Часть 37

В машине они молчали. Лида сидела, откинувшись на спинку кресла. После ужина она немного разомлела. Не то чтобы в сон потянуло, но говорить ничего не хотелось. Абсолютно. Думать, кстати, тоже. Юнги включил нейтральную музыку. Негромко, за что Лида мысленно его поблагодарила. Мужчина тоже ничего не говорил. Вот и хорошо. Они встали на светофоре. Юнги протянул руку раскрытой ладонью кверху, и Лида вложила свою в его. В голове у девушки образовалась полная сумятица. Лида видела: она интересна Юнги, и тот не намеревается оставлять её в покое. И вот, на этом «видении» Лида и спотыкалась. Основательно так. Нравился ли ей Юнги? Тянуло ли её к нему? Хорошие, правильные вопросы. То, что он вызывал симпатию и уважение – однозначно. Особенно учитывая открывшиеся события. Сесть, чтобы отгородить от беды других… Нет, наверное, всё же здесь было немного не так. Юнги знал, на что шел. И куда шел. На каких условиях. Всё, что касалось его жизни, в её восприятии выходило за рамки обычного. Хотя и её жизнь тоже не назовешь обычной. Но сейчас речь не о ней. О Мин Юнги. Она соврет, если скажет, что равнодушна к нему. Он вызывал какие угодно эмоции, но только не равнодушие. Страх, уважение, злость, любопытство. Желание. Юнги провел пальцем по её ладони, вызывая одновременно легкое покалывание и теплоту в том месте, где он касался. Так во всем. Полное противоречие, куда ни посмотри. Шуга симпатичный мужчина. Колоритный. Притягательный. Сильный. Состоятельный, что тоже немаловажно при нынешней жизни. Лида, оплачивая квартиру и счета, столкнулась с отсутствием финансовой безопасности. Столкнется ещё и не раз. Тут хочешь не хочешь станешь меркантильной. Одной сложно. Лида это признавала, глупо отрицать. Более того, ещё ранее она признавала, что есть в Юнги нечто цепляющее. Что затрагивало её женскую душу. Взгляд ли, с которым он на неё смотрел. Или жадные прикосновения, от которых бросало в дрожь и создавалась яркая иллюзия, что Лида самая желанная девушка на свете, что если он её сейчас не получит, то просто сдохнет от жажды. Какая женщина не мечтает, чтобы находящийся рядом мужчина сходил по ней с ума? Ответ Юнги про причину, почему он не предлагает ей отношения, нисколько Лиду не задел. Мужчина прожил до тридцати с лишним лет и не женился. – Юнги, а ты был женат? – вопрос сорвался с губ Лиды, прежде чем она успела подумать. И она не успела ни испугаться, ни пожалеть о том, что задала личный вопрос, когда услышала ровное: – Нет. Надо же, как иногда полезно попадать в стадию полной расслабленности. Задаешь вопросы, не думая о последствиях. – Не сложилось ни с кем или из-за работы? Чувствовалось, что она сегодня договорится. Лида поражалась сама себе. Ей бы молчать, ни о чем мужчину не спрашивать. Отдать сегодня долг и уехать к себе, где хорошенько всё взвесить, обдумать. А она настырно куда-то движется, того гляди наступит на грабли или нарвется на грубость. Если случится второе, Лида замолчит. Слова больше не скажет. Было странное состояние. Она сидела рядом с Юнги. Человеком, который купил секс с ней. Ехала к нему домой. И сознательно выводила его на щекотливый разговор. Алиска много раз говорила, что мужчины не любят говорить о неудавшейся личной жизни. – Не сложилось, – всё тем же ничего не выражающим тоном сказал Юнги, трогаясь дальше. – Хм… А я даже не знаю, сколько тебе лет. – Тридцать четыре. – Юнги, почему ты мне не скажешь замолчать? – Лида, пряча ленивую улыбку, повернула голову в сторону мужчины. Свет городских фонарей и проезжающих мимо машин бросал тень на лицо водителя. Да и не была Лида знатоком людских эмоций, чтобы разглядеть каждую эмоцию на мужском лице, но довольство рассмотрела. Юнги его и не скрывал. Вечер давно перестал был томным. Сейчас приобретал некую изюминку. Что-то давно забытое. Или даже неиспытанное никогда. – А надо? – Наверное. Я же самым наглым образом лезу на твою личную территорию. – Красивая, я не против. И да, я помню, что в отношении тебя это правило работает от обратного. Лида скрыла улыбку. Запомнил, значит. Хотя чему она удивляется, Мин Юнги всё всегда замечает и запоминает. Она тоже поставила галочку в голове. Они подъехали к большому дому, оформленному в стиле лофт. Охранник на посту поздоровался с Юнги и открыл шлагбаум. – Как у вас тут серьезно, – заметила Лида, оглядываясь по сторонам. У Лисы квартира тоже была в элитном доме, подруга не уточняла, но, как поняла Лида, это был подарок от её