Окончание игры судьбы

      Тридцать первое декабря Чонин любил больше всех оставшихся праздничных дней, но определенной причины найти не мог. Наверное, ему просто нравится эта суматоха, происходящая каждый год в одно и тоже число. И с каждым годом ничего не менялось, он праздновал с друзьями, ведь ближе людей у него не было, они обменивались подарками, кушали вкусную приготовленную или заказанную еду, а потом не спали всю ночь, смотря фильмы, играя в настолки и танцуя под музыку из их плейлистов. Только в этот раз планы были немного другими. Феликс с самого утра ушел на свиданку, заранее предупредив, что останется у Минхо на ночь. Подробно планы он не рассказывал, а если быть точным, то просто их не знал. Объяснял он это младшему тем, что Хо строил для него какой-то сюрприз, и кто ж догадается, что этот хитрый кот ему подготовил. Взяв обещание о том, что Ликс обязательно скинет фотки и предупредит, когда они будут дома у старшего, Йени отпустил его со спокойной душой. Однако готовить он ничего не планировал, потому что на этот раз Новый Год он будет праздновать с еще тремя парнями, на которых он просто физически не приготовит достаточное количество еды в одиночку. Поэтому к вечеру, когда они придут, он просто закажет доставку, наслаждаясь немного иным праздником. К сожалению их компания соберется не полностью, но с другой стороны ему и одной парочки будет достаточно, которая за две недели неожиданно быстро спелась. Чанбин почти каждый день уходил куда-то с Ханом: то к нему домой помочь с написанием песни или уборкой, то просто гулять по разным окрестностям, а иногда даже целые сутки сидеть в каком-нибудь кафе и придумывать совместные треки. И что странно, на сколько Чонин был осведомлен, Бини около двух месяцев ничего не писал, потеряв вдохновение и различные тематики, но одна стычка с неугомонной белкой, и его снова охватила волна творчества, завлекая как можно глубже. Да и он сам изменился, стал мягким, отрешенным от реальности. Вроде был внимательным, но в тоже время каким-то рассеянным, постоянно что-то забывал. То в магазин заглянуть, то убрать свое спальное место, а иногда забывал даже поесть, смотря в одну точку в окне и думая о чем-то своем. «Вот что делает с людьми эта связь соулмейтов…» — лежа в кровати и смотря в потолок, подумал Йени, покачав головой. Обоих друзей он иногда просто не узнавал, ведь разница с тем, какими они были год назад, была очень заметна. Но в тоже время он понимал, что так происходит не со всеми, потому что с ним такого не было. Ну да, влюбился он в эту красивую шпалу с длинноватыми волосами и милой улыбкой, однако с ума не сходил и продолжал разумно мыслить и сохранять рассудок. За прошедшие два месяца он как только не пробовал объяснить желание обнять парня, прижаться головой к его плечу и закрыть глаза от спокойствия и удовольствия. Но отговорки по типу: «он просто приятный человек и хороший друг» перестали работать почти что сразу. У него же нет такого безумного желания на счет Феликса или даже Чанбина, хотя он с ними и знаком дольше, и знает как людей намного лучше. Пришлось только смириться с тем, что ему суждено быть одиноким прекрасным товарищем. Потому что чему был равен шанс того, что такой творческий и ласковый человек, как Хенджин, посмотрит на него — мрачного, строгого и немного вредного — Чонина? Невероятно мал. Такого точно не могло произойти, хотя бы из-за того, что он ругал и бил в шутку парня намного чаще, чем хвалил или проявлял тактильность. Просто он не видит смысла притворяться тем, кем не является, чтобы кому-то понравиться. Все равно его внутреннее «я» когда-нибудь вылезет наружу и покажет себя во всей красе. Так зачем делать из себя кого-то другого ради недолгосрочного счастья, которое вскоре принесет боль расставания из-за его прорвавшегося характера? Он не видел в этом смысла, да и тем более Хвану уже кто-то нравился и вставать на пути будущей пары он не хотел, таким поступком он потеряет даже дружбу, которой дорожил. Его иногда сложно было понять, и это не удивительно, младший не привык показывать свою