valentine’s day

День святого Валентина. По всей школе развесели маленькие красные сердечки, а в конце коридора и вовсе поставили целый стенд для фотографий. Безвкусный, конечно. Кто бы мог подумать, что такой чудесный праздник такой парень как Кавех каждый год совсем не отмечает, и этот год - вовсе не исключение. Скорее, в этом году дела обстоят ещё хуже. И совсем неважно, дарят ему валентинки и сколько их, потому что самый важный для него человек не подарит ему ничего, даже малейшее внимание в его сторону, даже секундный взгляд. Три дня назад он совершил ошибку, из-за которой этот самый человек больше не считает Кавеха таким же важным для него. Вчера, после того как Аль-Хайтам бросил его у входа в школу, он пришёл домой, закрылся в своей комнате и тихо прорыдался. Даже его комната напоминала ему об Аль-Хайтаме. Никуда от него не деться. Сейчас же он сидел в классе, оперевшись лицом об свою руку, как ни в чем не бывало, и внимательно слушал речь Нахиды. Кавех давно научился делать вид, что всё хорошо, ему не впервой. Только его близкие друзья знали, что с ним сейчас происходит, но он попросил их не жалеть его и вести себя как обычно, иначе он будет думать про эту ситуацию ещё чаще. Хотя казалось, куда уж ещё чаще? В разгаре урока в класс ворвался парень с длинными светлыми волосами из параллельного класса, раздающий открытки в этом году. Мисс Нахида любезно дала ему возможность раздать их. Кавеху казалась такая традиция довольно странной, почему нельзя просто подарить человеку напрямую? Но всем, кажется, нравилась такая загадочность и элемент сюрприза, когда узнаешь, сколько тебе подарили. Поэтому, с таким обычаем оставалось лишь смириться. - Дехья, тебе две, - говорил парень, держа в руках целую коробку с красными бумажками, разделенными на кучки для каждого из класса отдельно, - Кавех, тебе семь. А это.. Страннику? Эм.. Странник, тебе пятнадцать. Почти все в классе с шоком на лице обернулись в сторону Странника, который в свою очередь сам смотрел на разносчика валентинок изумленно, совсем не ожидая такого количества открыток и тайных поклонников. Кавех видел, как тот покраснел и смутился, видимо, впервые столкнувшись к такому вниманию к себе. Кто бы знал, что он многим в тайне нравится? Молчаливый парень обладал и впрямь красивой внешностью, но из-за его отстраненности, казалось, его больше никто не знает. Конечно, Аль-Хайтам никуда не оборачивался, а так и продолжал смотреть вперед, всем своим видом показывая, как ему всё равно. Тем временем светловолосый парень продолжал называть имена, попутно раздавая открытки тем, мимо кого он проходил. Кавех улыбнулся парню, принимая свои семь валентинок, хотя и в душе ему было тошно. - Нилу, у тебя пять. Это всё на данное время. Всех с праздником! - Как много! Что ж, продолжим наш урок. - сказала Нахида, держа собственные руки и улыбаясь, когда парень наконец вышел за дверь. Кавех старался не думать об Аль-Хайтаме, но непрошеные воспоминания о совместных моментах не выходили из его головы. Но самое ужасное воспоминание, которые на повторе крутилось в его сознании - это то, где он его поцеловал. Он всё ещё помнит, какой тот на вкус, помнит каждую секунду, проведенную тогда с ним. От этих мыслей Кавеху хотелось ударить себя как можно сильнее, закричать во всё горло, провалиться под землю, что угодно, лишь бы эта позорная картина снова не мелькала в его воображении. Сейчас он ощущал себя безумно глупым. Всё это было так глупо. Валентики были от девочек, учившихся в других классах. Перебирая их в руках, Кавех не мог понять, что он чувствует по этому поводу. Приятно ли ему должно быть, зная, что несколько человек решили написать это именно ему? После уроков он решил пойти домой с Нилу, не хотелось идти в это злосчастное место, напоминающее об Аль-Хайтаме. Он и дома уроки сделает. Нилу, конечно, тоже понимала, что в такое время её другу нужна поддержка, и сказала своим подругам, что сегодня пойдет вместе с ним. - Нилу, тебе вообще кто-то нравится? - спросил Кавех внезапно посреди разговора. Они шли немного поодаль друг от друга, Нилу несла свой портфель в обоих руках. - да нет. Я бы уже сказала вам. А что такое? - просто интересно. Мы много всего рассказываем, но об этом никогда не говорили. Конечно, до Аль-Хайтама.. - мне уже давно никто не нравился.. - призналась Нилу. Кавех задумался. - это, наверное, очень хорошо, когда ты ни за кем не страдаешь. - даже не знаю. Мне, конечно, иногда совсем не до этого. Танцы, учеба.. Кстати о танцах! Скоро ведь мое выступление в школьном мьюзикле. Я надеюсь, вы придете. - как я могу такое пропустить? Не знаю насчет Тигнари и Сайно, но если что, я их за шкирку притащу. - спасибо. Тогда 26 февраля жду вас! Хм, что я говорила до этого? А, да. В общем , иногда мне не до этого, но иногда я задумываюсь, как же повезло Сайно с Тигнари, и чувствую себя немного.. пусто.. Я не испытываю ни к кому романтических чувств и даже не знаю, буду ли в ближайшем времени. - я понимаю. Но