Часть 8

      Дым густел с пугающей скоростью. Он вползал через вентиляционные решётки тяжёлыми сизыми клубами, оседая на белом кафеле и заполняя комнату едкой токсичной гарью. В горле мгновенно запершило, а глаза обожгло слезами. Красный свет аварийных диодов едва пробивался сквозь плотную серую завесу, превращая лабораторию в подобие ада.       Чонгук снова рванул ручку двери, но металлическое полотно даже не шелохнулось. Он надрывно закашлялся. Паника ледяной хваткой сжала сердце. Замкнутое пространство, темнота и удушье — это был его худший кошмар, возвращающий в самую страшную ночь из прошлого, когда-то заблокированный детской памятью.       … — Тшшш, малыш. Не бойся меня. Меня прислала твоя мама, чтобы я позаботился о тебе.        — Правда?       — Конечно. А иначе как бы я тебя нашёл? Твоя мама попросила забрать тебя к себе, пока они с папой за тобой не приедут. Идём…       Опора уходила из-под ног, в голове зашумело, а колени предательски подогнулись.       — Чонгук! — сквозь кашель глухо позвал Тэхён.       И прежде чем Чон успел осесть на пол, сильные руки перехватили его за талию. Тэхён рванул его на себя, увлекая вниз, к самому полу — туда, где ещё оставалась узкая прослойка чистого воздуха. Они рухнули у стены, тяжело дыша.       Тэхён действовал быстро. Он уже сорвал с себя пиджак и теперь лихорадочно рвал зубами тонкую ткань своей дорогой рубашки, отделяя два лоскута. Намочив их остатками минералки из бутылки со стола, до которой удалось с трудом дотянуться, он с силой прижал один кусок к лицу Чонгука.       — Дыши через неё. Спокойно, слышишь? Не паникуй, — хрипел Тэхён прямо ему в ухо.       Он прижал Чонгука к своей груди, практически накрывая его собственным телом, защищая от опускающегося сверху плотного облака гари. Чонгук судорожно вцепился пальцами в мокрую от пота ткань на плечах Кима. Его колотило. Воспоминания накатывали волнами, одна за одной, смываю ощущение реальности и откидывая Чона на много лет назад.        …— Папа, ты нашёл его!       — Конечно, нашёл. Не теряй его больше, держи крепче, а то в лес ускачет. Ты ведь этого не хочешь? Он всегда должен быть с тобой, и тогда вам вдвоём любая невзгода будет нипочём.       — Ну ты чего, папа? Он же игрушечный. Куда он убежит?..        …Дядя, я тебя ждал. Хорошо, что ты пришёл, у меня есть своя взрослая тайна, но сейчас я занят, меня ждут друзья. Я потом тебе расскажу…       Он держался в сознании из последних сил. В момент, когда смерть стояла слишком близко, вся его тщательно выстроенная месть, все планы летели к чёрту. Осталось только это оглушительное, дикое осознание: он прижимается к сыну своего злейшего врага, но этот парень сейчас отдавал ему последний глоток воздуха. Страх за Тэхёна, который задыхался рядом, вдруг оказался сильнее страха за собственную жизнь.       Тэхён уткнулся лицом в растрёпанные волосы Чонгука, намертво ухватившись за плечи младшего. Его тело крупно содрогалось от кашля. Сейчас, здесь, под зловещий писк заблокированной системы, они делили один вдох на двоих.       Сознание Чонгука уже начало плыть, когда снаружи, за толстой стальной дверью, раздался резкий неестественный скрежет, а затем металлический щелчок.       Гермодверь с шипением поддалась и тяжело приоткрылась. В образовавшуюся щель ворвался поток холодного чистого воздуха.       — Эй! Живо наружу! — донёсся с той стороны приглушенный голос, сильно искажённый респиратором или маской. Спасший их человек явно не хотел быть узнанным.       Тэхён среагировал первым. Собрав последние силы, он буквально вытолкнул Чонгука в открывшийся проём, а затем, кашляя до хрипа, вывалился следом сам. Они упали на холодный пол коридора, жадно хватая ртом кислород. Глаза нещадно жгло, слёзы катились по испачканным сажей щекам.       Чонгук, превозмогая слабость и головокружение, приподнялся на локтях и обернулся, чтобы увидеть их спасителя. В тёмном коридоре уже никого не было. Тяжёлая дверь эвакуационного выхода в конце коридора медленно закрывалась, отсекая цепочку быстрых шагов. На полу у панели управления остался лежать обгоревший, ещё дымящийся электронный декодер — прибор, с помощью которого заблокированную систему взломали снаружи.       Таинственный незнакомец исчез так же внезапно, как и появился, не оставив ни единого шанса разглядеть хотя бы свой силуэт.       Чонгук повернул голову и встретился взглядом с Тэхёном. Тот уже сидел, прислонившись к стене, тяжело дыша. В глазах Кима читался такой же лихорадочный блеск облегчения. Они были живы. Вопреки всему.

