Часть 11

— Серьёзно, Тео, не думал, что ты так помешан на учёбе, — Лиам отмахивается от его предложения сделать домашку и даёт ему в руки джойстик от приставки. Тео сидит на полу, привалившись спиной к каркасу кровати, и не очень успешно пытается отговорить младшего от игр, чтобы немного поучиться. — Я не помешан на учёбе, но тебе выпускаться в этом году и сдавать экзамены… — химера принимает джойстик, хмурясь. Прошла неделя с того момента, как Лиам готовился к тесту, и после этого они больше ни разу не занимались учёбой, когда Тео приходил к нему. Ему ещё несколько раз доставалось немного больше, чем просто держаться за руки, но теперь его тревожит, что он мешает учёбе Лиама. — Честное слово, тебя как будто моя мама покусала, — парень усмехается и плюхается перед ним. Тео сглатывает, потому что тот сел между его разведённых ног, хоть и сохраняя приличную дистанцию, чтобы не задевать больше нужного, но при этом спокойно откидываясь лопатками ему на грудь. Химера порывисто выдыхает, что не ускользает от Данбара. От привстаёт и оборачивается через плечо. — Это… ничего? — Лиам кажется неуверенным, как будто он сделал это неосознанно и только сейчас понял, что произошло. — Ничего, — Рейкен улыбается ему и мягко давит на плечи, чтобы волчонок лёг обратно, согревая своим теплом. Его грудь приятно покалывает, из-за чего Тео быстро теряет запал спорить. Ему так хорошо, когда пара так близко. Он обнимает младшего руками поперёк груди, укладывая руки чуть набок, чтобы не мешать ему, и обхватывает джойстик, наблюдая, как Лиам делает то же самое. Они играют какое-то время, но Рейкен особо не старается выиграть, больше наслаждаясь их близостью и ощущением, как запах Лиама немного вмешивается в его собственный, когда волчонок ёрзает на нём, притираясь спиной к его груди. Тео снова ловит себя на мысли, что ему хочется прикоснуться к Лиаму, а не к его одежде, и оставить свой запах на всём его теле. Химера нервно сглатывает, когда понимает, что эти мысли стали посещать его слишком часто в последние пару дней. Рейкен прикидывает даты и находит причину своих навязчивых мыслей — через несколько дней должно быть полнолуние. Оно будет первым с того момента, как они с Лиамом стали делать всё это, поэтому Тео не знает, как он будет себя чувствовать в этот раз. Будет ли ему также плохо? Придётся ли обращаться? Он снова будет скулить под домом своей пары? Химера задумывается над своим самочувствием и приходит к выводу, что он гораздо меньше ощущает головокружение и прочнее стоит на ногах. Его слабость и боль отступили сильнее, с тех пор как они стали пробовать что-то большее, чем держаться за руки. У Рейкена появляется небольшая надежда, что, может быть, в этот раз он переживёт это легче. Они проводят несколько раундов, когда Лиам откладывает устройство и откидывается назад, снова укладывая свою голову на плечо Тео, расслабляясь в его объятиях. — С тобой даже нет никакого духа соперничества. Как можно быть настолько нулевым в играх? — вопрошает младший и немного поворачивает голову в его сторону. Тео тоже откладывает свой джойстик, плотнее обхватывая его талию руками. — Не то чтобы я проводил целые дни, тренируясь в играх. Есть и другие дела в жизни. Лиам хмыкает и весело смотрит на него. Он немного поворачивает корпус правее, чтобы прижаться своей щекой к груди Тео. — Ты это про те дела, когда мы бегаем ночью по лесу и стараемся спасти город от очередных уродов? — Лиам поднимает левую руку, находя правую ладонь Тео, и переплетает их пальцы. Рейкену кажется это очень милым жестом, и, вероятно, Лиам тоже любит такое проявление чувств. Похоже, Данбару нравится так касаться других людей. Ещё химере кажется, что он что-то упускает. Ведь