0. 6 баллов по шкале Бофорта (еще не шторм, но уже не штиль)

      Прохладный утренний ветер на берегу моря никак не сочетался с широкой рубашкой, которую неприятно продувало, заставляя съежиться от прохлады. Море должно успокаивать, как многие говорят, но смотря в синюю даль, Бомгю не ощущал того самого умиротворения. Скорее, море заставляло его окунуться в воспоминания. Всплыли перед ним образы пылающих закатов, переливающихся отблесками солнечных лучей на волнующемся океане. Он вдыхал запах соленого воздуха, наслаждался шепотом прибоя, и это было его источником силы в эти трудные дни.       Сегодня, однако, ощущения были иными. Бомгю смотрел в пучину, и море вновь стало для него несбыточным и таинственным. Он вспомнил дни, проведенные на этом берегу в счастливом и беззаботном детстве. Как же он устал черт возьми! Все эти стремления, борьба за свою мечту, постоянное преодоление преград — все это отражалось на его лице, в его сердце.       Он поднял взгляд к облачному небу, прижал руки к груди и почувствовал легкое тепло, словно океан его понимал. Море становилось не только свидетелем его затяжной борьбы, но и компаньоном, поддерживающим его на жизненном пути. Капли морской влаги, встречающие его лицо, словно шептали ему слова поддержки.       Лет двадцать назад он впервые побывал здесь с родителями. Бомгю был еще маленьким несмышленым ребенком, который только начал ровно ходить, хоть порой и спотыкался, запутываясь в собственных непослушных маленьких ножках. Мама тогда аккуратно брала сына за руку, поднимая того с теплого песка, и шла поближе к воде, где отец уже расстелил плед и конечно же поставил корзинку с различными закусками в виде фруктов и овощей, ведь оба родителя врачи, а там со сладким все серьезно, поэтому привычка питаться правильно осталась по сей день.       Отец в те времена был счастливым, а мама здоровая.       Женщина увядала на глазах после шестнадцатилетия Бомгю. Врачи диагностировали рак и тут здоровый образ жизни и хорошая генетика женщину не спасли. Природа берет свое обратно.       Отец стал чаще задерживаться на работе под очень дурацкими предлогами, а Бомгю сам видел его молодую любовницу, которая устроилась работать медсестрой в клинике родителя. Спасибо, что не взялся за бутылку.       А отношения с ними у парня испортились еще лет в тринадцать, когда тот бесстрашно и самоуверенно заявил о своем желании стать музыкантом, вдохновившись модными популярными группами, которые постоянно мелькали в музыкальных шоу на его любимых телепередачах, их песни играли на каждой радиостанции, а однажды мальчишка даже смог попасть на концерт и увидел, как артисты на сцене отдавали самих себя музыке и залу. Бомгю загорелся этим.       Купил свою первую гитару в те же тринадцать, откладывая деньги с обедов несколько месяцев, записался в школьный музыкальный клуб, где познакомился с себе подобными ребятами, которые жили музыкой и приняли его в свой коллектив практически сразу.       Но время шло, а родительские нравоучения становились жестче. — Бомгю, ты вообще свои оценки по химии видел?! — кричала разгневанная мама на кухне, с гневным видом сжимая в руке поварешку. — Видел конечно, но я же миллион раз говорил, что мне это не интересно! — юношеский максимализм лез через край, хоть ругаться с родителями, а тем более с матерью, совершенно не хотелось. Бомгю вообще не мог назвать себя конфликтным ребенком. В то время он правда старался уделять учебе какое-то время и попытаться понять темы, чтобы писать тесты на банальное «хорошо». Но душа его была привязана к софитам на сцене и оглушающей музыке, которая исходила из колонок, вбиваясь в твои уши, проходя по всему телу до самого сердца. — Ты станешь доктором, как и мы с отцом, мы же с детства говорим об этом, верно, дорогой? — женщина обращается к мужу, который до этого мгновения особого участия в беседе и не принимал, да и заинтересованности не выражал. Мужчина окидывает взором сначала жену, пытаясь осмыслить ее слова, а потом одаривает сына строгим взглядом, не сулящим ничего хорошего. — Чхве Бомгю, мы с мамой хотим для тебя хорошего будущего, ты же знаешь это. — начинает тот, а Бомгю прекрасно знает эти его речи — миллион раз проходили, скоро цитировать начнет. — Я стану музыкантом, ведь это то, что мне действительно нравится, давайте закончим на этом, пожалуйста, — этот ежедневный цирк действительно начинает надоедать и парень желает поскорее уйти в свою комнату, из которой не выйдет до утра, да и в школе можно будет задержаться на репетиции, чтобы вернуться домой как можно позже и меньше выслушивать в свой адрес от родителей.       