Вернутся к фанфику

Часть 3

30 октября 2023, 21:07
      Альфы доминируют над всеми. Во время гона, если рядом нет омеги, они могут встречаться с бетой для удовлетворения своих желаний, но брачный союз возможен лишь между альфой и омегой.       Гамма может выбирать, кем ему быть — омегой или альфой, если выбор не сделали вместо него.       Пиджак сковывал движения, царапая подкладкой чувствительную спину сквозь полупрозрачную ткань рубашки, а туфли на кожаной подошве скользили по гладкой поверхности мраморного пола, заставляя с осторожностью делать каждый шаг. Специально они что ли его отполировали?       Ёсан с мрачным видом смотрел по сторонам, стоя возле супруга и крепко вцепившись в его руку — только так он и мог сегодня передвигаться.       — Улыбнись, — дыхание Юнхо обожгло ушную раковину, — нас фотографируют, а ты выглядишь так, будто пришел убивать. Все должны думать, что мы идеальная пара. Помнишь?       — Как же, идеальная, — Ёсан тут же растянул губы в дежурной улыбке, окидывая супруга взглядом.       Идеальным сегодня был только Юнхо. В белой рубашке, подчеркивающей спортивную фигуру, в обтягивающих брюках, демонстрирующих длинные, стройные ноги, он был похож на эльфа из сказки. Был бы похож, если бы не по-наивному детское выражение на лице, передающее восхищение вперемешку с торжеством. Это он так популярности сегодняшней у журналистов радуется что ли?       Впрочем, уточнять Ёсан не планировал. Достаточно уже было видеть Юнхо таким счастливым. Хоть один из них был сейчас рад всему происходящему.       — Кан Ёсан, сегодня ты еще красивее, чем обычно. Ты ведь специально так вырядился, чтобы перетянуть на себя все внимание? — голос, в котором звучала наигранная досада, был знаком. Как и сам обладатель этого голоса. Чон Уён. И как только Ёсан умудрился прозевать его появление на горизонте. Видать, засмотрелся… на этот чертов пол.       — Должен же хоть кто-то из нас двоих блистать красотой, — обмениваться колкостями с кузеном Юнхо было уже традицией, хотя на самом деле Ёсан к нему тепло относился и дорожил Уёном, как другом, несмотря на то, что тот был омегой, и встречаться часто в последнее время у них не выходило.       — Ну да, особенно если умом природа обделила, — гаденькая улыбка и полный наигранного обожания взгляд были ответом гамме. Что же, в этом был весь Чон Уён.       Сегодня он был в черном пиджаке на голое тело, демонстрирующим тонкую талию и хорошую фигуру и в обтягивающих брюках. Хотя он мог нарядиться в любой наряд, поскольку Уёну шла любая одежда и любой цвет. Как и любая прическа. Даже осветленные волосы, которые он то и дело поправлял, когда челка падала на глаза.       — Спасибо, что пригласил, Уён, — дослушав традиционный обмен колкостями, Юнхо тут же протянул кузену ладонь для рукопожатия, — выставка чудесная. Мы с Ёсаном успели оценить все скульптуры композиции.       — Да, вот только, похоже, лучшая скульптура моей выставки сейчас прямо передо мной, — тот кивнул на Ёсана, все еще крепко цепляющегося за руку супруга. — Кажется, у вас, наконец, все хорошо, и это значит, что от меня отстанут с наследником. Кстати, познакомьтесь. Это Чхве Сан, мой будущий муж.       — Рад знакомству, — Ёсан и Юнхо выдали в один голос, когда Уён представил высокого коротко стриженого альфу, подошедшего к ним с двумя бокалами шампанского, и Кан тут же сильно сжал пальцами предплечье супруга, давая понять, чтобы тот не сболтнул лишнего. Не хватало им еще скандала на ровном месте.       Юнхо много в чем был безупречен. В работе, в ведении финансов семьи, в общении, но только не тогда, когда дело касалось его любовных увлечений. Чхве Сан был одним из них…       — Я тоже рад познакомиться, — «будущий муж» Уёна спокойно кивнул в знак приветствия, ничем себя не выдав, хотя, насколько помнил Ёсан, в списке любовников супруга этот парень числился вторым с конца. Что же, времени после расставания с Юнхо он явно не терял.       — Как только мы назначим дату свадьбы, я пришлю вам приглашение, — ничего не подозревающий Уён принял реакцию обоих за восхищение его выбором, поэтому сейчас триумфально улыбался.       — Мы обязательно будем, Уён-а, — Ёсан решил избавить себя от этой ситуации абсурда поскорее, — а теперь позволь нам продолжить любоваться работами. Мы ведь хотели посмотреть вон ту картину, не так ли, милый?       