заинтересованность, заботу или чувства напрямик, легче было пойти обходными путями, неким обманом или случайной ситуацией. Возможно в некоторых моментах он выглядел как идиот, у которого шалила биполярка, но уж лучше так, чем палиться, как Минхо, чувства которого, спустя неделю знакомства с Ликсом, можно было увидеть за несколько километров. А вообще Чонину было не так уж и важно есть у него соулмейт или нет, с ним он будем встречаться или с обычным человеком. Он хотел перестать быть наполовину животным, но не до такой степени, чтобы искать истинного в каждом коте на улице и дотрагиваться до него носом. Он бы посмотрел на лицо этих бедных животных, хотя его вполне могли бы стукнуть лапой по морде, так что и ему пришлось бы не сладко. Сейчас он хотел лишь одного, чтобы каким-то волшебным образом Хенджин согласился с ним встречаться, даже если они не созданы друг для друга, и они пробыли вместе как пара хотя бы до конца обучения. Но зная, как старший мечтает встретить своего единственного, он и в этом не мог преуспеть. И не понятно, это его желания такие несбыточные, или пока что все против него? Над этим он еще пообещал себе подумать, однако нужно было вставать и хотя бы привести квартиру в более-менее подобающий вид, потому что Риан вчера не на шутку возбудился и разбросал кучу своих игрушек, одновременно сбрасывая небольшие куски шерсти, которые теперь летали по полу, находя свое место в каком-нибудь дальнем углу.       Зубы почищены, голова помыта, а завтрак давно в желудке — лучшее утро и преддверие генеральной уборки. И нет, Феликс не жестокая свинья, оставившая его одного убирать весь беспорядок, у них с самого начала совместного проживания был уговор — неделю полностью убирается он, следующую — Чонин. И это совпадение шло еще одной монеткой в копилку к его жестокой судьбе и участи, ведь именно на его очередь выпала худшая неделя разных празднеств, которые не закончатся еще дня три. Но грязнулей выглядеть не хотелось, поэтому, вооружившись пылесосом и тряпкой для пыли, младший включил в наушниках любимый плейлист и принялся отдраивать жилую площадь до блеска полов. Время с музыкой протекало намного быстрее, особенно когда тряпка служила неким атрибутом для танца, а швабра вполне могла сойти за микрофон и шест.       Может он никогда и не видел танцы возле металлической палки, но вполне мог представить как это выглядит, поэтому без сомнения кружился вокруг швабры, параллельно вытирая пыль с полок, а потом смотрел на себя в зеркало и истерично смеялся. Ему двадцать лет, и чем он занимается? Танцует всякую дичь под страстную песню, рассказывающую о первом сексуальном опыте. И если кто-то скажет, что это ненормально и в таком возрасте уже надо взрослеть, он подойдет к этому неизвестному и пошлет его далеко и надолго. Если другим нравится занудно себя вести, постоянно работать и ныть о трудной жизни, то он выберет другой путь, который будет скрашивать эти неизбежные серые годы взросления. Да и что уж скрывать, он до сих пор чувствовал себя четырнадцатилетним мальчишкой, поэтому какая там постоянная учеба и работа? Этим он будет заниматься через года три, а сейчас, уж простите, хочется еще подышать кислородом полной грудью. Ну и что, что иногда он ведет себя как ребенок? Его жизнь не должна волновать чужих людей, которые не знают его, как те же Феликс и Чанбин. Вот эти бы ребята точно посмеялись над заявлением, что он еще малое дитя, ведь в их компашке именно он постоянно отвечал за адекватность и приличие. Нет, это не значит, что двое других ведут себя как невоспитанные мартышки, угрожающие разрушить все, что находится в поле их зрения. Просто один всегда слишком волновался и перестраховывался, а другого было очень легко разозлить и вывести на конфликт, что Йени обычно и предотвращал, выводя парня из помещения.       