Часть 25

"Я уезжаю из Форкса". Слова ранили глубоко и почти смертельно. Джейкоб ждал их рано или поздно, но не так скоро, не за один короткий миг их поздней встречи. Ему пришлось приложить огромные усилия, чтобы не взвыть от тоски, чтобы не схватить своего человека и никуда больше не отпускать. Всё, чего Джейкобу хотелось с того дня, как на Уила напал вампир, это навсегда спрятать его у себя, быть рядом буквально каждую минуту. Никто больше его не тронет, не прикоснётся и пальцем. А все грязные кровососы заслуживают смерти.

***

Этого не должно было случиться. Каждую секунду, пока волк бежал к своей паре, его сердце разрывалось на куски. Уил в опасности, в ужасе. Отвращение и страх скручивали желудок. Джейкоб чувствовал это всё сильнее и чётче. Если он не успеет... умрёт сам, потому что не простит себе. Надо было признаться, надо было оградить от опасности, надо было запереть его у себя дома. Никуда не отпущу. Главное, успеть. Поддержка братьев, бегущих рядом бок о бок, была кстати. Их чувства и мысли не давали Джейкобу потонуть в собственных. Нужно собраться, бежать со всех ног, убить вампира, они успеют. Яркий запах крови, страха, голода и отвратильной ходячей мертвечины смешались в один, разносясь на милю. Джейкоб знал, что там происходит. Чувствовал, что сейчас с Уилом. Каждая царапина, каждый всхлип, всё это било по нервам. И, когда среди листвы наконец проглядывались силуэты, волк ускорил свои движения, едва не ломая лапы в прыжке. Всего лишь вывих. Это не важно. Ничего не может быть важнее того, что перед глазами. Первым делом Джейкоб оторвал вампира от Уила. Клыки намертво вцепились где-то в районе плеча и лопатки. Вампир моментально отреагировал и с силой дернулся, пару волчьих зубов остались в каменной плоти. Перед глазами только одно, вампир, от которого тянет кровью пары. На его поганом рту кровь человека, зато в глазах настоящий страх. Оборотни быстро разобрались с вампиром, не так уж это было и сложно, когда запах смерти и опасности врезается глубоко в мозг. Стая впервые убила вампира, все вместе. Будто и правда созданы для этого. Может, это так и есть? Оборотни должны убивать вампиров и только, только это. Обезглавленный кровосос перед глазами заставлял задуматься. Почему Каллены так просто живут рядом, не выполняя часть своего договора как следует? Но это снова не важно. Чувство ужаса не покидало Джейкоба последние пол часа, и сейчас оно было куда сильнее. Громкий стук человеческого сердца бил по барабанным перепонкам. Джейкоб боялся посмотреть на Уила. Потому что эти травмы, кровь, царапины просто убивали, потому что всё это его вина. И, если Уил укушен... Эта мысль преследовала ещё в пути. Сэм, Джаред, Пол, даже Квилл с Эмбри, в первую очередь они думали только об этом. "Вы его не тронете, если это так." Джейкобу было плевать. Он и так запечатлен неправильно, не так, как остальные. И, что бы теперь не было дальше с Уилом, он остаётся его парой. Оборотни застыли, в ожидании глядя на человека. Джейкоб рычал на их несдерживаемый поток мыслей. "Он укушен? Он обращён? Нам придётся его убить? Или отвести к Калленам? Джейкоб, ты как?" Смешанные запахи мешали понять, что сейчас с Уилом. Да и откуда оборотням знать запах новообращенного? Они впервые сразились с вампиром в этот день. Впервые столкнулись с таким. Джейкоб держал всех в стороне. Если кто-то сделает хоть шаг к его человеку, он сорвётся, и они это знали. Уил потерял сознание. Это к лучшему. Об остальном Джейкоб позаботился. С трудом ему далось коснуться Уила и осмотреть. Он не укушен. Джейкоба воротило от мысли, что вампир успел сделать с ним. От того, что он сам не прекратил это вовремя. Кровь на лице, на губах, на шее, синяки на руках, рваные глубокие полосы по ребрам вниз к животу. Волк жалобно скулил. Джейкоб собирался к Калленам после того, как убедился, что с Уилом всё будет в порядке. Глупость не