Рассказ полностью

Григорий Неделько Теневые войны Ощущение присутствия настигло меня внезапно. Поздним вечером я занимался обычными, повседневными делами в квартире, когда это случилось. Я мог бы проигнорировать чувства: они не имели отношения к долгу, так как я был не на работе. Но есть вещи сильнее желаний, спокойствия и долга. А кроме того, нахлынувшие ощущения были столь сильны, что противиться им, а тем более, не обращать на них внимания представлялось совершенно невозможным. Это было что-то из разряда умственной катастрофы, чисто ментального стресса. В первые секунды я даже пошатнулся: настолько мощной волной присутствия меня обдало. Будто два сильнейших порыва, ледяной и огненный, смешались и обрушились на ничего не подозревающего, беспомощного перед ними обыкновенного человека. Я опёрся рукой на стол и переводил дыхание. С лица градом лил пот. Достав из кармана платок, я вытерся. Что же случилось? – гадал я. Что же такое страшное и невероятное стряслось, что меня, опытного сверх-чэ, бросает в дрожь от одной эманации этого? Да ещё, судя по всему, событие произошло совсем неподалёку. В противном случае, переживания не были бы невероятно сильны. Развивайся неизвестные, неведомые события где-то далеко, я попросту не просканировал бы их сверхчувствительной натурой теневого полицейского. Но я – сверх-чэ, я настроен на тени – и чувствую этих мразей прекрасно, особенно если они в шаговой доступности. Годы саморазвития и тренировок не прошли даром. Я отдышался и встал ровно. Сердце уже не выпрыгивало из груди, но всё равно беспокойно стучалось о грудную клетку. Сосредоточившись, я мыслевзором охватил ближайшие кварталы. Где-то тень совершила или ещё только совершала преступление, и было необходимо как можно раньше обнаружить и остановить её. Итак… Мысленно открываем дверь, спускаемся по лестнице, выходим на улицу. Здесь ничего, просто городская темнота, где-то полная звуков, а местами – тихая и ожидающая. Значит, дальше. Но куда – по улице или в переулок? Я прислушался к себе. Кажется, зов идёт со стороны улицы. Глас, клич тени – невольный, но оттого не менее разрушительный для нетренированного мозга – перебивал все остальные сигналы. Окружающее тонуло в волнах и всплесках ментальных ударов, из-за чего сложно вычленить местоположение источника. Но, приглядевшись внутренним взором, я убедился, что сигналы, почти не прерываясь, летят вдоль улицы. Я «двинулся» туда. Слева аптека. Я «повернулся», напряг сверхчувства. Нет, не то. Идём дальше. Я «шагал» вперёд, посекундно увеличивая темп: боялся не успеть. Справа магазин. И опять мимо. Впереди развилка. Налево – стройка, направо – жилой дом. Пришлось снова останавливаться, прислушиваться. На сей раз, поскольку я уже более или менее привык к жутким, выворачивающим наизнанку ощущениям, выявить направление удалось легче. Определённо, мне нужен дом! Я ринулся туда, «пролетел» дверь подъезда и, ведомый притяжением увеличивавшегося эпицентра, устремился по лестнице наверх. Первый этаж, второй, третий… четвёртый, пятый… Шестой! Я «проскочил» в дверь, миновал короткий прошеек и «перепрыгнул» в коридор, ведущий к четырём квартирам. Теперь куда? Я заозирался. Мощь сигнала должна бы помочь в выборе направления, но лишь мешала. Голова начала раскалываться. Я помассировал виски пальцами – это принесло временное облегчение. Где же они?! Я вновь обратился к коридору с дверями квартир. Слева? Нет. Дальше направо? Тоже нет. Ещё дальше… Да, вот оно! Несомненно! Я «ринулся» туда. Заглянул в открытую кухню. Никого. Двери комнат также распахнуты… Вдруг раздался дикий вопль, а потом всё стихло, тишина поглотила окружающее пространство. Я