Часть 4

Девушки услышали, как кто то приближается к камере. Лязганье ключа о стенки скважины, в камеру зашла Оксана, а за ней пожилой палач завел королеву. Тусклый свет от факелов плохо освещал красавицу. Она была голой, одежду держала в руках, видно, что ей холодно. На руках были видны следы ударов. Однако, даже так она выглядела спокойной и гордой. Они прошли дальше в комнату, к камере Оксаны. Остальные увидели избитую спину девушки, которую до этого скрывал мрак. Кристина тихо охнула. Остальные промолчали. В сравнении с Марией это было терпимое зрелище. После Оксаны принцессу Викторию тоже завели в камеру. После чего охранник ушел, заперев помещение. Кристина подошла к решетке камеры Оксаны. Она хотела как то помочь ей, но кроме слов помочь особо и ничем. А как начать разговор? Сложно спросить о чем то человека, которого избили о чем бы то ни было. О чем его спросить? О том как его дела? Что он думает об этой ситуации? Может быть посоветовать ему не волноваться? Очень сложно. Вот и Кристина думала, как бы ей поддержать подругу, так чтобы это не выглядело глупо. - Оксана... То что они делают с нами просто ужасно. Они избили Марию до полусмерти и посмели забрать у неё одежду. Это просто унизительно, нам теперь даже разговаривать с ней неудобно, приходится отворачиваться, чтобы не было стыдно. И то, что они сделали с тобой тоже очень жестоко и недостойно дочери Патриарха. Я бы хотела помочь тебе и если я могу что то сделать, то просто скажи. Если тебе станет легче, то ты можешь рассказать мне, что они с тобой сделали. Тебе станет легче, - она произнесла это голосом сострадания и ей действительно было жаль. Кристина была как всегда искренна и как всегда желала помочь нуждающемуся. Даже если человек себя нуждающимся не считал. - Я, тронута, - одеваясь говорила Оксана, - мне приятна твоя забота и я расскажу тебе, что там произошло, если тебе так интересно. Затем Оксана рассказала, что с ней сделали. Она говорила спокойно. Будто ничего и не произошло и выглядело все так, будто помощь ей и правда не нужна. Оксана закончила одеваться. Она обернулась и дотронулась до руки Кристины через решетку, - Но мне, как и всем здесь, действительно приятно, что ты проявляешь заботу о других, спасибо. Было сложно сказать, насколько искренна Оксана. Ибо эти слова "искренности" она, как и многие другие, сказала без особых эмоций. Разве что под конец предложения на её лице появилось что то похожее на улыбку. Но это была неочевидная улыбка. А одна из тех, когда ты не понимаешь улыбается ли тебе человек или это свет так падает на его лицо. Кристина посчитала эти слова тёплыми и в знак благодарности за "искренность" попыталась обнять девушку через решетку, но Оксана отошла прежде, чем теплые руки коснулись её красной спины. Чтож, не в первой кто то пытается растопить холодное сердце. Оксана улеглась на кровать и судя по всему начала о чем-то думать. В камере снова стало тихо. Через какое-то время пожилой охранник принёс еду, если это можно так назвать, и воду. Еда представляла собой немного чёрного чёрствого хлеба, немного овощей, некоторые из которых были надкусанные или просто гнилые, косточки с мясом, а точнее объедки мяса с царского стола. Девушки не ели уже день, так что пришлось довольствоваться тем, что есть. Хотя Алёна отказалась притрагиваться к еде, видимо из гордости. Остальные же ели, хоть и с отвращением. Когда дело дошло до мяса Оксана и Катерина взяли косточки и поднесли их к факелу. Остальные последовали примеру. После чего девушки уснули. *** Алёна спала, она не притронулись к "еде" и была обессилена. Внезапно для девушки, её схватила мужская рука и потрясла, отрезвляя ото сна в котором девушка наедалась на пиру. Это был старый палач. Кажется настал её черёд. Алёна сопротивлялась, но мужчина оказался сильнее. Он вытащил её из камеры и потащил в комнату пыток. Через пару минут они оказались у решетчатой двери. Старик завел красавицу в комнату и Алёне открылась ужасная картина. Первым делом она заметила стол, о котором говорила Оксана. В комнате был ещё один человек. Мужчина, лет 30, он сидел и смотрел на костер в камине. На ногах у него сидел серый кот. - Эй, сходи-ка