мужчины. Лида нечасто бывала у неё, они встречались или у Лиды, или на нейтральной территории, осенью – в парке у пруда. О квартире в подобном районе Лида не могла даже мечтать. Красивая детская площадка, зона со спортивными тренажерами, много зелени. Двор без машин. Идеальное место в городе, чтобы прогуливаться с детьми. Лида постаралась не распыляться. Её снова и снова уводило в другую сторону. Только немного отвлечется, забудет, и тут мысль о беременности вернет девушку в реальность. Юнги заехал в подземный паркинг. Припарковался. Лида не спешила выходить. Смущение снова овладело девушкой. Если откинуть прошлое и случившееся две недели назад, то у Лиды возникло стойкое ощущение, что она будет спать с Юнги впервые. Новая квартира… Другой Юнги… А он ведь другой. Более степенный. Нет в нем шального надрыва, который чувствовался в первый их день. Когда он жадно осматривал её и трогал так, как может трогать мужчина, у которого не было женщины полгода. Юнги открыл дверь со стороны Лиды, и девушка, продолжая находиться под воздействием прошлого, не придумала ничего лучшего, чем озвучить мысли вслух: – Юнги а у тебя были женщины за эти две недели? Спросила и тотчас прикусила нижнюю губу, лихорадочно прикидывая, как дальше выпутаться. Что такое с ней, черт побери, сегодня происходит? На кой ляд она задает все эти провокационные вопросы, ведет откровенные разговоры? Юнги, естественно, отреагировал! Она бы сильно удивилась, если бы он воспринял её выпад как-то иначе. Мужчина подался вперед, загородив собой всё дверное пространство. Исходящая от него энергетика снова хлестнула по коже Лиды, возбуждая рецепторы. Всего несколько слов, случайно сорвавшихся с языка, и атмосфера между мужчиной и девушкой мгновенно изменилась. – Нет, – жестко, безапелляционно ответил Юнги, не давая ни малейшего повода усомниться в его словах. Лиду от его тона, взгляда потемневших глаз пробрало. – Я хочу только тебя. Девушка рвано хапнула воздух и быстро, стараясь как-то выкрутиться из щекотливой ситуации, начала объяснять: – Я к тому спросила… мы же занимаемся сексом без презерватива и… Не договорила, Юнги протянул руку, обхватил шею Лиды сзади и потянул девушку на себя. Их лица приблизились друг к другу, горячее дыхание мужчины скользнуло по щеке Лиды, вызывая ворох мурашек на спине. Что бы Лида себе ни говорила, она не могла остаться равнодушной к этому мужчине. Не получалось. Слишком остро с ним всё было. Захват оказался не сильным. Скорее, ощутимым. Его пальцы обжигали, подчиняли. Глаза Лиды и Шуги теперь находились на одном уровне. Юнги склонил голову, чтобы быть ближе к ней. – Мне нужна ты. Я тебя любить хочу. Не трахать… Любить… Черт, черт, черт! Вот про то Лида и говорит. Слишком… остро. Юнги пошел дальше. Снова поцеловал её. Прижался губами к губам, не пытаясь проникнуть языком внутрь. Скорее прикоснуться, почувствовать их соприкосновение. Рвано и страстно одновременно. Ничего удивительного, что Лида продолжила себя накручивать и в лифте. Две недели сыграли с ней злую шутку. Она почему-то решила, что снова сможет вернуться в состояние «договорных» отношений. А нет, не получалось. Как назло в лифте они ехали вдвоем. Пусть он был большим и просторным, но Лида встала в стороне от Юнги. Хотела отодвинуться ещё дальше, вздохнуть свободнее, в последний момент передумала. Её отстранённость Юнги заметил бы и сделал бы неправильные выводы. Они ей нужны? Нет. У них ночь её подчинения. Без права остановить Юнги. Или не одна ночь? Как будут исчисляться оставшиеся сутки? Лида мысленно фыркнула на себя. Когда надо задать актуальные, жизненные вопросы, она молчит, как мышка. Юнги продолжил смотреть на неё. Отвыкла Лида от столь пристального внимания. – Ты снова нервничаешь. Мужчина не спрашивал – утверждал. – Есть такое… – не стала увиливать от ответа. – Почему? – Не знаю, Юнги. Ты… иначе, что ли, восприниматься стал. – Почему? – А тебе никто никогда из женщин не говорил, что самый бесячий вопрос от мужчин – это «почему»? Юнги скривил губы. – Аналогично могу сказать и в отношении женщин. Но ты от ответа не увиливай, красивая. Девушка пожала плечами. – Ответ будет аналогичен первому: я не знаю. Хорошо, что они приехали и продолжать разговор не пришлось. Створки лифта разъехались в стороны плавно и с минимальным шумом. Лида невольно сравнила с тем грохотом, который стоял у неё на площадке, когда лифт останавливался. Вот так и бывает: живешь, радуешься тому, что имеешь, и не