дал сделать Сэм: "Успокойся, Джейкоб. Это они предупредили нас о подобной возможности. Так что просто иди домой." И это всё. Джейкоб чувствовал себя слабаком. Ни на что негодным щенком. Он не может оградить собственную пару от опасности, не может признаться, не может ослушаться вожака и перегрызть глотки паре вампиров. Хотя вряд ли он бы вообще смог что-то сделать Калленам один. Скорее всего они бы первыми переломали ему хребет и придушили. И казалось, что это было бы к лучшему... Хоть что-то похожее на действия. Сейчас он просто бесполезный щенок. На следующий же день Джейкоб поехал к Уилу. Хотя бы узнать, что всё в порядке насколько это возможно. Уил к нему не вышел. Это не удивительно. Он боится. Главное, что он жив. Нужно было оставить Уила в покое на некоторое время, пока он не придет в себя полностью, пока не будет готов выслушать и узнать всё. Но Джейкоб не мог с собой совладать и приезжал просто потому, что ему это нужно было. Нужно было услышать неровный стук сердца и дыхание, услышать запах шампуня на мягких волосах и чуть солёный запах кожи. Просто побыть рядом на расстоянии в десяток метров было достаточно. Хотелось, чтобы было так. С Уилом не всё в порядке. Он не спал, он плохо ел, он постоянно думал обо всём, что случилось. Его терзали вопросы и Джейкоб это чувствовал. Может быть, стоит подойти уже, наплевать на то, что Уил не хочет его видеть? Нет, так нельзя. Джейкоб оставался в стороне. Он каждый день следил, как Уил добирается в школу и обратно домой. Это уже походило на манию. Это манией и было. С Беллой отношения у Уила тоже сильно испортились. От этого ребенок внутри Джейкоба ликовал. Не одному ему досталось за враньё. И теперь можно хоть немного угадать, когда Уил начнет таять. Как только он заговорит с сестрой, это будет знаком, что ему стало лучше. Но когда это случилось, Джейкоб не почувствовал. Потому что Уил всё так же терзался. Джейкоб всё ещё слышал крики от кошмаров, когда бродил рядом с домом по ночам. Ему не стало лучше. А потом... Джейкоб не выдержал. Белла снова общалась с вампирами после этого. Снова Каллен появлялся в их доме. И в день школьного бала в Форксе странное чувство сподвигло Джейкоба прийти и поговорить с Уилом. Будь что будет. Если он не слишком боится вампира у себя дома, то и от оборотня не убежит. Он должен хотя бы выслушать. А Джейкоб попытается всё рассказать. Им обоим оставалось переступить одну небольшую, но важную черту. Всего лишь пара слов сделают уже половину работы, а главное решение останется за Уилом. Джейкоб знал, что Уил выйдет из тесного здания раньше, чем остальные. Это желание давно в нём плескалось. Душные громкие вечеринки точно не для него. Уил поспешил на свежий воздух уже через пару часов. Джейкоб не чувствовал никакого страха, когда подошёл ближе. Почему Уил ни капли не злится? Словно... словно это прощание. "Я уезжаю из Форкса." Джейкоб приложил очень много усилий, чтобы улыбнуться. "Так будет лучше", — уговаривал он себя. Уилу так лучше. А после долгие три месяца состояния похожего на смерть. Осталось лишь одно воспоминание того последнего объятия, неровного дыхания и стука сердца. Прикосновения дрожащих пальцев через одежду до сих пор ощущались, а перед глазами стояли улыбка и карие глаза с синяками от бессонных ночей, заживающая рана щеке, которую хотелось стереть. Просто невыносимая тоска — вот что осталось Джейкобу. Летом он неделями не обращался в человека. Никаких мыслей, страданий и жалкой людской слабости. Только бег на четырех лапах, земля под когтями, и ветер в шерсти. Он останется таким, если Уил не вернётся. И может, со временем сознание человека совсем сотрётся. Легенды говорили, что это возможно. Джейкоб был не прочь проверить. Он уже привык быть исключением в стае. Долгое время в таком обличии приходится вести себя как животное полностью. Еда. Охота. Волк отвлекал себя, гоняясь по лесу за