Слезы, сожаления и длинная дорога

— А где Санджи… — Луффи прервал какой-то рассказ и перевел взгляд с Зорро на Нами с Робин. Он только что спустился с лестницы и с недоуменным видом оглядывался по сторонам. Ну как — спустился…скорее неудачно скатился. Впрочем, парня это совершенно не волновало. — И правда, где это он? — Зоро прищурился и тоже пристально оглядел площадку перед школой. Блондина не было даже близко — что странно, девушки ведь были тут. Чертов Санджи всегда крутится там, где Нами и Робин. Виви подбежала к Нами, накинула ей на шею смешной шарф, украшенный яркими мандаринками, и быстро поцеловала в щеку. — Ты забыла в классе, под партой у тебя лежал. Нами счастливо улыбнулась. — Ох, спасибо, не хотелось бы потерять твой подарок. Девушки засмеялись и вместе с ними улыбнулась Робин. Зоро бросил на неё вопросительный взгляд, но та на него не ответила. Да что же тут творится такое. — А, Санджи? — Нами мотнула головой, — ушёл — Какого черта ушел? Он обещал быть на репетиции, — Зоро нахмурился и поправил гитару. Нами бросила на него серьезный взгляд. — Ему правда нужно было уйти, — она подчеркнула эту фразу. Усоп вопросительно посмотрел на девушку, но та только загадочно помотала головой — мол, даже не о чем говорить, не скажу. Да о чем, черт возьми, они тут болтали? Луффи только пожал плечами. — Ну, надо так надо, — Луффи не выглядел особо опечаленным, — не навсегда же он умотал, только сегодня. У парня всё было просто — он верил Санджи и никогда не сомневался что тот вернётся. И если надо было — значит надо. А что за надо Луффи уже не было дела — захочет расскажет, не захочет — что ж, отношение к нему не поменяется. Он засунул руки за голову и махнул головой: — Так что, идём? Если не поиграем то хоть просто в гараже посидим, Усопп истории расскажет! Жаль поесть не выйдет…но пол беды, уверен в холодильнике что-то завалялось! Парень весело засмеялся и пошагал вперёд, ни минуты не сомневаясь что остальные пойдут следом. Нами с Усоппом переглянулись и одновременно вздохнули. Угораздило ведь так выбрать лидера… — Пойдём, — Виви развернулась и похлопал по плечу Зоро, — он ведь ждать не будет. Тот молча кивнул. Его странным образом задел поступок Санджи — о чем он вообще думал? Каждая репетиция важная, тем более у них скоро выступление. Это безответственно, а безответственность — это вообще не про этого идиота. Ещё и Нами молчит… Зоро был человеком который никогда не понимал намеки, пока ему не скажут прямо. А ещё он был человеком, который не привык откладывать на позже то, что можно сделать сейчас. И он не был таким как Луффи — хотя что-то похожее в них всё же было — сейчас он не чувствовал уверенность, только какие-то непонятные, смешанные эмоции. Злость? Была ли это злость на то, что парень вот так запросто убежал по своим делам после разговора с Нами? Он не смог сказать точно злость это или что-то другое, поэтому просто взял телефон и набрал номер. Длинные гудки. Зоро немного отстал от разговаривающий компании — он часто шёл так, немного позади, но не отставая, так что никто не должен подумать что что-то не так. Гудки оборвались — не потому что Санджи бросил трубку, попросту вышло время ожидания. Какого черта? Парень опять нажал на кнопку вызова — и опять не получил ответа. Глухие гудки в трубке повторялись раз за разом, отдаваясь где-то в голове. Злость понемногу сменялась чем-то другим — если это изначально была только злость. Что случилось? Этот идиот во что-то вляпался? Зоро никогда не недооценивал Санджи — он знал, что тот сам может дать сто очков вперёд кому угодно в драке, испытал это на себе. Но от этого волнение становилось только сильнее — что же должно было случиться такого, что бы парень не ответил на грёбаный телефонный звонок? Волнение? Это странное, копошащиеся в груди чувство ближе всего было именно к нему. Злость почему-то обернулась на самого Ророноа — что он не пошёл, не догнал и что теперь не знает где и почему этот блондин вляпался таки в неприятности. Парень который раз остановил палец над кнопкой вызова и сердито поджал губы. Что ж, Санджи явно дал понять что ему сейчас не до него и что помощь ему не нужна. Зоро зло сунул телефон в карман и ускорил шаг. Волнение никуда не делось — но он предпочел затолкать его поглубже и подойти к друзьям. Он не может ничем помочь этому придурку — даже если очень захотел бы, он не знает где живёт Санджи и каким путем ходит домой. Спустя столько лет дружбы он так ни разу и не был у него дома. Стоп, какого черта он вообще об этом думает? Не хочет помощи — пусть и не отвечает. Не знает где он живёт? Не проблема. Иногда стоит относиться ко всему по проще — даже если это с каких-то непонятных причин так чертовски тяжело. Всю дорогу Ророноа шёл нахмуренный и молчаливый. Он и сам не мог сказать почему. Мысли бегали в голове от