Часть 8

— Садись! — скомандовала Миллс, надавливая Эмме на плечи, чтобы та посадила свою пятую точку на скамейку, а сама встала за её спиной. — Ты сорвала меня с завтрака, чтоб поиграть в парикмахера? Миллс не ответила, начиная быстрыми движениями расчёсывать колтуны на светлых волосах. — Ай, больно. — Терпи! У тебя тут гнездо за гнездом. Странно, что ещё живность не поселилась. Эмма пробурчала что-то невнятное в ответ и героически терпела каждое неприятное подёргивание волос. — Одну или две? — А ты можешь сделать шесть? — Да, но не успею. Сделаю две. Эмма кивнула и, когда Миллс запустила пальцы в её волосы, непроизвольно вздрогнула. — Опять больно? — Н-нет. Приятно. Даже очень. Боже, пожалуйста, не останавливайся. Брюнетка осторожно подбирала пряди, стягивая их в плотный колосок, и, как только один был готов, Эмма поняла, что сидит с закрытыми глазами и в полном расслаблении. — Не усни, пожалуйста, — было сказано совсем близко к уху, и приятные мурашки пробежались по спине и рукам. — Угу, — Эмма сглотнула и постаралась сосредоточиться на предстоящей игре. Её хватило на пару секунд, пока мягкие пальцы снова не коснулись кожи головы. — Да вы теперь близняшки. Свон распахнула глаза и прищурилась от солнца, совершенно не реагируя на очередную реплику Лукас. — Эта сука сегодня здесь. — Давай без повторения прошлого раза, Лукас! — строго произнесла Миллс, подвязав блондинистый колосок резинкой. — А что было в прошлый раз? — Эмма слегка сдвинулась вперёд, всё ещё чувствуя отвлекающе приятное тепло от тела позади себя. — Она вырвала мне клок волос, пока я пыталась прорваться к кольцу. — Ты поэтому решила меня заплести? — обратилась Эмма к уже сидящей рядом Миллс. — Нет, меня просто раздражают твои пакли. — Эй, — встряла Лукас, размахивая руками. — Я не договорила. Удостоверившись, что две пары глаз обратили на неё внимание, она рассказала, как не осталась в долгу и натянула трусы той сучки до ушей. — Не упоминай нижнее бельё, это больная тема для Свон. Эмма громко засмеялась. — У кого-то сегодня хорошее настроение? — Не понимаю, о чём ты, — пожала плечами Миллс, вставая со скамейки и направляясь в сторону прибывшего на поле судьи. Игра была гораздо жёстче первой, и, несмотря на то что Эмма нервничала в разы меньше, это не помогало взять верх. Играли до четвёртого мяча, а счёт был 1:3 и совершенно не в их пользу. — Твоя сука пыталась оседлать меня! — шипела Эмма, меняясь позициями с Лукас. — Я видела! Она же практически запрыгнула к тебе на спину и схватила за косы, как за поводья. Свисток. Игра продолжалась. Забитый мяч от Лукас всё равно не сравнял счёт. — Свон, в нападение! Миллс выглядела максимально собранно и серьёзно. Ничто не выдавало её беспокойства. Эмма встала напротив крупной нападающей из Вэшек, которая загребала ногами песок, как бык, готовый прыгнуть на матадора. — Ты же понимаешь, что нападение в баскетболе имеет не буквальный смысл? — спросила Эмма, но в ответ получила только свирепый рык, а после свистка оказалась распластанной по полю, глотая песок. — Ах ты скотина! — она вскочила на ноги и понеслась следом за дикой бабой, блокируя все её попытки забросить мяч в корзину, пока снова не оказалась на песке, споткнувшись о подставленную подножку. — Какого хрена! — проорала Нолан, помогая Эмме подняться. — Судью на мыло! Дайте ей, блять, красную карточку! — Забей, всем пох, — Эмма отряхнулась и вернулась на позицию, прожигая глазами эту корову. Следующие полчаса для них игра превратилась в американский футбол, и Эмма выполняла все функции защитника, нападавшего и страдающего. Счёт сравнялся. 3:3 — В защиту, Свон. — Чёрта с два! — ответила Эмма, оставаясь на своём месте. — Свон! Эмма игнорировала все попытки Миллс докричаться, не отрываясь от дикой Вэшки. — Ты оглохла? Проорали ей в ухо, и Эмма уставилась в разгневанные карие глаза. — Тащи свою жопу под кольцо! — Нет! — У тебя кровь из носа идёт, она тебя растопчет к херам собачьим! Эмма вытерла кровавый след и отвернулась. — Господи, Свон, ты невыносима! — она схватила Эмму под руку и силком потащила к кольцу. — Отпусти, я могу противостоять ей! — Ты можешь слушать то, что я говорю, идиотка! — Миллс толкнула Эмму под кольцо и получила ответный толчок в грудь. — Охренела? — У тебя научилась! — огрызнулась Эмма и попыталась обойти брюнетку. — Она убьёт тебя! — сквозь