Маленькая кухня, которая когда-то представляла собой уютное укрытие, теперь выглядит иначе. Вечные ссоры с родителями, непрекращающиеся конфликты между взрослыми людьми — все это превратило пространство в место наполненное напряжением и усталостью. Кажется, что пытливые стены кухни, которые свидетельствовали об их семейной истории, сейчас перегармонизованы этими вечными ссорами и недовольством.       Бомгю устал от этой атмосферы, которая казалась неотъемлемой частью его повседневной жизни. Он помнил, как кухня была местом, где семья собиралась вместе, чтобы насладиться готовкой его матери и разделить смех и радость. Но теперь эти моменты давно исчезли, они лишь далекие воспоминания.       Больше нет той невинности и спокойствия, которые прежде ощущались здесь. Вместо этого, каждый шаг напоминает о напряженности и раздорах. Кухня больше не является их укромным уголком, она превратилась в поле битвы, где слова становятся оружием.       Бомгю мечтает о моменте, когда эта напряженная обстановка превратится обратно в укромное место, где семья может собираться вместе, поделиться своими радостями и пережить трудности. Он надеется, что все станет на свое место, и их маленькая кухня снова станет их убежищем, а не полем сражений.       Но сейчас, он просто уставший наблюдатель, как его дом превращается в битву эмоций, и в сердце его остается тонкая нить надежды, что однажды все изменится и они вновь найдут счастье и спокойствие дома, по которому так долго тосковали.       Не дожидаясь ответа, парень удаляется в комнату, показательно задрав подбородок и не оборачивается на летящие вслед материнские крики.       В свои пятнадцать, стажёром он все-таки стать смог, так еще и из дома никто не выгнал, а всего-то стали игнорировать собственного сына первое время. Позже родители вроде свыклись с его существованием, которое никак в их рамки нормы не входило. Тем более мама заболела.       Его мама, едва только перевалив за четвертый десяток, казалось бы, была готова начать новую главу своей жизни, полную счастья и радости. Но ничто не могло подготовить их к неожиданности и несправедливости, с которыми столкнулись. Рак головного мозга последней стадии буквально унес ее всего через полгода.       Жизнь непредсказуема и порой несправедлива. Мы строим планы на будущее, заводим семьи, разрабатываем карьеру и мечтаем о долгой и счастливой жизни. Но иногда судьба распоряжается иначе, и нашем пити появляются трудности, с которыми мы не готовы справиться.       Бомгю отчаянно боролся с отчуждением, отчаянием и страхом, которые царили в его отношениях с родителями. Но теперь остался только отец. Горе, потеря и одиночество стали его непосредственными спутниками. Эта новая глава жизни стала для Бомгю испытанием, которое он вынужден был принять и попытаться преодолеть в одиночку.       В свои девятнадцать наконец свершилось то, к чему Бомгю шел все эти долгие годы, пробираясь сквозь шипы и преграды, изнуряя себя долгими тренировками и строгими диетами. Бывало, что к концу дня он валился с ног, а когда голова касалась подушки парень тут же проваливался в глубокий сон, который, к сожалению, будет прерван через жалкие пять часов гнусным надоедливым будильником. Он дебютировал. Пожалуй, все эти старания и страдания действительно прошли не даром.       Двадцати двух летний Бомгю, знаменитый соло артист, ярко сияющий на сцене, но глубоко внутри он просто юнец, желающий спрятаться от этого всего, оказался высосанным и опустошенным. Годы славы и постоянного давления наконец-то достигли своей кульминации, и теперь он пытается разобраться со своим выгоранием.       Ширма мерцает, зрители радостно аплодируют, но Бомгю только притворяется, что наслаждается этим. Он так хорош в своем искусстве, что его самоуверенность на сцене ни для кого не вызывает сомнений. Его имя звучит повсюду, исполнение каждой ноты пробуждает ликование толпы. Но внутренний голос Бомгю стонет от истощения и усталости.       