***

      Ещё добрых полчаса они просто сидели на полу пытаясь отдышаться, пока не появилась охрана, сотрудники и бледный как смерть Чимин. Их переместили в комнату отдыха для персонала. Вокруг суетились штатные медики компании, заставляя Чонгука и Тэхёна дышать через кислородные маски и протягивая им стаканы с тёплой водой.       Чонгук жадно глотал воздух, чувствуя, как внутри всё ещё саднит от гари. Руки слегка подрагивали от бурлившего адреналина. Напротив него, на такой же кожаной кушетке, сидел Тэхён. Ким уже успел умыться, но вокруг глаз осталась лёгкая краснота. Его порванная на лоскуты рубашка валялась в углу, а сам он сидел в накинутом на плечи медицинском халате, уставившись в одну точку потемневшим взглядом.       Когда медиков наконец выставили за дверь, в комнату быстрым тяжёлым шагом вошёл Ким Намджун. За его спиной тихо семенил Чимин, который выглядел так, словно его самого только что достали из петли.       — Как это произошло? — Хозяин компании остановился посреди комнаты, переводя взгляд с сына на Чонгука. — Охрана утверждает, что система выдала ложный сбой из-за короткого замыкания в кабельном коллекторе.       — Ложный сбой? — Тэхён резко поднял голову, в голосе прорезалась ирония. Он поднялся, сбрасывая халат, и подошёл к отцу вплотную. — Тогда почему дым был только в том зале, где мы оказались заперты? Почему он больше никуда не проник? Как же остальные помещения? Или что, вентиляция есть только в той чёртовой комнате? Отец, систему заблокировали вручную с центрального узла. Нас специально заперли внутри и пустили дым по вентиляции. Если бы не какой-то незнакомец с декодером, который взломал замок снаружи в последний момент, ты бы сейчас оформлял на нас документы в морг. Это не сбой.       Намджун нахмурился, лицо словно окаменело. Он повернулся к Чимину:       — Где журналы доступа? Кто был на этаже?       — На камерах только белый шум, господин Ким. — Чимин сглотнул. Его всё ещё потряхивало от пережитого шока, голос дрожал. — Панель управления на этаже выжжена. Тот, кто их открыл, оставил декодер, но на нём нет серийных номеров. Охрана прочёсывает здание, но… зацепок ноль.       — Чимин, позвони начальнику полиции, пусть пришлёт сюда бригаду, снимут отпечатки, проверят компьютеры… Не знаю, что там ещё делают в таких случаях. Да пусть хоть собак везут, мне всё равно. Но я не собираюсь это так оставлять. И пусть медики отвезут парней в больницу. — Ким-старший раздавал распоряжение Паку.       Чонгук молча наблюдал за этой сценой. Его рука непроизвольно потянулась к карману брюк, где лежала примятая записка с угрозой. Сначала он собирался показать её Намджуну, но, немного поразмыслив, передумал. Если сейчас впутать сюда официальное расследование и полицию, Намджун перевернёт всю компанию, Чонгука отстранят от работы из-за угрозы жизни, а доступ к архивам закроют навсегда. Все его планы полетят к чёрту.       — Полицию вызывать не надо, господин Ким, — подал голос Чонгук, поднимаясь со своего места. Голос после дыма всё ещё немного сипел. — Если слухи о покушении и подмене изумрудов уйдут в прессу, акции «KIMSALE» резко упадут. Тот, кто это сделал, именно этого и ждёт. Нам нужно тихо закрыть сектор и сделать вид, что здесь действительно была техническая авария.       — Чонгук прав, отец. Да и в больницу нас везти нет смысла. Мы в порядке? — Тэхён обратился к Чонгуку, вопросительно приподняв бровь.       — Да, — для большей уверенности Чонгук ещё и кивнул.       Намджун внимательно посмотрел на Чонгука. В глазах старшего Кима мелькнуло что-то похожее на уважение к такой выдержке.       — Вы правы, Чонгук-щи. Паника нам не нужна. — Намджун кивнул и посмотрел на сына. — Тэхён, забирай Чонгука. На сегодня работа окончена. Езжайте домой, приведите себя в порядок. Чимин, на тебе внутреннее расследование. Землю рой, но найди мне того, кто управлял пультом в этот час.       — Да, господин Ким. — Чимин поклонился.

