Часть 6

В больнице. — давай уже пойдём, ты уже слишком долго здесь задержалась. Пора домой. — бубнил под ухо Селим, с сильнейшим желание поскорее уйти из больницы. — почему ты так торопишься? Сейчас я собирусь и пойдём. — я жду тебя любимая. Спустя 4 дня Нургюль полностью поправилась, и не в силах больше находиться в больнице, решила скоропостижно покинуть её. Она чувствовала себя хорошо, ощущая любовь Селима. Он не покидал палату даже ночью. Нургюль было так легче. Что бы он всегда был рядом. Она чувствовала перед ним вину. Понимала что то что она сделала, могло оставить сильную рану на сердце Селима. «Я люблю тебя Селим…» — эта фраза была всегда в голове Нургюль когда она начинала думать о этом ужастном случае. Что бы больше этого не повторилось. В машине. — любовь моя… я конечно понимаю что сейчас не время и не место, но я хотела бы спросить… — когда ты говоришь любовь моя, я согласен сделать все что твоему сердце угодно. Спрашивай. — ты ведь серьёзно говорил… — о чём? — о ребёнке? — ах, да… да я на полном серьёзе. Я буду помогать материально, но я не хочу видеть Эмель рядом. — ты уверен? — да… как бы сильно мне не хотелось обнять этого ребёнка, но ты мне дороже. Давай не будем больше говорить на эту тему? — как хочешь. В доме Селима и Нургюль. Уже подъезжая к дому, они увидели знакомую машину. Это была машина Мурада. — интересно, что он здесь делат? — недоумевающе спросил Селим. — незнаю давай спросим. Мурад увидел что они приехали, и сразу же подошёл к их машине. Нургюль и Селим заметили что он как-то взволнован и сильно нервничает. — Мурад? Что-то случилось? — Нургюль, здравствуй, хвалла Аллаху с тобой уже всё хорошо. — спасибо, так что случилось? — ты нервничаешь? Почему? Случилось что то плохое? — вообще то случилось, но я не знал как вам обо этом сообщить. — хорошо, давай войдем в дом и ты нам все расскажешь. — хорошо. — в общем. Дело вот в чём. Альп мой сын. — что? Как? Но ведь ДНК показал что он мой сын!.. — это все Эмель. Эта девушка врач была её знакомой, она ей помогла. — они подменили анализы… — отчаяно прошептала Нургюль. — боже, Нургюль, почему ты сразу не догадалась… — подожди подожди… Мурад ты точно уверен? У тебя есть доказательства? — доказательства можно легко получить… но я в этом уверен. Я сидел и играл с Альпом в гостиной, думал Эмель готовит еду малышу. Хотел её поторопить, потому что мне надо было уезжать. Я подошёл к двери на кухню и услышал их разговор. Она поблагодарила ту девушку, и сказала что сделала всё это ради того что бы она и её сын купались в деньгах. Что бы не знали бед. Сказала что я не смогу обеспечить их и решила пойти на обман… — нет, я поверить не могу. — хвалла Аллаху! Это всё обман… — Нургюль, чему тут радоваться? Ты могла из-за неё умереть! Из-за того что она хочет денег, я мог потерять тебя навсегда! — почему ты кричишь на меня?! — прости… прости… я просто не могу поверить что это всё происходит с нами. — Мурад, а как давно это было? — Нургюль решила сама задать ему вопросы. — 4 дня назад. После результатов теста ДНК, мы поехали домой и там все это было. — понятно. — какой она все-таки ужасный человек… — подавленно высказал Селим. — ради собственно уюта и комфорта, готова играть в такие опасные игры с только что родившимся ребёнком. Она ужастная мать. — Селим… Нургюль… я пришёл попросить у вас помощи. Я хочу громко опазорить Эмель. Вывести её на чистую, воду. — ну, что? У кого нибудь есть какие нибудь варианты? — опустошённо с каждой секундой произносил Селим. — я уже давно придумала что делать. — да? И что? — сделаем повторный ДНК тест. У меня есть хорошая знакомая она нам поможет. Все будет сделано профессионально, и никто никого не обманит. — я согласен. — согласился Мурад. — хорошо… если подтвердится то что ты отец Альпа, то ты заберёшь Эмель с собой и вы уедете куда подальше. И никогда больше не вернётесь. Но если все-таки я отец, то ты оставишь её в покое. — Селим! Ты бы хоть меня постыдился! — прости родная… но это так… — хорошо, я согласен. — ответил Мурад. Спустя 3 дня в кабинете врача. — ну что там Мелисса? Какие результаты? — подожди Нургюль, пусть прийдет Селим, он тоже должен услышать результаты. — повременил Мурад. Все