Часть 30

Скакун смерти мчал нас все дальше и дальше от места сражения. Степи сменялись полями, поля сменялись рощами, впереди уже показалось какое-то селение. А Никсаэлла все не приходила в себя. Тревога затопила мою душу. Я тронул своего коня, и он начал медленно замедлять свой бег. Достигнув какое-то мрачное поселение, я обнаружил пустые улицы и разбросанные вещи по дворам. Очевидно, жители спешно покинули этот поселок, как и многие другие, опасаясь прихода имперцев. Сняв девушку с лошади, я аккуратно внес её в небольшой дом и бережно положил на нечто, напоминающее кровать, застеленное звериными шкурами. Она была без сознания. Мысли метались в моей голове. Я был возбужден и растерян и сам не ведал, что творил. На затворках моего сознания, где-то глубоко пробивался здравый смысл. Он вопил мне о том, что нельзя было её забирать, а тем более увозить. Она живой человек, и ей не выжить среди нежити. Исключение составляла только наша королева, но она вообще была исключением из всех правил. - О боги! – обреченно выдохнул я, - Что я творю! Вдруг меня осенила мысль, что необходимо должным образом позаботиться о ней. Ей нужна вода и еда, и еще куча всего. Она же живая! Я бросился искать по дому хоть какие-то продукты и воду. Во дворе нашелся колодец. А в амбаре я обнаружил немного крупы и несколько вялых овощей. Хоть что-то. Ведь я уже и забыл, что у живых людей бывают свои потребности в еде и воде, и во всем прочем. Я забросил в очаг несколько поленьев и с помощью магии разжег огонь. Я склонился над девушкой и влажной тканью обтер её лицо. - Красивая, - тихо проговорил я, - Еще прекраснее, чем тогда, когда была призрачным духом. А какая хрупкая и бледная. Я тихонько потеребил её за плечо: - Никсаэлла, - тихо позвал я, - Девочка, очнись! Она застонала, и её ресницы затрепетали. - Нежить, - прошептала она в бреду, - Повсюду нежить, опять нежить. Она медленно открыла глаза и часто ими заморгала, а потом они стали огромными от ужаса, когда она увидела меня рядом с собой. И в следующую минуту из её рта вырвался оглушительный визг. Она вскочила с кровати и попятилась от меня, упершись спиной в угол комнаты, продолжая визжать так, что крик банши показался бы нежной колыбельной. Даже душераздирающий вой древнего бича, призванных духов, не был столь громким для меня и оглушительным. - Прекрати, - прорычал я ей, и бросил в неё заклятие паралича. Она тут же застыла на месте и замолкла. Лишь глаза её выдавали всю ту гамму чувств и эмоций, что она испытывала сейчас. Я немного приблизился к ней и замер в нескольких шагах. - Не надо кричать, девочка, - спокойно произнес я, - Я сниму сейчас заклятие паралича, а ты закроешь свой рот, и больше визжать не будешь. Поняла? Моргни, если поняла. Она медленно моргнула, а я щелкнул пяльцами, развеивая своё заклятье. И как только оцепенение покинуло её тело, она вдруг вся сжалась и напряглась. А в следующее мгновение я и сам не понял, что произошло. Она, что есть силы, сиганула мимо меня прочь. Девушка молнией вылетела из хижины и понеслась по пустым улицам поселка, не оборачиваясь. Я рассмеялся своим хриплым низким голосом. Вот это скорость, и не скажешь, что буквально несколько минут назад она была в обмороке. Она завернула за угол и я потерял её из вида. Я быстрым шагом направился за ней. - Никсаэлла! - громко позвал я её, - Не надо убегать, девочка. Я не причиню тебе зла. Я шел по пустым улицам поселения в вечерних сумерках и всматривался в пустые темные дома. Я чувствовал, что она была где-то здесь, совсем рядом. Она не покидала поселок, а просто спряталась, затаилась где-то. - Ни-кса-э-лла! – снова прокричал я, растягивая её имя по слогам, - Я чувствую биение твоего сердца, девочка. Ты напрасно считаешь, что можешь спрятаться от лича. На моё счастье, на много-много часов пути в окрестностях не было ни одного живого существа. Моя сущность лича чувствовала каждую живую душу. Я мог распознать месторасположение любого живого человека или животного. Я слышал стук его сердца, я ощущал его страх. Вот и сейчас, я слышал стук сердца моей Никсаэллы. Оно билось в сумасшедшем ритме, грозя разорваться от страха. - Боги, девочка, не надо так бояться, - проговорил я, оборачиваясь к одному из домов, где спряталась девушка. - У тебя же сейчас сердце остановится, если ты не успокоишься. Я медленно начал входить в дом. - Я сейчас войду, а ты не будешь кричать. Мы просто поговорим, хорошо? - пытался успокоить я её, - Мы же уже с тобой разговаривали раньше, помнишь? Ты же сама ко мне приходила в своих видениях.