***

      Спустя час они наконец-то покинули проклятое здание лаборатории.       — К тебе или ко мне? — спросил Тэхён, после того как оба оказались в салоне машины Кима.       — Поехали к тебе, — отозвался Чонгук. Раскрыть своё место жительство Тэхёну пока не входило в его планы. Мало ли, вдруг парень мог что-то знать о прежних хозяевах особняка Чон и догадается, кто такой на самом деле Чонгук. Конечно, это маловероятно, но чем чёрт не шутит. Лучше не рисковать.       — Окей, ко мне так ко мне. — Тэхён направился в сторону нового района многоэтажек.       Ким заехал на подземную парковку жилого комплекса, где они поднялись в его пентхаус, чтобы смыть с себя остатки этого кошмара.       В прихожей их встретила Люсьен, настороженно осмотрев прибывших гостей. Тэхён было присел и потянулся погладить капризную мадам, но в ответ получил шипение.       — Что, не нравится мой вид и запах? Ну прости. Хозяин твой занят, так что если хочешь, идём покормлю. — Люсьен внимательно выслушала, поднялась и направилась на кухню.       — Смотри-ка, будто понимает, — усмехнулся Чонгук, наблюдавший за их общением. — А ведь всего лишь кошка.       — Не вздумай сказать это при Чимине, он за свою красотку весь мозг выклюет. Ванная в конце коридора. Иди, а я пока поухаживаю за дамой.       Горячий душ немного вернул Чонгуку способность нормально мыслить. Выйдя из ванной в одолженных Тэхёном чистых спортивных брюках и простой чёрной футболке, Чон застал Кима в гостиной. Парень стоял у барной стойки, уже посвежевший и переодетый в свободную одежду. Он наливал в два тяжёлых стакана виски со льдом, и его руки всё ещё едва заметно подрагивали. Кажется, его накрывало запоздалым шоком.       Тэхён молча протянул Чонгуку стакан. Их пальцы соприкоснулись, и Чонгук почувствовал, какие они горячие.       — Нас чуть не угробили, Чонгук, — глухо произнёс Тэхён, делая первый крупный глоток. — Ложный сбой в щитовой, удушье, сгоревшие камеры… Отец, конечно, замял тему с полицией ради акций, но мы оба понимаем: это не авария. Кто-то намеренно запер нас изнутри и пустил дым по вентиляции.       Чонгук сделал глоток, чувствуя, как алкоголь приятно обжигает горло. Он залез в карман своих брюк, которые висели на стуле, достал оттуда записку с угрозой и молча метнул её по полированному дереву стойки в сторону Тэхёна.       — Дело не только в пульте. Посмотри на это. Откуда она взялась? — тихо сказал Чонгук.       Тэхён нахмурился, взял листок и снова перечитал печатные буквы, которые они не успели толком обсудить в лаборатории. Его челюсть упрямо сжалась.       — Эту херню тебе подбросили прямо в нашем офисе, — Тэхён поднял глаза на Чона. — Доступ туда есть только у трёх человек. У меня, у тебя и у Чимина.       — И? Подозреваешь Чимина? — Чонгук прищурился, внимательно наблюдая за реакцией Кима.       — С дуба рухнул? — раздражённо огрызнулся Тэхён. — Чимин со мной с детства. Он слишком труслив для таких игр, да и отцу предан как собака. Но он очень общительный, язык за зубами держать не умеет. Мог случайно сболтнуть кому-то лишнее. Или за нами просто следили. Записку мог оставить любой, кто заходил в кабинет под предлогом занести документы, например, пока нас не было. А вот пульт охраны… Это уже уровень повыше… Вице-президентов или начальника безопасности. У того, кто имеет в компании мастер-коды от всех систем.       Чонгук откинулся на спинку стула, крутя стакан в руке.       — Ладно, с тем, кто нас запер, пусть разбирается твой отец. Меня больше интересует другое. Кто нас открыл?       Тэхён на мгновение замер, в голове промелькнули жуткие минуты, когда лёгкие уже разрывало от нехватки кислорода.       — Тот парень в коридоре… У него был профессиональный декодер. Такой софт не купишь на чёрном рынке, это военный взломщик. И голос… Он говорил через респиратор, но явно торопился. Он знал, сколько у нас осталось времени. Похоже, что это профессионал, причём хорошо обученный.       — Он спас нас, но сбежал до того, как прибыла охрана. — Чонгук задумчиво свёл брови к переносице. В его голове крутилась безумная мысль. Это мог быть только один человек… Хотя нет, не мог, он был далеко отсюда. А чудес не бывает.       — Этот «спаситель» явно играет против того, кто нас запер. — Тэхён поставил пустой стакан на стойку и с силой потёр виски. — Внутри компании идёт какая-то своя теневая война, Чонгук. А мы оказались между молотом и наковальней. Тот, кто ворует изумруды, испугался твоей проверки. Ты наступил кому-то на хвост, и этот кто-то готов убивать.       — Значит, мы копаем в правильном направлении. — Чонгук лениво ухмыльнулся, хотя внутри всё сжималось от опасной близости Тэхёна. Ким сидел так близко, что Чонгук видел ссадину на его руке и то, как тяжело вздымается его грудь под тонкой футболкой.       Тэхён внимательно посмотрел на него, и в его глазах детективный азарт вдруг сменился чем-то совсем другим… Он протянул руку и накрыл ладонь Чонгука своей. Пальцы Кима были тёплыми.       — Ты сумасшедший, — тихо, сорванным голосом сказал Тэхён. — Нас только что чуть не грохнули, а ты думаешь о расследовании.       — Я просто не люблю, когда меня пытаются поиметь, — ответил Чонгук, не убирая руки. Сердце почему-то тревожно и быстро застучало в груди.       — Это я уже понял, — хитро прищурился Тэхён. — Иначе в ответ ты и сам не прочь отыметь.       Чонгук усмехнулся, глядя так же с прищуром в ответ на Кима. Тэхён резко поднялся, заставляя Чонгука тоже встать. Адреналин от пережитого удушья, этот сложный разбор полётов и близость друг друга окончательно лишили их остатков самообладания. Напряжение требовало немедленного выхода.       — Надо валить отсюда, — глухо произнёс Тэхён, его взгляд потемнел, переместившись на губы Чонгука. — Если я останусь в этих четырёх стенах, у меня крыша съедет. Поехали на Хондэ. В клуб «Vortex». Напьёмся так, чтобы этот чёртов дым из лёгких выветрился.       Чонгук посмотрел в его шальные горящие глаза.       — Поехали, — согласился он.