одного до другого и постоянно убегали от громко болтающего Луффи к Санджи, который неизвестно где запропастились. Поэтому он и вздрогнул, когда на его плече опустилась рука Робин. Парень покосился на неё — но с Робин этот фокус никогда не прокатывал. — С ним всё хорошо. Это всё Нами, — она загадочно улыбнулась и убрала руку. Зоро кивнул и попытался улыбнуться. Впрочем, одна его рука непроизвольно сложилась в кулак. Что ж, Нами так Нами. Оказывается, всё было куда проще. Чертов идиот вообще не заслуживает чтобы из-за него так переживали. Конечно, опять убивается из-за девушки. Как иначе. Это всегда и во всём будет какая-то девушка. Зоро вздохнул и повернул голову, прислушиваясь к спору Луффи и Усоппа. — Я говорю у меня телефон сел, а мне срочно надо позвонить! — Так значит мне нельзя, а тебе можно?! — Да это другое вообще, ты Кае и так каждую секунду пишешь. — Ах ты! Зоро улыбнулся — на этот раз взаправду. Пусть Санджи думает о себе сам — особенно если в этом всём замешана Нами. Лёгкое раздражение перебирала его волосы вместе с порывами ветра — он и сам не знал почему так к этому всему относится. Это становилось каким-то слишком серьезным. Ророноа вздохнул и, быстро подойдя ещё ближе к остальным, кивнул громко доказывающему свою правоту Луффи. — Свой одолжить? — Не одалживай ему ничего! Все вместе весело засмеялись. Ветер шумел в листве над головами, играя незаметную привычную мелодию на металлической сетке вокруг стадиона. Зоро поднял голову и посмотрел на небо. Оно было сероватым и немного облачным — и было в нём что-то привычное, будто бы этот цвет знаком ему с незапамятного времени. Зоро опустил голову. Да, очень похож на одни очень хорошо знакомые ему глаза… … Дорога перед глазами плыла. Не прям совсем — идти он мог спокойно и понимал куда идёт прекрасно. Но всё вокруг будто бы шло кругами, мир сотрясался, как тревожный комок мыслей в его голове. Тревожный комок, который только что кто-то взял и очень сильно разворошил. И нельзя ведь сказать что без разрешения — он ведь сам на это напросился. Ему хотелось плакать — такое бывало очень редко — но именно сейчас он не мог этого сделать. Расплакаться сейчас значит согласиться что Нами права, согласится со всем, что она сказала. — Да черт с ними всеми, — пробормотал Санджи себе под нос. Конечно он так не думал. Конечно он никогда бы не смог всерьез подумать ни про кого из них " черт с ними всеми «, даже про этого треклятого Зоро, из-за которого всё и началось. Кто его за язык тянул вообще рассказывать о подобном Нами? Санджи зарылся руками себе в волосы. Он уже и сам думать об этом забыл, так давно это было. Он часто пытался просто отпустить прошлое, пытаясь оставаться только в сегодняшнем — но получалось это крайне плохо. Особенно в такие моменты как сейчас. Каждая паничная атака заканчивалась мыслями о той жизни, что была у него до этого города. О всём том, что может в любой момент догнать и накрыть похуже осознания того, что ты всю жизнь врал себе. А ведь врал. Потому что так проще, всегда было проще. Ноги путались, а сердце стучалось в груди так быстро, что, казалось, он сейчас просто выплюнет его. Вместе со всем содержимым желудка. Ничего, ещё немного — и он будет дома. А там можно будет что-то придумать, закрыться у себя в комнате и раствориться на пару дней в этих мыслях и чувствах. Но отпустить было не так просто. Мысли нельзя уговорить прийти попозже, тошноту нельзя попросить подождать, дыхание нельзя попросить немного придержаться. В голове стучалась только одна мысль — никто не должен увидеть его таким. никто не должен видеть и слышать ничего, что могло бы сделать его слабым в глазах других, только не опять. Хотелось плакать и смеяться одновременно — от идиотизма и безысходности. Это чувство отличалось от того, что он чувствовал, когда его отшивали — даже та же Нами сотню раз уже посылала его, с самого их знакомства. Она не отшила его, она объяснила ему то, от чего он так долго бегал. Санджи сжал руки в карманах. Черт, отшить — это одно, покопаться в детстве и вынуть наружу страхи — совсем другое. А предъявлять за Зоро вообще третье. Господи, он сейчас готов был думать о чём угодно, но не об этом зеленоголовом болване. Он не собирался перекидывать вину — он не пятиклассник, чтобы спихивать свои проблемы на других. Но он почему-то всё равно оставался на него зол. Непонятная, беспричинная злость смешивалась с паникой, опускалась на самое дно желудка и оседала там, всё сильнее давя. Совсем немного. Санджи жил на втором этаже ресторана — Зеф не любил ходить на работу далеко, поэтому просто купил апартаменты сразу над. Обычно блондину от этого было ни холодно, ни жарко — но сейчас ему пришлось пройти мимо этого зала чтобы дойти до входа в квартиру. А что ещё хуже — его увидел Зеф. Даже что-то крикнул, но парень не сумел это