это он здесь нуждающийся в Лиаме, а не наоборот. Рейкен поднимает свою левую свободную руку и проводит пальцами по волосам волчонка. Он снова их зачёсывает, проводя пальцами по коже головы, массируя её и замечая, как быстро этот жест успокаивает Данбара. — Возможно, и про эти, — Тео замолкает, чувствуя себя не совсем уверенно. — Ты много сделал для других. — Он продолжает гладить пару, чувствуя дыхание Лиама на своей груди. Ощущать его так близко к своему сердцу кажется таким уязвимым. Он точно знает, что бета чувствует и слышит каждое изменение ритма его сердца, которое чутко реагирует на близость. Химера не пытается это сдерживать, он разрешает Лиаму открыто слышать его. Для Тео это кажется большим шагом, когда он так кому-то открывается. — Мы все много сделали. Но я как будто всё ещё не отошёл. Мне хочется взять немного времени и просто отдохнуть от всего. — Лиам поднимает их сцепленные руки и прижимает к своей груди. Данбар открывает глаза, когда слышит ускорившийся пульс, который бьёт ему в уши. Тео остро реагирует на то, что сделал Лиам. Наблюдать, как он прижимает к себе их руки, как будто он цепляется за химеру, когда прижимает его руку к себе, — оказывается разрушительно. Химера почти рассыпается внутри, наблюдая за волчонком. Он перестаёт гладить его по голове, передвигая руку так, чтобы обхватить парня за плечи, разрешая прижимать к себе и вторую руку. — Всё хорошо, Лиам. На тебя многое давит, но ты хорошо с этим справляешься. Нет ничего страшного в том, что временами вся эта ответственность кажется тяжёлым грузом для тебя, — он шепчет, наклоняясь к волчонку, закрывая Лиама в своих объятиях. Тео кажется таким правильным спрятать пару в своих руках, оградив его от всего остального мира. — Скоро полнолуние и я становлюсь немного нервным, — бета издаёт неловкий смешок и продолжает жаться к нему ближе. — Для моего якоря прибавилось работы. Рейкен улыбается. Он не возражает. — Я же говорил, что только рад позаботиться о тебе. Они молчат какое-то время, нежась в объятиях, когда Лиам чуть поднимает голову, оказываясь ближе к его шее. Химера слышит громкий вдох, который очень явно указывает, что Данбар нюхает его. Это кажется почти неприличным — так обнюхивать его шею. — Ты хорошо пахнешь, — шепчет Лиам. У химеры буквально кровь стынет в жилах от этой фразы. Всё будто происходит не с ним, ему так сложно осознать то, что сказал парень. Его сердце бьётся где-то в горле от такого комплимента. Господи, Данбар же тоже оборотень, он же должен понимать, как непристойно звучит то, что он сказал. Тео старается взять себя в руки и вернуть лёгкую атмосферу. — Я всегда хорошо пахну, я люблю пользоваться одеколоном, — также шёпотом отвечает он. — На тебе нет одеколона, — сразу же одёргивает Данбар. — Я чувствую только тебя. — Лиам кажется невозмутимым и спокойным. Наверное, на него так действует близость якоря. Но его комментарии не помогают Тео справиться с собой. — Я ещё вчера заметил, что ты стал пахнуть сильнее. Твой запах как будто усилился. Но это неплохо, мне нравится, как ты пахнешь. — Он подаётся чуть ближе, но не касается его шеи, только утыкается носом в ярёмную впадину Тео, не укрытую одеждой. Они молчат, и Тео слушает, как Лиам шумно вдыхает и выдыхает, потираясь носом о него, помечая своим запахом. Это всё кажется слишком сильным для него. Голова кружится, и Тео натуральным образом ведёт, когда его пара так трётся о него, метит своим запахом. Он не может с таким справиться. Лиам провоцирует его инстинкты, заставляя химеру терять голову и отчаянно желать поддаться им. Тео почти не видит от того, как у него плывёт перед глазами, его тело горит, кожа плавится там, где его касается Лиам. Его грудь