1. Ты поразил меня, как пуля

Снова первое сентября. Этот день начался как обычно. Наплевав на все традиции и правила, на линейку я отправилась вся в чёрном. Да, как на похороны, но по идее я же хороню ещё один год, впахивая в этой шараге. Линейка, как обычно, началась с речи директора Павла Алексеевича Воли. Вообще Пашка, мы его так зовём, был крутейшим мужиком. Пускай он иногда был строг, но за прогулы и двойки, к счастью, не выгонял. Далее все разошлись по своим кабинетам. Мне вместе с моей подругой Ириской, в смысле Ирой, захотелось лёгкие добить, поэтому пошли в туалет курить. Возле толчков, как ни странно, уже было куча девок с разных классов, а дышать нельзя было совсем: –Девки, вы чё? Окно открыть никак что-ли? — возмутилась я. –Возьми и открой, раз такая умная, — ответила самая наштукатуренная корова. Об этой дуре давно ходил слушок, что она подрабатывала ночной бабочкой в клубе. –Иди нахуй, швабра, — ответила я, но окно открыла. Я начала свои разговоры с подругой: –Лизок, тебя не было слышно всё лето. Где ты пропадала? — обеспокоено спросила одноклассница. –Ах, Ирис, у меня нашёлся новый хахаль, с которым я проводила все каникулы. Уж прости. Кстати, сейчас мы уже расстались. –Ц, как ты интересно живёшь. Не то, что я. Опять на этом ёбанном огороде возилась. Прозвенел звонок. –Не, я, конечно, понимаю, уже традиция всегда опаздывать, но не на самый же первый урок. Пошли давай, Ирунчик. В каком у нас хоть кабинете? –В 35, значит, на пятом этаже. Блин. А я говорила, нехуй курить на первом. Мы вышли из туалета и прискоком направились в кабинет. Я открыла дверь: –Угадайте, кто опазд... Не поняла. А где Самвеловна? — я встала на самом входе в кабинет и смотрела на учителя, сидящего за столом моей классухи Марии Самвеловны. Класс зашёлся дружным хохотом, как обычно. А мужчина, а это был мужчина, сказал: –Во-первых, здравствуйте, юные леди. Во-вторых, я ваш новый учитель. А в-третьих, может, вы уже сядете за свои парты? И скажите свои фамилии. Я на автомате дошла до своей любимой последней парты возле стены и сразу же начала шептаться с сидящим на четвёртой парте Кротовым, нашим отличником, о новом учителе: –Эй, Макс! Чё это за упырь? –Нурлан Алибекович Сабуров. Наша Самвеловна на пенсию свалила, а на замену поставили этого. Он еще, кстати, литературу будет вести. –Какого? Он ещё и этот уродский предмет будет вести? Пиздец. –Девушки, — прервал разговор звучный баритон, –Я, кажется, попросил вас назвать свои фамилии. Почему я их до сих пор не знаю? –Ну, это уже к вам вопрос, Нурлан-как-вас-там. Вы же наш новый учитель, так почему же вы не знаете наших имён? -началось шоу, к которому за девять лет привыкли все, конечно, кроме нового учителя. –Так значит ты у нас Назарова. Правильно? — видно, Сабуров сдаваться не собирался, но и я тоже. –Как же вы угадали? Наверное, подсказал кто? — Меня локтем толкнула Ириска, мол «хватит мужичка загонять»но я продолжала гнуть своё. –Нет. Просто ты, Назарова, слишком популярна в кругах учителей. Уже не от одного учителя я услышал слова жалости. Но, думаю, я тебя смогу перевоспитать. Класс опять дружно заржал, а я вместе с ним: –Как говорится: горбатого могила исправит. Это означает, что перевоспитать вам меня не удастся. Уж поверьте. –Это мы посмотрим. А теперь продолжим классный час. Ух ты, наконец-то нашёлся достойный противник. А мне это Нурик начал нравиться. Думаю, мы с ним не поладим, а это значит, что год будет весёлым, как никогда.