Оставалось убрать только ванную комнату, и эту часть парень ненавидел больше всего, потому что надо было вымывать душевую. Как же он не любил вылизывать эти прозрачные стекла и кафель…но, даже этим нужно было заниматься, ведь чем дольше он это откладывает, тем хуже становится ситуация. Однако еще одним минусом этой локации было то, что тут нельзя было петь, в противном случае с его громким голосом и тонкими стенками еще два этажа будут слышать его вопли, а потом ворчать, встречая младшего на лестничной площадке. Может проблем было бы меньше, если бы он, выходя из квартиры в наушниках, закрывал свой рот, прекращая издавать звуки. Но он так не умел, поэтому еще в начале года встретился с какой-то женщиной средних лет, которая, услышав его пение, когда он закрывал квартиру, остановилась за его спиной и сказала, что это не место для личных концертов. Может у нее было плохое настроение или голова болела, но после этого замечания Йени стал ее побаиваться, потому что когда бы он ее не встречал, у нее в руках всегда находилась тяжеленная сумка, которая вполне могла снести ему голову. Поэтому рисковать своей жизнью он перестал и в большинстве случаев показывал весь свой талант в институтском клубе или в их комнате с Феликсом. Тот никогда ему не говорил замолчать и не мешать ему, наоборот, или подхватывал волну, или просто наслаждался чистыми звуками. В такие моменты было очень приятно, что хотя бы близкие люди ценят его вкусы и желания, не заставляя ограничиваться в них.       Вымыв все, что только было можно и нельзя, Йени поместил наушники в футляр, а сам улегся на кровать, смотря на время. 17:00 оповещали часы, а значит до прихода парней оставалось три часа, а еще это показывало то, что он убирается, как черепаха, ведь с размерами их квартиры вполне можно было управиться за часа два. Он в то же время убирался целых четыре…зато теперь не придется краснеть перед Хенджином и остальными, а так же оставшееся время он может потратить на прогулку с любимой собакой и прихорашивание, все-таки ради праздника он может надеть что-то белое, а не как обычно всевозможные темные оттенки, которые придумали люди.

*****

      Хенджин был взбудоражен с самого утра, и причиной такому состоянию был явно не праздник, который они решили устроить в квартире Феликса и Чонина. Он слишком долго откладывал признание в своих чувствах к самому младшему, уже сомневаясь, а стоит ли вообще ему рассказывать об этом. Не было страха получить по лицу, разрушить дружбу и этим прекратить общение — он знал, что младший из-за такого пустяка никогда с ним так не поступит. Было до безумия волнительно и страшно получить отказ, который наверняка развеет все его представление о прекрасной любви. Иногда парень был в шоке от самого себя, его идеалы парней и девушек совсем не подходили под маленького, постоянно ворчащего и слишком громкого Чонина, которого хлебом не корми, дай сделать замечание в его адрес. Но это не были беспочвенные придирки или плохое отношение к его персоне — только забота, скрытая за многими факторами. Йени было невероятно трудно понять и разгадать его схему, с которой он постоянно сверялся и шел своей распланированной дорогой. Его можно было сравнить с кубиком рубиком, который он с самого детства так и не научился собирать. Так и с младшем, разгадать этот ходячий ребус было просто нереально, а особенно предугадать его действия и мысли. Перед ним находился словно тысячи заблокированный сейф, открыть — не реально, а узнать, что внутри — вполне, но только потратив на это не один день и ночь. Как его угораздило попасть именно в такую ловушку? Он не имел ни малейшего понятия, но почему-то слепо верил в то, что именно Чонина в его жизни и не хватало. Хоть он и старше его, но намного безответственнее и смиреннее — это он объяснял своей легкой, творческой натурой, которая прорывалась в нем как только он садился за холст и прокручивал в голове весь учебный день. Посиделки всей компанией, аппетитная еда в кафетерии, гонки на перилах, споры на парах, красивый пейзаж за окном, и умиротворенное лицо Яна, только вышедшего на улицу к слабому ветру — все эти моменты он запоминал и потихоньку превращал во что-то видимое и осязаемое. Его краски не могли передать все эмоции, которые он испытывал, а так же не имели возможность ожить и показать какой-то момент, как небольшой видеоролик в 3D. Однако от