обжигает в месте, где волчонок выдыхает горячий воздух, немного касаясь губами его одежды на выдохе. Химера зажмуривается и тихо просит: — Лиам, пожалуйста… — он чувствует, как Данбар поднимает голову, — не играй со мной. Они оба вздрагивают, как от пощёчины, когда он озвучивает свою просьбу. Волк в груди Тео разрывает грудную клетку, противясь такому, он требует вернуть пару на место и продолжить нежничать с ним, а не просить остановиться. Но Лиам не его, в очередной раз напоминает себе химера, и он просто помогает ему чувствовать себя лучше. Они стали ближе, чем обычные друзья, но в Тео ещё есть гордость, чтобы не дать использовать себя, разрешая Лиаму поступать как ему хочется, если для него в действительности это не значит ровным счётом ничего, когда Тео принимает такое слишком близко к сердцу. Лиам приподнимается, и Рейкен слышит шелест его одежды, когда бета поворачивается между его ног всем корпусом, садясь лицом к нему, располагая согнутые в коленях ноги по обеим сторонам от химеры. Они сидят очень близко друг к другу, что эта близость кажется слишком интимной. Тео открывает свои глаза, зная, что они светятся. Лиам кладёт руки на его плечи, немного разминая их. — Я не собираюсь пользоваться тобой, — Данбар говорит это, глядя ему в глаза, и Рейкен чувствует, что задыхается. — Мне только хочется побыть с тобой, мне так… спокойно, — кажется, что Лиам собирался сказать что-то другое. — Можно? — волчонок смотрит на него, и его глаза тоже загораются. Химера чувствует, как дрожит и как сложно ему дышать. Он смотрит в глаза беты и понимает, что верит ему, нерешительно кивая. — Просто скажи мне, если это будет слишком, — и Лиам подаётся вперёд, обхватывая его руками за плечи, прижимаясь всем телом. Тео прошибает осознанием, что это первые полноценные объятия в его жизни за многие годы. Его никто не обнимал. У него не было друзей или ещё кого-то близкого, кто решился бы его обнять. Его касались только в исключительных случаях, когда того требовала ситуация, поэтому то, что сделал парень сейчас — ему непривычно. Лиам сам захотел обнять его. Все предыдущие разы именно Тео был тем, кто обнимал, бета только разрешал ему это делать. Он чувствует себя таким тронутым этим простым жестом, таким эмоциональным, что на глазах собирается влага. Тео прикрывает глаза и подаётся к волчонку, обнимая его в ответ. У него буря внутри от охвативших его эмоций, но одновременно с этим и полное умиротворение. Ему так не хватало этого. Он чувствует, как Лиам крепче сжимает его, обнимая и притягивая к себе ближе. Волк внутри него едва не скулит от радости, что его пара заботится о нём, что Лиам сам идёт на контакт. Тео всё кажется таким чуждым, как будто он не заслуживает, чтобы его кто-то обнял. Ему хочется, чтобы Лиам ушёл, и одновременно с этим хочется, чтобы он не переставал обнимать. Тео чувствует, как гулко бьётся его сердце в сумасшедшем ритме. Он прижимается к младшему, цепляясь за его одежду на спине. — Я слышу, как бьётся твоё сердце. Всё хорошо, — Данбар старается его успокоить, водит руками по спине Тео. — Просто слушай моё. Химера старается прислушаться, прикрывая глаза. Он чувствует тёплые руки на спине, мягкие поглаживания, ровный ритм сердца Лиама, передающийся через прикосновения. — Ты в безопасности, всё хорошо, — продолжает нашёптывать парень, а затем утыкается лицом в его плечо, открыто наслаждаясь запахом Тео. Они сидят так какое-то время, пока у Тео не получается взять себя в руки. Рейкену хотелось бы сказать, что он чувствует неловкость, но вся его жизнь в последнее время только из неловкостей и состоит, что он даже как-то смирился с этим ощущением. Его несколько озадачивает этот внезапный небольшой нервный