на коробле бунт

Знание Джима об опасности ирландца спасло жизнь ему и команде.

***

Ночь — время спать, но Смоллетт, Ливси и Джим не спят. Трелони, их не послушав, не поверив, как он выразился, в байку о злом краснорожем ирландце, лёг спать. Уже час ночи, команда уже подумала, что Аеран передумал, как вдруг: Ливси заметил блеск кортика в свете луны, врач, медленно подходя к блеску, держал шпагу наготове, и не прогадал. Ведь стоило фигуре доктора приблизиться, так на него напал ирландец. Начался небольшой бой, который быстро закончился из-за отсутствия хоть какого-нибудь преимущества ирландца. Его быстро скрутили, хоть он и извивался как змея.

***

Следующим днём между Вудой и Аераном состоялся разговор, так же там был Смоллетт, он стоял позади друга, будто оберегая его. — Аеран, если ты признаешь ошибки, ты отделаешься разодранной спиной, — спокойным голосом и с некой ухмылкой говорил капитан. — Пошел к черту! Вы просто пытаетесь показатся хорошими перед богатыми господами! — на такое наглое заявление пират получил по роже. Из его носа хлынула алая струйка крови, а так же Вуда с силой потянул бывшего соратника за волосы. — Во первых, я уже здесь, во вторых, я никогда, повторяю, никогда не любил господ, если ты до сих пор не понял этого, а в третьих, еще одно слово про джентльменов, находящихся на Испаньоле, или попытка их убить, и ты пойдешь к морскому дьяволу, Аеран, я понятно объясняю? — с явной злобой произнес капитан, в его глазах были искорки огня. — Аха, — пират ухмыльнулся, — Да у меня есть люди на этом корабле! И уж поверьте, если не я, то кто-то из моих перережет вам и вашим дружкам глотки! — в глазах ирландца сияло безумие, но и в глазах Вуды оно также было. — И тогда я стану… — Аэран не договорил, его перебил капитан Вуда. — Капитаном? Ты этого хочешь? Ну что же, я дам тебе такую возможность, скажем, к вечеру, часов так в семь, устроим поединок. Кто выиграет, тот капитаном и будет, а кто проиграет, окажется на дне морском, согласен? Пират-ирландец притих, он обдумывал решение, но все же согласился. Когда предателя увели в трюм, Вуду внезапно взяли за плечи и крепко накрепко прижали к стене. — Вуда, что ты творишь? — с беспокойстом и злобой спросил Смоллетт, в его глазах читался не только гнев, но и страх. Ах, Уайт был готов утонуть в этих глазах. — Я? Спасаю вас, — хорошая отговорка. — Если не устрою дуэль, то команда взбунтуется, но если я выйграю, то припугну их и найду соратников этого проклятого ирландца. Хватка Александра постепенно ослабла и он отпустил пирата, отходя от него, сложив руки за спину, но не переставая наблюдать. — Не переживай, я буду в порядке, — с улыбкой на лице сказал пират, будто читая мысли капитана Испаньолы. «Хотя, я больше за тебя переживаю», — эту мысль пират не стал озвучивать.