Неадаптер/Заквиель - PG-13 - Вороны, торжество разума и прощение

— Неадаптер! — утро начинается не с кофе, а с громкого крика, разносящегося по всем коридорам закрытой академии. Кажется, все уже привыкли к подобным номерам, поэтому многие даже не оборачиваются к источнику шума. Если вам когда-то станет интересно, смогут ли ужиться два ворона вместе, то вот вам исчерпывающий ответ — нет, не смогут. Хотя, казалось бы, представители других видов наоборот, больше предпочитают компании себе подобных, даже если их животные аналоги по большей части живут одиночками. С этими же пернатыми всё не слава богу — два ворона создавали столько шума, что казалось, будто там целая стая. И ведь вот незадача — оба ворона по отдельности представлялись уравновешенными и отличающимися особым умом людьми. Почти каждый знал о том, что любую работу лучше заказывать у третьекурсника Заквиеля — он сделает точно так, чтобы ни один преподаватель не смог придраться. И каждый знал о том, что на парах Неадаптера схалявить не получится, как не пытайся — он умело пользовался своими знаниями и подмечал чужие ошибки, будто чувствуя их нутром. Можно сказать, что это своеобразное «противостояние» и послужило началом их войны. Всё же, заработок Зака сильно пострадал, когда многие его клиенты перешли к новому молодому преподавателю, который даже в работах Заквиеля находил какие-то ошибки. Поначалу парень отказывался в это верить и называл Неадаптера зазнавшимся глупцом, но, после одной беседы, тот убедился, что это преподаватель просто монстр в плане знаний и умений. Теперь Заку пришлось повышать качество своих работ по дисциплине Неадаптера почти вдвое. Однако, проблемы и разногласия двух воронов на этом не закончились, ведь случилось непоправимое — в новом учебном семестре Заквиель умудрился угодить прямо на дисциплину, которую вёл Неадаптер. Одногруппники парня с затаённым дыханием ждали первой пары, и, как оказалось, не зря. Это был тот самый коллапс, который возникает при взаимодействии двух слишком активных материй. Всё началось сразу же, стоило им по велению преподавателя сесть на свои места. Просто какой-то странный вопрос в сторону Зака, просто какой-то непонятный ответ непомерно довольному Неадаптеру. После этого студенты смутно помнят ту какофонию из заумных слов на повышенных тонах, да взаимных подколок, сопровождаемых недовольными хлопками громоздких крыльев. В общем, перьев потом было немало. И именно этот день стал началом активной фазы их противостояния. Каждая пара у Неадаптера превращалась в поле брани — слова становились копьями, а собственные знания щитами. Вороны пытались задеть друг друга, доказать своё превосходство и при этом выставить другого дураком. Остальным студентам только и оставалось, что сидеть тише воды, ниже травы и молиться о скором завершении очередной битвы. Казалось, что так будет продолжаться до самого конца семестра, однако, всё вновь пошло не по плану публики. В один из дней, когда одногруппники Зака морально готовились к новой громогласной нервотрёпки, ворон умудрился впервые за столько лет опоздать на пару. Да и ладно опоздать, он ещё сумел схлопотать выговор от одного из преподавателей за проигнорированный вопрос. Да и выглядел парень нездорово — сонный, осунувшийся и хмурый. Никто не решался к нему подойти, однако каждый думал о том, что же будет на «той самой» паре. И вот, этот момент настал. — Кажется, кого-то приближающаяся сессия потрепала заранее? — усмехается Неадаптер, стоит ему увидеть состояние своего любимого студента. Всё же, сколько бы они не кричали и не перекидывались ядовитыми замечаниями, но в болоте этих неучей Заквиель был настоящей находкой, которой мужчина, честно, крайне гордился. Пусть со стороны и казалось обратное. Зак же, на удивление, ничего не ответил, лишь окинул преподавателя нечитаемым взглядом, да сел где-то посередине небольшой аудитории. Неадаптер немного замялся, никак не ожидая, что всё окажется настолько серьёзно. Да и не привык он видеть своего талантливого студента в подобном расположении духа. Внутри ворона зашевелилось неприятное беспокойство. — Итак, кто-нибудь хочет ответить на этот вопрос? — прошла половина занятия, а Заквиель даже не попытался вступить в привычный диалог. Неадаптер начинал волноваться всё больше и больше, так как замечал, что парень даже не смотрит в его сторону, занимаясь посторонними бумагами. — Может быть, Заквиель? Зак на мгновение вздрагивает и поднимает взгляд на мужчину. Пара мгновений напряжённого молчания, на которые, кажется, все люди в аудитории перестали дышать. — Я не знаю, — еле слышно выдыхает Зак, отводя взгляд в сторону. Где-то послышались шокированные вздохи и ахи. — Как же так? Мой самый талантливый студент и не знает ответа на такой легчайший вопрос? — в привычной манере дразнит оппонента Неадаптер, даже не замечая, как мрачнеет студент. — Ну же, я не сомневаюсь, что для такого гения подобные вопросы — лишь грязь на тетради. — Зачем? Если Вы всё равно скажите, что я не прав, — даже не поднимая взгляда на преподавателя, тянет Заквиель. — Хотите снова потешить своё самолюбие? — Ни в коем случае, — елейно улыбается Неадаптер, хотя всё внутри напрягается от обострившегося беспокойства. Этот странный ворон не был его любимым студентом. Будто неутомимого парня подменили какой-то его неудачной копией. — Да и ты, как всегда, явно найдёшь, как вывернуться. — Хах, значит, Вам забавно смотреть на мои