уверен, что ты ещё встретишь кого-то.. Нам всего по 17, вся жизнь ещё впереди. - я могу лишь сказать тоже самое насчет тебя. Так что не забивай голову этим придурком. Раз он так поступает, он не достоин любви вообще. - да, ты права.. Но я думаю, мне понадобится ещё немного времени, чтоб забыть это всё. - конечно. Но знай, мы все будем ждать того времени. - она улыбнулась. Кавех пришел домой, сразу завалившись на свою кровать. Было очень непривычно идти сразу домой, вместо того чтоб ещё два часа проводить в библиотеке. Ещё непривычнее было не разговаривать с Аль-Хайтамом. Но он сам так решил, так что он не может себя подвести и скучать за ним и думать про него. Раз его не волнует даже их дружба, то он может спокойно катиться куда подальше. Кавех подумал об этом несколько раз за остаток дня, не осознавая, что эти мысли тоже считаются. Он лежал на кровати, не зная, чем заняться, попутно поглаживая Мехрака. Открытки, подаренные ему в школе, в неаккуратной стопке валялись на прикроватной тумбочке. Окидывая взглядом комнату, при виде которой в голове невольно снова и снова всплывал тот момент, он решил, что должен убрать в комнате. Выкинуть ненужное, избавиться от прошлого, отвлечься хоть так. Перебирая разные бумаги на столе, Кавех обнаружил на обратной стороне страницы одного из его докладов для школы, который он готовил пару месяцев назад, маленькую надпись черной ручкой в углу «Кавех, ты мне дорог :)». Почерк был до боли знакомый, он видел его уже очень много раз. Он молча смотрел на аккуратную надпись из прошлого, незамеченную ранее, которая в настоящем времени уже, кажется, вовсе ничего не значила. Знал ли Аль-Хайтам, что Кавех даже не видел эту надпись ранее? Когда он вообще успел её написать? Но теперь всё это неважно. И умудрился он заметить её лишь сейчас, когда все кончено? Смотреть на надпись было невыносимо, будто ему на открытую рану вылили литр лимонного сока, и он в порыве злости порвал свой доклад, выбрасывая в мусорку все хаотично порванные бумажки, и вместе с ними туда отправилась и эта фраза. *** Школьный актовый зал со шторами, закрывающими окна полностью был переполнен людьми. Тёмно-красные занавески закрывали сцену, а само помещение было в полумраке из-за закрытых окон, но все уже сидели в предвкушении выступления. По бокам от Кавеха расположились Сайно и Тигнари, и втроем они обсуждали что-то, но из-за общего шума вокруг постоянно просили друг друга повторить сказанное. Сзади сидели остальные их одноклассники, пришедшие сюда по своей воле: Фарузан, Дехья, Кандакия, Дуньярзада, Лайла, Странник.. Конечно, Аль-Хайтама тут не было. Но сейчас не время про него думать. Наконец, занавески поднялись, и на сцене появились актеры. В красивых костюмах и с красивыми прическами, они начали выступление. Для обычных школьников играли они вполне хорошо - думалось Кавеху, пока он смотрел на их игру. Эта пьеса была посвящена выдуманному празднику Сабзеруз. Наконец на сцену вышла Нилу с группой девушек, стоящих позади неё. Она улыбалась, окидывая взглядом помещение, и, увидев своих друзей, остановила ненадолго взгляд на них. Нилу и остальные девушки были одеты в традиционные вещи, что, конечно, их очень украшало. Нилу играла одну из главных ролей, и её героиня была танцовщицей, прямо как и сама девушка, поэтому вскоре после короткой речи Нилу заиграла музыка и актеры на сцене пустились в танец. Кавех завороженно наблюдал за движениями танцовщиц, думая о том, что над костюмами и движениями очень хорошо постарались. Он будто и сам погружался в атмосферу, которую старались показать актеры. Пьеса длилась два часа с перерывом. В конце актеры поклонились, и весь зал заполнил звук громких хлопков и выкриков. Откуда-то даже посыпалось разноцветное конфетти. Кавех даже встал и начал хлопать стоя, а его друзья за ним повторили. Через время Нилу вышла из-за кулис. Махая рукой, она привлекла внимание своих друзей, собравшихся в кучу в ожидании. - ты молодец!!! - закричали в один голос Кавех и Тигнари, побежав к своей подруге, и сразу же обняв её. Сайно и остальные потянулись за ними. - это надо отпраздновать! - сказала Дехья, радостно подпрыгивая вокруг Нилу, держа её за плечи. Красноволосая девушка лишь улыбалась, поглаживая подругу по руке, расположившейся на своих плечах. - тебе лишь бы отпраздновать что-то, - шутя заметила Кандакия, стоящая рядом. - она вообще-то права! - сказал Сайно. В принципе, все были согласны, даже Странник, и поэтому все вместе они отправились домой к Сайно, у которого как всегда никого не было дома. На улице уже стемнело, и группа, состоящая из девяти человек, громко смеясь, вышла из супермаркета, закупившись всем чем только можно, и пошли прямиком в сторону дома Сайно. Они пили, играли в карты, устраивали караоке, терпели шутки Сайно, играли в правду или действие, и, конечно, просто общались. Нилу наблюдала за смеющимся во все зубы Кавехом, и тоже радовалась. В тот вечер 26 февраля он ни разу не подумал об Аль-Хайтаме.