за принцессой, у меня руки заняты, - сказал старик. - Ладно, - мужчина взял кота на руки и аккуратно положил на пол. После чего пошел за принцессой. - Итак... Мужчина резко схватил девушку за платье, в месте, где находится грудь, и потянул вниз со всей силой. Платье порвалось, а Алёна дала пощечину обидчику. Правда старик, кажется, даже не почувствовал. Алёна начала закрывать свою грудь и пятиться назад. Но палач одним шагом нагнал её и снова потянул платье. В этот раз оно порвалось до пупка девушки. Алёна же пыталась удержать два расходящихся куска платья и при этом закрыть грудь. Её глаза быстро бегали и выражали страх. - Итак, ты ведь не будешь умолять свою подругу сказать, где находится её мать, да? - сказал старик. - Я никого не буду умолять, даже тебя, жалкий старик, - ответила девушка с расползающимся платьем. - Это хорошо, было бы всё это глупо если бы ты согласилась. Ну я про платье. - А теперь иди сюда, посмотрим как долго ты продержишься, - он показал на какое-то устройство, похожее на стол, с лебедкой на концах. - Я не пойду туда, зачем мне самой туда лезть? - логично подметила блондинка. - Потому что если ты будешь убегать и я тебя поймаю, то прижгу раскаленной качергой, веришь мне? - Он подошёл к камину и стал нагревать качергу, - У тебя есть время до момента как она разогреется до бела. Если не успеешь, то прижгу твои сиськи, и сбрось с себя всё лишнее. Алёна стояла на месте. Она смотрела на качергу, просто смотрела. Вот она становится теплой, ещё немного и красноватой. “Он попросил подойти к этой штуке для пыток, может я и подойду. Но скинуть одежду? Как я могу показать себя этому грязному уроду? Я дочь министра…” - честь и страх боролись в девушке в этот момент. С одной стороны нужно быть гордым во всех ситуациях, с другой не хочется, чтобы грудь прижгли. Голос снаружи вклинился в её внутренний монолог, - до тебя что, туго доходит пизда тупая? - Он ударил кочергой по стенке камина. Алёна очнулась: "черт, кочерга почти белая". Она побежала к столу с лебедкой, мужчина с уже нагретой кочергой шел следом. Девушка села на стол и начала снимать платье, раздев себя сверху она остановилась: "я успела." - А как же это? - Он приподнял остатки платья. - Разве вам можно это видеть? - сам вопрос был издевательским, но прозвучал так неуверенно, будто Алёна сама не знала можно ему или нет. - Ха-ха, - мужчина резко ударил её по щеке, - сегодня мне можно всё. Он принялся рвать остатки платья, за считанные секунды не осталось ничего. - А это что? - Спросил мужчина, взяв блестяшку с груди девушки, которую та все ещё пыталась прятать вместе с грудью. - Это пектораль, женское украшение для груди. - Красивое. Я вообще то тоже знаю одну пектораль, хе хе, но тебе о ней лучше не знать, оставь себе блестяшку, хорошо с ней выглядишь. Сама пектораль выглядела как полукруг или месяц и была сделана из золота. - И убери уже руки, я и так увижу все, что мне надо. Алёна нехотя передвину руки с груди на бедра, позволяя палачу насладиться её телом. - Я сказал убери, - он шлёпнул её по рукам, - и ноги раздвинь. Она сделала и это, было глупо отказывать мужчине с горячей кочергой. Однако, на её лице красовался протест и ненависть против его действий. - Красивая грудь, наверное самая красивая среди всех шестерых и снизу ты тоже нечего, - он сжал в руке грудь девушки. Она была прекрасной, четвертый размер, а сравнивая с грудью Марии... Чтож, у бога должна быть эта "подушка". И он её получит, а пока что это грудь принадлежит мне, - подумал про себя старик. - Ложись на середину, руки вытяни вверх. Она повиновалась, старик закрепил ноги в специальные кожаные ремни, а руки связал веревкой. - Наверное тебе очень интересно, что делает эта вещь, хоть ты и боялась спросить об этом... - Я не боялась. - Заткнись. Она растягивает конечности, если немного переборщить, то можно разорвать жертву на части. Сейчас ты удобно устроилась, тебе ничего не мешает, просто руки над головой связаны. Но если сделать так... Мужчина начал крутить барабан к которому была привязана веревка. Алёна почувствовала, как её руки тянутся к барабану. Она лежала на спине и пыталась смотреть назад, но это