Глава 7.

Я всю ночь корил себя за то, что так поступил с Соней. Нагрубил ей, нахамил... Сам же впустил. Никогда раньше я не чувствовал себя настолько виноватым, всю ночь не спал, бродил по комнате. Не выдерживая больше томления в четырех стенах гостиной, в которой я теперь ночевал, я вышел в коридор. Дверь в спальню была приоткрыта, и я подошёл ближе. Соня лежала, укутавшись в одеяло и насупив свой маленький носик. Она казалась мне совсем крошечной, даже игрушечной. Соблазн зайти к ней был слишком велик, и мне не оставалось ничего, кроме как зайти в комнату, слишком уж манящей была Соня. Я присел рядом с ней на кровати и осторожно поправил её чёрные волосики. Мне вспомнилось, как я навещал её в больнице... Но сейчас Соня так мирно спит, и я знаю, что ей ничто не угрожает. Она не больна, тут её никто не будет пытаться выдать замуж. Соня совсем не похожа на свою мать - та высокая, стройная, с русыми волосами и пронзительными кошачьими глазами. А Соня - наоборот. Она очень мягкая, низенькая, будто кукла. Её короткие чёрненькие волосики и узкие глаза лавандового цвета добавляли то, чего я раньше нигде не встречал, ни у одной другой девушки. – М-м.. – Соня медленно перевернулась с одного бока на другой. – Чайльд Ривенович, что Вам нужно..? – Тише, тише, спи, я просто пришёл проверить как ты. У тебя всё хорошо? – Да, все в порядке. – пробубнила девчонка и снова уткнулась в подушку. Мне оставалось лишь вздохнуть и выйти из спальни, закрыв за собой дверь. Уснуть на этот раз я, наконец, смог. И так продолжались наши дальнейшие дни. К моему удивлению, Анна или кто-то из её знакомых не приходили ко мне, а я ведь думал, что Семён нас сдаст. Каждый день я смотрел на Соню, будто пытаясь сказать что-то ей, но всё не решаясь. Я и себе сказать этого не мог, потому что ну вот что я почувствовал? Она особенная, не такая, как все, кроткая и послушная, хоть иногда и может высказать своё мнение. Соня всегда поможет советом, всегда поддержит. Через некоторое время мне снова надо было выходить на работу, на этот раз - уже в другой богатый дом к избалованному десятилетнему толстопузому мальчишке. Каждый раз, когда я возвращался оттуда уставшим и замученным, Соня встречала меня с самого порога, провожала на кухню, всегда вкусно готовила, хотя и не совсем понятно, где она этому научилась. В книжках что ли читала? Одним словом, я просто не мог не начать испытывать к ней чувства. Я не мог заставить себя поверить в то, что это имеет место быть, что она совершеннолетняя, что я уже не её учитель... Но рассказать не мог. А если она испугается? Или посмеётся надо мной? Хотя нет, Соня никогда бы не испугалась меня. Ближе к зиме моё сердце уже совсем не выдерживало. Каждый раз, когда мы неловко сталкивались взглядом или совершенно случайно прикасались друг к другу, я чувствовал, будто бы она и сама думает о том же самом, и всё же решился признаться. Это был вечер декабрьской пятницы. Я отпросился с работы пораньше, заехал и купил цветы, хоть и стоили они мне.. дорого стоили. Но это был очень большой и красивый букет, какие обычно дарят только на концертах Стаса Михайлова. Когда я приехал домой, то знал, что Соня ещё гуляет. Она всегда ходила гулять в это время, я знал это. Всё же, обычно я приезжал чуть позже. Надо было хорошенько подготовиться. Я выключил свет во всей квартире, поставил на кухонный стол приготовленные только что угощения и стал ждать, конечно же, приготовив цветы - взял букет в руки и затаился, мол, никого дома нет. Только на кухне горели две свечи. Дверь открылась в очень скором времени и я зажмурился от предвкушения. Соня, не заметив поначалу свечей на кухне, включила свет в коридоре и зашла в ванную, что-то тихонько напевая. Я не особо слышал - сильно нервничал, да и звук воды всё перебивал. Чтобы создать иллюзию таинственности, я прошмыгнул в коридор и быстро выключил свет обратно, после чего вновь спрятался в кладовке. – М? – Соня, конечно же, заметила включившийся в прихожей свет, когда вышла из ванной. – Чайльд? Ты дома? Она лишь подала плечами и снова щёлкнула свет в коридоре. Я в тот момент молился, чтобы она пошла на кухню, а не в спальню, иначе это был бы провал... – Чайльд? Ты всё же дома? Видимо, она всё же уже зашла на кухню.. надо идти и просто уже действовать - успокаивал я себя. Лёгкие движением чуть похолодевшей руки я открыл дверь из кладовки. Тихо, чтобы она не услышала. Цветы всё ещё были у меня в руках, я в этот момент пожалел, что взял их в руки, мешаться же будут.. но уже было поздно. Всё должно быть идеально. Ещё буквально пару месяцев назад я обращался к Соне на "Вы", обходительно относился к ней, не допускал даже мысли подобной, но сейчас.. сейчас ничто не мешает мне признаться ей в правдивости своих чувств. – М? Чайльд? Ты где..? – снова спросила Соня. Я понял, что она уже, видимо, зашла на кухню и слегка выглянул из своего убежища. Соня вертела в руках свечку - одну из тех, которые медленно мерцали на столе, освещая для меня небольшой силуэт девушки. Соня стояла ко мне спиной и я видел только её густые смолянистые волосы, которые слегка развевались от ветра в приоткрытом окне. Я наконец решился и подошёл к ней ближе. Соня тут же обернулась на меня, а свечка в её руках потухла от резкого движения. Её глаза смотрели прямо в душу, а всё лицо замерло в ожидании моих слов. – Соня, я.. – я уставился в пол, но тут же почувствовал на подбородке мягкую ручонку, которая подняла мою голову. – Я уже довольно давно хочу сказать тебе одну очень важную вещь. Ещё когда я в первый раз накричал на тебя, я.. почувствовал что-то. Словно бы я умер в тот момент, а в последующие дни я.. рождался заново. Я смотрел на тебя, на всю ту заботу, которую ты проявляла ко мне, и.. спустя некоторое время я понял, что.. Я набрал побольше воздуха в лёгкие и чуть было не опустил взгляд в пол снова, но в последний момент поймал себя на этом. Я, стараясь не выказывать страха, посмотрел прямо в глаза любимой девушке. – Что я люблю тебя... Я не знаю, взаимно ли это, и ты.. – Я.. Чайльд, я.. – на глазах Сони появились крохотные словно хрусталики слезинки. Я не хотел как-то это осмысливать, да и на моих глазах появились точно такие же хрусталики. Соня безмолвно забрала цветы из моих рук и положила их на стол, после чего положила руки мне на щёки. – Чайльд, я тоже люблю тебя... Она очень медленным, но бесстрашным движением прикоснулась своими губами ко мне и в тот момент я стал самым счастливым человеком на свете. ---------------------------

Ангелы тихое принесли утро Розовых облаков перья сонного перламутра Сняли с груди моей ожерелье Молчали Сердца моего стук слушали, с тишиной ровняя Билось оно в ладонях небесных рук, медленно остывая Легкие покидая, хрипел выдох последний, бесстрашием полный Радовался я, смотрел в глаза любви чистоты бездонной Плакали ангелы, крыльями теребя, собственного испугавшись чуда Отпускала их пухом выстланная земля, взявшимся ниоткуда

А. В. Лысиков - "Свет для меня".