Часть 1

      — Папа, папа! Проснись. Папа!       Кто-то тянул с Джона одеяло, впуская холодный воздух, маленькие пальцы тыкали в его предплечье, и громкий шепот эхом отлетал от почти голых стен. Джон проснулся и уставился в темноту. Его двухлетний мальчик тыкал его пальцем.       — Папа, проснись. Давай.       Джон перевернулся на бок и приподнял край одеяла, позволяя малышу лечь с ним в постель. Он старался не вздыхать. Его сын был всего лишь младенцем, и он никак не мог знать, что Джон слишком поздно лег, читая старые книги, что у него болела голова, и в глаза словно песка насыпали, а сердце ныло, и что он просыпался в ранние часы, чтобы принести своему ребенку стакан воды, рассказать ему сказку. И последнее, что сейчас нужно папе — это капризный ребенок.       По крайней мере, Сэмми не просил заверений в том, что в шкафу или под кроватью нет монстров. Джон не знал, что скажет, когда это произойдет.       — Что случилось, Сэмми? — спросил он, подавляя зевок.       Маленький мальчик заполз рядом с ним, прижимаясь к его груди со всей уверенностью и беспрекословным доверием, которое могло удержать очень юное невинное существо. — Тебе действительно нужно спать в собственной постели. Мы говорили об этом. Быть большим мальчиком — это весело, помнишь?       Позволить папе иметь собственную кровать, да, это было бы очень весело. Джон очень хотел снова иметь собственную кровать.       Сэмми нахмурился ему в шею, маленькая ножка ненароком ударила Джона по почке, когда он ерзал.       — Папа, я пытался. Но Дин снова меня пинал.       — Дин? Пинал тебя? — Джон моргнул, внезапно проснувшись. Он не мог представить, чтобы Дин пнул своего младшего брата. Он был очень внимательным с младенцем с тех пор, как они начали кочевой образ жизни.       — Снова пинал тебя?       — Да, он пинает меня каждую ночь с тех пор, как ты оставил нас с пастором Джимом. И он такой горячий и слабый, и я не могу с ним справиться, папа, это слишком сложно.       В конце голос Сэмми превратился в хныканье, и Джон рассеянно похлопал его по голове и начал вылезать из постели.       — Останься здесь, хорошо? Мне нужно проверить Дина.       Сэмми отпустил его, уже прижимаясь к подушкам.       — Возвращайся скорее.       — Хорошо.       Джон спустил ноги на пол и тихо подошел к другой постели в номере мотеля. Он обнаружил, что Дин съежился посередине кровати в мокрых одеялах, пот блестел на его лбу в тусклом желтом свете, пробивающемся от фонаря на парковке. Прежде чем Джон успел наклонится к нему, мальчик задрожал, замотал головой, и махнул ногой, словно пытался бежать. Или драться.       — Нет, — всхлипнул он. — Нет, нет, пожалуйста, держись подальше от огня…       Сердце дрогнуло в груди Джона, разбилось, сломалось, исчезло навсегда. Дину снилась Мэри. Джон всегда надеялся, что мальчик ничего не видел в ту ночь, не видел, как…       Джон чуть не споткнулся о собственные ноги в спешке, чтобы добраться к сыну, сел на край кровати и положил руку на грудь своего мальчика. Такого маленького, такого хрупкого.       — Дин, проснись. Проснись, это сон.       Дин с тихим криком сел, подавленный и потерянный. Острые ногти впились в руку Джона, и глаза мальчика расширились, в них плескалась паника.       — Папа? Папа, это ты?       Джон обхватил его плечо одной ладонью.       — Я здесь.       — Папа. — Дин всхлипнул и уткнулся лбом отцу в бок. — Не позволяй этому забрать тебя, папа. Не позволяй этому забрать тебя.       Чему этому? Джон озадаченно обнял его.       — Не позволю, детка. Я не позволю этому забрать меня.       — Не позволяй этому забрать тебя, как мамочку. Не позволяй ему сжечь тебя.       О, Боже.       Джон крепче прижал его к себе, уткнувшись лицом во влажные светлые волосы и почувствовал как глаза защипало.       — Не позволю. Клянусь. Меня ничто не достанет. Никогда. Дин, ты меня слышишь? Никогда. Все будет хорошо. Я не брошу тебя.       Дин держался за него, а Джон обнимал его, пока не почувствовал, как маленькие ручки слегка расслабились, ребенок прижался к нему в изнеможении.       — Каждую ночь, — так сказал Сэмми.       Джон оставил их у Джима Мерфи на несколько дней, почти три недели назад, когда сам отправился в путешествие с опытным охотником, пытаясь разобраться в этой работе по уничтожению монстров. У Дина были кошмары так долго? Он должен был заметить.       — Папа, — позвал Сэмми с другой кровати, одинокий в темноте. — Ты возвращаешься обратно?       Джон вздохнул и повернул голову, прижавшись щекой к макушке старшего сына.       — Почему бы тебе не вернуться сюда? Я буду спать между вами двумя, чтобы Дин больше не мог тебя пинать.       — Окей, — легко ответил Сэмми, и Джон услышал как он ерзает, спускаясь с кровати.       Джон подвинул Дина и впустил Сэмми на кровать. Оба мальчика прижались к нему, Сэмми был теплым, сонным и расслабленным, Дин все еще цеплялся за шею отца. Джон обнял их обоих и устроился поудобнее.       В любом случае наличие собственной кровати было переоценено.