срыв, которому нет особых причин. Он может и изголодался по человеческому теплу и вниманию, но кажется, что дело в чём-то другом. Они отстраняются друг от друга, отсаживаясь, и ещё какое-то время просто держатся за руки. Кажется слишком трудным так резко оторваться друг от друга, когда они были так близки. Когда Тео покидает дом Данбара, он намеревается провести пару часов в уединении перед тем, как отправиться на смену. Он сидит на лавочке в парке, когда вспоминает слова Дитона о смене своих инстинктов в полнолуние. Вероятно, из-за этого Лиам учуял усилившийся запах. Химера чувствует тепло на щеках, когда думает, что Данбару понравился его усиленный феромонами запах. Лиам так бесстыдно прямолинейно сообщил ему об этом, что Рейкен чувствует волну жара только от воспоминаний его мягкого шёпота: «Ты хорошо пахнешь». Химера думает, что его изменившиеся феромоны и запах могут тоже действовать на Лиама. Отразилось ли полнолуние на инстинктах волчонка? Он тоже теперь чувствует другие потребности? Это могло бы объяснить его повышенную тактильность. Рейкен качает головой в ответ на свои же мысли. Этого не может быть. Запечатлён только Тео, и это его полнолуние теперь изменилось. Он чувствует приятное единение со своим волком, когда вспоминает, как Лиам прижимался к его груди и слушал его сердце. Тео так смущён этим воспоминанием, что с идиотской улыбкой на лице прикладывает свои руки к щекам, пытаясь их хоть немного охладить. Как же приятно, когда Лиам показывает, что ему не всё равно. Пусть даже и по-дружески, но это самое открытое доброжелательное отношение, которое Тео получал в своей жизни. Он решает, что будет правильным взять небольшой перерыв в общении с Лиамом за день до полнолуния и в день полнолуния, оправдываясь двумя сменами подряд и отсутствием возможности провести время с бетой. Данбар кажется расстроенным, но понимающе кивает и желает ему удачи. Химера чувствует себя измождённым после этих двух дней, но его приятно удивляет, что в этот раз он не теряет голову окончательно. Он страдал, мучился от боли, и ему так не хватало Лиама рядом, но при этом он как будто мысленно не отстранялся от происходящего. Если раньше это были практически бессознательные звериные метания, то сейчас кажется, что его человеческая часть не стиралась окончательно под воздействием инстинктов. Рейкен гадает сколько должно пройти времени, чтобы он перестал изнывать от боли несколько дней в месяц. Не мало, судя по динамике. Он морщится, когда достаёт впившиеся в голые ступни ветки, которыми он проткнул себе кожу в один из приступов острой боли. Он измотал себя физически и почти не спал два дня. Было в этом какое-то смирение, которое, видимо, пришло на смену гневу и отчаянию. Может быть забота Лиама стимулирует его смириться со своим положением, но Тео чувствует себя уже почти привычно. Он смывает водой из озера грязь, которой испачкался, пока носился в обличье волка. Ему очень хочется побыстрее отмыться и вернуться в машину, поближе к ветровке, которая ещё хранит слабый запах пары. Мысленно он даже гордится собой — он пришёл к дому Лиама только один раз, пролежав под его окном несколько часов. Химера раздумывает сможет ли об этом узнать Лиам сейчас, когда он сильнее стал чувствовать его усиленный полнолунием запах. Он заканчивает со своими делами и возвращается в пикап. Химера накрывается ветровкой и полной грудью вдыхает. Запах волчонка слишком слабо различим, но Тео и его волка в груди даже это успокаивает. Рейкен привычно закрывает глаза и представляет, что это его пара лежит на его груди. Он обнимает вещь и старается быстрее отключиться, чтобы поспать хотя бы час до своей смены. Уже наступило воскресенье и его ждёт дневная смена.

