Часть 15 - Ставка

      Мы прошли в гостинную. Я обнимал Ксюшу за плечи, придерживая ее за правую руку, а левой она, словно печальный призрак, куталась в простынь, как в саван. Так мы додрались до дивана, на который и повалились в обнимку.       — Побудешь со мной? — робко спросила Ксения.       — Это из-за месячных? — вопросом на вопрос ответил я.       Вроде как и не в своё дело лезу, но девушка эта уже для меня не чужая и все ее неурядицы — они и мои тоже. К тому же, вскорости и самому наверняка грозит нечто похожее.       — Угу… — Ксюша кивнула, не став медлить с ответом. — В «эти дни» у меня всегда так.       — Настолько больно? — мне стало немного не по себе.       — Нет, — девушка покачала головой. — Чересчур хорошо…       Правой рукой она потянула простынку, прижимая ее к телу, и я с удивлением понял, что левой она прижимает к груди напряженный от возбуждения член! Контуры под смятой тканью рисовались нечёткие, но пенис Ксеньки — это громадная «колбаса»! — оказался просто слишком велик, чтобы двояко толковать толстенный «рукав», лежавший у нее вдоль живота и между грудей.       — Ничего не говори!.. — девушка замотала головой. — Просто посиди рядом. Знаю, что это мерзко, но потерпи капельку…       Я вздохнул.       — Вот же дурочка, — прошептал едва слышно, опуская ладонь ей на грудь.       Поднырнул пальцами под ткань простыни, пробираясь к горячим девичьим прелестям. Ксенька поймала меня за руку, молча замотав головой и словно предостерегая от непоправимой ошибки.       — Все хорошо, — сказал я с улыбкой. — Запомни уже, глупая девочка, мне и сиськи твои очень нравится, и твой член…       — Пошляк, — Ксения проворчала в ответ, но сдалась.       Ладонь наконец-то добралась до желанной плоти. Пальцы обняли пышный молочный холм, тиская упругую мягкость и неспешно лаская сочную грудь. А спустя миг ласки перетекли и на раскаленный от возбуждения член. Девушка всхлипнула от болезненного удовольствия, настолько она оказалась перенапряжена. Потянулась ладошкой ко мне, взглядом умоляя подарить ей поцелуй. Но на полпути замерла, будто в сомнениях. До сих пор думала, что вдруг раскаюсь и оттолкну?       Я поцеловал ее с удовольствием, прижимая к себе и лаская обнаженное под простыней тело. Не пытался поскорей довести все до секса, а просто поглаживал пышные телеса любимой женщины. А спустя пару мгновений Ксенька опустила ладонь на мою руку, словно подсказывая, как ей больше нравится. Вскинула бедро мне поперек ляжек и с довольными вздохами прижалась в ответ, прильнула к животу толстым членом. Ее груди придавили головку к моей груди и сквозь простыню начала просачиваться обильная смазка, наполняя воздух пикантным запахом предэякулята.       Я закрыл глаза и невольно улыбнулся, ведь менее получаса назад вдыхал уже такой аромат. Точно так же пахло от Гарри, но тогда это просто не показалось мне отвратительным, а теперь…       — Что? — смущенно прошептала подруга.       — Ты пахнешь цветами… — прошептал я в ответ.       И ведь не притворялся ни разу. Омерзительная для любого мужчины — тем более не своя! — вонь спермы казалась чем-то волшебным. Неужели оттого, что аромат этот принадлежал возлюбленной женщине? Я обнял её, прижимая к себе это благоухавшее развратом и похотью грустное счастье…       — Дурак… — Ксения, смущённая до глубины души, опустила голову.       Но я-то понимал, что она рада, и просто наслаждался объятиями с робкой девушкой. Извлекал максимум удовольствия из той простой сути, что действительно нужен ей.

