Синусовый узел

если кто найдёт, я отдам, что нажито, на ладони высыплю горсткой бисера. зацветут сады, золотые пажити. ты попробуй. ну же. сейчас. ... влюбись в меня.

- Древние греки считали сердце самым важным органом, - вещал Юнги с трибуны, пока его голосу вторил шорох тетрадных листов. - Всё решала пневма, то есть воздух, источник жизни, распространявшийся по артериям. Позднее, как вы уже знаете, это суждение было опровергнуто, роль сердца переосмыслили, тем не менее, в культуре и философии за ним прочно закрепилась лидирующая роль, - мужчина посмотрел на наручные часы. - Что ж, в любом случае, если вы решите стать кардиологом или кардиохирургом, то мнение древних греков вновь станет актуальным, - с улыбкой закончив свою речь, Юнги тепло попрощался со студентами, стараясь как можно быстрее покинуть учебную аудиторию. Просто не любил шумные скопления людей и лишние вопросы. Идея давать лекции студентам младших курсов медицинского университета принадлежит Намджуну, но абсолютно все работники больницы с удовольствием её поддерживают. Причина кроется в дополнительной оплате и, чего греха таить, в эмоциональной разгрузке. Взрослые тёти и дяди буквально погружаются в студенческую жизнь на несколько часов в неделю, повторно проживая моменты своей юности. Юнги нравилось стоять за кафедрой, надевать без стеснения очки, по-доброму журить студентов, намеренно их пугая рассказами из практики, чтобы потом, не выдержав, заливисто смеяться. В такие минуты он не чувствовал себя серьёзным человеком, ответственным за десятки жизней; не ощущал себя строгим и цепким начальником; даже на мгновения терял величие семьи Мин, взамен получая внутреннюю гармонию и тишину. Особенно хорошо, когда в аудиторию проникали лучи солнца, Юнги представлял себя котом. Сытым и довольным существованием. Ноябрьское солнце почти не грело и совсем не радовало, воздух становился холоднее, а слои одежды толще. Юнги плотнее закутался в пальто, плутая по парковке в поисках своей машины. Он вечно её терял! Такой весь собранный, квалифицированный и представительный мужчина имел свои скелеты в шкафу. К примеру, жуткую тягу ко сну в абсолютно любом положении тела. Серьёзно, Юнги может заснуть даже стоя. Включив двигатель, мужчина откинулся на спинку кресла. Вот и сейчас он бы с удовольствием поспал, но нужно заехать в магазин, закупиться, приехать домой, разобрать беспорядок, приготовить нормальную еду, поужинать и, возможно, будут силы и желание посмотреть фильм. Давно себя этим не тешил. Подъезжая к центральному магазинчику, Юнги с удивлением заметил в толпе знакомую зеленую куртку. - Всем врачам привет! - бодро прокричал мужчина, опустив стекло со стороны водителя. Сон как рукой сняло. - Привет-привет, аджоси! - вынимая наушники, отозвалась Дани. - Какими судьбами? - Недельная закупка. - И у меня, составишь компанию? Юнги бы не только компанию составил, но приходилось довольствоваться малым. Договорившись встретиться перед магазином, мужчина повернул в сторону подземных парковок. Выключая двигатель и прихорашиваясь в зеркале заднего вида, Юнги с отчаянием (в который раз) мысленно признался, что пропал. В конце концов ему сорок лет, он из уважаемой семьи, хорошо воспитан и эмоционально стабилен, но все перечисленное катится к чертям, когда в поле зрения оказывается Дани Гринграсс. Эта малышка с бойким нравом и походкой человека, отсидевшего ни один десяток лет, будоражила сердце опытного кардиохирурга. - И не только, блять, сердце, - не сдержался Юнги, ставя машину на сигнализацию. Он бы удавился, если встретил сейчас своих знакомых, потому что, да, пришлось бежать. Действительно бежать, быстро перебирая ногами, чтобы не заставлять коллегу ждать на жутком ноябрьском морозе. Да-да, на жутком. Ноябрьском. Морозе. А как приятно! Вот так. Плечо к плечу идти рядышком, складывать продукты в одну тележку, разговаривать о сущих пустяках, смеяться, замечать, как она поджимает губы, дышать одним воздухом... Пиздец. Мин Юнги, ты пропал. В сто тысячный раз. - Следующий вопрос, мистер "Я всё знаю", - весело щебетала Дани, пока мужчина грузил пакеты в машину. - Если бы не врачом, кем бы ты был? Юнги задумался. Было одно увлечение в юности, которое грело душу. Дурацкое, конечно, как и все хобби молодости, но... - Рэпером. Дани подавилась клубничным молоком, которое только открыла. - Что?.. - Однажды я прошел прослушивание в Биг Хит, - спокойно продолжил несостоявшийся айдол. - Мин Юнги, и ты молчал! - без шуток: Дани закричала на всю парковку. - Разве это достижение? - пожал плечами мужчина, закрывая багажник. - Я не смог выдержать натиск родительской "любви" и отказался от своей мечты. Скорее, это мой позор, чем козырной пункт в резюме. - Эй-эй! Как минимум, это плюс сто к сексуальности! - Думаешь, я сексуальный? - ухмыльнулся Юнги, открыв пассажирскую дверь для Дани. - Хм, - не смутилась собеседница, - стоя в умопомрачительных бежевых брюках, зеленом свитере и в пальто нараспашку, - девушка пробежалась взглядом по статной фигуре, - более чем. - А в белом халате? - Юнги наклонился к Дани, ухмыляясь краешком губ. - А в белом халате ты простой зануда. Вот так в очередной раз Мин Юнги не смог завоевать сердце Даниэллы Гринграсс. Или смог?