***

Видятся они с Лиамом в следующий раз только через день, когда уже наступил понедельник. Лиам рад его видеть и легко обнимает, когда запрыгивает в машину. Тео не может не отметить, как младший старается поглубже вдохнуть при их быстром касании. Он чувствует тепло в груди, понимая, что эти три дня Лиам тоже скучал. Они держатся за руки всю дорогу. Следующие несколько дней Тео поглощён наблюдением. Лиам выглядит более спокойно. Повышенная тактильность, которая озадачивала Тео ранее, уходит, волчонок выглядит уравновешенно, он не ластится к нему так сильно и не делает ничего неоднозначного, пока они в школе. Только один раз, когда они расходились по разным кабинетам, Лиам провёл по руке Тео, когда обходил его. Они всё ещё обнимаются, когда остаются наедине, но теперь это случается не каждый раз. По большей части они просто сидят почти вплотную и держатся за руки. Это всё путает его голову. Тео не понимает. На самом деле Рейкен многого в этой жизни не понимает, и он не имеет представления, как работает настоящая дружба. Может быть так у всех? Тео чувствует себя сталкером, когда преследует по коридорам пару студентов, выглядевших как хорошие друзья. Химера усиленно наблюдает, как часто они взаимодействуют, обнимаются ли, как часто трогают друг друга. Ему нужно найти ответ на свой вопрос о причинах меняющегося поведения Лиама. Получив несколько косых и недовольных взглядов, Тео отступает. Ещё не хватало, чтобы его вызвали к директору за то, что он преследует студентов и наблюдает за ними. В один из дней, сидя на лавочке в коридоре школы во время небольшой перемены, Рейкен понимает, что действует неправильно. Он ищет других людей и наблюдает за их взаимодействиями. Но Лиам не такой, как другие. А его интересует поведение именно Лиама. Тео как будто озаряет. Ему нужно понаблюдать, как Лиам себя ведёт с другими своими друзьями. И он тратит ещё несколько дней на наблюдения за тем, как бета общается со своими друзьями. Он видит дружеские похлопывания по плечам с Мейсоном, быстрые отбивания кулачками с Кори, рукопожатие с несколькими одноклассниками и абсолютную дистанцию со всеми остальными. И это снова запутывает. Тео вспоминает, как Лиам сам первый раз обнял его, как ластился к нему и прижимался, слушая его сердцебиение. Каждый раз, когда он думает об этом, его охватывает волнение. В конце концов Тео прекращает слежку и всё же склоняется к мысли, что на Лиама тоже действовало полнолуние, но не совсем так, как на него. Вероятно, бета всё ещё плохо себя контролирует, и поэтому нуждается в повышенном внимании Тео как своего якоря. Это кажется рациональным, и Тео мысленно соглашается с этим вариантом.