уже сидели в кабинете (Эмель в том числе), и ждали пока Склим вернётся. — извините, я опоздал. — вы готовы услышать результаты? — да, готовы! — хорошо. Проведён генетический анализ родства, между Селимом Байрактаром и Альпом Карадемиром. С результатом 0,0% вы Селим, не являетесь отцом Альпа Карадемира. — я знал… — тихонько прошептал Мурад. — значит, ты все-таки меня обманула. — нет! Не может быть! Это ложь! Селим отец Альпа! Возможно тест дал ошибку! — нет госпожа, все анализы чётко проходят осмотр и выводят реальные результаты. Здесь не может быть ошибки. — хорошо, если это ошибка, то следующий тест должен показать тоже отрицательный ответ. Не так ли? — сказала Нургюль — давайте посмотрим. — проведём анализ генетической родства, между Мурадом Йылмазом и Альпом Карадемиром. С результатом 99,9% вы Мурад являетесь отцом Альпа Карадемира. — ты и сейчас будешь доказывать что я не его отец?! — от волнения вскрикнул Мурад. — Эмель… у тебя совсем совести нет? Ты понимаешь что из-за тебя, я могла умереть? Ты понимаешь что Селим мог думать что это его сын на протяжении всей жизни? Понимаешь что наше счастье могло разрушиться?! У тебя сердца нет! Не в силах это слушать Эмель выбежала из кабинета со слезами на глазах. — стой! Остановись! — кричала вслед Нургюль догоняя её. — да! Да! Я соврала! Соврала ради денег! Чтобы я и мой сын купались в деньгах! Потому что Селим богатый! Он сможет обеспечить нас! А этот нищеброд Мурад никогда не сможет и копейки выделить нашему сыну! Всё это ради денег! Мне на все остальное плевать! — Эмель со слезами на глазах, кричала что есть силы. Не в силах это все выслушивать, Нургюль дала сильную пощёчину Эмель. — бессовестная! Наглая! Как только тебя свет носит?! Алчная! Только о деньгах и думаешь! Тебе лишь бы самой в деньгах купаться, а о ребёнке ты ни капли не думаешь! Мурад подбежал к Эмель и отвёл её в сторону. — неужели ты подумала что я буду с тобой? Ты думала что я уйду от Нургюль и сойдусь с тобой только из-за ребёнка? Нет! Ты ошибаешься. Я бы помогал. Я бы давал деньги. Но ни за что не вернуться бы к тебе. То что ты сделала было бесчеловечно и жестоко… я никогда этого не забуду, больше не появлялся в моей жизни! Никогда! — завершил свои слова Селим, указав пальцем руки, что его слова были не пустыми. — пошли Нургюль. — Эмель. Давай мы уедем в Стамбул? У меня есть большой особняк в Стамбуле. Ты с Альпом не останешься на улице. У дома Селима и Нургюль. Кетти встретила Нургюль и Селима. Селим был сам не свой. — Нургюль, дай стакан воды, пожалуйста. Мне как-то не хорошо. — что с тобой? Все в порядке? Держи… — голова кружится… — слабо, говорил Селим еле выдавливая слова. — может скорую вызвать? — нет, не надо скорую. Сейчас все пройдёт… я пойду на вверх, посплю… — хорошо, тебе помочь? — нет, нет не надо… — не успел Селим встать с дивана и направить к лестнице, как глаза закатились наверх, а сознание отключилась. Он упал на пол без сознания. От шоке, Нругюль сразу не поняла что с ним. Но с каждой секундой все приходило осознание. — Селим! Селим! Что с тобой! Селим очнись! Прошу тебя очнись! Кетти! Кетти! Скорую вызовите! Быстро! Кетти быстро набрала номер, и вызвала скорую. Через 5 минут скорая уже подъехала к дому. — я его жена, я с вами поеду. — хорошо, садитесь. В больнице. Уже приехав на место, Селим пришёл в себя. — ааа… что? Где я? — господин Селим, вы в больнице. Ваша жена вызвала скорую, вы потеряли сознание. — что со мной? — нам пока точно не известно, мы отправили ваши анализы на тестирование, так что сегодня точно не получится узнать что с вами. Но ваш МРТ головного мозга, мне не нравиться. — ничего не говорите Нургюль. Скажите что из-за переутомления. Не заставляйте её нервничать… — хорошо, но мы ждём вас через несколько дней, нужно будет сделать повторный МРТ, и когда будут ясны ваши анализы, мы сможем точно вывести ваш диагноз. — договорились доктор. А сейчас я могу идти? Я уже хорошо себя чувствую. — да, конечно, но сегодня вам лучше хорошенько выспаться. И по крайней мере лучше не вставать с постели. Мы вколли вам лекарство, так что сегодня обмороков и повышенного давления не будет. — спасибо… так когда говорите мне надо будет