***

Тэхен был полон решимости. За завтраком он съел пибимпап, надел свою лучшую рубашку, сделал небрежную укладку и - даже! - успел в любимую кофейную за холодным кофе. День, безусловно, обещал быть хорошим. Придя на работу, поздоровавшись со всем персоналом кардиохирургического отделения, Тэхен сразу приступил к своим обязанностям: доделал вчерашние дела, попросил новые поручения, заполнил несколько историй болезни, почитал научную литературу в целях освежения знаний по сердцу. Потоптался возле кабинета заведующего, потом ещё раз и ещё. Очень хотелось поприсутствовать на операции! Но как сообщить об этом желании? Посчитают его наглым? Или, напротив, лицемерным? Ведь только вчера пристыдили за ранний уход... Тэхен решил, что просить о большем рано, поэтому день закончился бумажной волокитой. Так прошел и следующий день, и следующий, и следующий. Откровенно говоря, Тэхен за первую неделю пребывания в кардиохирургическом отделении усовершенствовал только навык заполнения документации. Да, урок он усвоил и теперь уходил примерно через час после окончания рабочего дня, но заметили ли его рвение к работе - вопрос риторический. Тэхен тяжко вздыхал, сидя в больничной столовой и насилуя вилкой свой обед. - Грустим? - раздался над головой знакомый голос, а спустя мгновение напротив села кучерявая брюнетка. - Юнги с утра выпил не сок, а твою кровь? - Нет, - Тэхен не смог сдержать улыбку. - Признаться, я совсем его не вижу. - Странно, а как же ежедневные летучки? - Меня не зовут. Смысл звать того, кто близко не подходит к пациентам. - А, понятно, - девушка ткнула ножом в сторону Тэ, - так и не нашел храбрости вызваться первым? Так весь срок просидишь за бумагой. - Это не так легко! - разозлился молодой врач. - И не помню, чтобы мы на "ты" переходили. - Видишь, - беззаботно продолжила собеседница, - в тебе совсем нет решительности, поэтому мне пришлось всё взять в свои слабые женские руки и изменить путь нашего общения. Тэхен сморщился. Какие там "слабые женские руки"? Перед ним сидела высокая, явно пышащая здоровьем и силой девушка: румянец на щеках, в целом свежий и опрятный внешний вид, смуглая кожа без следов усталости и стресса, работу в больнице выдавали только халат и перебинтованные пальцы правой руки. На них и остановил свой взгляд Тэ. Перебинтованные пальцы - давняя привычка полевых хирургов ещё со времен Чосона. Бинт защищает кожу от случайных порезов и мелких травм, кроме того, оттеняет кровь и ткани пациента. Сейчас мало кто использует подобный лайфхак, потому что есть стерильные и удобные в применении перчатки. Стало ещё интереснее. - А зачем?.. - Решил поинтересоваться Тэхен, но осекся. Взгляд собеседницы остекленел, будто она смотрела сквозь него на нечто пугающее. Тэ развернулся и увидел Чон Хосока, завотделением детской хирургии. - Вы знакомы? - Все здесь знакомы, - быстро ответила девушка, вставая из-за стола, - мне пора, приятного аппетита. Она ушла так быстро, что Тэхен в очередной раз не спросил имени. Какая странная особа! Раздает советы, использует древние медицинские приколы, не говорит кто она такая. Тэ со вздохом вернулся к обеду. Врачи же должны быть скучные и жутко правильные, так? Тогда почему в этой больнице никто не в курсе подобного?

