4. Танец злобного гения

      Восходящее солнце щедро одаривало женскую спальню своими тёплыми и нежными лучами. Окно было приоткрыто, но на улице стояла блаженная тишина.       Утро нового школьного дня.       Тысячи школьников сейчас сном младенца спят в своих уютных кроватях, искренне не желая просыпаться от монотонного звона будильника. Но чем раньше встанешь — тем больше успеешь. Да и по утрам красиво так...       Рассвет — лучшее время суток. И это аксиома.       Акаганэ медленно запустила свою ладонь в кудрявые волосы, пропуская медные пряди сквозь пальцы. Собрав их в неаккуратный пучок на затылке, она сонно потянулась к потолку и по телу прошлась приятная тянущая боль после сна в постели без движения. Мерклый взгляд переместился на светящиеся цифры электронных часов — половина шестого утра.       Девушка опустила дверную ручку, тихо приоткрывая дверь из светлой древесины. Одним привычным шагом прошла сквозь узкий проём, опасливо оглядывая обширный коридор. Спальня родителей была закрыта — но было бы странно, будь это не так в такую рань.       Ода на носочках направилась в ванну, с характерным щелчком включая там свет.       Первым в собственном отражении оказались волосы. Менее спутанные, нежели вчера. Несколько передних прядей выбивалось из сделанной на быструю руку причёски, но общей картины это не портило.       В специальном стаканчике возле раковины болталось три зубных щётки — рука на автомате потянулась к лиловой.       Девушка неторопливо чистила зубы, разглядывая себя в зеркале. Домашнего задания на сегодня оказалось больше, чем она рассчитывала, так что лечь в кровать пришлось позже обычного. Спать хотелось совсем немного, но глаза закрывались едва ли не каждые несколько секунд.       Дверь в ванную комнату распахнулась так неожиданно, что пришлось окончательно проснуться и задуматься: не слетела ли она с петель?       Мужчина в проходе взъерошил короткие волосы, протяжно зевнул, прикрывая рот одной рукой и лениво окинул дочь взглядом.       — Акаганэ, иди ложись спать, — делано сердито произнёс он, исказив тонкие губы в сонной полуулыбке, и задал самый обыденный с утра вопрос: — Чего в такую рань встаёшь?       Девушка уклончиво повела плечом, наклонилась к раковине и сплюнула пену от мятной зубной пасты.       — Ты сам подорвался ни свет ни заря, — она снисходительно улыбнулась и отошла, пропуская отца к воде. — Или я разбудила? — в электрических глазах мелькнула вина.       Хосэки положил свою ладонь на голову Акаганэ и ласково потрепал по волосам. Она провела языком по нижней губе, выжидающе глядя на него.       — Не волнуйся. Сегодня пораньше нужно на работу прийти.       — Что-то случилось?       — К счастью, нет, — мужчина умыл лицо, закрывая кран. — К нам вчера новенького перевели — под мою ответственность. Показать нужно, что да как.       Рыжая понимающе кивнула. «Разношёрстность» своей семьи в рабочих сферах она считала исключительно плюсом. В стенах квартиры можно обсудить и сочетание цветов в букете с матерью, и уровни криминала в разных районах Токио с отцом. Акаганэ это нравилось.       — Помочь с завтраком? — любезно предложил Хосэки, насмешливо ухмыляясь.       — Буду благодарна, — она, нахмурившись, отвела взгляд.       Готовка, пожалуй, единственный навык девушки, который даже спустя годы тренировок она не могла довести до идеала. Сколько бы мастер-классов не проводили её мать и бабушка, все они шли коту под хвост. Готовить многие, порой даже самые лёгкие блюда, как ни крути, не выходило.       — У тебя скоро срединные экзамены? — не то уточнил, не то напомнил Хосэки, попутно смешивая в сковородке немного зелёного перца, несколько сосисок и уже сваренные спагетти.       — Ага. Через неделю начинаем сдавать.       — Расписание уже выдали? — мужчина повернул голову к младшей, уменьшая огонь на нужной конфорке. Кто из родителей встаёт раньше, тот и готовит завтрак на всю семью.       — Нет, и это довольно странно, — она едва вытянула уголок приоткрытых губ. — Обычно его развешивают в конце апреля, чтобы все начинали подготовку, — рыжая пару раз медленно качнула босой ногой в мягком тапочке и подпёрла подбородок ладонью, задумчиво разглядывая стол. — Ну, мне волноваться не о чем. Будь он хоть завтра — я с лёгкостью сдам.       — Ты молодец, — Хосэки улыбнулся и выжидающе добавил: — Акаганэ?       — Не нужно быть самонадеянной, помню, — равнодушно проговорила девушка и встала из-за стола, направляясь за посудой.