решил, что опоздал. Но времени размышлять нет. Бросившись на крик, я застал жуткую картину; никогда раньше я не видел подобного кошмара. Четыре тела, четыре трупа – целая семья – лежали на полу. Обескровленные, обездвиженные, ужасно худые и мало чем напоминающие людей. Я опешил: какая же тварь могла сотворить такое? Разве кому-то из теней, даже самым сильным, это под силу?.. И тут я пригляделся и оторопел ещё больше: ни у кого из мертвецов не было тени. Их все… что? Украли? Уничтожили, съели?.. Я впервые сталкивался с похищением теней. На кого же я наткнулся? На банального хищника? Или на создание, монстра значительно более сложного и неописуемо жестокого?.. Напряжение на мозг, вызванное «путешествием» и эмоциями, оказалось чересчур сильнО. Перед глазами помутилось. Ментальное отображение вернулось ко мне, в квартиру. Однако едва я опять очутился посреди знакомого помещения, разум заволокла плотная и тугая пелена. Я упал и потерял сознание. Жил я один, поэтому неудивительно, что никто не пришёл на помощь. Наконец я очнулся и с трудом сел на полу. Голова кружилась, тошнило; остатки страха бередили ум и душу. Ничего себе припекло! Но не время пускать нюни. Я знал, что должен сделать в сложившей ситуации, и сделал это. Встав на ноги, покачиваясь, я подошёл к лежащему на столике фону и вызвал наряд теневиков по адресу, где недавно «побывал»… Женька смотрел на трупы и задумчиво кусал губы. Петёк фотографировал. Лена опрашивала других жильцов этажа – может, кто-то стал невольным очевидцем. Да каким очевидцем! Волна присутствия и ненависти была такая, что все наверняка попрятались в самые дальние уголки квартир. Однако долг есть долг… - Ты как, живой? – в конце концов, нарушил тягостное молчание Женька. - А похож? - Нет. - Вот так я себя и чувствую. - М-да, ничего себе… - И не говори. - Что же за тварюгу мы тут поимели? Я пожал плечами. - Ликвидировало тени… - задумчиво проговорил Женька. – Как, а главное, зачем? - Или наоборот. - Угу. Первый раз сталкиваюсь с подобным. Он стал мерять комнату шагами. Не в силах больше смотреть на мёртвые, обезображенные тела, я вышел в коридор. - Как сам, Стальнов? – спросила идущая навстречу Лена. - Хреново. А у тебя? - У меня тоже. - А с тобой-то что? – удивился я. - Со мной всё в порядке. А вот жильцы… - М? Она продолжила не сразу, сначала несколько секунд помолчала. - Послушай, Костя, в соседней квартире жила пара стариков… Я догадался, к чему идёт. - Жила? - Мгм. У обоих случился сердечный приступ. - На фоне присутствия? - Думаю, да. Остальные ничего не видели… Зато много чувствовали. - Страх? - Ещё какой. - М-да уж, вляпались мы… Она подошла ближе и положила ладонь мне на плечо. - Мы должны поймать её во что бы то ни стало. - Должны – поймаем, - бодро откликнулся я, хотя бодрым отнюдь себя не ощущал. Лена кивнула, улыбнулась и скрылась в квартире: будет докладывать Женьке то же, что рассказала мне. Я поплёлся следом. Мимо прошмыгнул Петёк – пошёл разбираться с только что сделанными фотографиями. Женька вышел из комнаты и стоял в холле, Лена – рядом с ним. Она вполголоса пересказывала ему трагические события, случившиеся в соседской квартире. - Извините, что перебиваю, ребята, - сказал я. – Нужен я вам тут ещё? - Нет, можешь идти отдыхать, - отозвался Женька. Отдыхать… Хорошо бы. Правда, теперь вряд ли отпустит, даже если беспробудно проспать до утра. Я вернулся домой и уже собирался раздеться и лечь в кровать, когда оно вновь настигло меня. Присутствие! «Вот чёрт!» Я обернулся, огляделся. Чувство было не столь мощное, как в первый раз, и всё же я его узнал. Во-первых, далеко не единожды испытывал его за те годы, что прослужил в