голову вправо. Позади меня что-то громыхнуло, но времени оборачиваться и смотреть не было, ведь разъяренный Хор пошёл в атаку. — Думаешь, можно просто прилететь, и оскорблять меня перед моей стаей?! Надо было убить тебя ещё тогда, рядом с трупом твоего дрянного вожака! — Если я тебя убью, у остальных драконов будут проблемы, — заблокировав мощный удар когтями при помощи крыльев, отскакиваю назад, — Но если просто вывести из строя, то всё ведь будет в порядке, верно? Как насчёт сделки, Хор? Ты просто ненадолго одолжишь мне одного из своих драконов в качестве сопровождения, чтобы меня пустили на твои острова, и как только я удостоверюсь, что мои друзья в порядке, мы с тобой больше не увидимся. Неплохое предложение, скажи? — А может мне просто свернуть тебе шею, мелкий гаденыш?! — крикнул мне Хор в ответ, посылая мощный поток пламени. — Ну, моё дело предложить, — легко отмахнулся я от переговоров, поднимаясь в воздух, — тогда я просто заставлю тебя силой в честной драке. Мои слова нельзя было расценивать по другому. Я вызвал Хора на дуэль, и он не имел права отказываться. Осталось только победить, не убив его и не сдохнув самому в процессе… Даже если мне хочется искупаться в его крови за то, что он сделал.