Chapter 8: Outro: Long Journey.

Мама Сонхва научила следовать сына двум простым правилам, чтобы выжить. Первое: всегда находи пресную воду и еду. Второе: не позволяй пиратам найти тебя. Всё дело в том, что первое правило было крайне простым: они жили в окружении щедрого океана. Но что касается второго правила, что ж, Сонхва теперь и сам был пиратом — частью команды, которой боялись Вэгу. Сонхва вырос без особых хлопот в окружении любящих его людей. Он любил любоваться звёздами и мог часами не спать, просто глядя в небо и гадая, будут ли звёзды на дне моря тоже сиять, как жемчуг. Теперь он жил в окружении людей, которые любили его и которых любил он сам. У них множество забот, и теперь он точно знал, насколько разными и всё ещё прекрасными были звёзды на дне моря, на небе и жемчуг. Вся деревня всегда считала Сонхва особенным. Теперь он знал, что заставило их так думать. Он был одарённым, русалом, способным видеть Звезду, которая ведёт к Сокровищу. Дома на всех фотографиях отца никогда не было, потому что он был пиратом, а мама — русалкой. Все в деревне любили её и хотели защитить её сына от сражения с пиратами, которые использовали бы его словно компас, если бы узнали его истинную сущность. Сонхва сидел на песке, перед ним стояла ваза, полная восхитительных фруктов, которые они с Чонхо собрали этим утром. Он смеялся над парнями, распевавших пиратские песни, пока сильная рука лежала у него на плече.       — Хён, — засмеялся квартирмейстер, — хён, ты засыпаешь. Сонхва открыл глаза и пошевелился, пока его удобно не уложили. Он облокотился спиной на широкую грудь Юнхо.       — Хочешь, я отнесу тебя в постель?       — Мне здесь комфортно, — отклонил предложение Сонхва.       — Я признаю, что мы все потрясающие певцы, но как ты можешь уснуть под это?       — А ты спал во время штормов, и намного более шумных, чем твоя команда, — после этого Юнхо перестал настаивать, только поправил Сонхва, прошептав «наша команда». Старший был измучен. Но меньше всего ему хотелось спать. Он был счастлив иметь возможность возвращаться в каюту, где он странным образом привык чувствовать себя в безопасности. Больше ничего не сбивало с толку. Сонхва гордился собой и решениями, которые он принимал с того момента, как впервые покинул свой дом. Предательство и чувство одиночества, которые с тех пор переполняли его, теперь были всего лишь воспоминаниями. Всё, что он считал правдой, изменилось, но теперь он был уверен в том, кому доверять и во что верить.       — Спасибо, — внезапно сказал Сонхва. Его мысли возвращались к прошлым месяцам, каждый из парней теперь играл важную роль в его жизни. Юнхо был первым лучом надежды в один из самых мрачных моментов. И то горе, которое испытал русал, когда думал, что потеряет его, было душераздирающим.       — Не за что, — хихикнул Юнхо, смущённый тем, что он просто обнимал своего хёна и не сделал ничего такого, за что его можно было бы поблагодарить. — Что я натворил на этот раз? Сонхва слегка повернулся на бок, чтобы получше рассмотреть парня, а затем схватил руку, которая лежала на его предплечье, и сжал её, готовясь к своему простому, но содержательному объяснению.       — Просто спасибо тебе за то, что ты мой донсэн, — большие щенячьи глаза Юнхо почти сразу же наполнились слезами. — Я и твой Хонджун-хён не смогли бы осуществить наши мечты без тебя.       — Хён… К ним присоединился Минги. Увидев расстроенного Юнхо, он сразу же сел рядом с ними и обнял его за плечи.       — Хён? — беспокойство в его глазах было таким искренним, что Сонхва не смог удержаться и потянулся, чтобы прикоснуться к его лицу в знак ободрения, только Юнхо оказался быстрее, чтобы успокоить его словесно.       — Я в порядке, Минги. Я счастлив.       — Тебе больше никогда не придётся бояться, Минги-я, — пообещал Сонхва. — Иногда нам приходится что—то терять и отпускать, но только для того, чтобы что-то лучшее появилось в нашей жизни. Младший кивнул с уверенной улыбкой, и его собственная рука с любовью накрыла руку Сонхва.       — Я знаю, хён. Сонхва потерял многое с тех пор, как покинул свой дом. Он потерял свою мать и познания мира, о котором знал. Но он обрёл новую семью, новый дом, новый мир.       — Хорошо. Теперь ты можешь отвести меня в мою комнату, — Сонхва потянулся и театрально зевнул. Приготовившись ко сну, старший выключил свет в своей комнате и встал у окна, заметив, что Юнхо и Минги вернулись на пляж, чтобы продолжить импровизированную вечеринку, которую они организовали, чтобы отпраздновать день рождения своего капитана. Хонджун только дал им понять в одном из небрежных комментариев, что это было «примерно месяц или два назад», но Уён пришёл к выводу, что им всё равно нужно это отпраздновать. Пираты были так увлечены, что, вероятно, и не заметили, как их капитан покинул остров на лодке, на которой прибыли Юнхо и Минги. Сонхва терпеливо ждал, пока не раздались два слабых стука в его открытую дверь. Русал только вздёрнул подбородок повыше, на его лице появилась ухмылка, когда он оглянулся и увидел пирата, что вошёл в комнату. Его походка была забавной из-за выпитого рома.       — Оставляешь гостей без именинника?       — Они переживут.       — Не уверен. Уён сегодня был особо приставучим, но я ни разу не видел, чтобы ты отпихивал его от себя.       — Ты ревнуешь? Сонхва повернулся обратно к окну, когда капитан обвил руками его талию.       — Может быть. Сегодня вечером он выглядел довольно привлекательно. Как ты думаешь, Сан позволит мне потанцевать с ним, если я вежливо попрошу?       — Ха-ха, — невесело рассмеялся Хонджун. Его ладони пробрались под пижаму, в которую был одет Сонхва. — Эта, кстати, тоже моя. Старший испустил хриплый вздох, закрыв глаза и позволив себе насладиться прикосновением. Его собственные руки вцепились в подоконник, когда Хонджун начал оставлять маленькие поцелуи на его шее. Сильный запах рома контрастировал со сладким фруктовым ароматом масла, которое Сонхва добавил в воду, когда мылся.       — Я только принял ванную, — пожаловался русал, но его тело реагировало по-другому, прижимаясь к пирату.       — Ты можешь снова принять ванную, но позже.       — Уже не сегодня, — Сонхва покачал головой, надув губы, и Хонджун отступил назад. — Вот. Старший подошёл к столу и достал из ящика коробку. Он передал её Хонджуну, который подтащил стул поближе к кровати и сел на него. Сонхва устроился на кровати.       — Это твой подарок. Сонхва нервно прикусил нижнюю губу. Он знал, что Хонджуну было бы всё равно, если бы он ничего не подарил ему на день рождения, но ему хотелось показать, как много он для него значит, помня о том, что Хонджуну нравится. Сонхва всё утро плавал в бассейнах, реках и океане вокруг острова в поисках уникальных красивых камней, металлов или жемчуга, которые его парень мог бы использовать всякий раз, когда ему захочется переделать одежду или сделать украшения.       — Хва… Они такие красивые, спасибо тебе. А это что? Карта? Помимо украшений, Сонхва обнаружил затопленную подземную систему пещер, которая вела к сокровищам. Старший знал, что типичная пиратская добыча сокровищ Хонджуна не интересует, но он подумал, что было бы весело отправиться за ними вместе. Поэтому он нанёс на карту путь к пещере и положил её в коробку. Сонхва наклонился и притянул Хонджуна ближе, чтобы прошептать ему на ухо низким и манящим голосом:       — Приведи себя в порядок и ложись со мной спать. Мы отправимся туда ранним утром, и там я преподнесу тебе ещё один подарок.       — В последнее время ты слишком чтишь свою русалочью натуру, — вздохнул Хонджун, но повиновался, спотыкаясь, направившись в ванную. Сонхва покачал головой с очаровательной улыбкой на лице и встал, чтобы принести воды и немного еды с кухни, ведь Хонджун, вероятно, проснётся ночью из-за похмелья. На следующий день, около полудня, Хонджун и Сонхва возвращались на пляж — после того, как провели несколько часов вдали от остальных, в поисках сокровищ в пещерах, которые нашёл Сонхва, — обратив внимание на крики. Сначала они подумали, что между пиратами вспыхнула драка, и приготовились вмешаться.       — Ты будешь на стороне Уёна, иначе они сразу раскусят, что мы притворяемся. Сонхва закатил глаза. Когда они приблизились, он заметил, что кто-то из них плакал, а кто-то заливисто смеялся.       — Что здесь происходит? Минги, казалось, вёл серьезный разговор с Чонхо, Юнхо стоял рядом с ними, лицом к остальным. Тот спорил с Уёном, и за спиной младшего Сан защищал Ёсана. Юнхо редко терял терпение, и если он на тебя хоть раз злился, тебе никогда больше не хотелось прочувствовать это вновь. Но ни одного страшного Юнхо или Хонджуна никогда не было достаточно, чтобы остановить расстроенного Уёна — особенно если источник гнева был связан с Ёсаном. Уён, Сан, Юнхо и Минги немедленно попытались объяснить всё одновременно. Хонджун не был впечатлён, и ему пришлось только поднять правую руку, чтобы они замолчали.       — Я поговорю с ними, — он указал на Чонхо и компашку рядом, — а ты поговори с ними.       — Хорошо, — Сонхва не смог скрыть своего веселья, отходя от капитана. — По одному. Ёсан, — указал он на парня, когда Уён и Сан, казалось, были готовы снова начать болтать. Ёсан поднял голову, оторвавшись от груди Сана.       — Мне стыдно. Его глаза были красными от слёз, почти такими же, как родимое пятно на лице, и Сонхва почувствовал, как при виде этого его наполняет гнев.       — Иди сюда, — Сонхва раскрыл объятия, и Ёсан неохотно последовал к нему. — Кто заставил тебя плакать? Русал был готов к трёхчасовой профилактической беседе с любым пиратом, причинившим вред Ёсану.       — Никто. Кажется, я сам. Сан выглядел расстроенным таким тихим ответом, поэтому Сонхва заключил в объятия и его.       — Хочешь рассказать мне, что случилось? Ёсан кивнул, но промолчал, поэтому Сонхва взглядом разрешил Уёну говорить.       — Он подарил Чонхо прядь своих волос, — Сонхва рассеянно провел пальцами по волосам Ёсана, тот обычно отмахивался от проявления привязанности, но сейчас он прижался к руке, ища утешения. — Ты учился, ты должен знать, как много это значит.       — Да, я как-то читал. Девушки с высоким положением в обществе отдавали прядь своих волос парням в качестве обещания.       — Члены королевской семьи никогда не должны стричься. Ёсан-и подстригся, когда взбунтовался и присоединился к Королю Пиратов много лет назад, поэтому Чонхо не увидел ничего особенного в том, что Ёсан-и подарил ему прядь своих волос этим утром. Придурок, — усмехнулся Уён, кидая взгляд на Чонхо.       — До боли очевидно, что Ёсану нравится Чонхо, — нахмурившись, добавил Сан. — Рядом с ним он ведёт себя иначе, чем с любым из нас, но Чонхо слишком медленный. Так что Ёсан-и взял дело в свои руки. Сонхва понимающе кивнул. Тем не менее, этот разговор не дал Сонхва ни малейшего представления о том, почему кто-то из них плакал, а кто-то смеялся.       — С тобой все в порядке, Ёсан-и? — Сонхва спросил, чтобы удостовериться.       — Да, я счастлив.       — Теперь они официально вместе, — закатил глаза Уён.       — Разве это не хорошие новости? — Сонхва не мог удержаться от смеха над пристальными взглядами Уёна и Сана на Чонхо.       — Они ведут себя нелепо, хён. Скажи им, чтобы они остановились, — весело взмолился Ёсан. — Они чуть не довели бедного Чонхо до слёз, а затем перешли в режим сверхзащитных донсэнов, когда мы поцеловались.       — Он поцеловал тебя?! — Сонхва тоже слишком остро отреагировал, присоединившись к Уёну и Сану вместо того, чтобы встать на сторону Ёсана.       — Ребята, поверить не могу, — Хонджун подошёл к ним с усталым выражением лица, но его глаза показывали, что он изо всех сил старается не улыбнуться. — Ёсан, я дал Чонхо своё благословение. Теперь мы можем прекратить разводить драму? Ёсан кивнул, и когда его яркая улыбка и влюбленные глаза побудили трёх ближайших к нему пиратов попытаться прикоснуться к его лицу в знак обожания, он вырвался из их объятий с беспомощными криками, призывая их лидера на помощь.       — Попроси Чонхо помочь и не впутывай меня в это, — капитан развернулся и направился на пляж, где их ждала еда. Через несколько часов, когда все они были разбрелись по пляжу, погружённые в различные дела, Сонхва медленно подобрался к Чонхо.       — Тебе потребовалось достаточно времени, чтобы понять, что вы двое идеально подходите друг другу. Чонхо продолжал чистить своё оружие, но с лёгкой улыбкой на лице поприветствовал старшего.       — Обычно у меня всё идёт наперекосяк. Наверное, я предпочёл бы, чтобы он был рядом со мной и не загадывал на будущее, чем рисковать потерять вообще всё. Я думал, что Сан и Уён подойдут ему лучше, чем я.       — О, малыш. Иногда я забываю, что ты самый младший. Чонхо фыркнул.       — Ты говоришь так, словно стал на двадцать лет старше.       — Уважай старших, медвежонок. Твоя упорная работа больше не будет напрасной, Чонхо. Мы теперь все вместе в этом путешествии. И в редкий момент — ещё более странный, чем Хонджун или Ёсан, ищущие любого прикосновения, — Чонхо наклонился, чтобы обнять старшего.       — Спасибо тебе, хён. Сонхва едва ли не заплакал. Хонджун сел рядом с ними, прервав такой волшебный момент.       — Тебе недостаточно принца, поэтому ты решил увести моего парня? — капитан оттащил Сонхва от младшего, заключая в объятья.       — Ты такой отстойный, — прокомментировал Чонхо и ушёл, игнорируя крики старшего об уважении.       — Этот паршивец…       — Ты вырастил его. Это твоя вина. Хонджун вздохнул, словно на самом деле сожалел о том, что так воспитал свою команду. Но Сонхва знал, что он гордится ими и не променял бы их ни на что в мире.       — Какие планы на сегодняшний вечер, капитан? — старший повернулся, соприкоснулся с ним лбом, прикрыв глаза. Пальцы Хонджуна ласкали мочку его уха, обдумывая, где проколоть кожу, ведь он уже пообещал Сонхва сделать это пару часов назад.       — Сегодня вечером мы с Ёсаном поработаем над планами отплытия. Юнхо будет отвечать за корабль. Обычно он, Минги, Сан и Чонхо заканчивают ремонт, его необходимо провести по всему кораблю, и пополняют запасы ресурсов за три-четыре дня.       — А что насчет Уёна?       — Иногда он помогает, но обычно занимается только готовкой, хотя Минги тоже предлагает ему помощь. В остальное время он отдыхает и раздражает меня, как какая-то дива.       — Тогда можно я присоединюсь к ним? Хонджун фыркнул.       — Конечно.       — Тогда я пойду поищу его, — Сонхва не успел встать, как Хонджун схватил его за руку. — Да?       — Милый, как ты думаешь, что-то изменится, когда мы покинем Сокровище? Сонхва знал, куда Хонджун клонит. Когда-то у старшего было желание воссоединится с мамой. Это означало, что они либо вновь стали бы людьми, либо стая приняла бы их. В обоих случаясь Сонхва пришлось бы покинуть Хонджуна. Однако сердце Сонхва желало только двух вещей. Первой была свобода, которая у него уже появилась. Теперь он стал частью команды Короля Пиратов. Второе, чего Сонхва желал — чтобы его близкие, в том числе и мама, были в безопасности и счастливы. Сонхва мог быть счастлив в компании пиратов, наслаждаясь своей свободой на борту пиратского корабля, в то время как мама жила в море со своей стаей, ни о чём не беспокоясь. Сонхва присел на корточки и взял лицо Хонджуна в ладони.       — Да, изменится. Ты застрянешь со мной навсегда. Хонджун с облегчением улыбнулся.       — Спасибо. Найти Уёна было нетрудно. Нужно было лишь следовать громкому смеху. В нескольких метрах от джунглей команда построила домик на дереве, который служил хижиной для хранения продуктов. Сонхва поднялся по ступенькам и постучал в стену, объявляя о своем прибытии.       — Я помешал? Уён сидел на подоконнике, отдавая приказы Сану, который укладывал вещи в деревянные ящики.       — Нет. Мы всегда рады, если ты присоединишься к нам. Сан прервал своё занятие, окинув Уёна свирепым взглядом.       — Я боцман, и именно ты должен выполнять мои приказы, вместо того, чтобы сидеть здесь и флиртовать.       — Ты всегда можешь поставить меня на место. Сонхва с улыбкой покачал головой и решил помочь Сану. Младший драматично вздохнул, делясь своим горем с хёном.       — Хён, мы можем оставить его здесь?       — А ты смог бы жить без него?       — Ни за что на свете. Уён прижался к спине Сана.       — Я никогда не покину тебя. Брови Сонхва нахмурились, а губы расплылись в его характерной улыбке отвращения, только на этот раз он действительно гримасничал из-за их привязанности. Они продолжали работать в относительной тишине, наслаждаясь моментом и чувствуя себя комфортно в обществе друг друга. Время от времени Сан переносил некоторые ящики поближе к пляжу, откуда Чонхо и Минги относили их на корабль.       — Что вы чувствуете, когда осознаёте, что покидаете Сокровище? Сонхва видел восхищение каждого пирата после обнаружения острова, но он заметил, что именно Уён и Сан были в восторге от жизни здесь. Старший немного волновался, что они не захотят вернуться обратно. Уён с ухмылкой пожал плечами.       — Мы можем похвастаться миру нашими находками. Кроме того, мы всегда можем вернуться, если будем слишком скучать по этому месту, — Сонхва кивнул в знак согласия. — В следующий раз нам стоит завести здесь домашнее животное. Большинство из них довольно дружелюбные.       — Нет, давайте заведём кошку!       — У нас уже есть одна, — не удержался Сонхва, потрепав Сана по волосам. — С тех пор, как я впервые увидел тебя, мне всё время кажется, что ты похож на кота.       — Правда же! — Уён рассмеялся. — Он даже ведёт себя как кот.       — Точно. Сан фыркнул, собираясь упаковать ещё один ящик, пока Уён с Сонхва всё не унимались и разговаривали о нём.       — Он когда-нибудь говорил тебе, что помог сбежать мне?       — Да, тогда он убедил меня, что тебе можно доверять. Наверное, это был первый раз, когда он что-то скрыл от меня с тех пор, как мы познакомились.       — Но я обещал, что больше никогда ничего не буду делать за твоей спиной, никогда, — Сан почувствовал необходимость заверить в очевидном.       — Я не беспокоюсь об этом, Сан-и. Нам больше ни о чём не нужно беспокоиться. Сонхва был уверен, что в будущем, как только они покинут остров, им определенно придётся столкнуться с трудностями, но они легко преодолеют их вместе. Он заметил, что Уён совсем забыл о том, что когда-либо он страдал от беспокойства, и полагал, что это больше не будет беспокоить команду или самого пирата. Младший стал даже смелее, его живой и озорной характер сильнее проявил себя здесь, он больше не оставался один, а шёл на поиски со всеми, хотя Уён точно знал, когда нужно остановиться или отойти в сторону и сколько можно дразнить хёнов и донсэна.       — Превосходно. Три дня спустя, когда корабль был полностью готов отплыть от острова, команда решила насладиться им ещё хотя бы несколько часов — не совсем готовые к отъезду из такого волшебного места. Сонхва плавал вокруг острова, недалеко от горного хребта. Существа там были настолько завораживающими, что ему казалось, что его собственный хвост выглядит обычным. Но команда думала совершенно по-другому, все они говорили, что Сонхва так же прекрасен и принадлежит этому океану. В конце концов они присоединились к нему, играя на пляже и просто наслаждаясь моментом. К ночи они развели костёр, научили Сонхва нескольким своим любимым пиратским песням и играли до полуночи. Лунный свет всегда освещал горный хребет голубоватым отблеском. Однако из-за Звезды над ними освещение на острове было другим. На самом деле это было странно обыденно — темно. Фиолетовая Звезда с наступлением рассвета каждую ночь становилась ярче, словно поглощала свет, а не излучала его. Но на поверхности моря отражались огни, будто над ними было северное сияние, которое нельзя было разглядеть на небе. Сонхва пришёл к выводу, что Звезда ярко сияла, чтобы её могли видеть одарённые морские обитатели, но с острова она выглядела иначе. Большинство растений вокруг них были люминесцентные, что помогало пиратам лучше видеть в темноте.       — Я буду скучать по этому ночному небу, — со вздохом сказал Сонхва, когда они все лежали на песке, образовав круг.       — Как думаете, Сокровище исполнило бы больше желаний, если бы мы вежливо попросили? — Уён не обращался ни к кому конкретно.       — Я скучаю по нормальному ночному небу, — капитан и раньше выражал свою любовь к Сокровищу, но это было в его натуре — постоянно быть под парусом. Это была его настоящая любовь. Они все согласились. Даже Сонхва, который провёл в океане не так много времени, как пираты, привык к звёздным ночам под парусом и был очарован ими. На этом острове всё было волшебным, и, без сомнения, им чрезвычайно повезло, что они смогли стать свидетелями его чудес. Тем не менее, не было ничего более волшебного, чем окружающая среда, с которой они были знакомы и которая заставляла их чувствовать себя в безопасности.       — Ты обещал мне проплыть сквозь туман на север, — напомнил ему Сонхва. В нормальном, обыденном мире было так много волшебства, которое старшему ещё предстояло увидеть.       — Обещал, — он потянулся к руке русала и оставил на ней лёгкий поцелуй.       — Отвратительно, — и Чонхо, и Ёсан одновременно изобразили отвращение, которое только усилилось, когда трое старших указали им на то, что они думают одинаково, слово самая настоящая парочка. Вскоре они заснули, чувствуя себя в безопасности и комфорте в обществе друг друга. На момент отплытия с острова, пираты стояли на палубе у перил, созерцая Сокровище.       — Давай сделаем это! — Уён подал сигнал, и все они заняли свои позиции. По миру гуляет очень мало историй о том, как люди добирались до Сокровища живыми, и ещё меньше о том, как люди отплывали отсюда. Большинство из них были прокляты и потеряны в вечном пути к острову. Сонхва занял свою позицию на палубе полубака, готовый контролировать погоду вокруг корабля и вернуть их в безопасное место после шторма. Однако, когда они заплыли в пещеру, через которую плыли совсем недавно, шторм утих. Облака над ними всё ещё озарялись молниями, но грома не было. Вода была спокойной, и они плыли, пока не оказались по ту сторону.       — Не было ли это слишком просто? — крикнул Ёсан с вороньего гнезда, когда они приблизились к туману, который видели и раньше. Остальная команда на палубе согласилась, но ни у кого не было объяснений. До тех пор, пока Сонхва не услышал зов. Монстры под водой. И он отозвался.       — Хён? — Минги схватил его за руку, — ты поёшь. Русалочью песню. Сонхва чувствовал на себе пристальные взгляды команды, поскольку все они пришли по его зову. Они не были околдованы, лишь очарованы, слушая его голос в тишине смертельного моря.       — Они просят меня присоединиться к ним, — Уён и Сан немедленно подбежали к старшему, чтобы остановить его, если он решиться послушаться русалок. — Я попросил их отпустить нас целыми и невредимыми. Они позволили.       — Что они просят взамен? — Хонджун подошёл к нему ближе.       — Я должен защищать Сокровище, куда бы ни пошёл. Мы можем рассказать о том, что видели, но никогда не сможем раскрыть, как найти остров.       — Я думал, мы все договорились не делиться секретом, — пожал плечами Чонхо. Они все кивнули в знак согласия. — Счастье в жизни. Сонхва повернулся обратно к перилам, и с последним обещанием найденному Сокровищу — и обещанием нового начала для него — они уплыли.