теневиках. А во-вторых, что-то непривычное, крайне странное и оттого ещё более пугающее расцвечивало ментальный образ присутствия изнутри. Был у него какой-то необычный окрас, точно у уродливого гибрида двух нездоровых животных. Точно пронзительное звучание плохо аранжированной композиции. Точно вирус, болезнь… Очень яркий и вместе с тем непонятный образ. Непонятный, а следовательно, неясно, чего от него ждать. - Кто ты? – выкрикнул я и кинулся за йэфом. – Где ты? Оно не откликнулось. Оно не сопротивлялось и к тому же позволило мне беспрепятственно завладеть оружием. Неужели тень – или кто бы это ни был – совершенно не боится? Даже не опасается «пистолета», способного разрывать саму реальность?! Или попросту не знает о его существовании? Может, это новая тень, молодое образование, оттого и сильное, оттого и неизвестное и безумно смелое. Не рассчитывает собственных действий и силы удара… - Покажись! – приказал я, поводя йэфом из сторону в сторону. А что если ему безразлично высокотехнологичное оружие? Что если оно вовсе его не боится? То есть йэф не способен навредить этой, новой, разновидности тени? Но даже если так, один вопрос не переставая скрёбся о стенки разума: зачем ему другие тени? Тени людей. Для чего?.. - Что ты за выродок такой?! Я продолжал озираться и обходить комнату медленным шагом, ментально просвечивая пространство. Куда же ты спряталось? Тут же негде таиться! Я давно бы тебя заметил, если бы ты было здесь… А ты наверняка здесь, ведь я чувствую твои эмоциональные сполохи, твои эманации. И они всё усиливаются! Да, присутствие тени и расходящиеся от него ужас и мрак продолжали нарастать, уплотняться. Я воспринимал обычными чувствами и так называемым шестым, а ещё обыденной логикой, что сейчас, вот сейчас оно возникнет, появится тут, совсем рядом… Но его не было, оно продолжало таиться и… выжидать? Чего? Что я сам загоню себя в угол от страха? «Ну, чёрненькая, не на того напала!» - смело подумал я. А рука тем временем непроизвольно дрожала от налёта невидимых кошмарных «миазмов». И пот ручьями лился с тела. Я весь взмок. Неприятные телесные ощущения наложились на чувства ментальные. Я скрежетал зубами, щурил глаза. Не сдамся тебе, истово думал я. Не сдамся! А вслух произнёс: - Где… И тут оно напало! Вынырнуло оттуда, где пряталось, - прямо из моей тени! Это было похоже на смешавшиеся воедино ураган, цунами и шторм. Умственную вариацию всепобеждающей катастрофы внутри одного-единственного тела… и вокруг него… и везде. Да что ты такое! Что?! Пальцы словно бы сами собой нажали на сенсор. Повинуясь задействованной гашетке, йэф стал палить концентрированной, заряженной материей. Я вертелся туда-сюда, будто сумасшедший волчок, и белые всплески исходили от меня во все стороны. Йэф не мог навредить окружающему, потому что он уничтожал только катаклизмы, сбои и прочие неприятности, что возникают в реальности под действием энтропии. Например, он крайне эффективен в борьбе с тенями. По крайней мере, раньше я так думал. Теперь же создавалось впечатление, что в руках у меня безобидная пукалка и что напавшему всё нипочём. Либо я стрелял в «молоко», не в силах попасть по объявшему меня, материализовавшемуся ночному кошмару. Но разве это возможно? Разве существует на свете – или во тьме – кто-то, одновременно и болезненно оторванный от действительности, и снабжённый стопроцентно эффективным противоядием против неё? Похоже, ответ был сейчас вокруг меня… - Отпусти… сволочь! Паскуда!.. Я говорил, кричал, орал ещё какие-то слова, в основном подходящие ситуации, но совершенно бессмысленные по своей сути. И палил, палил на полной мощи белыми сгустками из нагревающегося йэфа. Я