Capítulo primero

В этот мрачный день был найден труп прямо в центре города. Вопиющий ужас для девятнадцатого века. Самое сложное для бедных офицеров — свидетели. Никто ничего не видел, но все до ужаса испугались. — Мистер, не могли бы Вы успокоиться? — со вздохом спрашивает молодой парень, которому поручили расследовать это дело. — Я понимаю, что все напуганы и в панике, но мне нужно опросить Вас… — Он шёл по улице, шатался, думали все, что пьяница очередной! А он как упал замертво! Это просто ужас какой-то, ужас! — чересчур эмоционально рассказывает очевидец. — Из него будто все жизненные силы высосали, нет, не жизненные силы, а саму жизнь! — Так-так, помедленнее, пожалуйста, — говорит офицер, записывая показания в свой блокнот. — То есть Вы хотите сказать, что с ним уже с самого начала было что-то не так? — Да! — встревает в разговор довольно статная дама. На вид. А по манерам… — Да мы все подумали, пьяница! А как иначе назвать простолюдина, что идёт по улице и шатается из стороны в сторону?! Её писклявый голос и высокомерие давят на виски, отвратно слушать. В этом месте все и всё отравлено. Туман вновь кутает в свои объятия город, утяжеляет воздух и атмосферу. И так не самую приятную и непринуждённую. — Так, ясно, никаких зацепок нет… — себе под нос бормочет брюнет, поднимает взгляд на свидетелей и говорит: — Премного благодарен за помощь следствию! Мужчина выглядит прилично, совершенно не походит на пьянчугу. Поэтому тот решает тщательнее осмотреть бездыханное тело, надеясь на хоть какие-то веские улики. Присаживается рядом и первым же делом обращает внимание на шею, на которой бледнеет след от укуса. Явно не человеческого, след лишь от двух клыков. Он это записывает, фиксирует, а после со вздохом по карманам шарит, проверяя содержимое. Не обокрали, деньги как лежали, так и остались. — Мотив не ограбление, — бормочет себе под нос и вновь чиркает себе что-то в блокнот. — Тогда что… Слышится приближающийся надрывный плач, который вмиг настигает мрачное место, нависая над трупом, становясь невыносимо громким. Среди отчаянных всхлипов встречаются редкие звуки, похожие на слово «отец». Всё встаёт на свои места. — Извините, но попрошу Вас не трогать труп, Вы можете оставить свои отпечатки пальцев, — вежливо просит офицер, кладя руку на плечо. А после встаёт вместе с сыном, судя по всему, неизвестного мужчины. — Вы его сын? Можете сказать данные своего отца? Нам нужно установить его личность. Налетать с такими бездушными вопросами по работе — жестоко. Таковы его обязанности, что поделать. — Да, это мой отец, — юноша лицо руками прикрывает, хрустальные слёзы утирает. — Представьтесь для начала, я не буду что-либо говорить неизвестному мне… мальчику! — Этот мальчик будет расследовать убийство Вашего отца, дорогуша, так что не думаю, что язвить — хорошая идея, — серьёзно и низко отвечает брюнет, доставая своё удостоверение и показывая убитому горем. — Я Чхве Сан, младший офицер, который, собственно, и ведёт это дело. — Уильям Льюис, — вздыхает юноша и старается не смотреть на труп собственного отца. — А он… Оскар Льюис… Наверняка же знаете его, да? Боже мой, я не могу поверить в то, что это случилось! — и снова слезами заливается, утыкаясь в плечо чужое. — Примите мои соболезнования, мистер Льюис, — старается успокоить Чхве, похлопывая по спине и, честно сказать, не особо зная, что и делать в таких случаях, как человеку помочь при столь ужасных душевных муках. — Приношу огромные извинения, но мне нужно задать Вам парочку вопросов… И не успевает офицер договорить, как Уильям перебивает: — Знаю я эти «парочку вопросов», на допросе мучить будете несколько часов… — голос уже совершенно иначе звучит, задушенно, убито. — Мой отец был хорошим и известным человеком, но не в Лондоне уж точно, мы сюда не так давно переехали, буквально пару дней назад! А тут такое! Боже мой… — его рассказ ненадолго прерывается очередной порцией рыданий. — Нам только досталось наследство от бабушки, а тут такое… — Так, с этого места поподробнее, — останавливает Льюиса тот, доставая свой блокнот и вновь начиная записывать. — Вам не так давно досталось наследство от бабушки… Большое, да? — Да! Но для Лондона, бог ты мой, это такие гроши, это такая мелочь! Зато для нашего города — неимоверные богатства, господин офицер, — продолжает юноша, утирая слёзы, что вот-вот расчертят бледные щёки. — Я ручаюсь, это его брат! Это точно его брат так ужасно поступил! Он всегда претендовал на наследство от их матери, всегда ему завидовал… Это он, я Вам отвечаю! Такого разбитого сейчас не переубедить вовсе, поэтому Сан не собирается даже, лишь записывает и благодарит вежливо, кланясь. Узнаёт имена всех участников и уходит к трупу, так и не увидев лица Уильяма, который вечно его закрывал, либо руками, либо шляпой. — Знаете, навестите лучше красную леди! — подходит неожиданно с советами какая-то мисс, машет на себя веером, при виде мертвеца и отворачивается к офицеру. — Она абсолютно всё про каждого в этом городе знает! Вот абсолютно! Вся информация и власть в её руках в алых перчатках… Поможет она Вам, ещё как поможет! — Благодарю… — слегка изумлённо произносит Чхве, потому что такие слова… весьма странны в таком случае. Ни с того, ни с чего. Так ещё и подслушивала! Он смотрит вдаль, на силуэт отдаляющегося Льюиса, закусывает нижнюю губу и задумывается. — Извините, а как найти эту «красную леди»? — Она сама Вас найдёт, — напоследок говорит дама и исчезает прочь. Не в прямом смысле, естественно, просто уходит, так и не распрощавшись, ничего более не сказав. Сан вскидывает брови и эти слова эхом в мыслях отскакивают. Всё навалилось чересчур неожиданно и закрутилось быстро. Центр Лондона стих окончательно из-за столь тревожного события, все разошлись по домам, позволяя туману окончательно затянуть город и забрать несчастную душу в мир иной. Отныне офицеру предстоит разгадать главную загадку убийства некого Оскара Льюиса, что умер от совсем странного ранения в шею, не похожего ни на что, кроме укуса… Вампира, как бы абсурдно это ни звучало. Ему остаётся лишь ждать прихода и помощи от красной леди, что станет роковой фигурой в расследовании таинственного дела.