зубы прошипела Миллс. Эмма наклонилась к её лицу, практически касаясь носом смуглой щеки. — Мне похуй. — А мне нет! И если ты сейчас же не приклеишься к кольцу, это будет твоя последняя игра, а им, — она указала на других членов команды, — ты сама будешь объяснять свой героический тупизм! Эмма внутренне боролась с тем, чтобы въебать Миллс, остаться под кольцом и вернуться в нападение. В итоге она остановилась на втором варианте. — Сука! — выплюнула Эмма, оскорбляя ситуацию и вставая в защиту. — Идиотка! Миллс ушла с поля, и борьба продолжилась. Эмма наблюдала, как её команду буквально разносят на части, не давая шанса подобраться противникам к ней, но и не подпуская к своему кольцу. Последней каплей для Свон стала кричащая от боли Гейл, которой заломили руки, предотвращая бросок мяча. Пока Лукас выручала подругу, Эмма сорвалась с места и, проскочив нападение, перехватила мяч, напролом прорываясь к корзине. Гол. Трибуны взорвались громкими криками. Эмма подхватила мяч и со всего размаху кинула его об землю, а затем пнула в стену колонии. — Остынь, мы победили. — Отвали, Лукас. Свон вырвалась из объятий и тяжёлыми шагами направилась в туалет. Понадобилось несколько минут, чтобы отдышаться и очистить голову от мыслей вернуться и размазать всех Вэшек по решётке. — Ты такая тупая идиотка, Свон! — Миллс с ноги открыла дверь, врываясь в уборную. — Какого хера ты вытворяешь? — А тебе не похуй? Я забила последний гол, иди и расскажи Голду! — она смыла остатки застывшей крови с лица и развернулась к брюнетке. — Что ты, блять, так смотришь на меня? — Ты нарушила правила, покинув позицию! — А то, что они, блять, всю игру пытались переломать нам кости, тебя не волнует? — Ты оставила кольцо без защиты! — Они на Гейл напали! — Не ори на меня! — Да ты сама орёшь, как бешеная! — Потому что ты идиотка! — Я уже слышала это! Эмма сорвалась и толкнула Миллс к двери, тут же получая ответку. — Хочешь драки, Свон? На поле не хватило? — Отъебись! Эмма услышала грозное рычание и через секунду оказалась прижата к стене. — Тон смени! — прошипела Миллс. — А то что? Эмма смотрела с вызовом в карие глаза, бушевавшие огнём. Она была плотно зажата между холодной стеной и разгорячённым телом. Воздух вокруг стал плотным, и его явно не хватало. Они прожигали друг друга глазами, разделяя между собой дыхание. Эмма заметила, что карие глаза напротив быстро потемнели, а её собственная правая рука под сильным давлением оказалась прижата между ног Миллс. Она не смогла отодвинуться, задать интересующий вопрос о том, что, блять, происходит, или даже пискнуть, полностью немея от шока и ощущая только жар на своей ладони сквозь плотную ткань комбинезона. Миллс прижалась к её телу так сильно, что Эмма перестала нормально дышать. Её рука, полностью подчинённая чужому контролю, двигалась вперёд и назад по промежности брюнетки, и это сводило с ума слишком сильно. Это неправильно. Так не должно быть! Эмма оттолкнула её к двери кабинки и, предотвращая любые действия, вернула контроль над своей рукой, нащупав нужное место и быстро заскользив по клитору. Она почувствовала, как Миллс задержала дыхание, не давая стону сорваться с губ. Свон не могла видеть её лица, потому что брюнетка утыкалась носом в потную футболку, крепко держась руками за её плечи и подаваясь вперёд на каждое движение. До слуха Эммы донёсся громкий, приглушённый лишь её телом выдох. Ногти впивались в кожу, а горячее дыхание обжигало шею. Эмма знала, что должна остановиться. Должна была сделать это ещё раньше, предотвратить, но уже слишком поздно. Мысль, что Миллс кончит от её руки, затуманила весь рассудок. Эмма ощутила влагу на своих трусах и завелась сильнее, жёстко и быстро двигая ладонью между стройных ног брюнетки, которая через пару секунд вцепилась зубами в её футболку и, заглушая крик сквозь сжатую челюсть, сотрясалась в сильных руках, пока оргазм полностью не ослабил тело. Они обе дышали так, будто пробежали марафон, и одна из них получила свой приз. Когда сознание Эммы прояснилось, она отстранилась, продолжая удерживать Миллс на ногах. На футболке остался мокрый след и вмятины от зубов. — Всё нормально… — не уверенная в том, был ли это вопрос или утверждение, Свон наклонилась, чтобы заглянуть в карие глаза. — Да, — хрипло ответила Миллс и, мягко отодвинув от себя Эмму, вышла за дверь.