На последнем слове он снова сжал пальцами руку супруга. Наверное, к концу вечера там останутся синяки. Впрочем, так ему будет и надо. В следующий раз будет думать, с кем спать…       — Да, увы, но Ёсанни обожает замечать каждую мелочь, поэтому мы еще и половины выставки не обошли, — Юнхо закивал, пытаясь выдавить улыбку, а затем придвинулся теснее к Ёсану.       — Сам виноват, — Кан обратился к мужу, когда Уён уже утащил свою новую пассию на достаточно далекое расстояние. — Меняешь любовников, как перчатки, а затем попадаешь в вот такие ситуации. Хорошо, что этот Сан не дурак и не стал распространяться о вашем совместном прошлом.       — Мы не сделали ничего плохого, — Юнхо надул губы, словно все обвинения, сыпавшиеся сейчас на его голову, были несправедливы, — в то время они еще не были вместе.       — Зато мы были, — Ёсану почему-то захотелось стукнуть изображающего невинность супруга.       — Это что, ревность? — взгляд альфы стал проникновенным, а лицо серьезным. — Сам ведь ничем не лучше.       — Вот еще, — кто-то словно тянул Ёсана за язык, заставляя продолжать этот разговор. — С чего бы мне ревновать? Просто, в отличие от тебя, я не сплю с альфами. Что будет, когда семья узнает, какой ты извращенец?       — Перестань, — Юнхо шумно выдохнул, словно слушал его на одном дыхании. — Кто-нибудь услышит и решит, что ты мне скандал закатил. Если ты, наконец, решил обсудить наши отношния, давай поговорим обо всем дома, за бокалом вина и в спокойной обстановке. А сейчас улыбнись, мы находимся в объективе камер.       — Сам улыбайся, — Ёсан почему-то завелся еще больше, а стукнуть Юнхо хотелось все сильнее. — Я лучше пойду, пройдусь. Один.       Он тут же, в подтверждение своих слов, отпустил руку Юнхо и сделал шаг вперед, желая уйти как можно дальше от альфы, но в следующий момент поскользнулся и начал заваливаться назад. Крепкие руки обхватили его за талию, и Ёсан тут же был прижат спиной к рельефной груди, которую ощущал лопатками даже сквозь ткань пиджака.       — Осторожнее, милый, — довольный шепот раздался у самого уха, вызывая у Ёсана мурашки по всему телу, а вспышки фотоаппаратов защелкали еще ярче. Еще бы… Кто бы упустил такой момент?       — Господин Чон, почему бы вам не поцеловать Его Светлость, — раздался чей-то голос. — Выйдет идеальный кадр.       — Действительно, продемонстрируйте нам идеальный поцелуй.       Все дальнейшее происходило как во сне. Ёсана заставили ровно встать на ноги, а затем развернули. Он почувствовал, как чужие пальцы мягко касаются его подбородка, приподнимая, а мягкие губы накрывают его собственные, заставляя затаить дыхание. Поцелуй и правда был идеальным. Не смотря на разницу в росте, несмотря на все те барьеры, что стояли между ними, Юнхо целовал так, словно сжимал в объятиях самого дорогого для себя человека, нежно прикусывая нижнюю губу Ёсана, скользя языком по его собственному, заставляя отвечать…       — Потрясающе, — кажется, сейчас их не фотографировал только ленивый.       «Потрясающе», — Ёсан уже представлял, как долго ему придется вымаливать прощение у Сонхва, ведь наверняка эти снимки появятся во всех сетях. Но даже это не могло его сейчас заставить отстраниться до тех пор, пока Юнхо сам его не отпустил…       Сердце билось как ненормальное, и хотелось провалиться сквозь землю. Сейчас было страшно повернуться ко всем этим людям, а еще страшнее было смотреть в глаза человеку, все еще держащему его в объятиях, и Ёсан не нашел ничего лучше, как прижаться к нему, спрятав лицо на груди альфы и вдыхая тонкий цитрусовый аромат грейпфрута и более резкий хвойный запах кедра, исходящий от его тела.       Как он раньше не замечал, что Юнхо так приятно пахнет? Или просто не желал замечать…