***

Рейкен резко просыпается, подскакивая на кровати. Он первым делом хватается за свою грудь, проверяя целостность грудной клетки. Ему нужно убедиться, что его сердце на месте — это уже своего рода рефлекс. — Эй, тише, тише, — раздаётся сбоку, и Тео поворачивается влево. Он удивлённо видит перед собой Лиама, который сидит очень близко к нему, и держит за руку. — Это просто сон, — бета мягко улыбается и проводит свободной рукой по его плечу, помогая избавиться от остатков неприятного сна. Химера чувствует себя неуютно. Он не привык засыпать рядом с кем-то. У него есть правило, чтобы никто не находился рядом с ним, когда он так не защищён. Особенно теперь, когда его преследует возможность проснуться от кошмара в панике. Тео осматривает комнату и обнаруживает, что проснулся в комнате Лиама. Данбар гладит его по плечу с мягкой улыбкой. — Я что, заснул? — Тео не может в это поверить. Он никогда не позволяет себе так расслабиться. — Ага, ты заснул ещё в начале фильма, — бета убирает руку, которой гладил его по плечу, — я не стал тебя будить. Ты выглядел уставшим. Данбар окидывает его взглядом, но больше ничего не говорит. Он отстраняется от него, отсаживаясь немного и давая Тео свободное место. — Вот чёрт, я даже не заметил. — Тео трёт глаза руками, пытаясь сбросить остатки сна. — Несколько дней не спал нормально, вот и срубило… Химера мысленно перебирает план на вечер — ему нужно будет заправиться, перегнать машину, найти отель подешевле и с магазином рядом. Ему нужно сегодня полноценно отоспаться после полнолуния. — Сколько сейчас времени? — Около десяти. Химера замирает. Сколько он проспал? Он обеспокоенно смотрит на Лиама, затем переводит взгляд на окно — там полная темнота. Как столько времени пролетело? Химера прислушивается к звукам в доме, но понимает, что они всё ещё одни. — Ты очень крепко спал, — Лиам замечает его беспокойство. — Даже не проснулся, пока я отходил вниз. Рейкен снова с недоверием смотрит на него. Как он мог так крепко спать, что не услышал, как Лиам отходил от него? Тео это кажется чем-то диким. Может Данбар вырубил его и не признаётся? — Мне пора уже идти, наверное… — химера садится на кровати, как его перебивает внезапный вопрос: — Хочешь остаться? — Волчонок выглядит спокойно, внимательно следя за ним глазами. — Остаться? — глупо переспрашивает Тео. — Да. Уже поздно, а ты выглядишь уставшим. Переночуешь у меня, а завтра утром уйдёшь. Рейкен удивлённо молчит. Он не оставался на ночь никогда в своей жизни. Его это пугает. А ещё пугает то, как он нагло пользуется добротой Лиама. Он отмирает, когда осознаёт, что молчание затянулось. — Я пойду… — он поднимается с кровати. — Тео. — Лиам успевает схватить его за руку, пока он не ушёл далеко. — Оставайся. Лиам смотрит на него невинными глазами снизу вверх. У Рейкена нет столько моральных сил, чтобы отказаться сейчас от этого соблазна. — А твои родители?.. — Мама ушла к подруге и вернётся поздно, а отчим только утром, после дежурства. Он обычно приходит, когда я уже ухожу. Я… — он запинается, — они не узнают. Тео сомневается, ему кажется это очень плохой идеей. Лиам предлагает ему тайно остаться переночевать, не говоря об этом своим родителям. Он не предупреждает их, вероятно, из-за того, что химера просил не знакомить его с ними, пока он не готов. Рейкен переживает об этом, но потом всё же сдаётся и кивает, чувствуя, как хватка на его руке становится не такой сильной. — Моя кровать небольшая, но тут можно поместиться… — Данбар суетливо оглядывается на кровать. — Я могу и на полу поспать, — спешит заверить его Тео. — Что? — Лиам останавливается, чтобы посмотреть на него. — Да брось. Ложись тут, нам хватит места. Он дергает Тео за рукав. Парень нервно сглатывает. Он сейчас правда ляжет в кровать Лиама? Не случайно уснёт на ней, как это