не хотел верить, что проиграл, а оно – победило. Не хотел и не верил. И продолжал борьбу; пусть безнадёжную, пускай отчаянную, но борьбу! Что-то проползло по моим ногам. Я заревел как бешеный – не от ужаса, а от ненависти к хитрому и будто бы непобедимому врагу. Ноги мои между тем стали наливаться свинцом, каменеть, терять чувствительность… но прежде чем это произошло, некое неизведанное доселе чувство – гадкое, отвратительное – налетело снизу. Это началось с ног, продолжилось туловищем и распространилось по всему организму. Я застыл как вкопанный. А потом что-то с ужасающей неотвратимостью ринулось прочь от меня. Я понял, что отключаюсь. Но, падая в небытие, продолжал стрелять, вертя йэфом куда только мог. Лишь бы попасть, попасть в гадину… И тогда раздался вой! Дикий, безудержный вой; настолько громкий и истеричный, что я не выдержал – провалился-таки в мир без времени. Однако прежде чем это случилось, я успел краешком губ улыбнуться и с радостью подумать: попал! Попал! Если и не убил эту падлу, то ранил… серьёзно ранил… А затем мир всё-таки исчез. Я второй раз за день терял сознание, но теперь-то уж, не было никаких сомнений, навсегда… Мне повезло. Это выяснилось, когда я открыл глаза и увидел перед собой милое личико молодой женщины-врача. - Как вы себя чувствуете? Чувствовал я себя безудержно плохо, о чём и сказал, по возможности вежливо. - Понимаю. – Врач покивала. – Вы такое испытали… Но теперь всё должно быть хорошо. Я заметил плохо скрываемое сомнение на её лице и насторожился. Не зря. - Что случилось? - Вы выжили после схватки с очень сильным противником. - Это я знаю. Что случилось ЕЩЁ? Она молчала, явно не зная, как продолжить разговор. Пока суд да дело, я понял, что нахожусь в собственной кровати и что на дворе уже утро. А ещё я понял, что чувствую себя как-то… непонятно. Странно и до жути неприятно. Мне чего-то страшно не хватало, но чего – я осознать пока не мог. Наконец доктор заговорила: - Вы серьёзно пострадали. - Да, я заметил. Но всё-таки… - Боюсь, мы ничем не сможем вам помочь. Я то ли удивлённо, то ли вопросительно поднял брови. Конечно, было приятно просто очнуться после недавней баталии, но о чём, чёрт побери, она говорит?! Я попытался пошутить – как потом оказалось, неудачно: - Жить-то буду? Она отвела взгляд. Я проследил за ним – и тут мой собственный взор ухватил кое-что важное, а вернее сказать, НЕ ухватил. Я приподнялся в кровати и присмотрелся внимательнее. Так и есть, сомнений быть не могло. - Мне очень жаль… - тихо молвила молодая и симпатичная врач. Я всматривался в кровать и в пол, снова и снова, силясь обнаружить то, чего там не было и быть уже не могло. Застучало в висках, голова закружилась, вернулась слабость. Я упал на кровать и погрузился в волны ментальной боли. У меня больше не было тени. Та тварь, едва не убившая меня, забрала её. И скрылась. Куда? Я мог лишь гадать… Самое неприятное в подобной ситуации, где вообще не может быть ничего приятного, то, что другие люди перестают воспринимать тебя как человека. Индивид, потерявший часть своей вроде бы неделимой сущности, становится ненужным обществу, изгоем. И неважно, в чём дело: в ментальной профдеформации, реальностном уродстве или вот как у меня в пропавшей, украденной, отрезанной тени. Я знал, чем всё продолжится. Так и случилось. - Мне очень жаль, Стальнов, - сказал мой непосредственный начальник, Николай Иванович Старостин, у себя в кабинете. – Если хочешь, могу помочь с эмиграцией. - Помочь? – не понял я. - Ну там… материально. Всё-таки ты был для нас ценным сотрудником. «Был…» - Боюсь, деньги мне не слишком помогут на Марсе, в компании таких же неполноценных, как