картин все равно веяло теплом и тем, чем он очень сильно дорожил. Какую-то тягу к Чонину он начал ощущать еще летом, когда они проводили намного больше времени наедине. Нет, они не скрывались от Феликса, Минхо и Хана, просто так складывались обстоятельства, что когда они были свободны, остальные находились или на работе, или в другом городе по делам. А на каникулах хотелось развеяться, отдохнуть перед новым семестром, поэтому выбора у них особо не было с кем проводить время. И за те дни они достаточно сильно сблизились, нашли больше общих тем и похожих вкусов в чем-то, так что потом было сложно не обсудить на паре новый фильм или игру, вышедшие на днях. Однако, по мнению Хенджина, приоритетные места в жизни младшего занимали его друзья — Чанбин и, особенно, Феликс, к которому тот был привязан, как к старшему брату и просто родственной душе. Когда они только встретились на самой первой паре в году, он так и думал, потому что эти двое ни с кем не пытались завести диалог, спокойно сидели в дальнем углу и мило о чем-то беседовали, улыбаясь друг другу и тихо смеясь с каких-то слов. И если бы он тогда к ним не подошел, то никогда бы и не смог пообщаться и подружиться с ними, ведь было и так понятно — им было вполне достаточно общества друг друга. Они, в принципе, никого в своей компании и не ждали, это он свалился к ним, как снег на голову, удивляя до самых высоких значений в шкале. А потом стало вполне понятно, почему Йени с Ликсом так заботятся друг о друге — они знакомы с самого детства, пережили вместе дофига приятных и не очень событий, выручали друг друга и знали все страхи, переживания и проблемы другого. Хван был уверен, если бы они оказались соулмейтами, то только бы обрадовались такому исходу событий, ведь будучи и так очень близкими людьми, стали бы еще ближе, образовывая очень прочную и нерушимую связь. Но, к его счастью, Феликс был по уши влюблен в Минхо, а тот в него, они нашли друг друга и пришли к отношениям спустя семь или восемь лет знакомства. Чонин же свою пару еще не нашел, поэтому крошечный, совсем микроскопический шанс того, что он может быть его истинной парой у Хенджина был. Все это зависело от чувств младшего, ведь кото-люди могут влюбиться друг в друга только если являются предназначенными друг для друга людьми. Все его сомнения, страхи будут зависеть от нескольких слов хитрого, заботливого, но немного вредного парня сегодня вечером.       На удивление спал он достаточно долго, аж до пол второго дня, поэтому, разлепив глаза и увидев время, сразу поплелся в ванную комнату приводить себя в порядок. Может это будет слишком сопливо и совсем не в стиле Йени, но он хотел забрать кое-где подарок, заказанный еще неделю назад. Правда, если ему все-таки ответят отказом, он покажет ему только одну его часть, так как вторая будет не нужна. Помыв и высушив волосы, сделав идеальную укладку и слегка накрасив лицо, Хенджин внимательно осмотрел свою голову в зеркале, ища малейшие недочеты. Ни одна волосинка не должна была торчать не в ту сторону, а легкие стрелки не могли быть разных размеров и длин, потому что так его привлекательность падала все сильней. Удостоверившись, что таких косяков нет, он пошел на кухню, следя за временем и быстро читая записку от родителей, в которой говорилось, что они уезжают на два дня к бабушке. В душе искрилась радость, наконец-то он будет абсолютно один! Джинни любил родителей, дорожил ими и не хотел бросать, но постоянные вопросы об учебе, отношениях и каких-нибудь девушек — напрягали и бесили. Он ненавидел, когда из него пытались что-то выпытать, ведь если он захочет поделиться, то расскажет им ввсе сам. Но в институте, в принципе, ничего интересного, за редким исключением, не происходило, личности другого пола его совсем не интересовали, потому что были абсолютно одинаковыми. Все накрашенные, делали из себя каких-то ангелов и совсем не интересовались интересами и увлечениями других. Только постоянно вертели своими хвостами возле каждого понравившегося им парня, лживо смеялись над любой шуткой, сказанной им, и добивались отношений только