◽️◽️◽️

      Ода пролистала пару страниц тетради в клетку, пытаясь найти нужный конспект. От шума в кабинете рыжие брови немного нахмурились. Одноклассницы на задних партах обсуждали новую линейку косметики — кто-то из них принёс с собой последний выпуск модного журнала; парни носились возле доски, устраивая шуточные потасовки. Наконец найдя нужную запись, Акаганэ пробежалась глазами по тексту.       Дверь в класс с характерным звуком отъехала в сторону, и девушка понадеялась, что вернувшийся Дайго-сан успокоит надоедливых школьников.       — Ода-сан? — названая лениво перевела взгляд к источнику голоса и приоткрыла рот, так и не задав свой вопрос.       В проходе неуверенно стояла русоволосая Фуун. Акаганэ искренне удивилась — с той ситуации в первый учебный день они больше не виделись. Даже в их, казалось бы, не шибко большой школе можно пересечься пару раз.       — Можно поговорить с Вами?       Девушка слабо кивнула и, отодвинув стул от парты, поднялась на ноги, а подойдя ближе снова подметила их разницу в росте.       Хора повела старшую куда-то в конец коридора, где было мало людей. То ли так сильно стеснялась, то ли хотела поговорить наедине.       — Я вспомнила, что так и не поблагодарила Вас... — шатенка запустила одну руку в свою серенькую сумку и через несколько секунд вытащила из неё небольшой аккуратно упакованный бенто. — Возьмите, пожалуйста.       Акаганэ недолго смотрела на протянутый обед и после перевела взгляд на Фуун. На мгновение она даже растерялась — прошёл почти месяц учёбы. Похоже, и впрямь забыла. Красноватые губы исказились в лёгкой незаметной лёгкой улыбке:       — Хора, большое спасибо. Надеюсь, она тебя больше не трогала? Её, если не ошибаюсь, должны были отстранить.       Первогодка удивлённо похлопала шоколадными глазами и сцепила маленькие ладони, неловко заламывая пальцы:       — Вы... донесли на неё?       — Что-то не так? — Ода надменно и красноречиво выгнула бровь. Она не ожидала услышать чьи-то сомнения в своих действиях — обычно всем на это наплевать.       — Нет-нет, просто... не думала, что Вы и вправду это сделаете, — поспешила оправдаться Хора, закапывая себя в глазах рыжей ещё глубже.       — Я отвечаю за свои слова.       — Урок сейчас начнётся, — девчонка, как показалось Оде, перевела тему и схватилась за лямку своей школьной сумки. Щёки её слегка покраснели. Наверное, неловко стало продолжать разговор. — Я пойду, хорошо?       — Иди-иди. Я тебя не держу, — она проводила едва ли не бегущую Фуун внимательным взглядом, тихо вздохнула, и, покрепче обхватив бенто в руке, направилась в свой класс обратно к шумным подросткам.       Хора явно в ней разочаровалась. Будет звать стукачом?       Рыжая довольно вытянула уголок губ и с неизменной уверенностью во взгляде повела плечом. Это не её проблемы. Что плохого в том, чтоб держать своё слово?