прийти? — через 3 дня. — спасибо, до свидания. Возле платы сидела Нургюль в ожидании завершения осмотра Салима, что бы поскорее увидеть его. Через некоторое время Селим выходит из палаты. — Селим? Как ты? Все хорошо? — любовь моя, всё хорошо, это просто от переутомления. Я здоров. — ты меня лень сильно напугал. Больше не делай так. Ты знаешь как сильно я испугалась? У меня вот, — показала свои руки. — до сих пор руки трясутся. — не бойся, все ведь хорошо, всё нормально. Всё закончилось. Поедем домой? — а что врачи сказали? — а что они могут сказать? Сказали что от переутомления. Слишком много работал, устал. Мне нужен отпуск. — отпуск? Не плохая идея. Куда полетим? — продолжали разговор, Селима и Нургюль, уходя к машине. Спустя 3 дня, в кабинете врача. — ну что? Что показали мои анализы? Я еле вырвался из дома, жена не хотела отпускать, боялась за моё самочувствие. — правильно боялась… — тоесть? — Селим бей, по новым показателям МРТ у вас обнаружили опухоль головного мозга. И самое ужасное что она на 2 стадии. — стоп, что? Опухоль? Какая ещё опухоль? Нет, нет не может быть! Как… 2 стадия…? — Селим бей. Я прошу вас, не волнуйтесь. Мы сможем вам помочь. — так, так, так. Ладно. Я не волнуюсь. Скажите мне одно, сколько мне осталось? — им сделаем вам операцию, то вы сможете жить, но это только 60% вероятности. Ну а если без операции то год, два максимум. Ноя не хочу вас обнадёживать. Все будет хорошо. — спасибо. Я… я… могу забрать документы? — конечно. Господин, а что вы решили? Будете делать операцию? — мне надо подумать… — подавленный таким шокирующие известия о состоянии его организма, он отправился домой. Зная что Нургюль будет в городе, он приехал домой пораньше что бы спрятать документы. В доме Селима и Нургюль. Селим вошёл в их с Нургюль спальню. Там стоял огромный шкаф, в котором была полка, которую Нургюль никогда не трогала. Он решил поставить документы туда, что бы она не нашла их. Полностью подавленным состоянием, Селим отправился в гостиную. Не было сил делать что либо. Мысли были только о смерти. «А что если все будет как сказал доктор. Вероятность смерти при операции 40%… это не избежно. Как я смогу оставить её? Она ведь моё всё… она не сможет без меня. Я умру и ничего не почувствую, но для нее это станет травмой. А вдруг она снова наложить на себя руки?.. нет! Я не могу её бросить и оставить одну в этом мире!.. Это мои последние мылси? Аллах… как же все тяжело! За что мне такое наказание?! " — любимый, я уже дома. Ты где? Я так беспокоилась что у тебя опять упадёт давление или опять что нибудь случится. Бежала как могла. Как ты? — не плохо… — холодным отстранеёным голосом отвечал на её слова Селим. — что то случилось? Ты сам не свой… — нет, все нормально. Как прошла прогулка? — хорошо, но я так по тебе соскучилась. Весь день думала о тебе… я очень сильно соскучилась. — я тоже любовь моя) — а знаешь что? Давай сделаем эту ночь незабываемой? — делая намёки, Нургюль надеялась на продолжение. — а ты хочешь сказать что все остальные ночи ты не запомнила? — как я могу не запомнить? Ты всегда великолепен… но сегодня особенная ночь… и мне хочется провести её с любимым мужем в одной постели… Страстный разговор пары перешёл в ещё более страстный поцелуй. Губы соприкосались друг другом, обыскивая каждый миллиметр друг друга. Руки Селима начали ползти по талии Нургюль, а её руки по его шикарному, накаченому торсу. Постепенно руки перешли к одежде — Селим… Сел… — из неё вырвался достаточно громкий протяжении стон. Закинув руки на его плечи, она получала незабываемое удовольствие, от его движений. Селим поднял на руки Нургюль и понёс в спальню. Все плохие мысли тут же исчезли, испортились. В данный момент, он думал только о них. Они одни в эту ночь и больше ничего не сможет помешать им, даже опухоль. — чем же эта ночь так особенна? — меньше слов… — ну ты сама напросилась…)) Селим занёс Нургюль в комнату. Она вырвалась из его рук и вновь прильнула к губам мужа. Он резко прижал её к стене, посыпая губы, щёкию шею и ключицы поцелуями. От неожиданности Нургюль вскрикнула и одновременно простонала сквозь поцелуй. Это ещё больше завалило Селима. Его теплое дыхание, скользившее по коже, поднимало