замечаешь недостатки. А потом что-то случается, и никак не можешь вернуться в отправную точку. Лида вышла из лифта. То, что она увидела, площадкой язык не поворачивался назвать. Скорее, светлый и просторный холл. Тут даже живые цветы имелись. Стояли в напольных кашпо, радовали глаз. Несколько картин висели на стенах. И ни намёка на якобы случайно оставленный пакет с мусором или так же случайно выброшенный окурок. Юнги приобнял её, собственнически положив руку на талию. Ненавязчиво развернул, указав направление. Чему удивилась Лида, так это тому, как открывал дверь Юнги. По отпечатку пальцев. – Ого. Впервые такое вижу, – не смогла она удержаться от ремарки. Мужчина сдержанно улыбнулся в ответ, спуская руку ниже – к попе Лиды. Не утерпел… потрогал… Лида сделала шаг вперед, проходя в просторную прихожую. И первое, что она увидела, – рамку из-под зеркала. Само зеркало отсутствовало. Вернее, от него остались острые осколки, торчащие из рамы. Лида, толкаемая неведомой силой, подняла руку в их направлении. Трогать их, естественно, она не собиралась. Что собиралась – непонятно. Её руку перехватили, жар чужого тела соприкоснулся с её. – Не трогай, – слишком поспешное заявление Юнги немного удивило Лиду. Точно он опасался, что не успеет её остановить. – Порежешься. – Это ты?.. – Побуянил немного, – криво усмехнулся Юнги, незаметно отодвигая Лиду от зеркала и загораживая его собой. Мужчина помог девушке снять верхнюю одежду. Лида разулась. Что дальше? –Юнги, где у тебя ванная? После трудового дня освежиться не помешает. Лида не любила заниматься сексом, не приведя тело в порядок. – Сейчас провожу. Юнги тоже быстро разделся. Пока вешал одежду, Лида залипла на его спине. Такая широкая… мощная… Если бы между ними было что-то иное, Лида подошла бы и запустила руки под свитер Юнги. Дотронулась бы до его кожи, почувствовала бы исходящее от нее тепло. Что мешает ей это сделать сейчас? Какие-то предубеждения? Она от него ребенка под сердцем носит! Какие нафиг предубеждения! Лида сделала шаг вперед. Толкнула себя. Правда, под свитер Юнги не забралась. Положила руки мужчине на торс. Как оказалось, и этого было достаточно. В квартире стояла тишина, шумный выдох Шуги Лида расслышала превосходно. Сама с силой сжала губы, чтобы не повторить за ним. Мужчина замер. Перестал двигаться и, что важно, не сделал попытки развернуться к Лиде лицом, давая ей возможность продолжить свой порыв. – Я, и правда, очень сильно переживаю, – негромко начала девушка, зная, что мужчина расслышит каждое её слово. Уткнулась лбом в позвоночник мужчины, аккурат между лопаток. О том, какая у них существенная разница в росте, Лида тоже успела позабыть. – Меня всю колотит изнутри. Понимаю, ничего нового ты со мной не сделаешь, но и поделать с собой ничего не могу. Я снова тебя о чем-то прошу, самым наглым образом нарушая условия договора. – О чем, красивая? – голос Юнги тоже прозвучал глухо. Видимо, её инициатива произвела на него впечатление. Главное, чтобы инициатор по итогу, как это часто бывает, не оказался в проигрыше. – Я… – Лида оборвала себя на полуслове, сильнее прижавшись к мужчине. Продолжить не смогла. Пауза затянулась. Мужчина выждал отведенное время и развернулся. Его в одночасье стало много. Он был везде. Сейчас, как и ранее, в первые дни знакомства, Лида окунулась с головой в собственную беззащитность. – Я буду нежным, – хрипло проговорил он, дотрагиваясь рукой до подбородка Лиды. – Ты это хотела услышать? Попросить? – Угу. В горле запершило. Лида, поддавшись слабости, снова подалась вперед, желая быть к Мину как можно ближе. Странное желание, иррациональное, противоречащее разумным доводам. Он не обязан идти ей навстречу. Не обязан понимать. Не обязан быть нежен. Не обязан водить по ресторанам и приходить на работу. Но он всё это делает. И Лида уже не знала, к добру ли или к худу. Ей надо было перенести встречу хотя бы на завтра. А сегодня поехать к Лисе. Поговорить с ней по-женски, поплакаться, возможно. Проговорить вслух страхи, сомнения. И уже потом встречаться с Юнги. Этот мужчина по-прежнему не вписывался в её систему координат. Он мог стащить с неё одежду прямо у порога, сорвать нижнее белье и без подготовки ворваться в лоно, причинив боль. Взять её неподготовленную. Потому что заплатил… Потому что перевел деньги на её счет. Которые она уже потратила. Но он… У Лиды слов подходящих не находилось, чтобы описать сегодняшнее восприятие Юнги и то, как он себя вел.