было трудно. Если сделать один оборот, то твои руки просто сильно натянуться, тебе будет неприятно. В этот момент вернулся второй охранник вместе с принцессой. - О, наконец то. Чего так долго, потерялся что ли? - спросил пожилой палач. - Да так, задумался по дороге. Вот она, - он усадил принцессу на стол и начал связывать. - Я тут как раз рассказывал, как работает дыба. Ты вовремя, - сказал пожилой. - А что тут сложного? Тянешь за верёвку, сухожилия растягиваются. Главное не переборщить. Я связал её, буду тут если понадоблюсь, - мужчина отошёл к камину, сел на кресло, а через пару секунд к нему присоединился кот. Алёна уже начала испытывать боли в теле. Натяжение, хоть и слабое, не позволяло пошевелиться в полную меру. - Так что, красавица, попросишь принцессу? - Иди а черту, урод! - выкрикнула девушка, пытаясь впечатлить принцессу. У неё получилось. - Зря ты так с человеком, который управляет дыбой. Мужчина сделал ещё один оборот. Алёна вскрикнула. Её запястья горели от боли, она чувствовала, что если натянуть верёвку ещё немного, то её тело разорвется. Теперь дыба натягивала Алёну очень медленно. Она была не знакома с анатомией своего тела, но чувствовала как её сухожилия растягиваются. Если обычный рост девушки был 178 сантиметров, то сейчас она была все 185. При таком натяжении было сложно даже дышать. Веревки впились в руки, а кожаные ремни в ноги. Также девушка чувствовала сильную боль в позвоночнике. И ещё немного покрутим, - сказал мужчина делая пол оборота. - Ааааааах, стойте, я больше не могу! - вскрикнула девушка. - Это значит, что можно покрутить ещё немного, - мужчина сделал ещё четверть оборота. Раздался звериный крик девушки. Её тело было покрыто потом, а ноги и руки посинели в некоторых местах. Алёна с диким взглядом пыталась посмотреть не трогает ли старик барабан. Но каждое движение приносило боль, даже голову она не могла повернуть. - Господи, я умру, вы разорвете меня! У меня оторвутся руки! - сказала растянутая до предела девушка. - Тогда попроси подругу. - Я, я... Нет. Я не буду. - Тогда наверное тебе есть куда тянуться. - Нееееееет! Мужчина сделал ещё четверть оборота. Тело, привязанное к дыбе дрожало. Девушка была белой как смерть и очень учащенно дышала. - Твоя грудь теперь выглядит ещё лучше. Мужчина взял грудь в руки и оттянул вверх, тем самым вытягивая из Алёны ещё один крик. - Боже, вы оторвёте мне грудь! Ааааааах!! - Тебе всего лишь нужно попросить. - Нееет, не буду! - выкрикнула девушка, потратив последний воздух в лёгких. - Если потянуть ещё немного, то в твоём теле что-то может порваться, понимаешь? Ответом мужчине послужило прерывистое дыхание. - Не заговоришь значит. Ты слышал, она не хочет говорить, - старик крикнул это своему товарищу по ремеслу. - Не впервой. Ты знаешь, что делать, - ответил коллега не отрываясь от камина. - Мда, не впервой, - про себя повторил старик. Он сделал 3 поворота назад. Девушка задышала полной грудью, её руки до сих пор дрожали. Мужчина развязал веревки, девушка почувствовала огромное облегчение. Она вздохнула полной грудью и прижала руки к себе. Палач тем временем вернулся и положил что-то рядом с дыбой. - Так сейчас я освобожу твои ноги и ты перевернешься лицом вниз. Девушка повиновалась. Теперь она смотрела лицом вниз, руки были свободны. Её золотистые локоны хоть и мешали смотреть, но она все же видела палача и то, что он делает. Он связал ей руки и Алёна снова стала беспомощна. - Так, а теперь то, ради чего я тебя развязывал, - он поднял с пола круглую деревяшку, утыканную сантиметровыми железными пирамидками, у пирамидок была острая вершина. Сама деревяшка была с утонченными концами справа и слева, так чтобы её можно было крепить в специальные отверстия на дыбе. Пирамидки были острые, но не втыкались в плоть глубоко, их высота была примерно пол сантиметра. Зато если что-то попадет между двух пирамидок, то эту часть расплющивает из-за силы сжатия. Волосы мешали Алёне увидеть новое орудие. Она тщетно пыталась трясти головой, чтобы убрать их. - Не видишь? А вот так? - мужчина схватил за волосы Алёну и сунул дерево ей прям под нос, - увидела? Вижу, что увидела. У тебя вон сердце