И пусть тебе светит Луна

Нет, поняла Лу, надо мириться с отцом во что бы то ни стало. Они же не будут всю жизнь смотреть друг на друга как на врага всего мира и как на богача, у которого ты просишь денег, а ты бомж. А еще скоро день матери... А мама тоже не верит! Они что, живут по правилу "не поверю, пока не увижу"? Так пусть приходят и смотрят, что им мешает? Но нет, они наотрез отказываются ей верить. День матери будет уже на следующей неделе и в Алфее он проводится в самой школе. Может, позвонить? — Ало, мам... — немного запинаясь заговорила Лу. — Привет, дочь. Что-то нужно? — Нет, просто хотела тебя пригласить на день матери в Алфее. — Ой, опять ты со своей магией! Слушай, Лу, ты в этом плане нас с отцом уже достала. Он и так зол на тебя, что ты ушла из школы, а ты со своими "я фея" только соль на рану сыпешь! Сколько можно, самой не надоело? — Мама, выслушай меня хоть ты, я не вру! Приходи ровно через неделю в Алфею, дома где-то откроется туда портал, я попрошу и ты сама все увидишь! — Хватит выдумывать! Не так мы тебя воспитывали... — мать Лу положила трубку. — Нет, подожди! — но было уже поздно, — При чем же тут воспитание?.. Она снова вот-вот заплачет, нужно кому-то выговориться. Но время уже позднее, кто может не спать? Ну, разве что Генри. Он всегда возьмет трубку, позвони она ему в три часа ночи. Лу уверенно набрала его номер и стала ждать. Да, она была права, оборотень-лягушка взял трубку. — Привет, не спишь? — спросила фея природы. — Не-а, мы тут в монополию играем с Фрэнки, Сумраком и Лероем. — Можно выговориться? — Разумеется, сейчас, выйду из комнаты. Лу больше не пыталась держать слез и высказала все, что имела в голове. — Опять не послушали? Да что ж такое... Хочешь, я твоего отца уговорю тебя выслушать? — Он тебя пошлет куда подальше, — фея природы всхлипнула, — Ну ничего, я еще утру им нос... Но если мама не придет на день матери, то я не знаю, что делать. Мне кажется, они уже не ощущают меня своим ребенком. — Если она не придет, то приду я. — А как же твоя мама? — Я подарю ей подарок за день до праздника, а в день матери приду к тебе. Либо уговорю как-то твою маму и мы придем вместе. — Генри, ты лучший... Парень в трубке смущенно усмехнулся. — Да ладно, чего уж там. Ладно, меня там потеряли уже, скоро в любом случае встретимся, родная. — Буду ждать, солнце. Муза гуляла по лесу рядом с Алфеей в поисках вдохновения. Она не могла придумать текст для второго куплета. Она немного играла на своей гитаре, ища подходящие ноты. Скоро Винкс планировали организовать концерт на день матери. От одного лишь воспоминания об этом дне заставляло Музу тихо заливаться слезами. Но работа есть работа, она должна написать песню. Она нашла неплохие ноты и стала подбирать под них какой-то текст. Фея музыки ожидала другой тон, но почему-то слышался абсолютно не такой. И только в этот момент она поняла, что это не голос в ее голове, а чей-то и он совсем рядом. Муза тихонько стала следовать мелодии, стараясь вообще не издавать никаких звуков. Ее слух привел ее на поляну. А снег здесь откуда? Сейчас не январь, вроде! Девушка заглянула за дерево и сразу все поняла. Это же любимое место Тикаани, феи снега и льда, которая первой из новых учениц-первокурсниц получила Энчантикс и стала настоящей феей. Она лежала на траве, которую усыпала снегом и левым пальцем вертела в воздухе, колдуя еще снега. Музе стало холодно. Да, это определенно Тикаани что-то напевала. И мелодия была подозрительно похожа на... Хуанита проснулась от кошмара. Ей приснилась ужасная бойня фей с каким-то злодеем. Вернее, с его приспешниками, с главарем боролись Винкс. Фей было совсем мало:она, Лу, Тикаани, Ноктурна, Феста и еще какая-то с серыми короткими волосами. Кадры сменялись с ужасно быстрой скоростью, но Хуанита запомнила, как в нее попали и она упала и долго не просыпалась. Когда мышцы снова заработали, фея встала и обнаружила свою комнату полностью в кристаллах. Она что, колдовала во сне, а магия была здесь? То-то она ничего не могла там сделать! Открылась дверь и вошла обеспокоенная Текна. — Все нормально? — Не знаю, я колдовала во сне, кажется. — Помощь не нужна? — Нет-нет, я все уберу. — Ну ладно. Если что, кричи, я неподалеку. Фея технологий вышла, а Хуанита легла обратно спать, надеясь, что больше ей такого не приснится. Лучше пусть будет пустота, чем такой ужас. Одна девочка со школы — четвертая фея. Несси об этом рассказали сразу, как морские оборотни вернулись в "Голубой риф". Ее подозрения сразу упали на Шари, дельфина, уж больно она в характере поменялась за это время. Юна вела себя подозрительно странно, она ничего не знала, хотя что ее ни спроси — на все ответит. Несси жалела, что не она фея, но так уж решила судьба. А сегодня пятница. Все готовятся к "Шальной пятнице", вечеринке, которая проходит раз в две недели в этот день. Но девушке было совсем не весело. Она заказала такси в город, а именно в больницу и уже выходила из школы, молясь, чтобы ее никто не заметил. Но ее мольбы не услышали. — Несс, ты куда? — спросила веселая Шари, главная подозреваемая. Несси просто покачала головой и подняла руку, говоря, что она не хочет говорить. К ней больше никто не приставал. О, вот и такси. Она благополучно доехала до больницы. Регистрацию она не проходила, ведь бывала здесь каждую пятницу, а потому ее уже запомнили. — О, Рэнесме! — поприветствовала девушку полная женщина. — Здравствуйте, Лара. Как он? — Ничего нового, милая, — сочувственно ответила Лара. Несси вздохнула. — Он в той же палате? — Да, все там же. — А к нему никто не приходил? — Рэне, одна ты к нему ходишь! Несси поблагодарила Лару и ушла вглубь здания. Она не любила одну из двух сокращенных форм ее имени. Рэне звучит так, будто она совершила миллиард подвигов и это было сравнимо с генералом. Но ей приходилось представляться так среди людей, а вот среди семьи и оборотней она представлялась Несси, ведь умный догадается сразу, какое у нее второе обличье. И никто из оборотней, кстати, не знает ее полного имени. Кроме Джека Кристалла, конечно, он же ее оформлял, а значит, видел паспорт, а значит, и полное имя. Она дошла до палаты под номером 108. Дверь была открыта, а Несси уже была готова разрыдаться, но сдержала эмоции. Не первый раз, все же. Девушка села на стул, глядя на него. В койке лежал крепкий парень роста примерно 170-180 сантиметров. У него были черные волосы и недлинная челка, края которой были покрашены в яркий фиолетовый. Несси слышала периодично пиканье аппарата, который оповещал о биении сердца пациента. Его грудь поднималась и опускалась — он дышал. Как и в ту пятницу, и в позапрошлую. Но не открывал глаз. А Несси так хотелось посмотреть в его прекрасные карие глаза, которые ее и убивали, и в которых она обретала второе дыхание. Она его любила до безумия, до дрожи в коленках, до боли во всем теле, до слез. Но кто знает, сколько он еще пролежит в коме и очнется ли вообще. — Джейк... — дрожащим голосом шепнула Несси и заревела.