Часть 42

Джейкоб не мог отлипнуть от Уила. Постоянно держал в объятиях, целовал шею, оставляя видимые следы. Трогал и обнимал, Уил плавился и поддавался... В самом начале отношений он много брыкался, когда Джейкоб относился к нему так мягко, буквально брался носить на руках. Уила заметно напрягала такая позиция, он ведь парень, они одного возраста, но сильно отличаются внешне и физически. Это на него давило: где-то зависть, где-то недовольство собой, где-то восхищение и желание... Джейкоб оборотень. В стае все тесно связаны: они братья, их мысли единятся, чувства тоже, поддержка, сила, - всё это. Они спокойно могут оказаться друг перед другом без одежды. Тела одинаковы, мышцы, торс, мужская грудь и темные соски, член, волосы. Так естественно и совсем не трогает, не интересует. Джейкоба никогда не привлекали парни, а вот девушки да. Они красивы, интересовали их голос, формы, манера поведения. Грубая в чём-то Лея и вовсе привлекала почти всех парней, с которыми дружила. Потому что они все были рядом в возрасте первых интересов, пубертата. Пока Джейкоб был ещё человеком, его не особо трогала идея отношений, но мысли-то были, особенно когда из их компании ушла Лея и когда она начала встречаться с Сэмом. Тогда взрослеющие парни стали задумываться, смотреть на девушек, но не на друг друга — это табу, об этом и мысли быть не может. Вскоре Сэм стал оборотнем, запечатлелся, как и говорилось в древних легендах. Волк найдет себе подходящую партнёршу, их души объединятся, это сила, это восторг, это сильное потомство... Да весь этот бред им транслировали с детства. Джейкоб думал, знал, был уверен, что обязательно запечатлится на девушке, на той, что ему будет подходить ему во всех смыслах, он будет её беречь, так, как это делали Сэм, Джаред, Пол... Да, Джейкоб бесился, презирал где-то эту связь, но подсознательно понимал, что это неизбежно. Не сейчас, может, не через год, а через десять лет, двадцать... пятьдесят? Оборотни долгожители, если захотят того. Нужно обращаться, чаще быть волком, не прекращать, пока не исполнится двадцать пять, тогда тело останется молодым и протянет долго... А что же тогда с парой? Ведь люди так не могут. Об этом Джейкоб не задумывался на тот момент. Он запечатлён на Уиле, на парне. Врали ли легенды? Пожалуй да, очень сильно врали и путали. Как так вышло, что ему вдруг пришёлся по душе парень, Джейкоб не понимал. Он ведь даже практически не знал тогда повзрослевшего Уила, лишь помнил обрывки из детства. Неужели пробуждающемуся волку это понравилось? Почему Уил?.. Когда Джейкоб ещё пытался избегать и отталкивать, он спасался мыслями о том, что "пара" не всегда означает романтический смысл. Уил для Джейкоба близок, можно сказать, это родственная душа, как порой говорил Сэм, поучая своих бет. Привязанность не захватывает всё, можно без отношений, без физической близости. Джейкобу никогда не нравились парни в этом смысле, голос грубый, поведение развязное, общение на одном уровне, никаких границ. Как можно строить отношения? И тело... в нём ведь нет ничего такого. Это даже противоестественно. Мысль о сексе отталкивала. Как можно? Просто мерзость. Джейкоб влюбился. Именно так. Пусть кто-то зовёт это чувство лишь запечатлением. Поначалу так и было. Но с каждым днём Уил притягивал Джейкоба всё больше, притягивал во всех смыслах. Его эмоции, его душа, его запах, голос, всё это... Джейкоб хотел защищать и быть рядом, быть близким, иметь право на пару часов наедине, просто коснуться руки, участка кожи, чтобы оставить запах на своём, без задних мыслей. Без них. Пока. Но Уил поглотил Джейкоба целиком. Весь, от запаха и милой смазливой внешности до грубоватого голоса, угловатости, явных черт парня. Его тело привлекает и полностью устраивает, его плоская юношеская грудь, едва заметный пресс, плечи, ноги и... Всё, каждая часть. Джейкоб хотел Уила, и он считал кощунством смотреть на него, когда тот переодевается, потому отворачивался. Секунда, и он точно сорвётся... А весной стало хуже. Как же сильно Джейкоб желал Уила, хотел прижать к стене, вцепиться зубами в плечо, содрать джинсы, затем нагнуть и вылизать всего. В голове лишь безумное зверское желание войти и трахать, не останавливаясь. Путь кричит, стонет, цепляется пальцами за руки. Волку хотелось подмять свою пару под себя, подчинить, слиться, пометить, чтобы все знали. Джейкобу было стыдно за эти мысли, когда он смотрел на Уила, пока тот ему полностью доверяет. Он слишком сильно доверяет. Джейкоб знал, чего Уил хочет. Его манило желание быть снизу, подставиться, быть