заколотилось. Палач просунул руку между грудью Алёны и дыбой, чтобы приподнять девушку. Он установил деревяшку в отверстия. После чего сделал тоже самое со второй и третьей деревяшкой. Он установил их вверх, перед девушкой так что когда её будет растягивать на дыбе, она будет перекатываться по деревяшкам и насаживаться на шипы. Уже сейчас грудь Алёны протыкали шестнадцать шипов, а ведь она только на первой деревяшке. - Готова попросить? - спросил старик. - Да пошел ты, старый извращенец! - дрожащим голосом сказала девушка. - А ты даже сейчас пылкая. Именно таких мы и любим. Мужчина сделал один полный оборот. Грудь Алёны перекатилась через первую деревяшку и оказалась между первой и второй. Девушка закусила губу от боли. В её грудь вонзилось 30 железных шипов. Второй оборот, тело Алёны было на пределе, оно целиком болело ещё после первого раза. Но сейчас к агонии растяжения прибавилась агония груди, тем более что две пирамидки врезались в одно из самых интимных мест девушки - её соски. Левый сосок был зажат между двумя пирамидками. Она взвыла от боли, но все ещё терпела. Ещё пол оборота. Её мышцы натянуты как струны, по телу идёт лёгкая дрожь. Грудь исписана красными рубцами. Ещё четверть оборота. Алёна кричит от боли даже дышать становится трудно. По телу в некоторых местах выступают вены. И ещё четверть оборота. Это предел. Алёна просто вопит, грудь зажата между второй и третьей шипастой деревяшкой. Алёна снова белая, её живот растянут, на теле видны ребра, сама она дрожит как лист на ветру. Если повернуть ещё хоть на сантиметр, то порвутся сухожилия. Мучитель коснулся спины девушки. Она была очень твердой от натяжения. Он немного надавил и вопль усилился. Ибо грудь впала ещё глубже между шипами. - Ты наверное не знаешь, но эти деревяшки можно крутить. Мужчина взял третью и начал крутить влево. Так, что грудь пожиралась шипами, падая всё глубже, будто перемалывалась в мясорубке. Вот уже половина груди прошла через острые шипы. Шипы полностью соприкасаются с грудью, оставляя после себя вмятины и порезы. Алёна трясла лодыжками и кистями рук, но это не помогало. - Ты готова говорить? Ответом был лишь визг девушки и дикие конвульсии, которые лишь усиливали боль. - Ладно, я освобожу твою грудь и ты ответишь. Он начал крутить деревяшку в обратную сторону, десятки шипов снова вонзались в упругую и большую грудь, однако теперь с целью освободить прелести девушки. Алёна снова завизжала. - Как тебя зовут? - Я Алёнааааа! - в конце собственного имени она снова сорвалась на крик ибо две пирамидки снова прижали сосок. - А лет тебе сколько? - Мне 23 года отроду! - учащенно дыша и чуть ли не плача сказала девушка. - Так ты будешь говорить? Алёна молчала. Она хотела ещё немного побыть просто натянутой, чтобы её грудь не жевал металл. Она просто была тихой. И молчала, ведь она не может сдаться, сдаться при будущей королеве! Какой стыд! Какой позор! Она просто молчала и скулила. Её тело снова покрылось каплями пота. - Молчишь значит. Ладно, - сказал мужчина и сделал один оборот назад. Девушка почувствовала огромное облегчение, да её руки все ещё были натянуты, но теперь не предельно сильно, а просто сильно. Она вздохнула с облегчением, но рано ей было радоваться. Старик начал что то мастерить над дыбой. Алёна же пыталась успокоиться и насладиться спокойными минутами. Если бы год назад кто то посмел дотрунуться её без разрешения, то не взирая на статус в обществе, его бы публично казнили. А сейчас всё было по другому. Надо было адаптироваться. В новой реальности для Алёны было нормально испытывать на гибкость свои сухожилия и кости. И радоваться, когда они не трещали от натяжения. Старик что-то поджигал над девушкой. Несколько раз он спускался с дыбы, отходил куда-то в комнату, что-то брал и снова вставал на дыбу. Она невольно обращала внимание на этот источник опасности, хоть и пыталась думать о чем-то хорошем. О том, что её освободят, а этого старика четвертуют вместе со всей его семьёй, например. Но пока что Алёна больше всех походила на кандидатуру для четвертования. Тем временем палач закончил приготовления. Но ничего не происходило, она через боль повернула голову направо