* * *

      Мы просидели в обнимку около четверти часа. Почти не говорили. Я гладил ее по волосам, она умиротворенно дышала мне в грудь, время от времени постанывая и вздрагивая напрягавшимся членом, вздымая промокшую от смазки простынку. Но понемногу девушка собиралась с силами и брала под контроль могучие первобытные чувства.       — Хочешь кофе? — наконец, спокойно спросила она.       — Не откажусь, — закивал я, а потом с усмешкой добавил. — Рука уже затекла. Ты тяжеленькая, знаешь ли…       — Поговори мне тут! — Ксюша усмехнулась и легонько ткнула кулачком мне в ребра. — Загоняю в зале — взвоешь.       — Так ты не уволишься?! — из меня вырвалось радостное восклицание.       Ксения рассмеялась и я понял, что Юджин — и правда дурак. Бестолочь, которая непонятно чего до сих пор опасалась.       — Куда я теперь без тебя? — с наигранным трагизмом вздохнула она. — Идем кофе варить…       Девушка привстала с дивана, впрочем, по-прежнему придерживая одной рукой пенис под простынею. Я остановил её, покачав головой.       — Ксюша, хватит уже прятаться. Или мне тоже раздеться нужно, чтобы ты себя уверенней чувствовала? Ей богу, кажется, что я какой-то ущербный, и ты меня сторонишься…       Девушка опустила голову и вздохнула.       — Прости. Я не привыкла, что меня принимают всю… без остатка.       Она встала прямо, напротив меня и высвободила занятую руку из-под простыни. Толстый, увесистый, вялый член рухнул вниз, мазнув по ткани и повисая, как гротескный батон колбасы. А девушка тем временем поправила свою импровизированную «тогу», обернув ее вокруг тела в районе подмышек, как если бы это оказалось полотенце, а она только что вышла из душа.       — Так нормально? — спросила Ксюша, медленно обернувшись вокруг своей оси.       — Как угодно, — покивал я, подаваясь вперёд и обнимая её за бёдра. — Лишь бы тебе было удобно.       Она взяла меня за руку и провела на кухню, где мы окружили кофемашину и в четыре руки быстро её одолели. Спустя недолгое время по комнате поплыл чарующий аромат свежемолотых, заваренных зёрен. Наверное, то самое мокко, которое так любила Ксения. Хотя, аромат этот был не такой удивительный после запаха семени, но все равно оказался очень ярким, бодрящим.       Ксюша разлила дымящийся, горький напиток по чашкам.       — Извини, — сказала она. — Ты, наверно, хотел… А тут просто кофе.       Я отхлебнул идеальную горечь, не сразу скумекав, о чем это она. Но секунду спустя рассмеялся.       — Врать не буду — мысли о твоём… «малыше» заставляют поджилки трястись от желания. Я даже контрацептивы купил и первую таблетку уже проглотил!.. Кстати, научишь, как ими правильно пользоваться?       Ксения улыбнулась в ответ.       — Вообще-то, ты мой первый мужчина, так что сам будешь учить.       — А-а-а… — расстроено протянул я. — Ну, тогда хоть про месячные расскажи. Не, ты не подумай — я не извращенец какой! Просто у меня, похоже, всё по-настоящему.       — Ты с Гарри был, как девушка? — спросила Ксения.       — Ага, — я без задней мысли покивал. — Он меня так отъеб… Ну, короче, теперь там все болит и я б, наверное, и не смог, даже если бы захотел… Ой! Что это я несу!.. Ты прости, Ксюш, просто само как-то получилось…       Девушка улыбнулась и примирительно взмахнула рукой.       — Брось, я же сказала, что ничего против не имею. Тебе хоть понравилось?       — Очень! — я ответил без промедления. — И даже страшно немного: что со мной сможешь сделать ты?       — Гарри был такой скромный? — улыбнулась Ксюша.       Она, похоже, совершенно расслабилась и втягивалась в разговор. Я с важным видом пожал плечами:       — Ну, ты ж понимаешь, что сравнивать мне особенно не с чем? Либо с собой, что не показатель, либо с тобой — но тут проиграет вообще кто угодно…       Ксюша с сердитым смешком бросила в меня чайную ложечку. Но я ловкой поймал ее на лету, другой рукой демонстрируя небольшой зазор между пальцами:       — Между нами… «девочками», Гарри явно меньше среднего.       — Я ему передам, — подруга тут же закивала головой с хитрой улыбкой на губах. — Вот он обрадуется это узнать.       Мы рассмеялись.       — Главное, не размер, а умение, — авторитетно заявил я.       Ксюша откровенно развеселилась.       — Ты намекаешь, что удовлетворить тебя не смогу? — смеялась она.       — А ты нос не задирай, — я с умыслом добавлял в голос все больше дураковаляния. — У меня, знаешь ли, аппетиты звериные теперь.       — Печенья хочешь, зверь? — хихикнула девушка. — Или тебе только разврат подавай?       Я с жаром закивал головой.       — Очень хочу! В смысле, голодный и в самом деле, как зверь…       — Сколько вы с ним?       — Может, не надо? Не хочу, что бы ты ревновала.       Ксюша пододвинула ко мне большое стеклянное блюдо с «разнокалиберной» сдобой. Сама взяла одну печенюшку.       — Раз уж я сказала, что не злюсь, то…       — Понял! Понял! В общем, Гарри почти три часа меня на заднем сиденье ворочал.       Девушка с пренебрежительным видом усмехнулась и хмыкнула, но промолчала, усердно жуя выпечку.       — Что? — возмутился я. — Мало что ли? Да сколько ж вам, женщинам, надо-то? По мне так он вообще герой нашего времени!..       Ксения вскинула брови и заговорила в сторону, будто обращаясь к кому-то третьему.       — Ну, когда я была помоложе немного, — сказала она. — То однажды мастурбировала почти семь часов к ряду…       — Да иди ты! П-правда, что ли? — ошарашенно вздохнул я.       Девушка рассмеялась и показала мне язык:       — Много будешь знать — скоро состаришься.       — Не, это правда? Скажи!       — Фигушки. Мучайся теперь, думай обо мне.       — Да и так уже думаю… — пробормотал я. — Чёрт. Семь часов… Охренеть.       — А у тебя раньше минуты были? Может, десяток минут? — спросила Ксюша с улыбкой.       Я стушевался — она будто мысли читала.       — Ну, не тридцать секунд же!.. Хотя, угадала. Девушки, наверное, в моей постели потому и не задерживались.       Ксения сделала глоток кофе, выдержав долгую паузу.       — А ты хочешь задержаться в моей?       Мы глянул друг другу в глаза и вновь рассмеялись. Я покачал головой:       — Прости, но и правда все болит. Разве что заночевать могу, нежно так обнимая.       — Так я на ночь, отдохнуть, и приглашаю, — Ксюша хмыкнул с наигранным видом. — До свадьбы — ни-ни, и думать забудь!       — А Вивьен против не будет?       — Так ты же не с ней в постель ляжешь.       — Но она и так дикой кошкой на меня зыркает…       — Просто скажи, что не хочешь.       — Хочу, ещё как хочу! — я почти крикнул, отчего Ксения вновь развеселилась. — Только…       — Только что? — она с томным видом надкусила печеньку.       — Только на мне… — я привстал и слегка оттянул шорты вниз, демонстрируя кружева женского нижнего белья. — Короче, я в бабских трусах…       Ксения аж крошками прыснула со смеху.       — Ловко ты, — хохотала она.       — Чего? — я насупился. — Виноват что ли, что эти тряпки такие удобные.       — Ну, прости-прости, не хотела обидеть. Просто очень неожиданно как-то.       — Думаешь, это тупо с моей стороны?       Ксюша как раз набила печеньем полный рот и не успела прожевать.       — М-м-м!.. — замотала она головой, старательно сглатывая. — Ничего не тупо!.. Только хотела… Ну…       Девушка стушевалась и замолчала.       — Сударыня, колитесь: вы чего задумали? — я бросил на нее подозрительный взгляд.       Девушка взглянула в ответ.       — Юджи, а ты не мог бы… подарить мне свои трусики?       — Опять? Прямо сейчас, что ли?       — Завтра, когда проснешься.       Я рассмеялся:       — Извращенка и трусонюх.       — Сам ты извращуга, — в меня полетела надкушенная печенюшка.       Началась «перестрелка» едой, не делавшая чести и зрелости, но такая забавная. Нам было хорошо в этот нелепый момент и ничто его не могло омрачить — даже ребяческое поведение за столом.