◽️◽️◽️

      Акаганэ нехотя поднималась по ступенькам чужой старшей школы, думая о том, когда Канзай успела уловить в их разговоре согласие на поход на открытый урок по, чёрт возьми, общей теории относительности. Её даже преподают только в университетах, и то на нужном факультете, и то один триместр.       Ну, оно и ясно: Рика знает, что Ода не позволит себе подвести администрацию и не явиться на то или иное мероприятие. Ей самой-то плюсик добавят по окончанию школы. Как ни крути, но баллы в аттестат лишними не будут.       Именно в этой школе девушка была лишь однажды: на каком-то масштабном собрании в качестве представителя своего учебного заведения вместе с Шигото. Здесь довольно хорошие учителя, но среди учеников много янки, об этом можно и услышать, и увидеть их своими глазами.       Кажется, члены байкерской группировки тут учатся. Они периодически то и дело светятся в новостях и в рассказах отца о прогрессирующей подростковой преступности.       В холле рыжую встретила здешний президент студсовета — это была строгая ученица по имени Харука, с которой Ода была заочно знакома. Её имя, вспомнила девушка, два-три раза мелькало в каких-то документах у Рики.       — Провести тебя я не смогу, ещё несколько человек надо встретить, — отчеканила старшеклассница, пока Акаганэ оставляла свою печать в списке присутствующих под соответствующим именем. — Пока шестой урок не начался, найди кого-нибудь и попроси провести в двести пятый кабинет. Тебе не откажут, давай-давай.       Слегка подтолкнув гостью, президент переключила своё внимание на школьный двор и параллельно остановила двух бегущих первогодок — сегодня лучше обойтись без травм.       Ода понимала вечно плохое настроение этой девушки. Если верить девочке из администрации её учебного заведения, то это мать Харуки выдвинула кандидатуру дочки на пост президента. Сама же ученица хотела уйти в спорт, но вместо этого получила стопку бумаг и огромную ответственность за все мероприятия.       Хорошо, что эта должность никогда не перейдёт к самой Акаганэ. У неё есть свои заботы для внеклассной деятельности вместо суеты и беготни туда-сюда по просьбам директора и завуча.       Рыжая спокойным взглядом окинула полупустой коридор. Три похожие друг на друга первогодки — возраст понятен по невинным, легкомысленным глазам, — к ним даже подходить не хочется; а возле окна стоят два блондинистых парня. И больше никого. Все сидят в своих классах или ходят в других местах.       — Извините, — окликнула учеников девушка, останавливаясь в метре от них. — Не могли бы вы провести меня в двести пятый кабинет? — в мыслях она прикинула разницу в их росте, как сегодня было и с Фуун. Один из парней был, кажется, сто шестьдесят с хвостиком, как и она, а вот второй гораздо выше.       Незнакомцы прервали свой разговор и переглянулись. Парень с большим тату на голове оглядел Акаганэ буквально с ног до головы, а низкий блондин с леньцой дал ответ:       — Ну пошли, — и потянул своего друга следом по направлению к лестнице. — Кстати, а какой у нас там урок сейчас?..       — Японская литература, — чуть подумав сказал парень.       Ода молча следовала за ними. Ей не было дела до чужих разговоров, а вид на внутренний двор из окна на втором этаже был симпатичным. Множество деревьев с зеленеющими листьями и маленькие клумбы с красивыми майскими цветами. Целый кусок территории, оплетённый глициниями в самом цвету — нетрудно представить, насколько ароматен этот уголок.       Эх, умела бы она рисовать — получился б прекрасный пейзаж.       — Подожди, а когда Баджи свалить успел? — с недовольным удивлением протянул ученик, а рыжая обратила внимание на знакомую фамилию. — Не предупредил даже! Идиот. Говорил, что зайти должен куда-то.       — Так у нас сейчас контроша, — безразлично пожал плечами второй. Парни сильно контрастировали. — Неудивительно, он чё-то говорил с утра.       — А разве он не готовился со своей...       Акаганэ сердито сжала свои губы. Она уже не сомневалась в том, что речь идёт про её ученика. Госпожа Баджи спросит с неё за эту двойку, хотя и на своего сына она особых надежд не возлагает.       Сейчас важен лишь ответ на одни вопрос: для чего они два занятия подряд разбирали сегодняшнюю контрольную, перебирали и прорабатывали возможные темы для сочинения? Конечно, смысл рассматриваемого зарубежного произведения был не самым захватывающим — главный герой подлил отцу в бокал яду и сам шагнул в окно — но Кейске, как показалось, пацифистом отнюдь не был.       В этой-то старшей школе он учится? Синеглазая ни разу об этом не спрашивала.       Ода скупо поблагодарила незнакомцев за сопровождение и поспешила занять свободное место в светлом обширном кабинете. До начала открытого урока восемь минут.       В следующий понедельник на занятии придётся провести профилактическую беседу с некоторыми наглыми личностями.