~

— Лоне, — мочку уха коротко лизнули и зубы царапнули хрящ. — Лоне…       Панталоне сбивчиво дышал, с улыбкой поворачивая голову и подставляя шею под поцелуи. Дотторе давно сбился с ритма и хаотично вбивался в него, оставляя влажные смазанные поцелуи за чувствительным ухом и на шее. Дотторе. Это дикое, своенравное подлунное животное оказалось до ужаса приручаемым, особенно если в награду за послушание был предложен секс.       Звонкие шлепки бедер о бедра почти оглушали, Дотторе несдержанно порыкивал, втрахиваясь в стонущего мужчину. Последний жмурился, мелко трясясь от резких вспышек удовольствия, даримых агрессивным партнером. Взгляд зацепился за светящую в окно луну. «Всего лишь вечер, а уже…» — от мыслей оторвал шлепок по ягодице и Панталоне вскрикнул, не ожидая подобного. «Собственник чертов», — предвестник с ухмылкой сжался вокруг пульсирующего органа. Все же Дотторе и правда был диким, то ли по своей природе, то ли из-за факта, что был оборотнем.       Шеи вновь коснулись губы и оставили на ней влажную кривую дорожку, пока бедра продолжали вбиваться в податливое тело. Вдруг мужчина коротко прохрипел, а потом дернулся, застывая и тяжело дыша. Уже через несколько мгновений Панталоне ощутил, как что-то щекотнуло кожу спины. — Дотторе? — он хотел было повернуться к тому и узнать в чем дело, но ахнул, почувствовав растущее изнутри давление и капнувшую слюну на плечо.       В ухо раздался глухой низкий рык и волчьи лапы уперлись в простынь по обеим сторонам от мужчины. «Ох боже, нет», — Панталоне испуганно замер, чувствуя как любовник на пробу двигает увеличившимся членом. Так они еще не пробовали и мужчина не был уверен, что его не порвут в процессе. Дотторе фыркнул и прошелся языком по шее, вызвав мурашки и оставив влажный след. Он не двигался, давая шанс оттолкнуть себя, слезть с плоти. Но банкир решил рискнуть. Он завел руку назад, взъерошив густой мех на боку, а после уперся лицом в простынь, прогибаясь в спине. — Только не гони, ты очень большой в этой форме.       Оборотень жадно облизнулся. Практически животное желание обладать и пометить тело под собой, разгорелось с новой силой. Сделать больно он не хотел, но и от мысли, что нужно медленно иметь любовника, хотелось взвыть. «Надо всего-то дать ему привыкнуть», — решил Дотторе. Его язык лизнул плечо, спустившись на лопатку. Вновь раздался короткий рык и мокрый нос ткнулся в ухо, щекоча горячим дыханием. Бедра начали движение и Панталоне свел брови к переносице, кусая нижнюю губу и привыкая к размеру. Член был ощутимо больше, но благо трахались они часто и растяжка каждый раз была отменной. Оборотень двигался тягуче медленно, давая привыкнуть к заполненности и давлению. Было жарко, от разливающегося по низу живота огня возбуждения, и от упиравшейся мохнатой груди в спину. Волк захрипел, переминаясь с лапы на лапу: он хотел ускориться, хотел отдаться инстинктам и утонуть в тесном жаре чужого тела. Под протяжный стон, он стал по чуть-чуть наращивать темп, не сдержав довольного воя. — Животное, — Панталоне тяжело дышал, член в нем стал двигаться более свободно. — Агх, Дотторе!       Оборотень начал терять самообладание, гонясь за собственным удовольствием. Простынь затрещала под когтями, Дотторе остановился буквально на пару секунд, чтобы устроиться удобнее. Панталоне громко вскрикнул, стоило движениям возобновиться: скошенная головка при каждом толчке теперь упиралась в простату и мужчина от такого то и дело сжимался, хрипя и трясясь от переизбытка ощущений. Член по-прежнему давил изнутри, пусть уже и не так сильно; это давление вкупе с частыми и глубокими толчками ощущалось крышесносно. Панталоне издал скулеж, когда темп резко увеличился.       