Глава 7. Я сделаю все, чтобы он не умер. Личный дневник Единой России. Запись от 25.12.1999

Личный дневник Единой России. Запись от 25.12.1999. *** Вчера я, как обычно, возвращался домой, поднимаясь по лестнице в холодном подъезде. Я уже подходил к своей квартире, как из нее на встречу мне вышла заплаканная Беларусь, вытерая слезы рукой. Она даже не посмотрела в мою сторону и прошла мимо, громко стуча каблуками и всхлипывая. Чего это с ней? Я пожал плечами и открыл дверь. В квартире было на удивление тихо. Я вдруг вспомнил, что перед тем как уйти из дома я снова сорвался на России. Я вовсе не хотел избивать его. Просто после того случая в 1994... Я ужасно злюсь на себя, потому что я ужасно хотел бы повторить это, но я не хочу быть геем. Да и Россия навряд ли хотел бы того же. И вообще ЛГБТ в России запрещено. Почему, ну почему он мне так нравится?! Ответить на этот вопрос я не мог и оттого злился на Россию, хотя я понимаю что это все лишь моя вина. Внезапно мне даже стало его жалко. Я ведь избивал его практически ни за что. Да, мы поругались из-за того, что я вместо того, чтобы работать занимаюсь всяким там криминалом, так ведь и в этом Россия не был виноват. Хотя вообще-то он не прав, вообще-то я итак работаю за него, пусть и плохо, но работаю, так что пусть будет благодарен. Я зашел в кухню, ожидая увидеть за столом бухающего Россию, но с удивление обнаружил, что за столом его нет. На столе были разбросаны пакетики с наркотой и шприцы, а возле стола валялась целая куча пустых бутылок водки. Я пошел в спальню, уже испугавшись, что Россия ушел из дома, но с облегчением обнаружил его сидящим на кровати. Он выглядел ужасно: синяки под глазами, окровавленные повязки на руках, рубашка вся в крови. Неужели это из-за меня? Россия смотрел куда-то в сторону стены, никак не отреагировав на мое появление. Я подошёл к нему, встав напротив стены на которую он смотрел. Его взгляд не изменился, он продолжил так же смотреть куда-то в пустоту, как-будто видел там что-то чего я не мог увидеть. А больше всего пугало то, что он не моргал. - Россия? Он моргнул и потряс головой, пытаясь сконцентрировать взгляд на мне. Его глаза были пустыми и не выражали абсолютно никаких эмоций. Я честно говоря больше обрадовался бы, увидев в его глазах страх или ненависть, хотя обычно это злило меня. - ЕР, а что будет с тобой если я умру? Ты тоже умрёшь да? Ты ведь мой демон хранитель, - спросил Россия абсолютно спокойным очень тихим голосом. - Ну да, - машинально ответил я и только тут до меня дошел смысл сказанных Россией слов, - подожди! Всмысле ты умрёшь?! - Беларусь сказала, что если я не перестану употреблять наркотики - я умру, - все так же без эмоций сказал Россия, - ей так врачи сказали. Но я не могу перестать употреблять их, так как я хуманизация, а значит это зависит не от меня, а от людей. Пока моя страна будет находится в таком положении как сейчас, я не престану употреблять, а значит умру. Хотя, я скорее всего и так умру. Экономика разрушена, в стране процветает криминал и коррупция, ещё и война в Чечне идёт. Все люди хотят моей смерти, а значит я умру, даже если сама страна останется. Просто тогда у моей территории не будет хуманизации. И только тогда я понял, что Россия действительно медленно умирает. Он был не в состоянии выносить то, что происходило на его территории, он не принимал участия в жизни собственной страны, люди желали ему смерти. Он действительно умрет. А я возможно и нет, так как я принимаю участие в управлении страной. Но я не хочу чтобы он умирал! Он ведь ни в чем не виноват! Нужно было срочно что-то предприять. Почему я не понял этого раньше? Раньше исправить все было бы куда проще, а сейчас... Придется приложить неимоверные усилия. Но я уже принял решение. Я сделаю все, чтобы Россия не умер!