Модди/Жираф - PG-13 - дружба, шутки и ревность

Модди действительно начинал подозревать, что его благоверный в тихую испытывает не совсем чистые чувства. Нет, Жираф точно не ненавидел его и не мечтал убить — тут как раз-таки наоборот. Чат чётко видел, как иной раз блондин смотрит на тех, кто слишком долго взаимодействует с его парнем. Особенно это касалось Пугода — они дружили с этим кошарой уже не один год и, возможно, даже больше, чем был знаком с Жирафом. Оттого нередки были случаи, когда они отпускали дружеские шуточки, которые были на грани двусмысленности. Сами парни не обращали на эту грань никакого внимания — под тяжестью времени она истончилась и почти перестала существовать, однако, кажется, в глазах других она была более осязаема. Нередко кто-то шутил о том, что Модди и Пугод явно тайные любовники. Конечно, никто из них этого всерьёз не воспринимал, однако Жираф тоже становился невольным свидетелем подобных разговоров и со странной тщательностью их запоминал. Модди не раз мог слышать упоминания того или иного момента, связанного с их с Пугодом шутками, которые произошли на днях. Поначалу он не обращал на это внимания, но потом начал задумываться. Сами их отношения с Жирафом начались очень странно и неловко. Стартуя как друзья, они извилистыми тропами дошли до порывистого признания в любви и жаркого поцелуя в дверях дома Модди. Кажется, что никто до сих пор не понял, что вообще произошло. Впрочем, Чата это волновало не сильно — он впервые влюбился так, что хотелось целыми днями тонуть в чужих объятьях и нежностях. Жираф чувствовал себя точно также, но всё же, в глубине души, он оставался тем самым мальчиком, который когда-то с восхищением глядел на молодого чемпиона в гладиаторских боях. Возможно, именно это и сыграло решающую роль в последующих событиях. — Так вот, а я ему говорю, — в привычной манере жестикулирует Пугод, рассказывая очередную невероятную историю о своей афере века. Модди внимательно его слушает, потягивая свой чай. Они сидят на кухне его дома, а где-то в зале расположился Жираф, пришедший сегодня с ночёвкой. Конечно, Модди пытался позвать своего парня вместе с собой на своеобразное чаепитие, но тот довольно резко отказался, бросая что-то о том, что он хочет немного отдохнуть и вздремнуть. Мужчина точно знал, что этот прохвост никогда не спит днём, но решил не лезть на рожон, особенно когда рядом был его старый друг. — Блин, вот если бы там был ты, то мы бы его мигом уговорили, — смеётся Пугод, закидывая руку на плечо Модди. Тот даже не шелохнулся, уже привыкнув к подобной тактильности. — Модди, а, Модди, чем же мне тебе заплатить, чтобы ты стал моим личным «договорщиком»? Может, пообещать невинность своей будущей дочери? — Ага, свою пообещай, — фыркает Модди на такую шутку. Пугод был всегда изобретателен в этих вещах. — Ну нет, как я могу это пообещать, если ты и так её забрал, — хихикает Пугод, не замечая ошарашенный взгляд, направленный прямо из дверного проёма за их спинами. — Ты был так груб — я до сих пор не могу смыть с себя этот позор. — Ну так поменьше бы рыпался, и я б был нежнее, — подыгрывает чужой шутке Модди, не осознавая, какую могилу он себе роет. Дальнейший разговор уходит в привычное русло и более не касается этой темы. Жираф так и не показывает своего присутствия, тихо уходя обратно в комнату. Он порывался уйти, дабы не бередить новые раны, но отчего-то не смог. Когда Пугод всё-таки уходит, Модди сразу же решает проведать своего не в меру ершистого парня. Он замечал, как стремительно портится его настроение после подобных «гостей», поэтому старался его мигом поднять. — Жираф? — зовёт парня мужчина, заглядывая в спальню. Как и ожидалось — он лежит на широкой кровати, читая неизвестную книгу. — Ну ты чего, опять надулся? — Нет, — коротко отвечает Жираф, смотря ровно на страницы книги и не на сантиметр в бок. — Ну я ж вижу, что надулся, — с лёгкой улыбкой тянет Модди, присаживаясь на край кровати и переваливаясь в сторону Жирафа, почти полностью растягиваясь на тёмных простынях. — Тебе кажется, — фыркает Жираф, перелистывая страницу, так и не дочитав её. Если быть честным — он даже и не начинал чтение, просто схватив первое, что попалось под руку. — Ага, от того-то ты читаешь «советы для молодых мамочек при первой беременности», — фыркает Модди, поражаясь, что такое есть у него дома. — Ну вот чего ты опять, а? Пакет же просто мой друг, мы с ним чуть ли не с пелёнок знакомы. — Ага, настолько с пелёнок, что успели и девственность вместе потерять, — не сдерживает язвительное замечание Жираф, продолжая буравить несчастную книжку хмурым взглядом. Как же ему сейчас хочется напиться. Обычно это помогало и в добавок заставляло побеситься Модди — идеальная месть с привкусом печали. — Ты что, опять наши шутки слушал? — усмехается мужчина, уже понимая, что там себе навоображал этот дурачок. — Ты ж знаешь, что мы шутим на всякое, но это не значит, что я когда-то спал с Пакетом и, тем более, силой забрал его невинность. — Ага, просто шутите, а остальные просто слепые, — хмурится Жираф, стараясь отодвинуться от руки, что легла на его бедро, поглаживая. Он терпеть не мог свою слабость перед чужой нежностью. — А другие такие же доверчивые, как и ты, — отфыркивается Модди, резко вырывая книжку из рук недовольно вскинувшегося Жирафа и буквально ложась на него всем своим весом, придавливая его длинную тушку к кровати. — Ну что, будешь и дальше дуться? — Ну если не нравится, то можешь сходить к своему весёлому Пакету, — отворачивается Жираф, стараясь не смотреть в тёплые кофейные глаза. — Да при чём здесь Пакет, — с каплей раздражения выдыхает Модди. Кажется, он действительно был слишком беспечен в этом отношении. — Ну он ведь твой лучший друг, давний знакомый, не то что я — встречный поперечный, — пытается незаметно выползти из-под горячего тела Жираф. Это всё ещё смущает, а он старается держать вид полного недовольства этим произволом. — Вот именно, он мой друг, а ты — моя самая сильная и пылкая любовь, — уверенно тянет Модди, аккуратно подхватывая пальцами чужой подбородок и в мгновение приближаясь к удивлённому лицу. Это был мягкий и неспешный поцелуй, призванный передать всё то, что лежит на душе. Поначалу Жираф даже не пытается ответить, лишь принимая чужую ласку, но затем, размякая от этих чувств, втягивается в процесс. Модди быстро перехватывает инициативу и проникает языком в горячий рот своего парня. Он будто пытается испить его, при этом заполняя до краёв — дуализм этих ощущений пьянит не хуже алкоголя и Жираф сдаётся окончательно. — Ну, убедился? — усмехается Модди, смотря сверху вниз на раскрасневшегося и тяжело дышащего Жирафа. — Никто мне кроме тебя не нужен. Если хочешь, я попрошу Пакета больше так не шутить. — Хочу, — упрямо кивает Жираф и получает лёгкий поцелуй в нос. После этого дня Пугод действительно перестал так липнуть к Модди, иногда даже специально одёргивая себя. Со временем, Жираф, конечно, смягчился и стал пропускать чужие дружеские нежности, но вот никогда не давал ощущения полной безнаказанности. Всё же, именно он единственный и неповторимый парень МоддиЧата.