чтобы вырасти в глазах своих подруг. Мерзко, противно, неестественно — именно так он ощущал себя рядом с ними. Другое дело его компания, в которой собрались кажется все характеры в мире и как-то отлично спелись друг с другом. Они постоянно о чем-то беседовали, иногда спорили и даже ругались, но обязательно мирились спустя какое-то время, шутки были похожими, но от этого не становились хуже. Каждый чем-то отличался от других парней, но в это же время был и чем-то похож, поэтому вместе им было интересно, весело и комфортно. Никто и никогда не притворялся, не делал из себя жертву или наоборот дофига сильного человека, каждый выражал свои эмоции и чувства, как умел, и ему это нравилось намного больше, чем пристальное внимание каких-то незнакомых девушек, следующих за ним по коридору, чтобы в следующий раз поджидать возле двери с каким-то подарком и опять неискренним признанием в чувствах. Да что они вообще понимают в этом деле?! Они же совершенно не чувствуют бабочек в животе, трепета в сердце, легкой боли от недосягаемости и безмерного счастья от присутствия рядом с предметом своей влюбленности. Бесят, неимоверно, но портить настроение этим пунктом не хотелось, поэтому, тряхнув головой, обновляя свои мысли, Хенджин быстро съел разогретое мясо, постоянно косясь на часы. В ванной он был довольно долго, аж два с половиной часа, так что на сборы оставалось не так уж и много времени.       Быстро скинув тарелку в раковину, обещая себе завтра днем избавиться от следов еды на ней, он помчался в комнату, начиная рыться в шкафу. Каким бы волнительным не было грядущее событие, праздник детства оставался каким-никаким, а приоритетом, поэтому, еще вчера заглянув в интернет, он начал искать какой-нибудь зеленый верх, который бы стильно смотрелся с черными джинсами. Может это и глупость, но он верил, что если встретить год в предназначающимся цвете, то он пройдет еще лучше, чем мог бы. Из всего, что он увидел, ему приглянулись только два варианта: футболка болотистого цвета с английской надписью по центру и ярко-зеленая рубашка, которую можно было спокойно заправить в брюки. Взяв в руки две вешалки и подойдя к зеркалу в полный рост, он по-очереди прикладывал их к себе, проверяя, что будет лучше на нем смотреться. Спустя пять минут размышлений свой выбор он остановил на втором варианте, который отлично подошел под обтягивающие джинсы. Вертясь во все стороны, чтобы проверить каждый заправленный кусочек рубашки, Хван убедился, что никакая ее часть не вылазит наружу, что означало уже невероятный успех, ведь в этом деле он был не так уж и хорош. Проверяя телефон, парень с ужасом заметил, что время стремительно приближалось к семи часам вечера, а ему нужно было зайти в магазинчик по пути в половину. Схватив шоппер, повербанк и деньги, он обул ботинки, зашнуровав их все с той же нереальной скоростью, накинул белую куртку и вылетел из подъезда, ощущая как быстро бьется сердце в грудной клетке. В это же время повалил снегопад, осыпая его крупными, белыми хлопьями, заставляя немного остыть и присмотреться к парку на другой стороне дороги. Определенно, этот вид он должен запомнить, чтобы потом так же ярко изобразить его на холсте. И все равно на то, что на улице не было людей, огни еще не зажглись, а небо было полностью серого цвета. В его глазах все было слишком живым, красивым и ярким, такой зиму он еще ни разу не видел, хотя, возможно, все это из-за того, что это первый раз, когда он встречает Новый Год с самыми близкими и любимыми людьми. Эмоции переполняли через край, глупая улыбка и маленькие усмешки не сдерживались, вылезая наружу и настораживая редких прохожих, но он не обращал на них внимания. Слишком долго, почти что пол года Джинни откладывал свое признание, боясь получить неизлечимую рану, как у Феликса в ту ночь, когда он узнал в Хо своего врага, но сегодня он был готов даже к этому, потому что сдерживаться становилось намного больнее. Нужно было только идти вперед, шаг за шагом к своей мечте и цели. Так было раньше, и так остается сейчас, и никакие внешние признаки не поменяют его настроя.