***

      В клубе на Хондэ к двум часам ночи атмосфера была накалена до предела. Неоновые вспышки расплывались, а тяжелый грязный индастриал-бит ложился прямиком на ребра. Это место разительно отличалось от пафосного и привычного «Scorpion» — здесь, среди бурлящей толпы студентов, неформалов и иностранцев, было гораздо проще раствориться и стать невидимками.       Забившись в самый дальний полутёмный угол у барной стойки, они глушили виски стакан за стаканом. Алкоголь обжигал горло, до сих пор помнившее привкус гари, но долгожданное расслабление не приходило. Тэхён сидел совсем близко, его бедро касалось бедра Чонгука, а потемневший шальной взгляд то и дело задерживался на губах младшего. Говорить ни о чём не хотелось. Молчание рядом с друг другом казалось как никогда комфортным.       Спустя время, они вышли на задний двор клуба, чтобы глотнуть прохладного воздуха и сбежать от оглушающей музыки. Тэхён, тяжело выдохнув, прислонился спиной к исписанной граффити кирпичной стене и потянулся к карману за сигаретами.       — Какие звёзды красивые сегодня. — Ким выпустил дым вверх, задерживая взгляд на мириадах звёзд. — Я бы не отказался прогуляться и просто подышать…       Закончить мысль он не успел. Из темноты узкого заваленного мусорными баками переулка к ним вывалилась компания. Четверо местных парней, явно перебравших со спиртным в дешёвых барах по соседству, искали обо что почесать кулаки.       — Эй, холёные, огоньку не найдётся? — развязано протянул самый крупный, оценивающе оглядывая их одежду. — Или, может, кошельками поделитесь? Чего молчим?       — Проваливайте, пока на своих двоих стоите, — ледяным тоном отозвался Чонгук, внутренне подбираясь. Многолетний опыт уличных стычек сработал мгновенно.       — Ты кому это вякнул, щегол? — крупный замахнулся, намереваясь с ходу впечатать кулак в челюсть Чона.       Но Чонгук был быстрее. Он легко качнулся в сторону, уходя от прямого удара, перехватил чужую руку за запястье и с глухим хрустящим звуком впечатал нападавшего лицом в кирпичную кладку. Остальные трое с матами ринулись в бой одновременно.       Вот тут и проявилась их настоящая, скрытая суть. Тэхён напрочь позабыл об образе изнеженного наследника ювелирной империи. С глухим рыком он бросился наперерез, блокируя удар второго хулигана. Ким двигался на удивление жёстко, точно и плавно одновременно. Сказывались годы закрытых тренировок по рукопашному бою, которые Намджун заставлял его проходить ради личной безопасности.       Завязалась яростная драка. Они не кричали и не паниковали. Действовали как единый, идеально подогнанный механизм, словно тренировались вместе всю жизнь. Чонгук перехватил замах третьего, сбивая его с ног резкой подсечкой. В ту же секунду Тэхён, даже не оборачиваясь, прикрыл его спину. Его мощный удар локтем отправил в нокаут последнего, кто пытался зайти к Чону сбоку. Ощущение этого абсолютного единства, бешеного ритма и полного доверия в бою ударило в голову покруче любого виски. Чонгук кожей чувствовал силу и надёжность Тэхёна, его жёсткую мужскую энергетику. Они стоили друг друга. Два сильных хищника, вставшие плечом к плечу.       Через пару минут вся четверка уже стонала на грязном асфальте. В этот же миг в паре кварталов от переулка раздался пронзительный нарастающий вой полицейских сирен, а на стенах домов замигали отсветы красно-синих огней. На Хондэ патрули всегда реагировали быстро.       — Копы. Валим! — крикнул Чонгук.       Он мёртвой хваткой вцепился в ладонь Тэхёна, и оба рванули с места. Они бежали по тёмным петляющим лабиринтам ночного Сеула, крепко держась за руки. Ветер бил в лицо, лёгкие горели от дикого бега, костяшки пальцев саднили, а сирены постепенно затихали где-то далеко позади. Настоящий, чистый адреналин смывал остатки страха. Они были свободны! Они были вместе.       Наконец, тяжело и хрипло дыша, они затормозили в абсолютно глухом безлюдном сквере у набережной реки Ханган. Огни ночного города красиво дрожали в тёмной воде.       