День двадцать третий (23)

      В их маленьком саду возле дома — можно найти самые разные растения: от пурпурных сумерских роз до вкуснейших мондштатских валяшек. Из каждой своей командировки они стараются привести какой-нибудь необычный цветок, вкуснейшую ягоду или же траву, используемую в качестве приправы — их чудесный садик с каждым годом только расширяется. Ведь Тигнари без ума от растений, а Сайно без ума от Тигнари — поэтому они вместе создают нечто прекрасное, часто проводя здесь свободное время.       Тигнари заваливает Сайно самыми интересными фактами: например, что ветряные астры являются символом любви и изящества и их принято дарить своим вторым половинкам (во время их совместной поездки в Мондштат Сайно соберёт для Тигнари целый букет этих прекрасных цветов). Мяту, кстати, добавляют во многие блюда вообще всего Тейвата — она невероятно ценится. А из плодов пузырина в Фонтейне всегда готовят вкусные, изысканные десерты. Тигнари может назвать себя ходячей, растительной энциклопедией, которой безумно нравится делиться с Сайно своими научными открытиями.       Сайно всегда слушает очень внимательно, порой отвлекаясь лишь для того, чтобы поцеловать Тигнари в носик, потому что уж слишком много чувств он испытывает, и внутри не помещается вся та нежность, что вызывают в нём слова Тигнари, его ушки и улыбка. Он кладёт ладони ему на щëки и притягивает к себе, вовсе не желая отпускать — могут ли они просидеть так всю жизнь, не отцепляясь? Они расположились на небольшом пледике посреди всех их растений и просто спокойно проводят время вместе — глубоко вдыхая свежий воздух и никуда не спеша. Не нужно гнаться за преступниками, думать о работе и излишне переживать — это всё не имеет значения, когда хвост Тигнари обвивает талию Сайно, укладывающего на плечо своего парня голову.       Хорошо. В их сад порой прилетают самые разные, цветные, красиво поющие птички, любящие садится на ветви закатника — и поют свои песни, ведь тут им нравится так же, как и Сайно с Тигнари, которые, не отрывая взгляда, любуются этими маленькими странными существами — невероятно красивыми. Тут нравится всем, ведь кажется, что мир существует только в этом месте, огороженном небольшим заборчиком — не очень крепким, но это не так важно, когда главное — составляющее. Какофония запахов и цветов сесилии, и дожделотосов приятно дурманит голову — здесь словно в парфюмерной где-нибудь в Фонтейне.       — Придумал! — весело восклицает Тигнари и приподнимается с пледа, чтобы сорвать с десяток ярко цветущих, жёлтых одуванчиков — он приносит всю эту охапку к Сайно и усаживается назад. — Хочу сделать тебе венок, надеюсь получится. — И Тигнари начинает переплетать зелёные стебельки так, как чувствует, ведь почему-то он никогда не пытался плести, и поэтому не всё сразу получается идеально — стебельки неаккуратно рвутся и распутываются, но желание Тигнари подарить Сайно импровизированную корону сильнее всех неудач.       Поэтому когда Сайно целует его в щëку, от чего слегка становится щекотно и Тигнари хихикает, он доплетает последний цветочек — у него получился шикарнейший венок, который он надевает на голову Сайно, попросив его слегка наклонится. Выглядит его муж — восхитительно. Золотистые цветы подчëркивают огненные глаза, и Тигнари заправляет выпавшие прядки пепельных волос назад, одаривая Сайно мягким взглядом. Хочется запомнить этот момент на всю жизнь — их счастливую, семейную жизнь, в течение которой они каждое утро будут и просыпаться вместе, и засыпать, и много-много целоваться, и помогать в самых наисложнейших ситуациях как физически, так и морально.       — Цветочный король к Вашим услугам, — шутливо целует тыльную сторону ладони Тигнари Сайно, придав голосу аристократические нотки. — Прошу прощения, что занимаю ещё и пост главного вора, что крадёт ваше сердце, — Сайно захватывает Тигнари в объятия, укладывая на его талию ладони — они безумно красиво смотрятся вместе. Сложно представить парочку, которая бы была мужейней, чем они — любые возникающие непонимания они тут же обговаривают словами через рот, всегда поддерживают и верят, не обманывают и очень-очень часто одаривают друг друга взаимными комплиментами — любовь, оказывается, существует — они живое тому доказательство.       — Одуванчики, кстати, символ преданности, счастья и радости, — отмечает Тигнари, позволяя целовать себя мягко, потому что сегодня у них предостаточно времени, чтобы никуда не спешить. Чужой язык ощущается мягко, отдаёт сладостью и приятной притороностью, без напора и давления. Вокруг слишком много ярких солнышек — помимо того, что на небе, Сайно держит на своей голове целую вселенную солнышек-одуванчиков, но самое главное, конечно, кладёт свои ладони на его колени, улыбается бесконечно ярко и прижимает уши к голове, наслаждаясь происходящим.       — Кстати, ты не срывал ещё волчий крюк? Мне кажется, что ягоды созрели? — они вместе садили несколько кустов этих фиолетовых ягод: Сайно выкапывал нужной глубины лунки, приносил воду в лейке и помогал насыпать удобрение, а Тигнари говорил Сайно, что нужно делать — и вот-вот ягоды начали менять свой цвет, а значит, самое время узнать, что же у них выросло и каковы они на вкус. Кислят? Или вяжут (хе-хе, словно бабушки) во рту? Или вообще имеют непривычный вкус, который не похож ни на один другой? Не терпится попробовать!       — Неа, сорвëшь? — просит Тигнари, и Сайно нехотя поднимается с пледа — самых созревших ещё не так много, но радует, что их урожай, в целом, получился очень удачным и нужно лишь ещё немного времени, чтобы созрела каждая ягодка. Может, Тигнари приготовит потом наивкуснейший пирог или сделает освежающий коктейль, используя их. С десяток ягод оказывается у него в ладони, и Сайно усаживается напротив Тигнари, прося его открыть рот, чтобы положить ягодку на его язык, и самому попробовать одну. — Ммм...       — Слушай, а вкусные! — Сайно кормит Тигнари, который согласно кивает, ягодками и после каждой крадёт маленькие, еле ощутимые поцелуи, которые стали ещё слаще. Он так сильно любит Тигнари, поэтому смотрит-любуется глазами-сердечками и не может оторвать взгляд от его махонького вида. Хочется спрятать в ладони и положить в маленький кармашек у сердца, чтобы всегда и везде носить с собой, не переживая за его безопасность, ведь Сайно разобьется сам, но никому в этом мире не позволит сделать Тигнари больно — пусть все боятся, зная, что у лесного стражника Авидьи есть свой собственный стражник — сам генерал Махаматра.       — Не вкуснее поцелуев с тобой, — хихикает Тигнари, касаясь своими коленками чужих — он настолько ярко и открыто влюблён в Сайно, что порой и сам не верит в своё счастье — чистые, непорочные (хоть иногда и очень горячие) чувства наполняют сознание, излечивая от всех проблем. Видишь улыбку Сайно, который шутит свои глупые шутки, и вроде уже не так волнуют рабочие проблемы. Касается он твоих щёк — и точно весь мир, требующий непосильного, перестаёт существовать. И есть только они — сидящие на узорчатом пледике, поедающие ягоды и разговаривающие о растениях.       В сакуре теплится нежнейшая душа, лилия нилотпала произрастает только у них, в Сумеру, а кровоцвет вновь недавно начал появляется на полях Инадзумы, хотя долго верилось, что он исчез с лица земли — Тигнари может говорить, не останавливаясь, и Сайно всеми возможными силами надеется, что этого никогда и не произойдёт. Он просто любит слушать-слушать-слушать, удивляясь тому, сколько же его муж знает. Наслаждаясь чужим голосом, смехом и шутками, которые он порой вставляет. Аромат Тигнари — красивее и изящнее любого цветочного, а глаза —прекрасней волшебных цветов. Сайно смотрит, и Тигнари глядит в ответ — они сами взрастили своё счастье, как и создали этот чудесный сад. Вместе. Вдвоём.