и, тряхнув головой, чтоб убрать свои золотые пряди, посмотрела на старика. А старик смотрел куда-то над ней. - Ты закончил меня пытать? - спросила девушка. - Нет, судя потому что ты не заговорила, я не закончил. - Если ты, старый дурак, не понял, то я никогда не заговорю. - уверенно, и с издёвкой сказала Алёна. - Посмотрим, подожди ещё пару минут, они греются. - Что это там греется надо мной? - Твоё раскаяние за то что не умеешь держать язык за зубами. В ответ на это девушка засмеялась, но каким то нервным смехом. “Что может греться над ней? Железо? Её собираются клеймить как какой-то скот или рабов? Этому чему-то нужно пару минут, может они хотят облить её кипятком? Но может быть они просто подогревают ей еду за то, что она так гордо держалась? Оксане вообще оставили одежду, а её просто избили чем-то. Меня же подвесили на этой ужасной штуке, а в мою грудь врезались десятки острых шипов, после чего её ещё и "перемололи", пропустив между двумя деревяшками. Так что мне в знак уважения должны дать нормальную еду. И вообще выпустить, ведь я дочь министра экономики. Я знаю, как управлять деньгами. Новому королевству не нужна дочь генерала, которая верна вражескому режиму, или читающая дочь священника, или дочь предателя писателя…” В общем Алёна ушла в себя. И в размышления о том, как хороша была её светская жизнь. О том, как она могла получить у любого мужчины и даже женщины то, что ей нужно. И конечно же о том, что дурацкая пектораль не защитила её прелестную грудь от жестокого металла. Видимо грудь выталкивала украшение и поэтому все шипы врезались в неё. “Кристина бы так не смогла”, - с улыбкой про себя подумала Алёна. Пусть даже это означает, что грудь Кристины осталась бы целой и маленькой, а грудь Алёны в синяках и порезах, но большая. Если подумать, то у Алёны лучше всех получалось заводить общение с противоположным полом. И ей всегда достаточно было польстить какому нибудь мужчине, соблазнительно выгнуться, чтобы он увидел шикарную грудь, и попросить сделать его то, что нужно. Ими было так просто упр... Внезапно, очень горячая субстанция коснулась спины девушки. Алёна вскрикнула от боли. Не прошло и секунды, как что то снова капнуло на спину. Алёна снова вскрикнула. Она даже на могла посмотреть, что находится сверху. Раскалённые капли продолжали падать на бедную девушку, каждый раз обжигая её прекрасную кожу. И каждый раз Алёна вскрикивала, как в первый. - Аааа, боже, что Ааай это?! - прерываясь на крики спросила девушка. - Это воск, я поставил над тобой кучу свечей и поджёг их. Это было исчерпывающее объяснение. Даже спросить было нечего. Капли падали быстрее и больше, они скапливались на середине спины, там где небольшое углубление и позвоночник. Через пару минут обжигающего дождя у Алёны на спине сформировался восковой ручеёк. Но самое страшное для девушки было то, что ручей направляется в сторону попы. Каждая новая капля стекала вниз, по спине, приближаясь к сокровенному месту девушки. А Алёна даже не могла об этом думать, её мысли занял воск, стекающий и бесконечно падающий на её ангельское тельце. Минута ощущалась как час. Девушка буквально ни о чем не могла думать, кроме как о боли. Каждая капля воска вызывала ужасное жжение и его было никак не избежать. Боль вытеснила разум из сознания бедняжки. Но вот ручеек достиг ягодиц, он протекает между ними, углубляется ниже, капля касается анальной дырочки. Алёна верещит громче обычного и трясет лодыжками, но тщетно. Боль не уходит. На секунду в голове протекает мысль: "рядом с попой находится киска" и эту запоздалую мысль разрывает боль от воска, коснувшегося сокровенного места. Сначала воск задел внешние половые губы, потом внутренние. В этот момент Алёна кричала из последних сил. И затем, когда вся киска оказалась в воске, этот самый воск, бесчувственный и жестокий, коснулся места с наибольшим количеством нервов в теле девушки. Её клитора. Это был самый громкий крик Алёны за сегодня. Она пыталась высвободиться тянула из последних сил ноги и руки, но ответом была лишь боль от натяжения. Девушка была беспомощна. Положение усугублялось тем, что она была абсолютно голой. Это самое большое наказание для