Глава 7: Юные террористы

      – Ну давайте. Расскажите своему сенсею, что вы натворили, – строго наказал Хьюга Хизаши, дежуривший этим вечером в полицейском отделе, и скрестил руки. Всем видом джонин показывал, как недоволен вандализмом седьмой команды: оно и понятно, ибо разрушенная каменная стена прибавляла итак занятому клану Хьюга ненужные хлопоты.       Генины, в свою очередь, промолчали. Ожидаемо. Какаши, наверное, тоже бы предпочёл держать рот на замке, особенно, в такой-то ситуации – мало ли, вдруг чистосердечным признанием навредишь кому? Например, нервной системе Хизаши Хьюга. Вон, как желваки по лбу у него ходят. Не дай Ками разозлить лишним словом – устроит тут демонстрацию клановых техник…       Хатаке качнул головой. Что-то он увлекся ерундой.       – М-ма… Вы пробовали новую технику? – задал вопрос Какаши, и по дружному вздрагиванию милых учеников понял, что попал в точку. Замечательно. – Ниндзюцу? Фуиндзюцу?       – Стихийный фуин, – пробурчала Тен-Тен и подняла напряжённый взгляд на сенсея. – Взрыв-тэг с огненной чакрой.       Какаши удивлённо присвистнул. Ого. И откуда у его команды такой непростой фуин-код? Впрочем, если он спросит об этом напрямую, то у Хизаши будет ещё больше вопросов и ещё больше пульсирующих от гнева вен на лице.       – И как? Хорошо вспыхнуло?       – Там, скорее, долбануло, – шмыгнул Наруто, вытерев чёрный от сажи нос.       – Да? И почему?       – Мы вписали туда стихию ветра…       «Ками-сама, каким образом…» – взмолился Какаши и незаметно вытер выступивший холодный пот.       – М-да… Ну так, а что вы делали у стен клана Хьюга?       – Просто… случайно сложилось…       Какаши помассировал висок. Неутешительный ответ. Интуиция подсказывала ему, что подрыв стены благородного клана Конохи – это неприятное стечение обстоятельств. Да и Наруто – дитя, не умеющее врать, – выглядел искренне грустным, а, значит, злодействование в вечерние планы седьмой команды не входило.       Однако для офицера полиции и представителя клана Хьюга в одном лице эти аргументы были несущественными.       Оставался один вариант.       «Техника Актерской Игры: Юношеские страдания Майто Гая!»       – М-ма… я виноват! – покаялся Какаши и глубоко поклонился Хизаши. Носитель бьякугана оторопел. Дети – не меньше. – Прошу прощения, Хьюга-сан, я недостаточно уделяю своим ученикам внимания. Они любознательны и энергичны, поэтому, не получая должного обучения от своего сенсея, стремятся самостоятельно утолить голод к знаниям! Впредь мне стоит усерднее заниматься воспитанием команды!       Будь этот момент сценой фильма, то в кабинете обязательно бы разразилась какофония мелодий. Например, в кадре наивного Наруто – эпическая песня, идеально подходящая бравому поступку Какаши. Саске же хмурился и его озадаченность сопровождалась рваными ритмами: значит, Хатаке признал, что недостаточно старался для команды? В частности, для своего ученика, Саске Учиха? А вот ошарашенная Тен-Тен… Ох, её мыслительный процесс заполнился звуками циркового оркестра.       – Кхм… Хатаке-сан, – Хизаши подозрительно сощурился, ощущая некий подвох. – Забота об учениках очень важна, но не забывайте, что они уже шиноби и должны нести ответственность за свои действия…        – А мы несём, ттебайо! – вскочил вдохновленный Наруто и ударил себя в грудь. – Давай уже сюда свои наказания! Я приму их!       «О как», – мысленно хмыкнул Хатаке. – «Сработало даже лучше, чем я предполагал!»       Саске цикнул. Тен-Тен удивлённо вытаращилась. Она уж собралась одёрнуть Сарутоби, чтобы тот запихнул свою напыщенность глубоко в зад, однако Учиха не мог не принять вызов и не распушить воображаемый павлиний хвост.       – Хмпф, – Саске скрестил руки. – Выставите штраф на моё имя.       – Нет, на моё!       – Тц, не влезай. У тебя карманы дырявые.       – Будто твои забиты золотом, ттебайо!       Какаши не удержался:       – При всем уважении, Хьюга-сан, но, поскольку я их наставник, то штраф стоит выписать именно на моё имя.       – Нет же, моё!       Споры не замолкали. Генины, по воле случая, вцепились друг другу в воротники, а Хатаке строил из себя праведного сенсея, разнимая учеников. Тен-Тен моргнула. Она растерянно посмотрела на Саске, затем на кричащего Наруто, на Копирующего, всеми силами сдерживающего хихиканье, и хлопнула себя по лицу.       Хизаши повторил её жест.       Всё.       Хьюга понял, что надо закругляться. Он больше не желал разбираться с самодурной седьмой командой, поэтому молча закончил протокол, получил подпись от каждого участника и отправил их восвояси.       За пределами офиса полиции стемнело. На улицах зажглись фонари, гражданские не спеша прогуливались по пестрящим ресторанам и магазинчикам. Какаши был бы рад сейчас уподобиться простому жителю деревни, забрести в близлежащий бар и пропустить бутылочку саке, однако двое беснующихся генинов и раздражённая куноичи не давали ему покоя.       – Тихо. – Хатаке ловким движением схватил Наруто и Саске за шиворот и встряхнул. – А теперь, мои милые ученики, я хочу узнать полную версию произошедшего и…       И здесь его прервало тройное урчание животов.       Н-да.       Для начала Какаши пришлось отвести детей в более укромное место, где можно было перекусить и избежать любопытных глаз Хьюга. Правда, Копирующий сомневался, что Хизаши устроит слежку, поскольку тот ясно дал понять, где видал седьмую команду, и всё же... Осторожность никто не отменял.       – Арима-сама в награду позволил нам взять по книге из сектора С ранга.       Хатаке чуть не подавился рисом.       Он завёл детей в кафе, где подавали традиционный тонкацу, дабы звуки бурлящих от голода желудков не заглушали объяснения. Наруто и Саске сразу набросились на поздний ужин, а Тен-Тен принялась отчитываться.       «Этот ворчун их наградил?!» – никак не унималось удивление Копирующего. В своё время, Какаши тоже был на побегушках у Аримы вместе с командой, но архивариус ни счёл должным поблагодарить шиноби за старания! Хатаке почувствовал легкую зависть.       – Я выбрала «Основы фуин-кода» авторства некоего Узумаки. Мне уже довелось познакомиться с основами фуин-кодов по методикам Тобирамы-самы и Саюки Хайдо из Суны, но работы от Узумаки я не встречала! – блеск в глазах Тен-Тен выдавал её маниакальную увлечённость печатями. Примерно так же сиял Майто Гай, рассказывая про Силу Юности.       – И там, в книге, где описываются основы фуина, ты нашла стихийный взрыв-тэг? – предположил Хатаке, мрачнея.       – Ну-у… да.       – Стихийный взрыв-тэг? В базовом учебнике?       Поняв, что сенсей не верил её словам, Тен-Тен достала книгу и развернула на нужной странице. Хатаке подозрительно скосил глаза. Нескольких минут изучения ему хватило, чтобы осознать одну деталь.       – Тен-Тен, – он посмотрел на куноичи. – Вы использовали стену клана Хьюга как материал?       Тен-Тен смутилась.       Странно, однако некий Узумаки рекомендовал использовать бумажное полотно, натёртое белой глиной, для улучшения эффекта взрыва и сохранения долголетия печати. И, если для выходца из Узушио белая глина – будничная вещь, то для жителя Конохи – роскошь.       Роскошь, которую некогда позволили себя Хьюга, возведя вокруг клана целую стену из дорогого дикого камня и ещё более дорогой белой глины.       «Святые кунаи, они действительно это сделали», – констатировал Какаши, не зная, то ли смеяться ему от находчивости команды, то ли плакать.       – М-ма… а зачем вы активировали печать?       – Мы её не активировали, – досадливо фыркнула Тен-Тен. – Она сама взорвалась, когда мы стали вливать стихию ветра.       