5

      На улице моросил легкий дождик, но им было все равно. Они бесцельно бродили по улицам, иногда останавливаясь, чтобы купить какой-нибудь согревающий напиток. Это был долгий день, и все, чего они хотели, так это добраться до дома, принять душ и проспать лет десять. Конечно, им мешала лишь одна небольшая межпространственная проблема. Но это была незначительная деталь.       — И что теперь? — спросил Дэвид. — Нам нужно планировать их свадьбу?       Лицо его собеседника озарилось.       — Даже не думай об этом! — добавил шотландец.       — Джентльмены, ваши заказы, — произнес приятный голос рядом с ними: кто-то поставил на стол две чашки черного чая.       — Спасибо, — ответил Дэвид. — Серьезно, что мы должны делать? — спросил он своего друга.       — Разве это не был голос?... — начал вопрос Майкл, поворачиваясь в поисках официантки и глядя на чашки на столе. — Когда мы это заказывали?       — Может быть, она ошиблась, — ответил шотландец, а затем вернулся к предмету своего беспокойства:       — Как мы собираемся выбираться отсюда?       — Я не знаю... — устало ответил Майкл, снова глядя на него, с притворной интонацией в голосе. — Дело не в том, что мне не нравится твое общество, но я бы хотел перестать видеть твое уродливое лицо.       — Сноб.       — Может, я и сноб, но сноб, который оказался прав, — ухмыльнулся он.       Дэвид указал на него пальцем:       — Не смей!       — Я же...       — Нет!       — Тебе...       — Чертов валлиец!       — Говорил...       — Прекрати!       Дэвид с улыбкой толкнул его в плечо, и Майкл рассмеялся. Ему нравилось быть правым.       Они оба поднесли чашки к губам и немного отпили из них, обдумывая все возможные решения, хотя ни одно из них не казалось правильным.       Через некоторое время у них начала кружиться голова.       — Фрэнсис! — воскликнул Майкл, ставя чашку на стол.       — Что?       — Это был ее голос!       — Твой голос был... голосом Бога? — спросил Дэвид, чувствуя все большее головокружение.       — Нет, не мой голос...       — У тебя... ужасный голос.       — А у тебя ужасный нос.       — Я тебя ненавижу.       — Благодарю.       А затем они оба упали на стол без сознания. Официантка позади них улыбнулась, довольная выполненной работой.

***

      Первым, что он сделал, проснувшись, был глубокий вздох. Майкл приложил руку к груди. Он чувствовал себя хорошо, но его сердце бешено билось. Рядом с ним, на другом конце кровати, мирно спала жена. Слава Богу...       Он не смог бы снова проснуться рядом с ним.       Не в силах снова заснуть, он решил встать и приготовить чашечку хорошего чая. Снаружи ночь казалась нереальной, абсолютно ясной, темной и прекрасной. И он знал это. Что-то было не так.       Это не могло быть сном. Это казалось реальным, слишком реальным. Как сон мог быть таким? Он все еще помнил все, что произошло, и даже если бы закрыл глаза, он все еще мог видеть книжный магазин перед собой и прекрасного ангела, рассказывающего ему о писаниях пятисотлетней давности. Это не могло быть сном. Вдруг его мобильный телефон начал вибрировать, на экране высветилось имя, которое заставило его улыбнуться.       Я знал.       — Скажи мне, что я не сумасшедший! — прошептал Дэвид на другом конце провода.       — Параллельное измерение? Азирафаэль и Кроули? Хастур?       — О, Боже!       — Я знаю!       Они оба беззвучно кричали, переполненные эмоциями. Это было полное безумие!       — Как мы это объясним?       — Мы и не будем! — ответил Майкл. — Ты с ума сошел? Они бы заперли нас в сумасшедший дом!       — Мы должны кому-нибудь рассказать!       Между ними воцарилось короткое молчание, и меньше чем через секунду они поняли, что думают об одном и том же.       — Ты позвонишь ему?       — Лучше ты.       — Давай позвоним ему оба.       — Договорились.       — Договорились.

***

      Мужчина записал последний пункт и потянулся: его тело затекло целиком. Он долгое время писал эту чрезвычайно длинную главу, и всем, что он сейчас хотел, был сон. Но заснуть он не мог. Когда идея пришла ему в голову, ему пришлось взять свои блокноты и записать ее полностью, каждую букву каждого слова, до окончательного результата. Это было удовольствием и страданием каждого писателя.       Внезапно, когда он решил выключить свет в своем кабинете, зазвонил его телефон. Было ровно 3:15 утра. Что, черт возьми, было не так с этими людьми?       — Привет, Нил! — одновременно воскликнули Дэвид и Майкл.       — Привет, ребята... — поздоровался он, уже немного сонный. — Случилось что-то плохое?       — Нет! Вовсе нет! — уточнил Майкл. — Мы просто хотели рассказать тебе один любопытный сон, который нам приснился...       — Ужасающий и любопытный сон, — поправил его Дэвид. — Действительно тревожный.       — Да, тревожный, — повторил Майкл. — Видишь ли, мы проснулись в гостиничном номере...       — В страшном гостиничном номере!       — Может, ты тогда сам расскажешь? — раздраженно спросил Майкл.       — У тебя слишком мало деталей, — пожаловался Дэвид.       — Позволь мне сначала все объяснить!       — Ты лишаешь меня удовольствия...       — Я лишаю тебя удовольствия?!       Нил закатил глаза и вздохнул. Он часто задумывался о том, как удачно подобрал актерский состав, и, по правде говоря, это удивляло его настолько же, насколько и радовало, а иногда, как сейчас, раздражало.       Валлиец и шотландец, ангел и дьявол.       Естественные враги. Чем он вообще думал?       — Ну, если ты думаешь, что с тобой веселее, расскажи ему сам!       — С удовольствием! — ответил Дэвид.       — Но не забудь упомянуть ту часть, где я был прав...       — О, заткнись!       Нил решил, что лучше всего было бы приготовить кофе.       Или, может быть, выпить.       Ночь обещала быть долгой.