произошло только что, а действительно ляжет туда, чтобы провести там всю ночь? Рейкен на негнущихся ногах делает шаг к ней и останавливается. — В моей ванной есть запасная щётка, полотенце и вещи на смену в шкафчике, ты можешь взять их. — Лиам дожидается ответного кивка и отходит, начиная собирать свои вещи в рюкзак. Тео на автомате следует в ванную, закрывает дверь и останавливается, смотря на своё отражение в зеркале. Он, Тео Рейкен, собирается остаться на ночь в доме своей пары, в который вообще не должен был входить. При том, что родители Лиама не знают, что он находится здесь. Есть ли хоть что-то в этой идее правильное? Абсолютное ничего. Тео опирается на раковину руками и застывает так — ему нужно время смириться с реальностью. К тому моменту, как он выходит из ванной комнаты, Лиам уже ждёт его, развалившись на кровати с телефоном в руках. Он садится прямее, свешивая ноги вниз, когда замечает вышедшего Тео. Они неловко переглядываются, когда меняются местами — младший уходит в ванную, а Тео садится на его место. Он неловко мнёт в руках свою одежду, в итоге решая сложить её, после чего Тео снова садится на кровать и прислушивается к соседней комнате, где Лиам уже включил воду. Рейкен чувствует себя неуютно во всём чужом: штаны и футболка Лиама ему немного узкие, но они приятно пахнут волчонком. Тео принюхивается к вещам, а потом позволяет себе откинуться спиной на кровать, падая головой в подушку. Он переворачивается лицом в неё и тихо стонет, чувствуя яркий запах Лиама. Он чувствует себя в полной гармонии, когда его со всех сторон окружает запах пары, такой яркий и насыщенный. Тео зажмуривается, стараясь держать себя в руках, но потом всё равно зарывается в неё носом, потираясь о вещь. Ему слишком сильно хочется оставить на себе запах волчонка. Хотя бы так, хотя бы чуть-чуть. Он блаженно улыбается и обхватывает подушку руками. Обидится ли на него Лиам, если он унесёт её с собой? Чёрт, он наверняка не простит. Химеру внезапно озаряет понимание, что пока он так бесстыдно трётся о чужую подушку, он оставляет на ней свой запах, от чего Тео подкидывается на кровати. Он садится и утыкается лицом в ладони, стараясь успокоиться и привести себя в чувство — он уверен, что его взгляд выглядит поплывшим сейчас. Лиам выходит несколько минут спустя, аккуратно прикрывая дверь. — Эй, — мягко зовёт он, положив руку на плечо Тео. Должно быть его озадачивает вид химеры. Рейкен отрывает руки от лица и пытается улыбнуться. Лиам, удостоверившись, что всё в порядке, ещё недолго ходит по комнате, заканчивая своё приготовление ко сну. Тео молча наблюдает за ним. Что ему сказать? Ему вообще нужно что-то говорить? Наконец Лиам подходит к нему, он тоже выглядит немного нервным. — Тебе комфортнее у стены или с краю? Химера на секунду задумывается, а потом понимает, что точно знает ответ. С краю. Поближе к возможности тихо уйти, не разбудив Лиама. — С краю. Ничего? — Ага, я всё равно обычно ближе к стенке подкатываюсь. — Лиам, твои родители… — химера снова хочет спросить про них, но бета молча подходит к двери и поворачивает замок, запирая дверь в комнату. — Не беспокойся об этом. И Тео не остаётся ничего, кроме как согласиться. Рейкен встаёт, уступая Лиаму место. Он с замиранием сердца наблюдает, как тот откидывает одеяло и забирается в кровать. Когда Данбар укладывается, он нахмуривается и поворачивает голову к подушке, стараясь незаметно вдохнуть, обнюхивая её. Он опускает взгляд, и его щёки немного краснеют. Тео всматривается в смущённого волчонка, который лежит в постели и ждёт его, что ему едва ли не режет глаза — он старается даже не моргать, и его сердце заходится от нежности картины перед глазами. Он выключает свет и ложится рядом с Лиамом, оставляя пространство между ними, и тот накидывает на них одеяло. Данбар отодвигается