Часть 1

Снаружи вертится жизнь кажись с неописуемой скоростью. Люди спешат домой спустя несколько рабочих часов идя на обгон. Позже образуются пробки длинной в несколько километров, благодаря этому случаются аварии, незначительные дтп или целые сокрушительные трагедии в столкновении множества. Транспорт в таких случаях полыхает сразу, не выдерживая напряжения, или летит в кювет оставляя водителям надежду быть спасёнными. Скорая мчит на вызовы не успевая вздохнуть полной грудью, мчит помогать в первую очередь другим, а не себе.. Правильно ли это? За раскрытым окном барабанит дождь, вперемешку с осенней прохладой. Шторы колышутся в разные стороны, а в квартире становится тесно и холодно. Без него Оля стоит напротив распахнутого окна наблюдая за погодой, чтобы не заболеть оборачивается в плед вытирая им же слезы. Работу же никто не отменял? А жаль, сейчас не хотелось ни работать, ни жить. Хотелось очутиться в тёплых мужских объятиях. Услышать мягкие слова в свой адрес и прижаться к широкой груди. Паша ушел, поссорившись с женой из-за какого кислородного баллона. Ушёл оставив после себя только листок бумажки с несколькими строчками. " Мне нужно взять тайм-аут, пере загрузиться. Не рыпайся, не ищи " "Оль, мы всё переживëм, это надо просто пережить, по-другому никак "— его тёплые слова и объятия отзывались в голове гулким эхом, тогда в период объединения, когда он чертовски был нужен оказывался рядом. А где он сейчас? С кем он сейчас? Где он когда так чертовски нужен?! Не выдержав, она швырнула в стену айфон, приняла попытки позвонить, но они оказались тщетны, он отключил телефон — Слезами горю не поможешь, — процедила Арефьева и захлопнув окно легла в кровать прикрыв глаза на несколько минут и безоговорочно уснула. Всё повторялось снова: после работы она приедет домой и снова будет одна, поставит кружку с кофе и сядет в клубок у окна. Кажется, так легче. Силы оставались только на подстанцию, да и что там говорить. На работе Ольга стала намного раздражительней, но не когда не посмеет заплакать, дать себе слабину перед другими. Быть слабой она могла быть только с Пашей, с ним всегда переступала через свою гордость, и с радостью возвращалась домой в его терпкие объятия. Во общем-то жизнь превратилось в полное дно. Голова от слез утром болела так что даже таблетки перестали спасать от боли. В выходные она просто спала, есть не хотелось ни грамма. Она смирилась, что снова проснётся одна..