Часть 1

Она лежала на кровати и смотрела на восходящую луну, весь день крутился перед глазами в маленькой головке госпожи Шарма. Вопрос с женой для губернатора снова открылся после гибели Рати, Дюжина снова искала подходящую девушку, которой, по правде, теперь и являлась Дивия. Госпожа Басу и Дубеи, на удивление, не захотели выставлять Деви на обсуждение то ли от жалости, то ли по каким-то неведомым ей причинам. Тогда она сделала это сама, вызвав непонимание и правящих родов и своих друзей. Ее голос не дрогнул, когда она вышла в центр зала, принося себя в жертву в политической игре. Шарма смотрела в глаза Видии и не отводила их ни на миг, когда рассказывала о встрече с англичанином, она говорила твердо, когда раскладывала все по пополочкам, почему именно ей предстоит вонзить клинок в его сердце. Девушка понимала, что теперь она не нужна никому, да и жить не особо хотелось, потеряв самого близкого, она искала в своем существовании хоть какой-то смысл и нашла лишь в своей жертве. Деви видела непонимание в глазах Рама, который последний месяц пытался привести ее в норму, и они даже сблизились, но оба видели, что безудержный огонь девушки погас вместе с оборванной жизнью Кайраса. Спиной Дивия чувствовала прожигающий взгляд Камала, который теперь думал, что должен заботиться о двух осиротевших девушках, ей не хотелось задевать его своим выбором, но другого выхода для себя за прошедший месяц она не нашла. Она остановила попытку Раджа оставить ее, Деви была не готова оставаться ценой свободы Рама. И лишь молчаливый кивок Басу дал ей надежду, что теперь у нее есть смысл. Ее было некому больше защитить, за нее толком никто не переживал, она была не нужна больше никому — это понимали все. Либо она станет женой кого-то из Дюжины, либо Губернатора — других путей не было. Решение было принято. Ей не было грустно, не было печально, девушка испытывала лишь безразличие к своей дальнейшей судьбе. Хотя понимала, что сделала глупость, но отчего-то на сердце от этого шага было теплее. Дверь комнаты тихонько скрипнула, выдергивая Деви из мыслей и заставляя подняться с кровати. — Дубей? — девушка успела разглядеть нежданного гостя, который только только захлопнул за собой дверь. Он смотрел на нее почти раздраженно, недовольно, явно не оценил ее дневной выходки. — Что ты делаешь? — он оказался уже перед ней, недовольно прожигая девушку взглядом. — То что должна, — Шарма подняла на него глаза, в них не было стыда или грусти, в них была лишь уверенность. — Ты не обязана этого делать, — его тон смягчился, но взгляд остался прежним. — Не обязана, но ты сам знаешь, что теперь лучше меня кандидатуры нет, — она знала, что говорит правду, была уверена, что он это понимал. В ответ Рам промолчал, сверля девушку взглядом. — У тебя была возможность этого избежать, — спустя пару минут продолжил наседать Дубей. — Не ценой твоей свободы, — Деви так и не двинулась за эти пару минут, продолжая стойко выносить его слова. На это он лишь закатил глаза, а девушка воспользовалась его отвлечением и отошла, разрывая дистанцию и позволяя себе наконец вдохнуть свежего воздуха на балконе. Она надеялась, что он уйдет или хотя бы прекратит распросы, не так ей хотелось провести возможно последнюю одиночную ночь. Дубей хоть не одобрял ее поступка, но в глубине души понимал. Ему не давала покоя их связь, которая действовала на них неведомым ему самому способом, не давала покоя девчонка с несносным, даже бунтарским характером, но упорно старался это игнорировать, списывая лишь на их «связь». Ему не хотелось ее отчитывать, но видеть в ее всегда горящих глазах пустоту не хотелось еще больше. — Ты можешь провести с ним всю жизнь, родить ему детей, привязаться к нему, в конце концов, ты это понимаешь? — он больше не ругался на нее, а уже ставил точку в этом вопросе. — Да, — девушка перевела безжизненный взгляд на него, от которого у Рама, казалось, застыла кровь, — но я не привяжусь к нему, не смогу после Кайраса, это их рук дело. — Мы этого не знаем, — пытливый взгляд снова блуждал по Деви. Но Шарма ничего не ответила на это. Ей были не нужны распросы, переубеждения, убеждения и все остальное, ей хотелось покоя. Неожиданно для самого себя Дубей положил свою руку на плечо к девушке, притягивая ее к себе в объятия, желая не то поддержать ее, не то успокоить себя. Она даже не стала сопротивляться, тихонько уткнулась ему в грудь, обнимая за спину в ответ. Все же этот месяц не прошел в пустую, они хоть больше и не подкалывали друг друга, но заметно сблизились, поэтому уже позволяли себе немного больше, чем передразнивания, теперь им стала не чужда поддержка друг друга. — Даже сейчас ты умудряешься делать что-то безумное, — почти на ухо проговорил Рам. Лица девушки коснулась улыбка. — Тебе это нравится, — она не разрывала объятий и не поднимала на него глаз. Теперь уже улыбнулся он. — Нравится, но не конкретно эта выходка, — он снова был спокоен, и даже уже наслаждался такой непривычной для них близостью. — Снова хочешь меня отчитать? — девушка подняла на него глаза, но не убрала рук с его спины. — Нет, — он смотрел в ее глаза, но казалось, что в душу, — я не хочу тебе такой судьбы. — А я не знаю, что я хочу, сейчас это единственное, что дает мне силы идти дальше, — она не хотела больше об этом говорить и так надеялась, что Дубей это поймет. И он понял. Лишь грустно улыбнувшись, он молча прижал девушку обратно к своей груди и положил свой подбородок ей на макушку. Ей в нос снова дал его запах, оставляя какое-то тепло по венам от такой не то заботы, не то близости. Девия подняла глаза, не разрывая объятий, младший Дубей и правда был красив, не просто так у него была толпа поклонниц. — «Точеные черты лица, глубокий взгляд, статная фигура, еще и именитый род, точно завидный жених», — девушка хмыкнула своим мыслям. — Что? — спокойный голос и этот пронзительный взгляд прямо в глаза. — Думаю, что ты завидный жених, — не побоявшись своих слов озвучила Шарма. Теперь уже хмыкнул в ответ он, отводя взгляд. — Хотя, над характером я бы поработала, — решив сбить спесь с зазнавшегося Дубея, добавила Деви. На что он вернул на девушку обескураженный взгляд. — Госпожа Шарма будет учить меня манерам? — его глаза смеялись, но тон был совершенно серьезным. — Конечно, а кто еще? Не так много девушек, что не млеют от одного твоего взгляда, — теперь смеялись уже ее глаза, но голос был, словно учитель отчитывал ученика. Рам лишь глухо рассмеялся на ее уловку. Их словно тянуло друг к другу, но они так усердно этому противились. Сейчас девушка посмотрела на него по-другому, она видела красивого юношу, который ни к кому не привязывался и всегда держался особняком, ни к кому не прикасался лишний раз и не говорил, но с ней он игрался, дразнился, старался поддержать и даже обнимался. Казалось ли ему это столь же странным или это только ее наваждение?