* * *

      Сьюзи вернулась довольно поздно и не слишком-то обрадовалась новости, что я ночую у них. Но и страдала по этому поводу недолго. Ксюша заготовила одеяло «прикрытия» на диване в гостиной, где я якобы должен был спать. Поэтому младшая быстро выбросила из головы эти мысли и уцепилась за другое: заметила, что я, играя на консоли, вколачивая комбухи в любимой «МК».       «Взрослый дядька, а в игрушки играет?» — веселилась девчонка.       Я вынул из бумажника двадцатку — единственная наличка, что отыскалась, — и предложил ставку. Положил на кон двадцать баксов и сказал, что разнесу Сью любым персонажем, которого она для меня выберет. Младшая вспыхнула просто мгновенно, завелась с полуслова, как движок моей «адской киски». Ставку поддержала и схватилась за второй геймпад.       Как я и обещал, по уши вколотил ее в землю — в виртуальную землю, — без проблеска жалости и без оглядки на сопливый возраст и нежный пол. Оглашая прихожую коронными воплями: «Резня!..», побил её три игры к ряду и сгрёб заработанные купюры, помахивая денежным «веером» перед девчонкой и намекая на реванш. Мелкая злючка снова ответила, вынимая ещё десятку — долбанула ею о журнальный столик с такой силой, будто хотела его расколотить. Очередной раунд завёлся и брутальный дядечка сказал нам, что можно «Fight!», но на этот раз меня провели.       Первый бой я взял без труда — мог бы Сюзанну побить, играя на геймпаде ногами. Но Ксюша со смехом пришла сестричке на выручку и начала мне откровенно мешать. Она наваливалась со спины тяжкими сиськами, кусала за уши в шею, щипала соски — делала, что пожелается, пока младшая это не видела. А Сью чуяла, что я начинаю сдавать из-за возни со старшей, и подзадоривала Ксюшу. В итоге, они вдвоем меня доконали и Сьюзи отыграла у меня двадцатку, с лихим видом швырнув геймпад на диван.       — Ну что, съел? — рассмеялась она. — А как хвалился!       — Так не честно же, — я возмутился для виду.       — Мы сестры, как единое целое, а потому всё честно, — Ксения у меня за спиной поддержала младшую. — Бойся нас в гневе…       — Все-все, сдаюсь.       Сью тем временем помахивала купюрами, как веером, копируя мой жест:       — Реванш не желаем? Мне еще пара двадцаток лишними не будет.       — У меня только карта в бумажнике. Могу шорты и майку поставить.       — Шорты не нужно, — рассмеялась Ксения. — Давай лучше на желание…       Я медленно откинулся на спинку дивана, вальяжно развалившись.       — О-хо-хо!.. Милые дамы, а туда ли вы полезли? Ходите по охеренно тонкому льду. Не пожалеете потом?       — Меньше слов, больше дела! — задорно воскликнула младшая.       — Только безо всяких этих ваших штук, — я тут же выдвинул условие. — Ставки-то не шуточные. Ух, заставлю вас потом отжиматься до упаду…       — Так и скажи, что испугался, — младшая ответила с вызовом.       Ксения тем временем присела рядом со мной.       — Больше не буду за контроллер хватать, обещаю, — сказала она.       — Сестра! — возмущенная младшая обернулась, но старшая лишь улыбнулась.       — Ну и ладно, я и одна его разнесу, — проворчала Сью, нажимая на кнопку и запуская первый раунд.       Ксюша, в общем-то, обещание выполнила. Почти. Она больше не щекотала, не кусала и не щипала — мы просто с ней целовались. Первое время я еще успевал следить за побоищем на экране, но очень скоро бархатистая сладость её мягких губ целиком и полностью завладела вниманием.       Сюзанна обернулась, когда поняла, что слишком уж просто выигрывает, и со вздохом уронила геймпад на пол.       — Голубки… — проворчала она, поднимаясь.       Я невразумительно промычал в ответ.       — С тебя желание, казанова! — услышал ее удаляющийся возглас.        Мы вздохнули свободней и нежно лобзались с Ксюшей, пока она сунула руку мне в трусы и теребила складочки вульвы, вынуждая в ответ кусать ее губки.