Часть 7. Лёд и пламя

      Осада замка была провалом. Ужасным провалом. Они проиграли эту битву. Потерпели поражение. Драко уставился на звёзды, ветер ласкал его светлые волосы, шелест травы успокаивал, но не сильно. Он старался ни о чем не думать. Ни об их проигрыше, ни о матери Блейза, которая погибла, спасая нарнийцев, ни о самом Блейзе, который потерял близкого человека, ни о Королях Древности, которые привели к этому исходу, ни об отце, против которого пошёл Драко. Сзади послышался шорох, но парень не сдвинулся с места. Даже если его захотят убить сейчас, возможно, это будет не самый плохой исход. Хотя бы не от рук некогда близкого человека.       – Не боишься, что это мог быть враг? – спросил Снейп, которого они успели освободить из темницы, что было единственной хорошей вещью.       – Не думаю, что теперь это важно. Мы проиграли, но нарнийцы продолжают слушать Королей, игнорируя меня. Они справятся. Для этого я им не нужен.       – Бред. Я наслышан о том, что в бой их повёл ты, Драко. Если бы не рог, то и Королей бы тут не было. Не стоит преуменьшать свой вклад.       Драко фыркнул, забавно сморщив свой нос.       – Если бы не ты, наставник, то не было бы и меня. Не было бы меня, не было бы Королей. Герой здесь ты. – Снейп хмыкнул.       – Не могу не согласиться, что без меня, ты бы давно отправился к своей матери. И все по вине одного самовлюблённого павлина, – раздражённо проговорил мужчина, стоя рядом с сидящим юношей и всматриваясь вдаль.       – Какой ты скромный, – усмехнулся Дарко, ловя отголосок подобия улыбки на лице наставника.       – Не опускай руки, Драко. Ведь тебе это будет стоить жизни. И не только твоей.       Снейп ушёл, оставляя Драко бороться самим собой. И когда парень думал, что наконец оставался один, на вверх крепости, где он сидел, поднялся ещё один человек. Помня слова Снейпа, Драко повернулся и столкнулся с зелёными глазами. В их глубине плескались не выраженные чувства и эмоции. Скорбь, сожаление, разочарование и слабая надежда. Темноволосый парень неловко взъерошил свои волосы и прошёл вперёд, усаживаясь рядом с Драко. Было видно, что слова давались ему с трудом.       – Прости, Малфой, я был не прав. Мне... Стоило лучше подготовится к атаке. Из-за меня погибла мисс Забини и Блейз оставался один. Из-за меня наши ряды порядели. Я... Не учусь на своих ошибках, видимо. – нервно усмехнулся парень, вглядываясь в даль.       Сначала Драко растерялся, ища подходящий слов и сам себе удивился, когда, наконец-то заговорил.       – Тебе стоит извиняться не передо мной, а перед Блейзом. Мы проиграли бой, но не войну. Думаю, нам стоит просто попробовать прийти к какому-нибудь компромиссу. Иначе...       Иначе они погубят свой народ и погибнут сами. Вслух Драко не продолжил, но продолжение было и так ясно. Затянулась тишина, но Король Древности не собирался уходить. Драко скосил глаза в его стороны и дёрнулся. Гарри смотрел прямо на него. И в этот раз прочесть его эмоции Драко не смог. Пойманный на разглядывании Король покраснел! И почему-то, щеки самого Драко запекло. Внезапно Король дёрнулся туловищем в его сторону и чертыхнулся. Драко вздрогнул и ничего не понимающее уставился на Гарри.       – Грёбаный хорёк. Напугал, – пробормотал Гарри, беря что-то на руки. Или кого-то. На руке у нее сидел белый пушистый зверёк с глазками-бусинками.       – Он говорящий? – с интересом спросил парень, уставившись во все глаза на животное.       Гарри рассмеялся. Тихо, искренне и неожиданно нежно.       – Нет, самый обычный. Он уже прибегал к нам, когда мы ночевали в лесу с Добби. Когда началась заварушка, я думал, что он сбежал. Приятно встретиться с ним снова, – Гарри мягко улыбнулся. Его глаза, в свете луны переливались и блестели. Его руки нежно гладили хорька, который тёрся об его ноги. А Драко залип на этой улыбке. Сердце предательски сильно забилось.       – Хочешь попробовать погладить? Он, конечно, не особо любит других, но может от тебя не сбежит, – почему-то Гарри казалось, что именно Драко хорёк не испугается. Так и вышло. Зверёк насторожиться, долго принюхивался к бледной руке, на которой отчётливо виднелись красные мозоли от меча и в конце концов снова лёг на колени Гарри позволяя себя трогать и гладить. Король Древности отметил его тонкие запястья и ярко выделяющие вены, которые уходили под рукава рубашки. Драко слабо улыбался уголками губ и поглаживая животное у головы, в то время, как рука самого Гарри поглаживала тушку. Так они и продолжили гладить животное, пока их пальцы чисто случайно не встретились и замерли.       – Я, пожалуй, пойду. Я думаю, мы справимся. А сейчас, нам обоим нужно поспать. Спокойной ночи, Гарри.       – Спасибо тебе, Драко и... добрых снов.