я. - Пойми, Стальнов. – Николай Иванович взял меня за руки. – То, что произошло с тобой, - жестокая случайность. Раньше с таким никто не сталкивался… - Приятно быть первым. - Ну же, Костя, не расстраивайся. Всё у тебя будет впереди. - Где? – уточнил я. – На Марсе, в колонии увечных? Или в пределе минусе? Или в гробу? Неизвестно ещё, что хуже… - Я покачал головой. – Спасибо вам за предложение, Николай Иванович, но деньги тут не помогут. - Всё ещё образуется… - Каким образом? Он ушёл от ответа, сказал: - Если тебя не изолировать, неизвестно, что случится дальше. Бывали случаи… - Я знаю, знаю. Проходил в университете. Мутации, отклонения, катаклизмы… - Вот именно. Считай, что ты совершаешь великое благо для общества. Кроме того, тебя будут исследовать… Начальник говорил ещё что-то, но я уже пришёл к выводу, что перспективы, которые он мне рисовал, отнюдь не радужные. Когда я покинул кабинет, снаружи меня встретили Женька с Петьком и Лена. Снова стандартные слова, снова никому не нужные фразы… - А ещё, - внезапно выхватил я среди этого потока банальностей речь Петька, - я кое-что заметил на фотографиях. Кое-что весьма необычное. - Что же? – осведомился без особого интереса. - Тень. – Петёк вытаращил глаза. - Она проявилась под фильтрами. Огромная и, вероятно, могучая тень – готов побиться об заклад, та самая, которую мы ищем. Она стоит в комнате, над телами убитых и точно бы… - Да? - Смотрит. Смотрит на тебя. Во всяком случае, ракурс у неё именно такой. - Смотрит, значит? – переспросил я без особого удивления. – А может, ещё и ждёт? - Чего? – не догадался Петёк. - Или кого. Я прищёлкнул пальцами и бегом побежал вниз по лестнице, на улицу, к своему мобилю. Наверняка они все решили, что я слегка спятил… Ну да ладно, главное, чтобы мой план удался… …Возвратившись в квартиру, я запер дверь. Осмотрелся. - Ты здесь? Нет ответа. М-да, сложная ситуация. А ещё если они узнают, что, после того как сдал йэф, я купил другой, контрабандный, на «чёрном» рынке… По роду занятий, я знал местонахождение всех незаконных точек торговли. Конечно, пришлось выложить кругленькую сумму, но оно того стоило. Что ж, пора начинать. Я заметил это недавно, и оно сыграет мне на руку. Недавняя схватка с тенью хорошенько покорёжила окружающую реальность. Настолько, что здесь проявился портал в предел минус, обитель сверхъестественных существ. Они жили как бы там, но одновременно и среди нас… И всё же предел минус был их изначальным домом. Вынув йэф, я настроил его. Просканировал пространство и обнаружил утончение в материи действительности. Направил на него оружие и спустил гашетку-сенсор. Появилась маленькая светящаяся дырочка. Она увеличивалась, разрасталась, а я стоял и смотрел, выжидал… «Когда оно поймёт, что я задумал? Ведь оно не так глупо. Успею ли я осуществить свой замысел?» «Горящая» белым прореха в реальности была уже с половину моего роста. Оттуда проглядывал серый, невзрачный мир минуса. Ещё чуть-чуть… Тогда-то оно и напрыгнуло. По ощущениям это было как в прошлый раз, вот только я потерял тень, а вместе с ней и множество болевых ощущений. Благодаря «ране» я смог более-менее абстрагироваться от происходящего и увернуться от атаки. И всё же чёрные «когти» задели меня. Материя иного рода, нежели в нашей плюс-реальности, коснулась меня, и из бока, лишённого энергетической защиты тени, хлынула кровь. Да, я был более беззащитен – но и более собран и сметлив. - За мной, тварь! – крикнул я и, кривясь от боли, нырнул в созданный только что разрыв действительности. Оно понеслось следом: его движения отложились на подкорке, их уловило боковое зрение. Даже хорошо, что перед нашим последним боем я потерял