трепыхания? — с невиданной горечью усмехается Заквиель, резко встречаясь взглядом с Неадаптером. Мужчина на мгновение подвисает, видя ту неподъёмную печаль, которая тёмным маревом залегла в глубине карих глаз. — Конечно, ведь иначе Вы и не можете. «Пусть этот идиот мучается, пытается, а я посмотрю, посмеюсь», ведь так вы думаете, да? Каждый раз ставите мне новые преграды, лишь бы вновь заставить меня корчиться возле Ваших ног. С каждым словом голос парня становился всё громче. Было заметно, как заблестели его глаза, а лицо исказилось искренней печалью. Под конец, резко вдыхая, Заквиель издал странный, отдалённо знакомый звук, а после с грохотом подскочил со своего места и направился прочь из аудитории. После хлопка массивной двери, в помещении воцарилась гробовая тишина. — Открывайте учебник и читайте параграф пять, — даёт быстрые указания Неадаптер, поднимаясь со своего места и вылетая вслед за Заком. Благо, парень не захотел, либо не нашёл в себе сил уходить далеко — зажавшись, будто маленький птенец, он сидел в углу коридора, обнял себя чёрными как смоль крыльями и глотал горькие слёзы. От этой картины сердце Неадаптера сжалось в тиски, а собственная совесть взвыла зверем. Кажется, это был первый случай в его жизни, когда мужчина действительно жалел о своей говорливости. — Зак, — тихо зовёт он парня, аккуратно приближаясь на расстояние одного широкого шага. — Что-то случилось? — Случилось? — уже не стесняясь, шмыгает Заквиель, поднимая заплаканное лицо и смотря прямо на мужчину. — Да, в моей ёбаной жизни случился ты, — выплёвывает слова парень, поднимаясь на ноги и теперь выглядя скорее разъярённо, чем обижено. — Из-за тебя я вынужден делать сверх той работы, что делал раньше. От меня уходят некоторые клиенты, у меня не хватает времени на отдых, а ещё и ты вечно пытаешься самоутвердиться за мой счёт, — как на духу выкладывает Зак, уже не боясь получить нагоняй. Всё, отмучился. — Я понимаю, что не такой гениальный, как ты, но почему ты продолжаешь унижать меня и портить мою жизнь?! Почему ты просто не можешь сделать вид, что те работы хороши?! Почему я должен терять стипендию и зарплату из-за того, что просто тебе не нравлюсь?! После этого Заквиель замолчал, испытующе глядя на пребывающего на грани полного шока Неадаптера. Нет, мужчина не был наивным дурачком, который не понимал, что такие «игры» не могут приносить одинаковое удовольствие обоим участникам, однако, он никогда не задумывался о том, что всё может быть настолько серьёзно. В его мыслях Заку максимум будет проблемно работать с клиентами по его дисциплинам, однако, как оказалось, люди настолько глупы, что избирают путь обвинения, а не самосовершенствования. Несправедливо, но вполне ожидаемо. — Я услышал тебя, — выдыхает Неадаптер, еле слышно шурша крыльями. — И, думаю, на этот раз ты полностью прав, — собирается с мыслями мужчина, замечая удивление, вспыхнувшее в чужом взгляде. — И всё же, кое-что в твоих рассуждениях неверно, — лёгкая улыбка касается губ ворона. — И что же? — ожидая подвоха, решает уточнить Заквиель. — Я тебя не ненавижу, — хмыкает Неадаптер, делая последний шаг навстречу, сокращая расстояние между ними до жалкого десятка сантиметров. — Признаться честно, я никогда не встречал никого, подобного тебе. Возможно, тут и взыграла моя воронья сущность, — усмехается мужчина, ловя ответную улыбку на чужих губах. — Признаю — я вёл себя как неоперившийся птенец. — И как заносчивый придурок, — хмыкает Заквиель, постепенно приходя в себя. — Да, и это тоже, — закатывает глаза Неадаптер, уже чуя запах жаренного. — И самодур, какого ещё поискать, — не унимается парень, поглядывая на мужчину. — Да-да, всё как ты говоришь, — принимает чужие «оскорбления» Неадаптер. По уставу университета, конечно, такое не допустимо. Однако кто может говорить что-то о допустимости в отношении двух воронов? — И беспринципный идиот! — с пылом завершает свой парад «дополнений» к чужому извинению Заквиель. — Эй, ну это уже лишнее, — беззлобно фыркает Неадаптер. — Зато ты у нас прям идеал, я посмотрю? — Конечно, ведь только такой студент, как я, может выдержать твой скверный характер, — ухмыляется Зак, расслабленной походкой направляясь к кабинету. Всё же, пару никто не отменял. — Да и ещё такой скромный, — подтрунивает над парнем Неадаптер, следуя за ним. — Конечно, — на распев тянет довольный Заквиель. — И такой плакса, — добавляет мужчина, гаденько ухмыляясь. — Ко- ЭЙ! — восклицает парень, но Неадаптер вовремя открывает дверь, поэтому ему приходится остановить своё негодование и с недовольным фырком зайти в кабинет. После этого судьбоносного дня атмосфера между двумя воронами резко изменилась. Если недавно при их встрече чуть ли перья в стороны не летели, то теперь они могли совершенно спокойно беседовать на разные темы. Конечно, на парах до сих пор происходили громогласные баталии, но каждому было видно, как сильно просел градус взаимных уколов в этих пикированиях. Ещё одним важным изменением или, сказать точнее, нововведением стала странная негласная традиция между двумя воронами. Они, будто устроили какое-то соревнование, наперебой таскали друг другу странные вещички. При этом, каждый радовался таким «подаркам» как ребёнок и в следующий раз старался принести что-то весомее. Остальные студенты не очень понимали эти странности, но некоторые птицы сразу смекнули, что вороны просто не могут жить в тишине. Они шумно ссорятся и также шумно любят.