Можит бит

      Исломбек страдал. Одиночество пожирало его сердце, прожигало его окурком тлеющим сигары.       Он искал друзей. Но никто не хотел становиться его другом. Возможно, потому что Исломбек был из Узбекистана и плохо знал русский. В последний раз он предложил девушке познакомиться фразой: «Привет, красивый», — но девушка лишь посмеялась над ним.       Исломбек решил попытаться избежать неприятных воспоминаний и выйти погулять. Взял куртку, которую на его новой работе все называли уродской, закрыл съемную студию за собой на ключ. Пока ехал в лифте сделал селфи. Выйдя из лифта, поставил на аватарку. Может быть, таким образом он будет больше нравится людям. Хотя Исломбек уже сомневался в этом.       Суровый северный ветер хлестнул его снежинками по лицу. Исломбек тут же застегнулся и закутался в шарф. Он шел по пустынным улицам, а сердце его тосковало по родному Узбекистану, где жили родители. Они-то никогда бы не назвали сына уродцем! А все узбекские девушки никогда не смели даже слова плохого про него молвить! Вот были времена! Не то, что сейчас…       Вывески ночных баров и круглосуточных магазинчиков пестрели разноцветными огнями. Исломбек тоскливо смотрел на заходящих в ночные клубы счастливых людей. Ах, если бы у него были друзья, то он бы тоже ходил…       Вдруг перед ним показалась вывеска ночного бара: «Краггет». Исломбека заинтересовало это неизвестное ему слово в названии. Он подошел к охраннику.       — Это закрытое мероприятие.       — Я закрыт куртка, видите? — непонимающе заявил Исломбек.       — Очень смешно. Вы аниматор?       — Кто есть аниматор? Я есть аниматор? Я не…       — А, да, вы же всегда обижаетесь, когда вас актеров так называют. Ладно, идите, — охранник махнул рукой в сторону входа. Исломбек довольно вошел. Хоть кто-то хочет с ним дружить.       Интерьерчик богатым не был. И место не выглядело так, словно собиралось привлекать новых клиентов. Впрочем, контингент заведения позволял Исломбеку сложить о нем впечатление.       Большинство людей было в коричневых рясах, у многих была борода. Однако некоторые все же пришли в обычной одежде. Но более всего, Исломбека восхитил карлик, вокруг которого собралась толпа. На его спину был прилеплен пропеллер, и сам он одет был не так, как другие. Исломбек решил подойти поздороваться.       — Привет, короткий!       — У меня имя вообще-то есть, — заметил карлик.       — Я не знать твое имя. Но я видеть, что у тебя короткий размер, — Исломбек имел в виду рост, но отчего-то все вокруг захихикали.       — Ты не видишь, какой у меня размер, ослина, я же одет!       — Мальчики, не ссорьтесь, — мягко произнесла женщина в коричневой рясе. — Это не к чему. Вас как сюда занесло вообще?       — Я — Карлсон, а он говорит, что у меня короткий. Как тут можно не ссориться?       — Я не понимать его претензии! — растерялся Исломбек. Женщина улыбнулась. Исломбек едва разглядел ее улыбку, больше напоминающую усмешку, в ярко-синем свете прожекторов.       — Как вас звать?       — Я Исломбек. И я узбек. А вы узбеки?       — Нет, мы не узбеки. А вы, Исломбек, идите нахуй и отъебитесь от моего друга, — и женщина врезала ему по лицу. Только тогда Исломбек смог разглядеть, что она была девушкой лет 17. Из-под ее рясы показались поседевшие волосы, остриженные по плечи. Она, казалось, была не по годам взросла.       — Наташ, не надо. Нам с этим идиотом против Темного Лорда сражаться.       — Вот именно. Мало ли чего он выкинет?       — Да он еще ничего тебе не сделал.       — Зачем так со мной? — заплакал Исломбек. — Я всего лишь искал друзей!       — А так про Карлсона говоришь, будто секс, — хмуро подметила Наташа.       — Секс я тоже искать.       — А я была не удивлена даже, — Наташа придвинулась ближе и швырнула его движением сильной руки к входной двери. И не очень вовремя это сделала. В дверь вошел человек во всем черном. Лицо его скрывала страшная темная маска. Он перешагнул через Исломбека.       — Я пришел убить вас, джедаи, — он запнулся. — И Карлсон!       Все ринулись схватились за пояс и неожиданно для Исломбека выхватили световые мечи и ринулись в атаку. Некоторые из них замертво падали на пол. Ислобеку казалось, что «черный человек» защищает его от ужасных людишек, собравшихся в этом заведении. Но не тут-то было. Когда осталась стоять на ногах лишь Наташа, продолжая отбивать удары меча, «Черный человек» сказал:       — Все кончено, остались только мы с тобой! Примкни ко мне или сгинь!       — За вашей спиной лежит еще недо-джедай, Дарт Вейдер, — казалось, выплюнула Наташа. Оттолкнув ее к стене так, что та осела от удара на пол, Дарт Вейдер повернулся к Исломбеку и ударил его концом меча в живот. Исломбек увернулся и вскочил. От обиды и предательства он бросился к бару и раздобыл там нож.       — Раз вы меня не любит, вы будет виноват в моей смерть! — выкрикнул он и отрубил себе голову.

***

      От неожиданности мертвые джедаи повскакивали с мест. Наташа дернулась и подошла к обездвиженному телу. Дарт Вейдер снял маску и тоже бросился к толпе.       — И что мы будем делать?       — Полицию и скорую вызывать надо, — угрюмо сказал мужчина в костюме Оби-Вана. — И надо было такому приключиться именно тогда, когда мы ролевые бои затеяли.       В полицию и в скорую позвонили. Наташа нервно улыбалась. По камерам, наверняка, посмотрят. А ей бы не хотелось, чтобы они видели, как она его швырнула. Мусорам это вряд ли понравится.       — Наташ, ты, главное, не волнуйся. Все ок будет, — подошел к ней Карлсон.       — Да я вообще не волнуюсь, — соврала она. — Давайте лучше его головой в футбол поиграем.       — Тебя домой отвезти надо. Хотя нет… Твоя мама поймет, но не обрадуется. Давай лучше ко мне?       — Я была бы благодарна.       — Тогда вставай. Пойдем-пойдем. Ребят, — крикнул Карлсон. — Нам пора. Наташа устала.       — Пока, мы вам, если че, позвоним. Она с тобой будет? — бывший Дарт Вейдер продолжал ошарашенно сидеть возле тела.       — Ага. Удачи вам.       — Она нам понадобится. Будто бы с ума он сошел, честное слово.

***

      Той ночью Наташа спала неспокойно. Часто просыпалась. Ей снилось, как они играют головой Исломбека в футбол, вот, она забивает гол, и голова начинает злобно смеяться и увеличиваться в размерах. И вот, Наташа уже спокойно помещается в рот этого узбека.       — Секс хош? — спрашивает он у Наташи, уже готовой кричать. — Мне надо помощ. Помоги мне.       Голова открывает рот и движется на Наташу. Она кричит и… Просыпается.