целомудренной девушки, кою и пыталась строить из себя Алёна до того, как попала под воск. - Аааааааа, отпустите пожалуйста!!!! - взывала прежде гордая особа. - Я сделаю, все что прикажите, ааааа!!! - Тогда моли, чтобы я прекратил, - сказал старик спокойным голосом. - Ладно, ладно, боже, я умоляю, умоляю, остановитесь! - рыдая сказала бывшая аристократка. - Хорошо, я остановлюсь, но ты попросишь свою подругу. В ответ девушка заревела. Слёзы падали из голубых глаз, стекали по заостренным скулам, некоторые попадали на алые губки девушки, а некоторые на деревянный стол. - Нет, я не могу. Просите что угодно, но Ааай, но не это! - Больше мне ничего от тебя не надо. Раз уж ты ещё не готова, то я пожалуй тебя оставлю тут... - Нееееет!! Стойте, что угодно! Я сделаю что угодно! Умоляю, не оставляйте меня тут!! - из последних сил закричала бедная Алёна. - Эй, котовод, я за водой пошел, тебе принести? - спросил пожилой охранник у своего товарища по ремеслу. - Нет, у меня с собой, - ответил коллега. Старик ушел, не взирая на мольбы красавицы. Прошло какое-то время, для Алёны это казалось вечностью. Вся спина её была покрыта капельками воска, воск стекал с её киски, воск был на её золотистых волосах, которые отважно защищали шею от горячего захватчика. Она дрожала, не в силах кричать или дёргаться. Голова трещала от собственных криков и боли. Раздался звук открывающейся двери это старик вернулся с флягой воды. Он подошёл к пленнице и приподнял её головку за подбородок. Она смотрела на него красными от слёз глазами, а они были безжизненными, покорными. Она смотрела на него с некой радостью, наконец-то она ему скажет, то о чем думала все это время. Сколько прошло времени? Час, три? Она все это время размышляла о том, кто победит в войне, на кого поставить, но решение было очевидно. Этот старик, он победит. Подобно тому, как он сломил её, он сломит всё королевство. Ему она и должна отдаться, ему она и повинуется. - Так что, ты готова сказать? - Да, да я готова... Принцесса, молю, пожалуйста, скажите ему, где находится ваша мать! А то он сделает с вами то, что сделал со мной. Ради всех нас, всех кто остался верен вам, скажите ему все что он хочет знать! - её звонкий голосок поник от крика, но даже так она пыталась говорить четко, с интонацией. Принцесса, чья надежда угасала по мере того, как крики Алёны становились громче, разочаровалась окончательно. Как же так? Ведь она так хорошо держалась все это время. Почему же она сдалась? Наверное она не очень верный союзник. Если она способна сломаться под пытками, то ей не место среди моих подчинённых. - Ты жалкое, двуликое создание мне мерзко от того, что ты служила при дворе моей матери. Ты достойна только смерти, - бесчувственно и с пренебрежением сказала молодая девушка. После слов: "достойна только смерти" Алёна окончательно поникла. Она считала, что в этой комнате два палача, а оказалось что их трое. Ибо эти слова, лучше всякой пытки ломали сердце и душу девушки. Она столько вытерпела! А заносчивой принцессе этого мало? Она на пять лет младше Алёны! Как этот эгоистичный ребенок смеет?! Теперь у Алёны было что-то кроме боли и печали. У неё была ненависть, к принцессе, к старику, к тому молчаливому котоводу. И даже к черному коту, который ничего не делает, чтобы ей помочь. Все в этой комнате должны были умереть. Старик, ожидавший отказ, погладил Алёну по золотистым волосам и начал развязывать девушку. Алёна не могла даже приподняться. Её руки и ноги просто надвигались после этой пытки. А воск, скопившийся на спине, создавал что то вроде непрочной плёнки. Старик понёс её на руках. В её камеру. - Эй, котовод, отведи принцессу к себе, приказал старик, нёсший прекрасное женское тело на руках. - Хорошо, - он подошёл к принцессе, отвязал её от стула и повел в её камеру, - чтож, принцесса счёт 2 : 1 в нашу пользу. Как думаете, сравняемся? - Конечно. И спасибо, что показываете мне всех предателей, я бы и в жизни не догадалась. Она так часто улыбалась и всегда была услужливой, настоящая шпионка, - сказала с издёвкой принцесса. - Аккуратнее, ваше "величество", у вас может и вовсе не остаться друзей, - ответил мужчина молодой принцессе.