слабее, получить боль — с доверием, без границ и с ними одновременно. Уила заводило это, Джейкоб знал прекрасно, но он не мог такого допустить. Не сейчас. Потому что эти границы он ещё не нащупал, чтобы понять, как сильно за них позволено выйти волку. В ту ночь между ними открылось большее. Их чувства сплетались настолько, что было не ясно, кто и что делает. Джейкобу уж точно, его тогда совсем унесло, моменты он до сих пор не помнил. Главное, что Уилу было хорошо, что боли не было. Джейкобу удалось сдержать обещание, сдержать свои желания. Он так хотел прижаться, насадить Уила на себя, крепко сжимать кожу на ногах, смотреть глаза в глаза, и ловить стоны и хрипы, стонать самому, войти внутрь всей своей сутью, глубже, дальше, остаться так навеки. Всё это могло бы привести к худшему. На Уиле и так остались следы, синяки от крепкой хватки. Джейкоб не спал тогда, лежал, рассматривая спящего Уила, гладил волосы, спину, очерчивал пальцами синяки. Он не мог спать. Как? Как можно упустить этот момент? Поспит потом, один, в резервации. Братья сразу поняли, что был секс. Хороший, до одури горячий, пусть и неловкий, первый секс. Они довольно улыбались, шутили, похлопали по плечу. А вот стоило обратиться, стоило мыслям открыться... — Джейк, вот такое?! Как ты мог так просто подставиться? Даже если он твоя пара, твой волк не позволил бы... Волк ведь желает взять, пометить, сделать своё своим. Громче всех так думал Пол, но и у остальных проскакивали подобные мысли. Но всё быстро замылилось шутками. — А Уил хорош! Надо будет его поздравить! Сразу ясно, он был бы крутым оборотнем, хаха. — Только попробуйте к нему подойти. Теперь и стае было к Уилу тяжело приблизиться. Они оставят на нём свой запах, а Джейкобу хотелось слышать на Уиле лишь свой собственный. Он раздражался от чужого на своём. Хотел сохранить всё это, их запахи, чувства. Уил чудесен... Он всё ещё смущается иногда, даже после этой ночи. Да, Джейкоб тогда действовал на эмоциях, даже не спросил, приказал. Но Уил сам напросился своими предложениями, а после так стонал, кричал, дрожал, ему было очень хорошо даже не от ощущений, от самой мысли его крыло, от мысли, что он снизу... Уила это дико распаляло, как и Джейкоба. Он до сих пор помнил эти чувства, помнил взгляд из-под ресниц, приоткрытые губы, стыд и желание. Помнил то, на что по ночам дрочил, рыча. Член стоял так, что было больно. Что Джейкоб тогда делал своим языком и пальцами... а потом он кончил второй раз прямо на Уила, и еле сдержался, чтобы не размазать собственную сперму по сжимающемуся колечку мышц, чтобы не протолкнуть внутрь, не прижаться членом и войти, а потом снова и снова, кусая Уила в шею, рычать, рвать, толкаться... Безумие... Джейкоб выдыхал, сбрасывая наваждение. Кончить в одинокую дрочку помогали лишь такие мысли. И стыдно не было. К чему стыд? Это естественно. Каждый раз, когда он видел Уила, мысли проносились в голове. Уил краснел, потому что это чувствовал. А Джейкоб скалился, радуясь, зная, как сильно Уилу всё это нравится, зная, что тот хочет продолжения. Им хотелось этого снова. Животное безумие... Весна, хорошая погода, всё так замечательно, никаких проблем, кроме нескончаемой озабоченности. Даже этот чужак теперь совсем безразличен. Джейкобу всё ещё не сильно нравилось, что Уил общается с Итаном. Парень простой, всё про него ясно, но всё же какой-то секрет там был. Не может быть без него. А Эмбри.... Джейкобу давно казалось, что он не слышит мысли брата полностью. Настолько давно, что он счёл это выдумкой. Как давно? Больше года. Эмбри был собой, бегал со всеми, но в голове его что-то скрывалось. Только Джейкоб и Сэм могли это заметить, но они не стали докапываться до истины. Там точно не было какой-то слишком серьёзной тайны, и уж тем более злого умысла, это чувствуется иначе, это эмоции и действия. А у Эмбри были какие-то переживания. Джейкоб подозревал, что это из-за отца. Эмбри никогда не хотел сблизиться с Билли, и тот не предлагал. Они общались, но отстраненно. Эмбри мог отвезти Билли в Форкс, к Чарли, мог помочь с чем-то, но никогда не слышал слова "сын". Джейкоб стал задумываться, что на самом деле это может быть важно для брата. Возможно, мысли, что он как-то скрыл, касаются именно этого. Потому что-то точно здесь не так. С появлением Итана стало даже проще. Иногда Джейкоб улавливал странные мысли от брата. Там мелькал этот парень. Вроде и в дружеском плане, а вроде и что-то большее. Это было бы хорошо потому что.... кое-что ещё Джейкоб в Эмбри замечал, да не хотел в это верить.