Чужое хриплое тяжелое дыхание в самую шею, шлепающие о бедра яйца, запах общего возбуждения и сильная стимуляция изнутри, неумолимо подводили к краю. Дотторе рычал, готовясь скоро кончить, его зубы царапнули загривок и Панталоне испуганно дернулся, боясь, что волк перегрызет ему шею. — Я тебе не… хах-х… самка, — тяжело дыша заметил он, но клыки все равно слегка прикусили ему плечо, вызвав недовольное шипение.       Внизу живота все сводило судорогой от каждого толчка, ноги дрожали. Не хватало. Ему не хватало, он не кончит так. Мужчина просунул руку под себя, со стоном обхватывая ноющий член. Рваных толчков внутри и всего пары движений ладони оказалось достаточно. Панталоне прогнулся, с криком кончая и задыхаясь от продолжившихся быстрых движений. Его трясло от гиперчувствительности, дыхание выходило из горла короткими сбитыми поскуливаниями. — Дот…ре… нгх… — с губ сорвалась череда всхлипов-стонов.       Еще несколько грубых толчков, и сперма обожгла внутренности. Дотторе тут же замер завыв. Панталоне тяжело дышал, наконец имея возможность расслабиться, но его отдых довольно скоро был прерван: ощущение чего-то стремительно растущего и круглого внутри в момент отрезвило. Зверь над ним удовлетворенно заурчал, и мужчина с ужасом осознал, что именно произошло. Узел. Его повязали как какую-то сучку, не давая и шанса слезть с распухшего органа. — Вытащи его, — Панталоне поднял голову с кровати, становясь на четвереньки, и попытался отпихнуть оборотня, но внезапная волна тепла внутри остановила его. — Ты… ты что, все еще кончаешь?!       Волк тихо уфкнул, облизываясь и смотря в голубые глаза напротив. Ужасная ситуация. Панталоне был готов взять тапок и отшлепать его как непослушного щенка. Какого черта он вообще так много кончает? Холодный нос ткнулся в лоб и язык быстро коснулся чужой щеки. — Сколько в тебе еще осталось? — оборотень ожидаемо не ответил, лишь глухо фыркнул. Предвестник поморщился — в него опять плеснулась сперма. — Я заставлю тебя надеть резинку в следующий раз.       Дотторе тряхнул головой и слегка оскалился, было очень похоже, что он так усмехался. Спустя еще минуту в предвестника снова излились и он тяжело вздохнул, понимая, что нужно потерпеть пока это все не кончится. — Нгх… — Панталоне покрылся мурашками, чувствуя как еще одна небольшая порция спермы вливается в него. — Я уже… полон. Прекрати это.       При всем желании, Дотторе не смог бы сделать этого — узел крепко удерживал его внутри этой восхитительной задницы, а причинять боль от вытаскивания набухшей плоти не хотелось. Все что он мог, это лизнуть шею и щеку мужчины в попытке успокоить. — М-мф, — тот устало промычал в ответ.       Неизвестно, как долго им придется быть сцепленными: Панталоне никогда не интересовался такими особенностями своего любовника, а спроси он сейчас, оборотень все равно не сможет ответить. Вскоре в нем осели последние капли спермы и волчья морда подлезла к лицу, пытаясь лизнуть в губы. Панталоне повернул голову насколько смог и приоткрыл рот, давая «поцеловать» себя, тут же скривившись от натекших чужих слюней.       Примерно через пятнадцать минут узел пропал и Дотторе осторожно выскользнул из растянутого входа. Панталоне тут же с громким выдохом завалился на бок, чувствуя вытекающую на внутреннюю часть бедра сперму. Он перевел взгляд на волка, тот в открытую пялился на еще раскрытый анус и испачканные в собственном вязком семени бедра. Чуть наклонил голову, принюхиваясь, а затем прижался мордой меж чужих ног, слизывая мутные подтеки. — Мгх, Дотторе, — мужчина потрепал того между ушей. — Твой язык конечно чудесен, но я лучше приму душ.       Он оттолкнул волчью голову от себя и поднялся на все еще дрожащие ноги, направляясь в ванную. Оборотень, облизнувшись, трусцой направился следом, желая повторения.