День только начинается.

Время подходило к вечеру, медленно сменяя напряжённый день отдыхом. Солнце заваливалось за горизонт, небо затянулось тучами, в воздухе витала прохлада, и лес теперь казался чем-то ужасающим. —Мы ждём вас завтра, мистер Апшер. —Да, я помню. Спасибо за гостеприимство, Ричард Трагер, приятно знать, что вы "заботитесь" о людях. —Очень рад, что вам понравилось. Тогда до завтра? —До завтра. —Хороших вам сновидений. Если бы так и было... Наконец-то Майлз покидает пугающие стены Маунт-Мессив, медленно идя по запустелой дорожке в сторону ворот, которые во тьме казались ещё более величавыми. Мысли его запутались и он сам не понимал то, о чём думал. Перед глазами мелькало увиденное, бросающее по телу табун мурашек, словно чувствуя какого это. —Мистер Апшер, так ведь? И только этот хриплый, неприветливый голос пробивает Апшера, возращая его из мира грёз в суровую реальность. Теперь в будке охраны сидит мужчина лет шестидесяти, мирно перелистывающий пыльные страницы газеты, года так 1999. —Да, это я... А что? —Просто уточняю. —Аа... Что ж, хорошего вам вечера. —Если бы. Репортёр не придаёт значения последним словам, отразившихся для него лишь эхом. Вдруг в кармане начинается дикая вибрация телефона и Майлз сразу же тянется к карману брюк, замечая на экране контакт, подписанный как "лютик". На лице сразу же расползается улыбка, словно все проблемы исчезли в одно мгновение. —Алло? —Где ты? —Сейчас поеду домой, а что? —Да так, просто спрашиваю. —Не волнуйся, дорогой, скоро мы снова увидимся. Соскучился? —А как же? —Хах! Я тоже. Что ж, говорить по телефону в дороге нельзя, поэтому целую, пока. —Пока... Апшер отключается, залезая в салон любимой старушки "Матильды". —Ну-у, в путь! Да, Матильда? Майлз поглаживает руль, прежде чем потянуться к ключу и, наконец-то, завести машину.

...

Путь до дома был скучноватым, но зато он закончен. Репортёр вылезает из тёплого салона машины и поднимает голову к небу, где звёзды таинственно исчезли за покровом ночи. Лёгкий туман словно ковёр переплетался между ног, создавая впечатление, что ты не приехал домой, а находишься на съёмочной площадке, снимая хоррор-фильм. Дверь на удивление была открыта, но Майлз не придал к этому огромного значения, заходя внутрь и, нащюпав в темноте выключатель, включив свет. Коридор отдавал чувством пустоты, словно здесь давно не было живой души. —Я дома! В ответ лишь тишина, пока из гостиной не выбегает небольшой силуэт, начиная жадно тереться о ноги хозяина. —Я тоже скучал, Арчи. Апшер снимает ботинки, подхватывая на руки рыжий комок шерсти, начинающий радостно мурчать, уютно устроившись в объятиях. —Дорогой, ты дома? И вновь тишина, кроме продолжительного мурчания кота. Майлз опускает животное на землю, тихо поднимаясь по ступенькам лестницы, назло пропускающим очередной скрип. —Хе-е-ей? Спишь? И предположение было верным. Адам давно уснул, сидя в небольшом кресле, явно ранее ждущий приезда Майлза, но усталость пересилела его. Репортёр мягко улыбается, стягивая с постели плед и укрывая им любимого, не желая разбудить его. —Сладких снов... Апшер целует горячий лоб и лишь тогда покидает спальню, тихонько закрывая за собой дверь. Ему тоже бы не помешало поспать, завтра очередной сложный день, к которому нужно быть готовым. Очень готовым...

...

Майлз сидит в зоне отдыха, наблюдая за бегающей стрелкой часов. Время словно тянется в тысячу раз медленнее, это заставляло быть в постоянном напряжении. —Доброе утро. — слышится до боли знакомый голос, рассеевший все недавние мысли в голове. —А? В двери появляется высокая, широкоплечая фигура, которую спутать с кем-то другим просто невозможно. Эдди Глускин, напарник Майлза, которого Апшер даже поначалу боялся, то ли от вечно строгого вида с чётко одним и тем же стилем одежды, то ли от непривычки работать с такими деловыми людьми. Впрочем, сейчас они хорошо ладили, практически на уровне друзей, если бы не выпендрёжность репортёра, какая всегда была с ним, даже в кругу семьи и друзей. —Кого я вижу! Майлз встаёт, чтобы в очередной раз пожать руку Эдди, чем он занимался при каждой их встрече, не пойми для чего. —Я тоже рад тебя видеть. Всё ещё ждёшь? —Ага. Опаздывает наш старичок. —Старичок? Апшер вздрагивает, резко поворачиваясь в сторону Трагера, оглядывающего его не доброжелательным взглядом. —Я не про вас! —Вот как? А вы кто? —О! Это мой напарник, Эдди Глускин. Эдди, это Ричард Трагер, глава больницы. —Приятно познакомиться, мистер Глускин. —И мне. —Что ж, может начнём? —Конечно, идёмте. Трагер машет рукой, начиная идти первым и приглашая гостей идти за ним, что они, конечно же, и делают... День только начинается.