сверхчувствительность. Стоило ему оказаться в мертвецки тихом, безветренном сером пространстве предела минуса, как я уже нырял обратно. Но не успел увернуться – оно схватило меня за ногу и крепко держало. Жуткая боль пронзила конечность и распространилась по телу. Из ноги что-то потекло… кровь… Однако боль была не такая жуткая, какой могла бы быть, не потеряй я тень… Всё к лучшему, не правда ли? Не вырывая ноги, стараясь не обращать внимания на лившиеся из глаз, застившие взор слёзы, я развернулся и прицелился из йэфа. - А это ты ожидала, падаль? И выпустил заряд предельной мощности. Но не в алчущую моей окончательной смерти тень, нет, а в разрыв реальности, который сам же открыл. Из дальнейшего я запомнил лишь невероятный по громкости и отчаянию рык… овеянную ослепительным светом, схлопывающуюся прореху… и что-то чёрное, мечущееся из «дыры» в предел плюс… А что-то ещё более чёрное навеки оставалось, было заперто в пределе минусе… Кажется, пришла пора в очередной раз потерять сознание. Что я и сделал с чувством выполненного долга… …- За контрабандный йэф тебя по головке не погладят, - сурово заговорил Николай Иванович. Но затем смягчился: - С возвращением, Стальнов! - Спасибо… - Конечно, тебе ещё придётся пройти некоторые обследования… - Куда без этого. - Но какого великана Костя завалил, а? А? – исходил радостью Женька. - Да уж, то ещё зрелище, - подтвердила Лена. - А оно точно мертво? – уточнил я. Перестраховаться в такой ситуации совсем не помешает. - Когда мы открыли разрыв и заглянули внутрь предела минуса, оно лежало на земле, покорёженное и определённо мёртвое, - подтвердил Петёк. – Мы, безусловно, удостоверились, чекнули его. А потом «похоронили». - Угу, - согласился Женька. – С почестями. Коллеги продолжали говорить мне разные слова и обнимать, а я, чтобы не обидеть их, терпел и физическую, и ментальную боль. В конце концов, сверх-чэ я или нет? Полицейский - или так, погулять вышел? Николай Иванович смотрел на нас внимательно и по-доброму и даже не пытался прервать, казалось бы, неуместных в кабинете начальства словесных излияний и безостановочного братания. Моя тень, ещё красивее, чем прежде, была со мной. И всё вроде бы возвращалось на круги своя… Но, по правде сказать, был один вопрос, который меня беспокоил. Если эта жуткая неведомая тварь, этот похититель-пожиратель теней родился в пределе минусе, значит ли это, что ему на смену могут в будущем прийти другие? Такие же свирепые, злые, умные и не желающие знаться с людьми?.. И тут меня прошиб внезапный кошмарный озноб. Если такие существа питаются людьми и их тенями, то есть телами и эманациями, значит ли это, что благодаря им подобные твари становятся мощнее? Растут и развиваются… И если они появились в пределе плюсе, может быть, он их и породил? Неужели их родина – Земля? Так а что тогда им мешает, немного подучившись, начать странствовать между мирами, путешествовать по Марсу и другим планетам… прятаться и таиться в сверхъестественном предел минусе? Я заметил, что они очень вольготно чувствуют себя в обществе разумных прямоходящих созданий. Каким же образом нам с ними бороться?.. Хотя ничего из моих предположений пока не подтвердилось, и не было оснований заранее беспокоиться. В конечном итоге, я сам – теневой полицейский, и в мою задачу как раз и входить выявлять, ловить и устранять всяких антиобщественных сверхгадов. А что будет дальше… покажут пространство и время. Должны же существовать и такие вещи, о которых рано думать сегодня. Ведь, помимо сегодняшнего – и вчерашнего, - существует день завтрашний. День ожиданий и разочарований… исканий и борьбы… День надежды и обретений… (Апрель 2022 года)