в Нургюль жгучие волны возбуждения. Селим стянул рукава платья, и платье стало спадать. На какое то мгновение оно задержалось на бедрах Нургюль, сделав ее похожей на ожившую статую. Селим пристально смотрел на нее, переводя взгляд сверху вниз, не оставляя без внимания ни один изгиб ее тела. Потом тот же путь проделали его руки. С груди они скользнули на стройную талию, обхватили соблазнительные бедра и вместе с падающим платьем спустились по ногам на пол. Платье с шуршанием смялось и накрыло ее щиколотки. Его настойчивые пальцы требовательно сжали ее бедра, когда он встал на колени и притянул ее к себе. Положив руки ему на плечи и закрыв глаза, Нургюль запрокинула голову, и сверкающая волна волос упала ей на спину. От влажного и жаркого прикосновения его языка, кружившего вокруг пупка, у нее перехватило дыхание. По мышцам ее плоского живота пробежал огонь наслаждения. Селим приник к её заветному месту и ее ноги задрожали. Она почувствовала его дыхание, и весь мир вдруг перевернулся с ног на голову. И ее понесло куда то далеко далеко, в не отмеченную ни на какой карте страну, которой правят только чувства. Он требовал ее ответа, побуждал ее, умоляя ответить. Пальцы Нургюль забрались в его волосы, стали перебирать их, а он в это время добрался до самого сокровенного источника наслаждения и принялся с осторожностью ласкать. Из ее груди вырвался тихий, протяжный стон. Длинными ногтями она непроизвольно впилась в его кожу и, только через несколько секунд осознав это, разжала пальцы. В ответ на это невольное движение Селим еще сильнее сдавил ее бедра. Нахлынувшее на нее наслаждение было таким острым и неистовым, что ее дыхание, ее голос и вся эта ночь слились воедино и стали уплывать куда то. Тело ее изогнулось, руки ослабли, по безвольно разжавшимся пальцам пробежали иголочки тока. Нургюль почувствовала, что оседает на пол, но ничего не могла с собой поделать. Селим поддержал ее и помог опуститься на колени рядом с собой. Он притянул ее ближе, и в его глазах загорелся сумасшедший синий огонь. Его ненасытные губы требовательно приникли к ее рту. Она сдалась, она уступила, с упоенным удовлетворением шепча что то неразборчивое. Не отрываясь от ее сладкого рта, Селим вновь пробрался рукой к жаркому источнику. Ее тело с радостью приняло это прикосновение, задрожав от волнения и удовольствия. Ее тело звало его, и он, ощутив призывное биение ее сердца, ответил на этот зов. Нургюль вдруг почувствовала, что сходит с ума от этого приступа возбужденной страсти, сжигавшей все ее тело. Разве можно было удержать это буйствование внутри себя и сохранить рассудок? Этому неистовству чувств нужен был выход, и если Селим не поймет это и не соединится с ней, она взорвется. Нащупав ворот его рубашки, Нургюль потянула за пуговицу. Он пришел ей на помощь, одним рывком распахнув рубашку и вытащил. Нургюль пыталась расстегнуть ему ремень, но ее пальцы дрожали, и Селим, осторожно отведя в сторону ее руку, справился с пряжкой ремня сам. Щелкнула кнопка на поясе брюк, и заскользила вниз «молния». — Как ты красива, — с тихим изумлением сказал он. — Ты тоже. Ее шепот был почти не слышен, словно легкий шелест ночного ветерка. Селим еще крепче сжал ее грудь. Внезапно его руки оказались у нее на талии. Распрямив ноги, Селим сначала сел, а потом лег на пол, увлекая Нургюль за собой. Ее бедра оказались зажаты его коленями, и он подтянул ее повыше, так, чтобы она легла ему на грудь. Какое то время Нургюль лежала, прижимаясь к нему и ощущая прикосновение густых золотистых волос, покрывавших его грудь, и прислушиваясь к глухим ударам его сердца. — Боже, — проговорил он хриплым от возбуждения голосом. Уперевшись руками в пол, он рывком поднял свой корпус и одним мощным движением бедер глубоко проник в нее, полностью овладев. Нургюль вскрикнула от наслаждения. Ухватившись за его мускулистые плечи, она приняла его в себя, призывая взять ее всю. Она хотела его, хотела безумно. В момент наивысшего блаженства они слились в едином движении, едином порыве. Их единство было теснее, чем просто прижавшиеся друг к другу тела, глубже, чем жаркие вдохи, тихие, страстные мольбы и гортанные, хрипловатые звуки несказанного наслаждения.