***

- Записалась в крестные феи? - недовольно поинтересовался Юнги, как только увидел вошедшую в кабинет. - Не знаю, что там развел Намджун, - без предисловия перешла сразу к делу говорящая, - но нам нужны хирурги. Помоги мальчику. - Слишком нагло даже для тебя. - Слишком глупо лишаться перспективного сотрудника, - девушка помедлила, - даже для тебя. Юнги устало потер переносицу. - Он хочет быть общим хирургом, а я кардиохирург. Как мне ему помочь? Собеседница цокнула, всплеснув руками: - Подумай головой, дай ему пациента, пригласи на операцию. Боже, Юнги, ты составлял лучшее мнение о своих интеллектуальных способностях. - И в чем моя выгода? - У Дани есть привычка: в выходные дни гулять по центральному парку. С восьми до девяти вечера. Не благодари. На том и порешили.

***

Дани любила пешие прогулки, они позволяли о многом подумать. Если долго-долго идти, можно подслушать уйму людских разговоров, стать причастной к душевным конфликтам, семейным спорам, разделить с незнакомцами шутку, или, напротив, отгородиться от всех невидимым занавесом, выбрав точку горизонта, к которой направлен путь. Эта была своеобразная медитация: выходить в парк вечером, иногда покупая что-нибудь выпить, иногда ограничиваясь спасительной тишиной. Так девушка не чувствовала себя одинокой, всеми покинутой. Ты словно в толпе, но толпа не внутри тебя. Ты движешься, но время замирает. Ты наполняешься энергией, решаешь важные вопросы, но абсолютно никто об этом не знает. Дани хотела, чтобы кто-нибудь об этом знал, чтобы кто-нибудь разделил с ней вереницу событий, проблем, радостей и печалей. Одна её подруга, безгранично влюбленная в идею судьбы, утверждает, что нужный человек обязательно придет в нужное время, но, видимо, часы Даниэллы сломаны, а тот самый человек опаздывает. - Случайности не случайны, верно? - раздается совсем рядом, и Дани замечает среди толпы незнакомцев Юнги. - Верно, - улыбается девушка, ощущая тепло внутри. - Какими судьба? - Скорее, это я должен задавать, ведь ты в моем районе. - Тут просто красиво, - отмахивается Дани, кивком предлагая продолжить прогулку вместе. И вот уже вдвоем приходилось становиться невольными соучастниками чужих разговоров или привлекать незнакомцев в свои. Дани заливисто хохотала, быстро жестикулируя руками, размахивая очередную историю. Юнги учтиво предложил попробовать уличную еду в одной из точек парка, как бы ненарочно продлевая время прогулки. - В общем, у папы в телефоне я записана максимально странно, - отсмеявшись, подвела итог истории девушка, - видимо, стыдится. - Что ты! - театрально воскликнул Юнги. - В прозвище "Наркоша" скрыто нечто милое. - Сделаем вид, что я поверила. Погоди, а как я записана у тебя? Просто интересно. Мужчина сделал вид, что задумался, достал телефон, находя нужный контакт: - Думаю, я могу потягаться с твоим отцом в оригинальности... - Синусовый узел? - с недоумением прочитала Дани. - Это что-то на кардиологическом? Юнги лишь пожал плечами, загадочно улыбаясь и протягивая подруге горячие клецки. Тайна осталась тайной.

***

Мерзотный звук мешал сну с горячим корейцем. Проблема была в том, что в реальности мужика под боком не было, а вот во сне он был даже в... - Ты умираешь? - хрипло и зло спросила Диана. - Нет... - Кто-то умирает? - Нет... - Ну тогда иди на хуй, - видит Бог, Диана была готова разбить собственный телефон. - Погоди, погоди, Ди, - быстро пролепетала Дани на том конце трубки. - Что значит синусовый узел? - Ты ебн... - Я прочитала в интернете, - перебила подругу Гринграсс, - но ничего подходящего для себя не нашла. Может, ты знаешь какие-то легенды, поверья, связанные с ним? - До утра подождать не могла? - Очень надо! Диана рухнула обратно на подушки, даже не пытаясь думать. - Если мне память не изменяет, то синусовый узел пускает импульсы, которые приводят сердце в движение. - Да-да, это ритм сердца. - И? Дани притихла. Стоит ли говорить подруге? - У Юнги, - все же решилась, - у Юнги я так записана в телефоне. То, как Диана хлопнула себя по лбу, услышали все. - Иди на хуй, - разговор был спешно окончен. Ну, как Дани не хватало Илли!