разобрать — уши тоже были словно заложены. Руки дрожали, пока он доставал ключи. Дышать было тяжело — казалось, всё вокруг давило. Взгляды людей, шум, доносящийся снизу, высокие стены, бетон под ногами, крики птиц, всё, всё абсолютно вызывало ассоциации, вызывало мысли, вызывало воспоминания. И это была не вина Нами. Это была его вина, только его вина что он решил не разобраться с этим всем, а связать в узелок и положить рядом динамит. После такого остаётся только ждать пока кто-то случайно чиркнет зажигалкой. А Санджи очень часто курил. Он понимал что признание слабости не сделает его слабее. Понимал — и никогда бы в жизни этого не сделал. Ему наконец-то удалось — ключ провернулся в замочной скважине и дверь податливо отворилась. Санджи громко вздохнул и сделал несколько шагов внутрь комнаты — дальше должно быть легче. Эта длинная дорога, которую он и помнит то с трудом — позади. Мысли путаются, мысли путаются, но он пытается собрать их все в кучу. — Опять сигареты курил? Громкий голос за спиной заставляет парня вздрогнуть. Нет, только не это. Сильнее всего в мире ему сейчас нужно было чтобы за его спиной не стоял тот, кто там стоял. Санджи не развернулся. Зеф сердито сложил руки на груди. На нём была форма повара — он только поднялся с ресторана с, максимально понятной, на его взгляд, причиной. — Чего не зашёл? Вообще говорил ведь что репетиция какая-то сегодня… Зеф отчаянно делал вид, что не переживает за парня. Тот всё не оборачивался — старик казалось говорил не с самим Санджи, а с его немного сгорбленной спиной. — Чего ты молчишь, отвечай черт… Зеф оборвался на полуслове. Оборвался, потому что Санджи повернул к нему лицо — и по его щеках стекали слезы. Одна за другой, они собирались и беззвучно капали на пол, в полной тишине. Он стоял всего в нескольких сантиметрах от него, стоило всего лишь протянуть руку и он сможет погладить его по светлой голове. Вся фигура Санджи внезапно поплыла — Зеф снова видел перед собой юного мальчишку, плачущего на улице, именно того мальчишку, которого обещал себе оберегать. И он плакал. Зеф не знал что делать. Он впервые оказался здесь — в однок комнате с плачущим ребенком, с тем, чьи слезы, как ему всегда казалось, не смог бы перенести. — Тебя…обидел кто-то? Старик сам понимал что это звучит глупо. Санджи не стал бы плакать из-за обиды, ему вообще трудно было представить ситуацию в которой тот заплакал бы. Но он не мог не спросить — он наклонил голову и заметил, как дрожит у парня руки, как мелко трясутся его руки, как небрежно у него уложены волосы. Санджи улыбнулся сквозь слезы и замотал головой со стороны в сторону. Зеф осторожно протянул руку и на мгновение остановил её прямо над головой блондина. Как он отреагирует? Старик никогда не считал себя тем, кто сможет правильно утешить при необходимости. Но это было всего мгновение. Он опустил руку и погладил Санджи по голове. Слёзы из глаз парня брызнули ещё сильнее и он закрыл рукой лицо. Точно как тогда, когда он впервые его увидел, в приюте. Он точно так же плакал за углом дома. Глаза Зефа намокли. Он протянул руку и приобнял парня, осторожно, будто бы боясь что-то нарушить, будто бы боясь сделать хуже, обняв его в полную силу. Санджи в его руках обмяк и медленно сполз на пол. Слёзы катились из его глаз — всё так же непрерывно, всё так же тихо. Зеф опустился рядом с ним на холодный голый пол. Что он ещё мог сделать? Бросить этого ребенка одного, когда он нуждался в нём сильнее всего? Ведь Санджи сейчас перед ним был всё тем же ребенком — тем мальчиком, которого он кормил в ресторане, тем, которого принес домой на руках после драки в приюте и, смотря как тот спит, пообещал себе что больше не даст его обидеть. Тем самым ребенком, который хватал его за штанину когда пугался, который так отчаянно старался сделать ему больно ударами детских кулаков — тот самый который после этих же ударов плакал, потому что не догадывался, что удары придутся по протезу, а не по ноге. Тем самым ребенком который плакал над документами со сменой фамилии — с изначально неизвестной на Чёрную ногу. Тем самым ребенком — а значит самым важным для него ребенком в целом мире. Он даже не закрыл за собой дверь — впрочем, сейчас ему точно было не до этого. Он уложил его голову себе на плече и молча водил рукой по непослушным волосам. Старик ничего не говорил — только чувствовал как намокает ткань на его плече. А Санджи просто плакал. Плакал обо всём, что так долго считал слабостью, обо всём, что предпочитал скрывать, обо всём, о чем всегда хотелось. Не один, а кому-то. Он даже не заметил вибрации телефона в кармане штанов. Сейчас он был здесь только вдвоём с Зефом — на холодном бесконечном полу, что обжигал колени. Только он, Санджи и фраза " серьезно подумать «. Парень закрыл глаза. Да, теперь время серьезно подумать точно будет.