***

      Время стремительно летело. Оно было заполнено заботами о раненых, новой подготовкой, постоянными переговорами и мрачностью. Однако, в этот раз, Гарри прислушивался к Дарко. Их общение стало терпимым и, возможно, даже дружественным. И это, пожалуй, обрадовало бы Драко, если бы кроме этого, Король Древности не кидал на него странные нечитаемые взгляды. И ещё лучше бы было, если бы он сам не реагировал на них максимально странно. Понять чужие чувства тяжело. Свои – ещё труднее. Но им было не до этого. Люциус знал, где они находятся и, наверняка, уже скоро нагрянет последняя битва. Которую они либо проиграют и умрут, либо выиграют. Третьего не дано.       Помимо этого, Драко тревожило кое-что. Кое-что раздражающее и рыжее. Если от взглядов Гарри у Драко все сжималось внутри в предвкушении чего-то и живот скручивало странным трепетом, то от глаз рыжего хотелось бежать. Он смотрел так, будто знал что-то такое о нем, чего сам Драко не знал. Смотрел и ненавидел за этого. Он подозревал его, осторожничал и при возможности открывал свой поганый рот, чтобы вылить на него не менее поганые слова. Это выводило из себя, раздражало и драконило самого парня. Драко не знал причин и от этого бесился. Разве можно ненавидеть человека просто так? Конечно нет. Но разве он сделал что-то плохое? Мысли парня плавно стекли к отцу. А почему он так стремился убить его? Драко всегда знал ответ, просто не хотел его принимать. Отец его не любит и никогда не любил, как и его мать. Он всегда был жадным до власти и любил только себя. Именно это и сгубило его мать. И чуть было не убило его.       Но помимо неоправданной ненависти Рона, у самого Драко было нехорошее предчувствие. И он не мог определить, чего это касалось. Сегодняшнего затишья, Рона или войны. Может, все вместе. И предчувствие его не обмануло. Минотавр, его раздери! Предчувствие и непонятный холод, окутавший, будто, само сердце, привели его к расколотому столу. Вокруг не было никого, только он, ярко горячие факелы, изображение льва на стенах, расколотый каменный стол и ледяная стена. Откуда она тут? Разве она все это время тут была? Драко заворожено и медленно подошёл к стене и увидел её. Белую, как снег, холодную, как лёд и смертоносную, как буря. Её красота была завораживающей и опасной. Острый нос, светлые глаза, будто хрусталики льда и белоснежные волосы. Но не это поразило его. Его ужаснула то, насколько он сам был похож на неё. И ещё больше его напугало ощущение того, будто он встретил кого-то важного и родного. Драко затошнило, но он не мог пошевелится. Не мог уйти и продолжал во все глаза следить за ней. Снежная Королева мягко улыбнулась ему. Словно... Словно и она встретила кого-то родного. А может ему все это привиделось.       – Освободи меня, сын мой... – шёпот Королевы раздался внутри головы. Тихий, сравнимый с ветром в метель. Рука, а точнее её заледенелое подобие, но все равно изящное начало выходить из стены. Холодок пробежал по коже Драко и он, сам того не осознавая потянулся навстречу.       – Нарния будет нашей и все преклонят ноги перед истинными Королями. Давай же, Драко. – повторял шепот. Глаза заволокла влага, ладонь дрожала. Чувство родства сменилось паническим ужасом. Он знал, что нельзя высвобождать её. Его единственный родной человек давно умер. И перед ним само зло, с которым его ничего не связывало. И это осознание ударило по голове, заставля одёрнуть руку. Величественное лицо исказилось от злости.       – Ты такой же, как и твой отец. – яростно закричала женщина. Из неоткуда поднялась метель, но женщина бытро успокоилась, – это ничего, ты все равно выпустишь меня.       – Ни за что!       – Я бы не тропился с подобными выводами, – прокряхтел неожиданно появившийся Кричер, прижав клинок к спине Драко, аккурат там, где билось сердце.       – Грязный предатель! – прошипел Драко. Эльф схватил его за руку и потянул навстречу ледяной руке, когда стена разлетелась на части, а уши заложил пронзительный женский визг. Воспользовавшись заминкой эльфа, Драко повалил его, выбивая клинок из рук и подставляя собственный меч к горлу. На шум прибежали Гарри и нарнийцы с Блейзом, в недоумении озираясь по сторонам.       А там, где раньше была стена стоял Рон с мечом и непоколебимостью в глазах. Уважение к этому человеку возросло. И Драко поразило догадка о ненависти Рона к нему. О странных взглядах Кричера. О неосторожно брошенных словах некоторых нарнийцев. Он с ужасом вспомнил легенды о предательстве одного из Королей и последующей жертве Аслана из-за этого. Как не ненавидеть человека, который так похож на Снежную Королеву? Его сковал чистый ужас. Кто он на самом деле такой? Что его связывало со Снежной Королевой? Почему они так похожи? Откуда взялось ощущение близости с ней и почему сердце болезненно сжалось, когда стена разлетелась? Что скрыла его мать? И было ли это одной из причин ненависти его отца? Он не знал.