Тэхён остановился под раскидистым деревом, упёршись руками в колени, переводя дыхание. Его светлые волосы растрепались, на скуле наливалась свежая ссадина, а на футболке красиво цвели грязно-кровавые пятна. Он поднял голову, посмотрел на такого же взъерошенного Чонгука и вдруг… громко, искренне рассмеялся. Это был смех человека, который впервые за долгое время почувствовал себя абсолютно живым.       — Вот и прогулялись, — сквозь смех выдал парень.       Чонгук смотрел на него, и внутри всё переворачивалось от вида такого Тэхёна.       — Ты сумасшедший, Ким Тэхён, — тихо, со слабой улыбкой выдохнул Чонгук, делая шаг к нему.       — Ради тебя — возможно. — Тэхён резко выпрямился, сокращая расстояние между ними до минимума. Его взгляд изменился, став глубоким и пугающе серьезным. — Я весь этот месяц пытался доказать себе, что ты просто очередной наглый мальчишка. Но я больше не могу, Чонгук. Не могу притворяться.       Тэхён протянул руку, и его горячие, сбитые в драке пальцы мягко легли на затылок Чонгука, притягивая его к себе. Чонгук затаил дыхание. Сопротивляться больше не было сил. Они подались навстречу друг другу одновременно.       Поцелуй вышел отчаянным, голодным и горьковатым от вкуса виски. Тэхён целовал жестко, по-собственнически, сминая чужие губы и прижимая Чонгука к себе так, словно пытался врасти в него. Чонгук ответил с той же яростной страстью, запуская пальцы в его светлые волосы, полностью растворяясь в этом мужчине. В этот миг мир вокруг них просто перестал существовать. Был только Тэхён, его тяжелое дыхание и это сумасшедшее, долгожданное тепло.       Тэхён чуть отстранился, чтобы сделать вдох, и его голова слегка наклонилась назад. Ворот его порванной в драке футболки съехал в сторону, и лунный свет ярко мазнул по открывшейся шее.       Чонгук, всё еще тяжело дыша, опустил взгляд ниже… И в ту же секунду его сердце словно пробило ледяным штырём.       Из-под ворота Тэхён тускло поблескивал в полумраке изумрудный кулон-капля на тонкой платиновой цепочке. Тот самый кулон… Он покоился на шее парня, которого Чонгук только что целовал до дрожи в коленях. На шее сына убийцы.       Реальность обрушилась на Чонгука отрезвляющим ударом. Вся магия ночи, единство в драке, тепло поцелуя — всё это мгновенно исчезло. На секунду ему показалось, что он задыхается сильнее, чем в заблокированном бункере. На него мёртвыми глазами смотрело его прошлое, обвиняя в предательстве памяти родителей.       Чонгук резко, с силой упёрся ладонями в грудь Тэхёна и оттолкнул его от себя так сильно, что Ким едва удержался на ногах, ошарашенно пошатнувшись.       — Чонгук?.. — Тэхён растерянно моргнул, его голос всё еще был хриплым от страсти, а на губах блестела влага. — Что случилось?       Чонгук ничего не ответил. Его лицо за долю секунды превратилось в абсолютно ледяную маску. Глаза, в которых секунду назад горело желание, стали пустыми. Он смотрел на Тэхёна так, словно перед ним стоял злейший враг, а не человек, который час назад отдавал ему свой кислород.       — Чонгук, эй… — Тэхён сделал шаг вперед, пытаясь снова потянуться к его руке. — Поговори со мной. Что не так?       — Не подходи ко мне, — глухо, едва слышно процедил Чонгук. Его голос вибрировал от сдерживаемой бешеной ярости на самого себя и на весь этот мир.       Он резко развернулся спиной к ошеломлённому Киму. Чонгук быстро зашагал прочь из сквера, почти срываясь на бег, яростно сжимая кулаки так, что костяшки пальцев снова закровоточили. Каждым своим шагом он буквально выдирал Тэхёна из своего сердца с мясом.       — Чонгук! — донесся со спины отчаянный крик. — Чонгук, стой! Нам нужно поговорить! Что я сделал?!       Но Чонгук даже не обернулся.       Он уходил в темноту ночных переулков, оставляя Ким Тэхёна стоять на пустой набережной одного. Война, которую он на время забыл, вернулась. И теперь она обещала быть ещё более беспощадной. Вот только как для этого заставить ноющее сердце замолчать, Чонгук не знал.