***

Весенний лес, солнце пробивается сквозь зелёную листву, падает на корни деревьев и густой мох. В голове лишь звуки леса, ветер, пение птиц, шуршание под лапами, стук собственного сердца и загнанное дыхание. Братьев он не слышал. Эмбри всё чаще бегал подальше от них. Мысли о паре его сильно напрягали. Он один не запечатлен, поэтому понять братьев тяжело, как и быть с ними рядом. Когда Джейкоб ещё был человеком, Эмбри не переживал по этому поводу. У него ещё была надежда, что и у Джейкоба так сразу пара не появится. Они оба могут встретить кого-то через пару лет, через десять, двадцать. Ничего страшного. Хоть Сэм и говорит, что с парой волк сильнее... Джейкоб обратился, и никто в резервации не был его парой. Эмбри выдохнул, хотя у него были подозрения насчёт Леи. Они с Джейкобом подошли бы друг другу, в детстве они все вместе дружили, пока Сэм не заметил её. И что в итоге... Разбитое сердце. До запечатления нельзя влюбляться, иначе потом будет плохо. Эмбри это запомнил. Когда Джейкоб обратился, с ним всё ещё было что-то не так. Вся стая чувствовала потерянность и неполноценность. Сам Джейкоб не понимал, что именно с ним происходит. Ему нужно было отвлечься. Пока стая бегала, Эмбри замечал в мыслях Джейкоба Уила. Почему Джейк думает об этом парне? Ему всё ещё хочется с ним дружить, как это было в детстве? Эмбри удалось пару раз пересечься с Уилом, когда он привозил Билли к Чарли. Уил... Он лишь слегка напоминал себя прошлого. В детстве Эмбри его просто ненавидел. На две недели лета Уил полностью забирал у него лучшего друга. А потом Джейкоб постоянно болтал об этом и ныл. Это раздражало и заставляло грустить. В те годы, когда Эмбри только оказался в резервации Ла-Пуш, местные мальчишки его не особо любили, а вот Джейкоб сразу подал ему руку и предложил дружить. Эмбри навсегда это запомнил. Они лучшие друзья, даже не дрались никогда по-настоящему... И когда оказалось, что Эмбри тоже из Квилетов, Эмбри, который похож на Джейкоба довольно сильно, никто ничего не сказал. Всей резервации было ясно, в чём тут дело, но все молчали. Билли Блэк тоже молчал. Он не назвал Эмбри сыном, но и плохих отношений между ними быть не могло. Эмбри с самого детства рядом с его детьми. Джейкоб... Больше всего Эмбри боялся его реакции, но Джейкоб не повёл и бровью, не злился, никакой агрессии и злобы. "Ты и так всегда был моим братом." Вот, что он сказал. Эмбри был до боли счастлив. Он решил, что всегда будет помогать Джейкобу. Будет другом, братом. И если Джейкоб хочет снова начать дружить с Уилом, Эмбри мог это устроить. Сам он уже довольно неплохо общался с парнем. Уил ему нравился, немного странный, в чем-то необычный, не похож на тех бледнолицых подростков, которые заглядывали починить что-нибудь. Уил интересный, а ещё Эмбри впервые заметил, что кому-то привлекателен в таком плане... Да, он сразу понял, что Уилу нравятся парни, тот забавно смущался и бросал взгляд в пол. Эмбри нравилось думать о том, чтобы проводить больше времени с этим парнем, с ним хотелось дружить. Как складно выходит. Они с Джейкобом снова будут общаться, но теперь с ними будет Эмбри. Он будет рядом с братом и рядом с этим... интересным парнем. То, что произошло потом, выбило почву из-под ног, ударило по разуму и душе. У Эмбри в голове рухнуло не меньше стен, чем у Джейкоба. Запечатление на парне возможно. Джейкоб всё-таки запечатлелся столь рано, как и остальные. Джейкоб запечатлелся на Уиле... почему именно на нём? Эмбри снова один. Он пытался поддерживать брата. "Расскажи Уилу, он должен знать, тебе будет легче, ему тоже, он тебя примет." Эмбри знал, что Джейкоб Уилу нравится. Это было тяжело упустить, все оборотни это знали. Только Джейкоб это отталкивал, ужасно глупил, мучил себя и всех остальных. Он совершал ошибку за ошибкой, накричал на Уила за запах вампира, а после избегал, потому что боялся. Эмбри было тяжело, он тоже пытался сторониться Уила. Из-за этого они оба с Джейкобом допустили то, что произошло. Уил мог умереть. Умереть так жестоко, мучительно, в страхе и отчаянии. Запах его эмоций резал на части... А после Уил сбежал, уехал на всё лето. Чувства Джейкоба раздирали