*****

      Часы показывали долгожданные восемь часов, когда в дверь начинают стучаться два (не)известных человека, словно пытаясь вырвать ее из петель. За эти прошедшие четыре часа чего Чонин только не успел сделать. Риан был выгулян и помыт, одно интересное кино просмотрено и еще раз запечатлено в его памяти, как одно из самых лучших, а фотки Феликса, которые тот кидал ему каждую свободную секунду, просмотрены и прокомментированы. Теперь он понимал, почему Минхо не хотел ставить парня в известность о сегодняшней развлекательной программе, как минимум, услышав про ужастик, Феликс бы заранее сбежал из города, выключая телефон, а также прихватывая и его заодно, чтобы не было одиноко. Он до сих пор в шоке от того, что тот согласился пойти в кинозал, а не выпрыгнул в окно, убегая от своего кошмара как можно быстрее. Он определенно повзрослел, ведь раньше на отрез отказывался от такого «развлечения», угрожая Чанбину, что порвет с ним все коммуникации, если он покажет ему хоть один хоррор под видом фильма с экшеном и юмором. В остальном же Минхо был чертовым гением: каток, дорогущий ресторан, тысяча фонариков над морем — надо же было до такого додуматься! Правда, он ему не завидовал, ведь когда на следующий день пройдет чувство эйфории, Феликс выпилит ему все мозги на счет потраченных на него средств. Хотя бы в этом он не менялся, постоянно отказываясь на большие траты в свою сторону. Пожелав спокойной и приятной ночи, он выключил мобильник и пошел к двери, которая уже умоляла впустить внутрь неугомонных и слишком перевозбужденных друзей. Только щелкнув замком, на него сразу же свалилось два тела, сгребая в крепкие объятья, и ладно бы Ликс или Хенджин, но этих двоих он не собирался терпеть, поэтому легонько хлопнув каждого в знае приветствия, выпутался из кокона, отходя немного в сторону. В этом он был схож с Минхо, любил и терпел касания только некоторых людей, а от остальных в этом плане старался абстрагироваться, как бы они ему не были дороги, если тактильность приносит дискомфорт — то простите, он откажет в этом. — Вы чего такие радостные? Аж светитесь от счастья, я реально сейчас ослепну — специально прикрыв глаза рукой и зажмурив их, сказал Йени, на что Хан с Чанбином только переглянулись и неловко улыбнулись — только не говорите, что уже переспали, я этого не выдержу — щеки Джисона мигом заалели, а Со громко закашлялся, подавившись воздухом — Дурак, конечно нет! Мы оба понимаем, что до этого еще рано, просто есть повод, который даже лучше совместной ночи. Мы стали людьми! — раскрыв руки от радости, произнес Бини, а Чонин остался на месте с раскрытым ртом — Ваааау, круто, наконец-то я увидел людей, которые сразу все понимают и видят! Поздравляю с новой, ну или почти новой жизнью. А Хенджин не с вами пришел? Так то он уже опаздывает… — задумчиво протянул младший, сразу получив два удивленных взгляда — что? — Мы думали вы уже давно вместе тусите, а его все еще нет? — Ян отрицательно покачал головой, и в то же время на телефоне громко сработал рингтон, оповещающий о вызове. Подумав, что у Феликса все-таки что-то стряслось, он мигом помчался в зал, быстро приглашая парней внутрь. Но какого было его удивление, когда на экране высветилось: «Принц». Еще не хватало, чтобы Хван слился и оставил его одного с этой воркующей парой, которая спокойно устроилась рядом с ним, о чем-то перешептываясь. — Это Джинни, я скоро вернусь — взял трубку Ян, уходя в свою с Ликсом комнату — привет, у тебя что-то случилось? — на другом конце были слышны рваные выдохи, что показалось ему очень странным и смущающим, не во время же этого процесса Хван решил ему позвонить — Приветики, нет, но можешь выйти на улицу? Я около входа в ваш подъезд — Эм, а просто зайти не вариант? — такая просьба обеспокоила его не столько своей странностью, сколько полной неожиданностью — Просто выйди, пожалуйста, жду — и вызов сбросили       Глупо смотря на себя в зеркало еще минут пять, Чонин сжал губы в одну полоску и поклялся себе, если у Хенджина нет веской причины, чтобы выдергивать его из тепла, то он собственноручно окунет его в ближайший сугроб. Быстро накинув куртку и обувшись, он крикнул друзьям, что скоро вернется