А стихией ветра в этой команде обладал только…       – Что, ттебайо?! – воскликнул Наруто, заметив пристальный взгляд сенсея и напарницы.       – Этот идиот использовал слишком много чакры, – цикнул Саске и отодвинул от себя пустую тарелку.       – Эй! – Сарутоби злобно уставился на соперника. – Зато я вас всех спас! Слышите?! Мои клоны нас вытащили!       – Тц. Гордишься тем, что исправил свою же оплошность?       Дети разразились внеочередным спором, а Какаши сделал вид, что никого из них не знает, и уперся взглядом в учебник по фуину. Вновь полистал страницы. Задумался.       «Во всей этой ситуации меня поражает несколько вещей. Во-первых, каким образом книга с подобными техниками оказалась в секторе C. Во-вторых, когда Наруто научился придавать чакре стихийное свойство? И, в-третьих… седьмая команда умеет работать сообща. М-ма, последнего я пугаюсь больше всего…»       – Наруто.       Хатаке лениво приоткрыл глаз и обернулся: рядом с их столиком остановился плечистый мужчина, от которого веяло табаком.       «А вот и тот, кто, скорее всего, обучил Наруто использовать стихийную чакру», – мысленно кивнул Какаши.       – Йо, Асума, – махнул он сослуживцу и, не оглядываясь, указал на враз замолчавшего Наруто. – Ты за ним?       Асума угрюмо кивнул. От него исходил легкая раздражительность и усталость.       «Паршивые дни?» – хмыкнул Хатаке.       «До одури», – поморщился Сарутоби и махнул племяннику на выход. Наруто нехотя сполз со стула и, вжав голову в плечи, прошёл мимо пристально наблюдающего за ним Асумой. Чета Сарутоби молча удалилась.       Вслед за ними, Хатаке повёл генинов по домам.       – Я и сам могу дойти, – взъелся Саске, на что Какаши спокойно ответил:       – Мне просто нужно убедиться, что ты точно добрался до резиденции Учиха, а не побежал разбирать забор Хьюга по камешкам.       Удивительно, но Саске не стал возражать. И неясно, что здесь больше повлияло – тихий голосок совести Саске или же лёгкая улыбка Учиха Итачи, который встречал своего брата на пороге дома. Какаши склонялся ко второму варианту.       Саске торопливо протиснулся между косяком и пугающе спокойным старшим наследником Учиха.       – Спасибо, что проводили Саске. Доброй ночи, – поблагодарил Итачи, после чего вежливо поклонился и закрыл дверь.       Какаши полагал, что в их семье обещался долгий разговор.       – Н-да… Ну, пошли? – повернулся Какаши к Тен-Тен. Куноичи вздохнула.       – Да не сбегу я, Хатаке-сан. У меня вообще чакра кончилась!       – Зато осталось достаточно физических сил, чтобы соскребать белую глину.       – ТЕН-ТЕН!       О, биджу. Видеть Гая поздним вечером так же ужасно, как и ранним утром.       К оцепеневшей девчонке из ниоткуда подскочил Зелёный Зверь и, покрутив Тен-Тен из стороны в сторону, всхлипнул:       – Слава Ками, ты в порядке! Я так испугался, когда услышал про взрыв!       – Я цела, сенсей, – пробормотала Тен-Тен и вырвалась из цепкой хватки Майто Гая. – День был долгий. Я... я пойду.       Хатаке скрестил руки. Вот у кого и был долгий день, так это у него.       – Не ожидал тебя увидеть, – признался Какаши. Но Гай не отреагировал – он с печалью в глазах смотрел, как Тен-Тен брела по тёмной улице домой. Странно. Копирующий совершенно не понимал эмоций мастера тайдзюцу. – Несмотря на то, что она сделала тебе больно, ты продолжаешь к ней тепло относиться.       На сей раз Гай ожил. Он неловко потёр шею рукой и сказал:       – Тен-Тен не виновата в том, что я не смог дать ей нужное, – Зелёный Зверь покачал головой и, пронзительно посмотрев Какаши в единственно открытый глаз, фыркнул. – Она похожа на тебя.       Какаши поразился. За дни взаимодействия с Тен-Тен он ничего подобного не заметил.       – М-ма… И чем же?       – Она сутулится от тяжести на своих плечах так же, как и ты.