всей стае сознание. Им всем было тяжело. И Эмбри вдвойне, потому что он тоже скучал по Уилу, потому что тот даже не попрощался. С наступлением осени и возвращением Уила, Джейкоба отпустило. Но всё стало куда запутаннее. Уилу он не признавался о том, что запечатлён. Ходил вокруг да около с мыслями, остаться просто хорошими друзьями. А ещё Джейкобу снились сны про Уила. Стаю это забавляло, Эмбри от этого тошнило. Скорее бы Джейкоб признался, так всем будет лучше... Эмбри даже не думал, что после этого ему будет куда тяжелее смотреть на этих двоих. Все оборотни счастливы с парой, у всех в стае мысли о своём человеке. Эмбри это ненавидел. Каким-то образом часть его собственных мыслей для стаи стала недоступна. Они не могли прочесть его переживания по этой теме. Нельзя влюбляться до запечатления... Отвлекшись, Эмбри выбежал за пределы резервации. Не страшно, они и тут часто бегали, проверяя территории. Запаха вампиров нет, запаха людей тоже... Лишь... Эмбри насторожился, резко замерев. Звуки. Лишние. Ветер. Птицы. Шелест листвы. А что это? Хруст ветки под ногой человека. Эмбри круто разворачивается, напрягаясь и готовясь броситься в любой момент. Впереди человек, парень лет двадцати, может чуть старше, он удивлен, но не напуган, смотрит прямо в глаза, также замерев на месте. Эмбри нарушил закон, показался перед посторонним человеком, да ещё и не на своей территории. Но почему он не услышал запах сразу? Волк принюхался, сейчас человек ощущался, хотя, может, это из-за того, что он прямо перед глазами... Рядом больше никого нет. Этому человеку никто не поверит, если он начнёт трепаться. Нужно бежать. — Стой! — парень делает несколько шагов вперёд, останавливается под предупреждающим рыком, но продолжает лепетать. — Ох, то есть, пожалуйста, стой! Ты же оборотень, да? Я читал легенды Квилетов, но даже подумать не мог, что это правда! Ты же меня понимаешь, да? Определенно, оборотень... Будь ты просто большим волком, я бы уже был мёртв. Парень нервно смеялся и болтал. Он уверенно пытался общаться, но страх у него присутствовал. Он хочет сбежать, но ему нужно остаться, от него почти не исходит запах, но он не вампир. Сбежать сейчас? Тогда этот человек может прийти в резервацию. Стая и так узнает, что Эмбри нарушил закон, показался постороннему. Нужно разобраться с этим сразу. — Эм, слушай, я не расскажу другим людям о тебе, клянусь. Парень делал шаги вперёд, осмелев. Эмбри застыл на месте, не понимая, что ему сейчас делать. Человек не врал, он не собирался болтать об этом людям. — Только не убегай, пожалуйста. Эмбри никогда не сталкивался с таким. Как себя вести, если его увидел человек? Как себя вести, если человек его не испугался, а только делает шаги навстречу? Как себя вести, когда осмелевший человек кладет ладонь на волчью морду? — Вау... впервые глажу такое большое животное... Ой, то есть, волка? Он похож на Уила. Такой же болтливый, улыбается, но внутри тревога. Эмбри не мог уйти, не мог отвернуться от карих глаз, что изучающе в него впились. — Я не представился. Я Итан! Эмбри не мог это просто оставить и сбежать. Уже нет... С Итаном стало легче. Стало проще смотреть на брата и его пару, проще смотреть на Уила, обнимающегося так крепко с другим оборотнем. Эмбри не знал, что это возможно. Не думал, что может поступить так паршиво. Уил ему нравился всё это время. От начала и до... есть ли тут конец? Как такое вообще могло произойти? Он первый начал с Уилом общаться. Но он не запечатлелся, случилось нечто иное, не сразу, постепенно. Влюбленность? Так это называется? Мысли об этом скрылись сами. Эмбри не прилагал никаких усилий. Наверное, то что могло пошатнуть отношения в стае укрывается само собой. Другого варианта Эмбри найти не мог. Даже Сэм ничего не знал. Появление Итана всё изменило. Он так похож, но такой другой. Он старше, увереннее, громче, проще, он тот, кто на Эмбри смотрит, пусть и без лишних мыслей, без подтекста. Но Эмбри это нравилось. Ему нравилось с Итаном общаться, дружить, проводить время, рассказывать о себе, о стае... Так он мог смотреть в глаза брата с меньшим стыдом. Так он мог смотреть на Уила без щемящего чувства внутри.