15. Зацикливаясь на каждом слове, и мне это ужасно не нравится

Не то, чтобы я боялась расправы, но было волнительно смотреть на часы и замечать, что часовая стрелка всё быстрее приближается к пяти. В пять Сабуров должен был только прилететь. То есть это означало, что у меня будет как минимум час, чтобы поверить в Бога и стать монашкой. Щёлкнул замок, дверь открылась. Блять. Это означало лишь одно - Сабуров вернулся. Я совсем не боюсь смерти пиздец боюсь. –Здрасьте, — поздоровалась я, когда учитель зашёл на кухню, где я только что села обедать. –Привет, Лиза. Можешь не строить из себя невинную овечку. Я прекрасно знаю о всех твоих пакостях. Я так понимаю, что без присмотра ты жить не можешь. Почему же не могу? Могу. Ведь раньше-то я так жила и не жаловалась. Хотя, когда за моей учёбой начал следить казах, то стало как-то более... Блин, даже не могу подобрать слово, как стало. –Нурлан Алибекович, я уже достаточно взрослая, поэтому сама буду решать, как мне учиться и как жить. Это совсем не ваше дело. Кажется, я задела самолюбие учителя, потому что буквально меньше недели назад он сидел сутками возле моей кровати и лечил меня. Да, я опять поступила эгоистично. –Давай проясним ещё кое-какие детали. Ты живёшь в моей квартире, ты ешь мою еду, я твой классный руководитель, родных у тебя нет. Всё правильно? Я знаю, что правильно. Так как ты ещё несовершеннолетняя, то хоть кто-то должен нести за тебя ответственность, а на данный момент это я. Поэтому, если ты ещё не поняла, я буду следить за твоей учёбой, образом жизни и поведением. Вот так вот. Я молчала. В принципе, учитель был как всегда прав. Он мог бы меня выгнать, но нет. Он хороший человек, а я опять его выбешиваю. Преподаватель продолжил: –Тебе повезло, что я всего лишь классный руководитель. Был бы я кем-нибудь из твоих родных, то уже давным-давно бы тебя выпорол. Без всяких шуток. Та-дам, а вот уже и угрозы. Чтобы ещё больше не злить литератора, я с грустным лицом села за уроки. Я-то думала, что когда я займусь уроками, то учитель от меня отстанет, но нет: –Елизавета, а ты презентацию по биологии отдала? — поинтересовался он. И вот что делать? Если навру, то завтра он обязательно спросит у биологички, а та скажет, что я ничего не делала. А если я скажу правду, то моментально получу. То есть в любом случае я получу. –Тут была такая проблема... ну, там уроки... ля-ля-тополя и всё такое... — промямлила я. –Не мямли. Чётко скажи: да или нет. Хотя я уже подозреваю, что нет. –Ну да, я не сделала. Я сделаю. Потом. Когда-нибудь. Кажется, классный руководитель мне не поверил, но виду не подал, а просто молча ушёл. Значит, мне ничего не грозит.

***

В школе было неимоверно скучно. Слишком. Просто пакостить было лень, воровать хлеб в столовке тоже было лень, а просто стоять возле толчка и выдыхать дым было неинтересно. Хотелось чего-то весёлого. На русском языке писали контрольную, на которой вспоминали весь пройденный в прошлом году материал. С помощью Бога и Иры я надеялась, что наскребла на четвёрочку. Если говорить на чистоту, то сегодня я вела себя хорошо, потому что немного боялась Сабурова. Может, и выпороть он меня не мог, но выгнать - всегда и в любое время. На самой литературе нам задали выучить стихотворение Ломоносова, которое, я чувствую, дома у меня спросят. Стихи дома я не учила, наверное, класса с пятого, потому что они либо сложно учатся, либо настолько легко, что их можно запомнить на перемене перед уроком. На обществознании нам тоже решили устроить небольшой тест на повторение. Теперь уже Ирка с моей помощью должна наскрести на четвёрку. В столовой я случайно засмотрелась на классного руководителя, а он пытался не смотреть на меня в ответ. Засмущала я, видимо, нового учителя.

***

–Слушай, Ира. Я так думаю, что сегодня ты себя очень хорошо вела, что для меня совсем несвойственно. А это означает, что пора действовать. Как ты смотришь на то, чтобы сбежать с геометрии? Подруге тема явно не зашла, но меня ей тоже не хотелось расстраивать, а это значило, что мы сбежали с геометрии. Решили сходить в магазине на углу. Накупив немного еды, мы пошли в гости к Ире. Но перед этим я предупредила о своём походе к подруге Нурлана Алибековича: –Нурлан Алибекович, я как бы закончила уже. Сейчас пошла к Ире. Прочитано –Чтобы в шесть была дома. И без глупостей. Он реально как родитель себя ведёт. Совсем не как учитель. Всего лишь до шести вечера! Это же только четыре часа. И вот мне что упрашивать хотя бы до семи? Придётся, что ли. –А можно хотя бы до семи? Я презентацию эту сегодня же сделаю. Прочитано –Ладно. Но если в семь дома не будет вообще, больше по гостям ходить не сможешь. Победа. Конечно, придётся ровно в семь уже стоять на пороге квартиры, но если я смогла уговорить учителя, то это уже прогресс.

*От лица Сабурова*

–Нурлан Алибекович, здравствуйте, — в мой кабинет зашла учительница математики моего класса. Опять что-то натворили. –Здравствуйте, Ольга Викторовна. Что опять случилось? –Да, как обычно. Назарова с геометрии сбежала, а Серов да Ермолов урок пытались сорвать. Твою же мать. Назарова однозначно сегодня поплатится за свои прогулы, а на этих двоих можно уже писать докладную, что я и посоветовал Ольге: –Ольга Викторовна, вы же знаете, что на Серова и Ермолова можно без зазрения совести уже написать докладную. Они же довели даже директора. Попробуйте написать, может, их наконец-то отчислят. –Ох, точно ведь. Хорошо, надеюсь, с Назаровой хоть вы справитесь, а то она совсем от рук отбилась, — уже радостно сказала моя коллега. –Конечно-конечно. Ольга Викторовна вышла, а я решил немного отдохнуть от проверки сочинений и написал своей ученице: –Назарова, ты с первого раза не понимаешь? Я тебе говорил, что уроки ты больше не прогуливаешь. Последний раз тебя предупреждаю, дальше будет хуже. Прочитано Прочитала и молчит. Как же похоже на неё. Ну, пусть развлекается, пусть. Сегодня она как придёт, из-за стола не выйдет, пока все уроки не сделает.