дичью. Преследование и азарт это всё, что оставалось в чувствах и мыслях. Только запах страха где-то впереди. Животное знает, что за ним гонятся. Олень бежит мили без остановки и оборотень не отстаёт. Он давно бы смог поймать и вцепиться зубами в свою добычу, но не торопится этого делать. Слишком быстро. А впереди не часы, не дни. Впереди неизвестная бесконечность... Когда Уил вернулся, Джейкоб почувствовал это. Их связь... Её что-то будто дёрнуло, и все, старательно заглушаемые рецепторы, обострились, натягивая нервы в струны. Джейкоб тут же рванул в Форкс, но пришлось остановиться на полпути. Потому он все ещё был в обличии волка. Несколько дней ушло на то, чтобы привести себя в порядок и немного восстановиться, успокоиться, чтобы при встрече не кинуться на Уила с объятиями и желанием зарыться носом где-то в районе шеи. Уил точно не будет этому рад. Джейкоб не мог сдержать улыбки, когда увидел Уила. Белая футболка, черная кофта с распахнутым замком поверх неё, и растерянный вид. Уил сразу его заметил и удивленно таращился в ответ. И там не было страха, ужаса, неприязни. Уил тоже ждал этого. Он всё ещё готов общаться. Никакой обиды не было, и это странно. Джейкоб не мог разобраться во всех чувствах, коими Уил его топил. Их слишком много, а ещё их перебивало что-то. Уил очень много думал, как обычно. Хотелось бы знать, о чем именно. За лето Джейкоб понял, что не может без пары. Как бы он не уговаривал себя тем, что в состоянии выжить один, что ему достаточно знать, что с Уилом всё хорошо, это не работало. Ему нужно быть рядом, как сейчас, когда Уил сидит на расстоянии вытянутой руки. Когда его запах окутывает теплом, а каждое движение застревает в уме. Мания. Когда не можешь чего-то достать, то хочется всё больше. Волка нужно кормить, чтобы он не сорвался однажды. Он и так сейчас был нестабилен. Джейкоб старался лишний раз не смотреть на Уила, иначе может что-то случиться. А мысль о том, что машина улетит с дороги и Уил поранится, заставляла держать руки строго на руле. Но внутри пекло желанием всё бросить и прямо сейчас обнять свою пару, провести пальцами по пояснице, лопаткам и обратно, не отпускать, чувствовать, что он рядом. Джейкобу невыносимо хотелось уткнуться носом в макушку, спуститься к виску, шее, и понять, что до этого он не дышал вовсе. Как же тяжело давалось собранно отвечать Уилу. И какое же облегчение Джейкоб испытал, когда Уил снова моросил какую-то отвлекающую глупость. Он сравнил волков с собаками. Очень кстати. Джейкоб уверен, будь у него хвост, он бы вилял им как преданный пёс. Запечатление предполагает слишком сильную зависимость. Сэм был прав, когда говорил, что отталкивать чувства нельзя. От этого желание быть ближе только сильнее. Надо признаться. Но сначала Уила нужно как-то подготовить к этому. Предложение отвечать вопросом на вопрос пришло спонтанно. Джейкоб тоже хотел знать о Уиле больше. Все те разы, когда они общались, Уил довольно много болтал. Но ничего о себе. Джейкоб знал про одноклассников Уила, про их клубную деятельность, про родителей, про Беллу, про какие-то случаи из детства. Но о том, что происходит у парня в душе, Джейкоб мог судить только по тому, что чувствует сам. И вопрос откуда это всё в Уиле, оставался открытым. Ответ за ответ, хорошее решение. Но Уил сбежал от него слишком быстро. Что же это было? Джейкоб беспокоился, что снова что-то испортил. Когда они приехали, ничего больше не держало его от того, чтобы приблизиться к Уилу, и он это сделал. Неосознанно. Он не хотел пугать и вторгаться в личное пространство. Не было ли это слишком? Уил сбежал практически сразу, но не от отвращения или нежелания отвечать на вопросы. Здесь было что-то ещё. Не совсем понятно, но что-то знакомое Джейкобу, слишком близкое к его собственным чувствам. А может, это они и были, и он пытается выдать желаемое за действительное. Ещё одна грань отчаяния.