вместе с Хваном, и скрылся за дверью, сбегая с лестницы и беспокоясь, что за это время парень мог замерзнуть. Он ощущал панику и волнение. Почему? Совсем не мог объяснить. После сброса сердце сразу же забилось в несколько раз быстрее, а мозг придумывал разные причины от чего голос парня мог так дрожать, а у него самого резко пересохнуть в горле. Выбежав на улицу, в свете фонаря он увидел запыхавшегося старшего, нервно теребящего что-то в своем кармане и смотрящего в разные стороны. Громкий хлопок железной двери, и двое манящих глаза встретились с его и расширились в несколько раз, как будто увидели что-то невероятное и невозможное. Очнувшись, Ян подошел к нему, выгибая бровь в немом вопросе, мол: «я вышел, что хотел?» — Эээ…привет — неловко махнул рукой Джинни, опуская голову — Мы уже здоровались по телефону, быстрее говори то, что хотел, тут ужасно холодно — для наглядности младший изобразил дрожь по всему телу, от чего Хенджин немного расслабился и тихо засмеялся — Точно, в общем, помнишь я говорил, что мне кое-кто нравится и я собираюсь признаться этому человеку? — в мыслях Чонина творился полных хаос и в них было только два варианта: либо он полный лох, с которым сейчас посоветуются, а потом кинут, направляясь к другому человеку, либо он сейчас услышит то, что даже не рассчитывал от этого парня — К-конечно помню, а я тут причем? — он не видел себя со стороны, но ощущал, как его раздраженный взгляд мигом сменился на умоляющий, прося произнести то, что хочет услышать. Не то, что надумывал себе да месяца, а то, что реально хотел получить глубоко в душе. Казалось кроме прекрасного лица напротив не было ничего: ни до сих пор падающего снега, ни бабушки-соседки, сидящей на скамейке совсем недалеко от них, ни сильного ветра, буквально сдувающего его с ног. Он чувствовал на подсознательном уровне, что сейчас наступит именно этот момент, не был уверен, но ощущал — В общем, я не знаю, что чувствуешь ты и к кому, но я люблю тебя еще с сентября. За лето мы сблизились и я почувствовал то, что никогда даже не представлял. Хочу проводить с тобой больше времени, больше касаться и прижимать к себе, обхватывая твое тело руками и чувствуя твое дыхание, больше разговаривать и видеться наедине, держаться за руки и видеть твою улыбку, которая является для меня какой-то наградой. Я правда подумал обо всем, проанализировал и решился признаться, потому что уверен в своих чувствах. Сегодня я просто хочу услышать есть ли у тебя похожие чувства ко мне или мне не стоит даже надеяться на то, чтобы ты стал моим парнем… — Хенджин редко плакал, но когда представил момент, как Чонин отворачивается и уходит от него, громко отвечая отказом, одна слеза все-таки успела скатиться, опадая на мягкое, белоснежное покрывало в виде снега. На улице давно стемнело и он надеялся на то, что младший не заметил этого, но ошибся. Тот, до сих пор не веря в то, что услышал, легонько стер большим пальцем соленую дорожку, чуть улыбнулся и подошел ближе, обхватывая его за талию и утыкаясь носом в ключицы. Да, об этом он думал почти что каждый день, как только видел его. Чтобы так близко и долго стоять рядом, прижимаясь к высокому телу, вдыхать его особенный запах чего-то сладкого и знать, что его не отодвинут и не задавят тысячей вопросами. Этот знак был красноречивее всех ответов, счастливо улыбнувшись, Хенджин обхватил Йени, прижимая к себе все сильнее, надеясь, что это не его фантазия, которая растворится, как только он откроет глаза. За это время у него накопился целый вагон желаний, связанный только с одним человеком, и теперь он знал, что когда-нибудь, он полностью останется пустым. Все переживания, паника и страх испарились, словно и не приходили в его голову, навязывая худшие концовки этого вечера. Буквально за одну секунду пришло спокойствие и безмятежность, как будто они оказались где-то совсем далеко, где нет никого, кроме них двоих. Чонин был счастлив как никогда, теперь он знал, что Джинни только его и никакая вертихвостка не отнимет этого парня из его жизни. Теперь каждое утро он, как и Феликс, будет ждать с огромным нетерпением, чтобы побыстрее попасть в теплый кокон объятий любимого человека. Может, любовь