А давай!

Когда все из нашей малочисленной взрослой группы любителей научиться рисовать разошлись, она подошла к моему столу и, оперевшись рукой о стол, другой взяла мой рисунок яблока. Она усмехнулась, разглядывая его: -Так зачем тебе осеннее безумие надо нарисовать? -Вообще… - я вздохнула, пытаясь выстроить в голове логическую цепочку своей очередной гениальной идеи. - Это дуэль фоток на тему «осеннее искушение». Но я не вижу того, что бы подходило, поэтому решила, что нарисую, что хочу, и сфотографирую. Это же не запрещено правилами? Картина моя. Фото картины - тоже мое. Лелик посмотрела мне в глаза, широко улыбаясь: -А не легче просто создать постановку и ее сфоткать? Что за дуэль? С кем? -С… - я запнулась. Говорить, что это битва двух девушек с нетрадиционной ориентацией на таком же нетрадиционном форуме, казалось не лучшей идей. Но с другой стороны, какая к черту разница? Мы с ней вряд ли после этого встретимся еще. - … девушкой. На лесбийском форуме. Ее брови удивленно поднялись и она расхохоталась, бросая мой рисунок на стол. -Аха-ха-ха! Боже, ты в своем репертуаре! - она пристально посмотрела мне в глаза, отсмеявшись. В них снова был тот самый очаровательный лукавый огонек уверенности. - Знаешь что? А поехали! Нарисуем тебе твое осеннее безумие… Она отстранилась и пошла собирать со столов яблоки обратно в пакет. Я сглотнула, рассматривая ее. Невысокого роста, в джинсах и в длинном растянутом до середины бедра свитере яркого желтого, зеленого, голубого и красного цветов. Как маленькая радуга, только кляксами по всему свитеру. Теперь ее волосы не были светло-русыми, теперь они были темными. Только вот глаза оставались теми же. И голос. Мягкий, нежный, с хрипотцой. -Куда едем? - уточняю я, разглядывая нелепые рисунки неизвестных авторов на стенах. - Почему не здесь? -Потому что это учебная комната, а мы поедем в мою студию, - она ухмыльнулась и, взяв пакет с яблоками, уверенно пошла к выходу. - Идем. А почему бы и… да? Я усмехнулась и, встав, пошла за ней. Возле здания стоял «Хюндай Солярис» оранжевого цвета и она, пикнув сигнализацией, открыла заднюю дверь. Положила пакет и села на водительское сидение. Я прошла и села рядом. -Забавно тебя было встретить вот так, - она завела машину и начала выезжать, не глядя на меня. -Да уж, неожиданно, - вздыхаю и смотрю в окно, где ветер метал по дороге и тротуару опавшие желтые и оранжевые листья. Что я творю? Это вообще нормально вот так ехать хрен знает куда? С ней? -Слышала, что Ленка умерла? - выехав на дорогу, спросила она, хмурясь. -Да, передоз. Лет пятнадцать назад. Она кивнула, глядя на дорогу. -Ей выпало в жизни слишком много дерьма, - она поджала губы. -Тебе тоже, но ты же не начала колоться, - замечаю я, прекрасно помня об ее откровениях. Беспощадные семейные отношения. Насилие. Неизбежность. -Я сбежала, - она усмехнулась, поворачивая в сторону частных домов. -Но вернулась же, - улыбаюсь. -С мужем и детьми, - насмешливо. - Да. Вернулась. Потому что уже не одна. Уже не страшно. О, муж и дети? Ну, тогда можно расслабиться. Просто нарисуем мне осеннее безумие. Это точно будет бомба! С ее-то красками! -А ты что? Семья? Дети? -Пока что одна, - отмахиваюсь я. -Я так поняла из рассказа про лесбийский форум, что ты лесби? - короткий взгляд на меня и снова на дорогу. -А то ты не знала, когда целовала меня тогда зимой на стадионе, - насмешливо смотрю на нее и вижу ее алеющие уши. Что-то никогда не меняется. -Господи… я уже и забыла, какая ты сучка, - вздыхает она, сдерживая улыбку. -Ах ну да, это не считается, - ухмыляюсь я. - Мы же были пьяны! Она посмотрела на меня с укором, все так же улыбаясь: -Мы были детьми. -А, значит, не считается? - с умилением смотрю на нее. Она, закусив нижнюю губу, останавливает машину возле двухэтажного кирпичного дома за высоким забором из профнастила. -Пошли, - она выходит и я выхожу следом за ней. Она открывает калитку и мы проходим во двор, но идем не в дом, а обходим его. Позади дома стоит кирпичная пристройка с большими окнами и отдельной дверью. Она открывает ее ключом и заходит внутрь. Меня заполняют все те краски, что тут. Даже на белых стенках брызги и разводы всех возможных и невозможных оттенков и цветов. Помимо самих картин. И помимо полок с множеством тюбиков, флакончиков, бутылочек и баллончиков. Я рассматриваю картины, потому что неожиданно, они наполовину мрачные. Светлые люди в темноте или в тени. Черты лиц людей хищные и острые. Вот посмотришь: вроде старуха, а посмотришь слегка под углом и ее черты заостряются, становясь злыми. Она возится за дверью в соседнем помещении и выносит оттуда небольшой холст на подставке: -Порисуем сначала карандашом… - берет пару деревянных стульев и ставит рядом у холста. - Чего ты там залипла? А она талант. Впрочем, у нее всегда был свой взгляд на мир и людей. -Классно рисуешь, - киваю на картину со старухой. -Бывает. Иногда, - усмехается, глядя мне в глаза. - Я помогу тебе нарисовать твое осеннее безумие, а ты… А я? Выжидающе поднимаю брови. -… а ты дашь мне разукрасить твое лицо, - широко улыбается она. -В смысле? - хмурюсь. Она меня что, избить хочет? Да за что?! Мы же даже не ссорились! Она уехала учиться в Москву, а я осталась тут… -Не бойся, просто поиграю красками, - усмехнулась она, хохотнув. - Давно хотела это сделать. Ооо… даже так? -Лады. -Садись, - как всегда уверенно говорит она и первой садится напротив чистого холста, - и выкладывай свои идеи…