Весь мир смотрит на него как на иконы, но мало кто знает, что внутри Бомгю пожар своего блеска постепенно превращается в выбитый свет. По ночам, когда молчание окутывает его одинокую комнату, тучи его самоуверенности рассеиваются, а забытые эмоции возвращаются к нему, словно призраки.       Тщетно он старается забыть, что талант несет с собой цену. Чувство одиночества и изнеможения тяготит его, словно цепи, делая невозможным сбежать от гнетущей реальности. Он утомлен публичной личностью, которую вынужден поддерживать перед своей аудиторией.       Бомгю просто жаждет возможности спрятаться от этого всего. Он нуждается в моментах покоя, где он может быть просто самим собой, без ожиданий и требований. Этот знаменитый соло айдол, сияющий ярким светом, разбит вдребезги внутри и мечтает о том, чтобы покаяться в тенях и найти спасение от своей жизни, замаскированной под сенсационный успех.       Он ощущает, что каждый взгляд, каждое слово, каждая подвижка — как удар в его душе. В этом огоньке славы он потерял самого себя. Бомгю испытывает пустоту, которую невозможно заполнить, хотя был окружен толпами поклонников. И его выгорание только продолжает расти, медленно, но неотвратимо, с каждым днем.       И вот мы вновь возвращаемся к морю.       Утро на песчаном морском берегу в небольшой деревеньке, всего в часе езды от живописного Пусана — это время, когда природа ещё спит, а мир вокруг окутан безмятежной тишиной. Это тот момент, когда утреннее солнце только начинает нежно сиять над волнами, превращая их в россыпи драгоценных сапфиров.       С этого умиротворенного побережья открывается прекрасный вид на необъятную синюю гладь, кажется, что граница между морем и небом стирается, создавая иллюзию единства двух элементов. И в такую утреннюю тишину на пустынном пляже вдруг пробивается тонкий голосок парня, уставшего от одиночества.              Среди этой безмятежности и умиротворения одинокий парень стоит на берегу, его глаза устремлены в бескрайность, словно он ищет что-то, но найдет ли? Никого вокруг, никаких следов присутствия людей, лишь он один здесь. В его глазах отражается бесконечная тоска и невыразимая потребность в отдыхе и уединении.       В этот момент парень осознает, что нуждается в проведении отпуска. Нужен перерыв от суеты и шума. Работа выжимает последние соки.       Телефон в кармане шорт надоедливо трезвонит уже не в первый раз, и Бомгю наконец соизволил потянуть руку и ответить на звонок. — Придурок, куда ты мать твою пропал?! — менеджер на той стороне звонка кажется рвет и мечет. Оно и понятно: Бомгю без предупреждения собрал небольшой (по его мнению) чемоданчик и рано утром уехал в неизвестную глушь, лишь бы подальше от людей. Хотелось лишь одного. Спокойствия. — Тэхён-а, я в отпуск уехал на пару недель, отмени мои встречи и выступления, не будь бякой, устал я, понимаешь?       Чхве знаком со своим менеджером почти четыре года. Тэхён, наверное, является самым близким ему человеком, как бы смешно это не звучало. Парень на год младше, но серьезности у него явно больше, чем у друга. Тэхён вообще парень ответственный и с ролью менеджера и няньки Бомгю справлялся просто чудесно. Но порой старший действительно перегибает палку. Как сейчас, например. — Какой отпуск, Бомгю? — слышится отчаянный с нотками раздражения голос друга. — Самый обыкновенный, Хёни, чао-какао, не скучай без меня! — нарочно милым тоном щебечет Бомгю и сбрасывает звонок, а позже и вовсе отключает уведомления, чтобы меньше отвлекаться.       В этом городке он уже несколько дней и на удивление здесь ему действительно нравится. Местные жители чудаковатые, но добрые и отзывчивые, хотя его экскурсовод-лис все ещё кажется подозрительным. Возвращаться в Сеул совершенно не хотелось, знает, что надоедливая суета и жуткие графики вновь станут его спутниками в жизни и причиной возможной кончины. В социальные сети Бомгю не выходит уже вторые сутки. Надоели все.              Эти каникулы должны быть насыщенными так, чтобы не осталось места для сожалений. Море в этих местах кристально прозрачное, словно огромное зеркало, отражающее яркое солнце и ласковые прибойные волны. Очаровательные пляжи расстилаются перед глазами, приглашая отдохнуть и насладиться теплым песком под ногами. Разве может что-то пойти не так?