как можно ближе к стене, оставляя достаточно место, чтобы Тео тоже уместился. — Тебе, наверное, пойдёт на пользу провести ночь со мной, — тихо говорит Лиам. Тео так быстро поворачивает в его сторону голову, что у него хрустит шея. — Я имею в виду, поспать со мной, — быстро старается исправить ситуацию парень, смущаясь, — то есть, что ты останешься на ночь у меня. Мы проведём много времени вместе. Рейкен нервно сглатывает и соглашается. — Мне в последние пару недель стало немного лучше, благодаря тебе. — Я рад, что тебе это помогает. Они снова молчат. Тео посещает мысль, что он сегодня, скорее всего, не уснёт из-за неуютности атмосферы в комнате. Он выпрямляет под одеялом руки, положив их вдоль тела. Места на кровати действительно не очень много, они почти касаются друг друга плечами. — Может ты хочешь?.. — шепчет Данбар нерешительно, но замолкает на середине. — Что? — также тихо переспрашивает Тео. Лиам молчит и запах его эмоций, преимущественно стыда, снова начинает душить Тео. Химере уже хочется попросить бету отказаться от идеи, что бы там не придумал Данбар, раз это доставляет ему такой дискомфорт, когда чувствует прикосновение к своей руке. Лиам берёт его за руку. — Если тебе это нужно, то я не против. Тео согревает чужая ладонь на его собственной, и это ощущается острее, когда они лежат в одной кровати. Он смотрит в глаза Лиаму, и, видимо, тот по-своему расценивает молчание. Он опускает свой взгляд вниз, а его ладонь соскальзывает в сторону. Тео поспешно перехватывает её и сам берёт Лиама за руку. — Для меня это правда важно. Лиам кивает и смотрит ему в глаза. Тео смущается. Он в кровати своей пары, держит его за руку, вокруг так пахнет Лиамом, и сам Лиам на расстоянии пары сантиметров от него. Это не укладывается в голове. Химера переводит взгляд в потолок. Они лежат около получаса, не шевелясь. Лиам, как и он, так же смотрит в потолок, и, видимо, не собирается засыпать. — Ты не спишь? — не выдерживает напряжения Тео. — Нет. А ты? — Тоже. Тео понимает, что так не может продолжаться дальше. Он поворачивается на правый бок, лицом к Лиаму, и тот поворачивает к нему голову. Химера поднимает свободную руку и медленно проводит ей по чужим волосам. В глазах волчонка появляется небольшое замешательство. Тео перебирает его волосы, проводя пальцами по коже головы, зачесывая их назад. Он делает это медленно, не надавливая, мягкими, успокаивающими движениями, как он делал это ранее, — когда заметил, что Лиам от этого быстро заснул. — Это поможет тебе заснуть, — шёпотом объясняет Тео и видит, как бета прикрывает глаза, как будто бы не осознавая, как на него влияет поглаживание по голове и перебирание волос. Черты лица Лиама смягчаются, он весь выглядит таким беззащитным сейчас. — Можно я лягу поближе? — не открывая глаз, шёпотом просит Лиам. — Конечно. Данбар поворачивается на бок и смещается немного ниже и ближе к Тео. Рейкен закидывает правую руку вверх, располагая её чуть ниже подушки, когда Лиам придвигается почти вплотную, и даёт ему возможность лечь, опираясь головой частично на подушку, частично на свою руку. Бета опирается руками о торс Тео, который прижимает его чуть ближе к себе, обнимая свободной рукой. Он ощущает тёплые руки на своей груди и гладит свою пару по спине, слыша довольный вздох. Горячее дыхание Лиама щекочет его шею. Тео проходится рукой вдоль позвоночника волчонка, круговыми движениями разминая мышцы спины и плеч, переходит на заднюю часть шеи и поднимается выше, запуская руку в волосы Лиама. Он продолжает то перебирать их, то гладить младшего по спине, и спустя непродолжительное время слышит, что дыхание беты выравнивается. Лиам засыпает, прижимаясь ближе к Тео во сне. Химера крепче обнимает парня за талию, притягивая к себе, прижимается щекой к его макушке и мгновенно засыпает.