не такая уж и плохая штука, как он думал раньше, но именно сейчас он начинал понимать, что это чувство одно из самых лучших, что есть на этой планете. Он чувствовал себя полностью защищенным от всего плохого, что находилось снаружи, от эгоизма, вранья, лицемерия, которые окружали и отравляли его жизнь каждый божий день. Родной запах убаюкивал лучше любой колыбельной, которые он учил на вокале, даже без слов и нежной мелодии, он мог почувствовать эту атмосферу внутри себя. Наконец-то спокойствие, полная уверенность и безмерное счастье — вот оказывается какой рецепт полноценной и яркой жизни. Мысли не складывались во что-то определенное, казалось в таком положении они могли провести еще не один час, однако ногам такая идея не особо нравилась, поэтому они явно давали знаки о том, что их хозяевам не помешало бы хоть какое-то движение. Отстранившись и посмотрев друг другу в глаза, оба парня звонко рассмеялись из-за своего поведения, лишних мыслей и ненужной паники, присутствующей долгое время. — А, точно, совсем забыл, это тебе — словно очнувшись, Хенджин достал из своего кармана красивый, золотой браслет, в центре которого были выгравированы две буквы: HJ, а рядом с ними красивые узоры, похожие на снежинки — у меня такой же, это парное украшение. Знаю, что очень слащаво и банально, но я подумал, что тебе будет приятно — засмущавшись, Хван отвернулся, неловко засовывая руки в тепло. На это Йени лишь помотал головой и принял подарок, сразу одевая на свое запястье — Не правда, очень крутой подарок, мне безумно нравится. А еще мне безумно нравишься ты, Джинни — хитро ухмыльнувшись и подмигнув, младший побежал внутрь подъезда, звонко смеясь и оглядываясь на старшего, который пару секунд просто не мог прийти в себя. Но, все же, Чонин остается самим собой, поэтому, приняв правила его игры, он бросился за ним по лестнице, ловя только перед самым входом в квартиру и бережно беря его ладонь в свою, ярко улыбаясь — Ты проиграл этот бой, Йени, но не переживай, я научу тебя выигрывать!       Заходя внутрь Чонин не думал ни о чем кроме как о судьбе, которая связала их компанию нерушимыми и очень прочными нитями, которые не разорвутся никогда: ни через год, ни через пять лет, ни через тридцать. Может они и нашли более важных и главных людей в своей жизни, но это совсем не значит, что они расстанутся друг с другом, и каждая пара пойдет своей дорогой. Нет, эта концовка точно не про них. Может завтра он и узнает, что Феликс больше не будет с ним жить и уедет к Минхо, поймет, что цыпленок вырос и упорхает в другое гнездо к своей любви. Не поверит, что пришел этот момент и они, как и с Со год назад, расстаются и немного отдаляются друг от друга, не имея возможности повернуть время вспять. Возможно, через несколько дней Бини скажет, что ему пора уезжать, а Хенджин сообщит, что его бабушке резко стало плохо, и он понадобился родителям в помощь. Даже так, их компания всегда будет вместе, они смогут говорить по видео связи, видеться на каникулах и в университете, приезжать друг к другу в гости и оставаться с ночевкой. Как бы все не хотели взрослеть, этого нельзя миновать, каждый меняется и обстановка вокруг тоже. Но самые преданные друзья и любимые люди не смогут расстаться на долгое время, потому что привязаны друг к другу не только общими воспоминаниями, но и крепкой связью родственных душ. Поэтому даже заканчивая университет, на общем фото последнего курса в самом центре будут видны шесть парней, которые находятся рядом друг с другом, обнимая и дорожа всеми моментами, случившимися за это прекрасное, студенческое время. В их памяти всегда будут храниться первое знакомство, признания в любви, общие проблемы и трудные времена. Но все это с каждым годом укрепляло их связь, заставляя привязываться друг к другу все сильней. Может к тому времени кто-то поженится, другие только решат окончательно стать людьми, а третьи прославятся в интернете. Все пройдут через конфликты и ссоры, ругань и недопонимания, но в конце концов они будут стоять со смехом и улыбками, ничего не говоря в слух, но про себя обещая, что останутся вместе до самого конца, оберегая крепкую и настоящую дружбу - лучший подарок судьбы.