***

      — Бармен, повтори, — Сонхва залпом влил в себя содержимое бокала, чувствуя, как внутри образуется что-то мерзкое и темное, напоминающее паука, скребущего своими лапками по сердцу. Что-то, что хотелось утопить… в алкоголе.       Пальцы, сжимающие телефон, побелели. Еще немного, и девайс треснет, вот только это не поможет избавиться от фотографий, заполнивших сети.       Сонхва никогда не думал, что ему будет так больно. Нет, он не любил, так как просто не умел любить, но дорожил тем, что имеет. Дорожил Ёсаном, и сейчас, видя все эти фотографии, на которых его любовник так страстно целовал собственного супруга, омега чувствовал, словно ему кто-то невидимый врезал куда-то в область солнечного сплетения, лишая способности дышать, не давая возможности разогнуться.       В клубе Ёсан так и не появился.       «Прости, Хва, мне придется еще задержаться. Давай увидимся сразу у тебя дома», — всего два предложения, как отговорка. И ни слова извинений или оправданий. Как будто так и должно быть.       — Повтори еще раз, — очередной бокал опустел слишком быстро. Сонхва даже не понял, когда выпил весь виски. Но этого было мало. Хотелось больше. Столько, чтобы утопить в алкоголе все разочарование и боль. Чтобы забыть об очередном предательстве.       — Разве можно столько пить, да еще в одиночестве? — в раздавшемся голосе звучала забота и, кажется, доля веселья. Еще бы, красивый омега напивается в одиночестве в баре — любого бы картина повеселила.       — Пошел нахуй, — Сонхва даже не потрудился повернуться, чтобы рассмотреть собеседника. Да и зачем? Очередной альфа, снимающий омег в баре на одну ночь. То, что альфа, Пак мог сказать с уверенностью. Его запах ощущался слишком отчетливо. Чайное дерево и… кажется, нарцисс. Наверняка этот тип очень любит себя и уверен в своих силах. Вот только не на того напал.       — Как невежливо, — тихий смешок дал понять, что незваный собеседник совсем не сердится, а звук отодвигающегося стула намекал на то, что туда, куда его послали, идти он не планировал.       — За вежливостью — это в высшее общество, — Сонхва все же развернулся, тут же встретившись с парой ярких улыбающихся глаз. Альфа был немного необычный. Крашеные в красный волосы, причудливый наряд, явно сшитый каким-то дизайнером с неуемной фантазией, и теплая улыбка, делающая лицо парня весьма симпатичным. Даже милым.       — Увы, там я никому не нужен, — он с охотой подхватил разговор, словно только и ждал, чтобы с ним заговорили. — Аристократы общаются только с аристократами, а нам туда путь заказан.       — Это точно, — Сонхва мрачно кивнул, потянувшись за своим бокалом. Этот парень попал прямо в точку. И главное, как вовремя…       — Хонджун… А вот пить, пожалуй, уже хватит, — на удивление крепкая рука альфы сжала пальцы Хва вместе с бокалом, останавливая его.       — Что? — омега в недоумении уставился на собеседника.       — Говорю, что меня зовут Ким Хонджун, — тот лишь вновь улыбнулся, — и думаю, что тебе уже хватит пить.       — Тебя забыл спросить, — Сонхва лишь фыркнул, все же позволяя забрать бокал.       — Итак, разбитое сердце или неудачи на работе? — похоже, этому Хонджуну не терпелось поболтать, и почему-то он был уверен, что Хва для него лучший вариант.       — Первое, — Пак и сам не понимал, зачем отвечает. Возможно, потому что запах нарцисса все больше дурманил его сознание, заставляя все глубже вдыхать аромат.       — Вот как? — альфа кивнул. — Почему-то так и думал. Но кто мог разбить сердце такому красивому ангелу? Этот человек совсем слепой? Или полный дурак?       — Кто тебе сказал, что я ангел? — Сонхва невольно ухмыльнулся сравнению. — Ангел как раз он, а я демон, взявший его в плен. Вот только он сегодня из этого плена, похоже, вырвался.       — Демон, значит? — Хонджун теперь смотрел заинтересованно. — А с виду не скажешь. И что же в тебе демонического? Может, продемонстрируешь, красивый мой?       — А почему бы и нет? — Сонхва поднялся, прежде чем понял, что делает. — Вот только здесь место не подходящее. Поехали лучше ко мне.       — Ого, — альфа округлил глаза в деланном удивлении. — Вот так сразу? Но… Видишь ли, я мальчик воспитанный, с незнакомцами никуда не хожу.       — Пак Сонхва, — Хва выровнялся, чуть вскинув вверх подбородок, демонстрируя всю грацию, на какую сейчас его пьяное тело было способно. — Приятно познакомиться, Хонджун.       Он понимал, что делает глупость, что потом пожалеет о содеянном, но сейчас ему было все равно. Сейчас Сонхва ощущал себя тем самым демоном, жаждущим мести. Да, потому что никто не смеет причинять ему боль безнаказанно.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!